Олд мани

Глава 24

Перед сном я решила разобрать сумку после нашей поездки на яхте. Вещей мало, а значит, это не займет много времени. Я быстро перевесила пару платьев на вешалки в гардеробной, достала из сумки босоножки и поставила их на полку, а потом занялась распределением разных мелочей. Косметичка, зарядка, телефон… Ничего не забыла?

Я заглянула в сумку, проверяя карманы, и вдруг в одном из внутренних отделений пальцы нащупали то, что я точно там не оставляла – плотный лист бумаги, сложенный в несколько раз. Не понимая, как он туда попал, я достала лист и быстро его развернула. Находка оказалась письмом, написанным от руки. Внизу стояла короткая буква «А».

В недоумении я взяла телефон, письмо и пошла в ванную, закрывая за собой дверь на замок. Что бы ни писал Адриан, вряд ли я прочитаю там что-то новое. Либо он набрался смелости и решил меня бросить по переписке, либо снова хочет накормить порцией завтраков, но для разнообразия переключился с устной формы на письменную.

В любом случае я решила взглянуть. Села на белый пуф и начала читать письмо Адриана.

«Теона. Милая,

Знаю, что сейчас ты сомневаешься во мне. Но прошу – не делай этого. Не поддавайся эмоциям. Я не оставлю тебя и нашего ребенка. Даже если тебе кажется, что мне все равно – это совсем не так. Я люблю тебя. Люблю нашего малыша. Все остальное – лишь временные обстоятельства, которые я обязательно улажу. Верь мне.

Я ни разу не подводил тебя за эти полтора года, которые мы провели вместе…»

На этом моменте я мрачно усмехнулась и остановилась. Я даже не видела предметы ванной комнаты вокруг, просто глубоко ушла в свои мысли.

«Как же не подводил…» – подумала я. – «А появление Адель тогда как объяснить? Это другое?!»

На эмоциях захотелось скомкать письмо и выбросить, но я решила все же дочитать до конца.

«С Маркусом ты знакома всего месяц, и я не могу не предупредить тебя. Ты плохо его знаешь. Теона, он несерьезный, слишком ветренный и легкомысленный. Мой брат в свои 27 лет не встречался ни с кем слишком долго. Единственное исключение – это Шанталь, но и ее он потерял, стоило им начать жить вместе. Прошу тебя, не позволяй ему вставать между нами. Пойми, Маркус сейчас ошивается вокруг тебя только для того, чтобы поквитаться со мной. Он всегда был на вторых ролях в нашей семье. В нем говорит обида. И сейчас ему просто удобно меня задеть, используя тебя.

Милая, верь мне. Я все решу и сделаю все, чтобы ты и мой ребенок жили в полном благополучии. Люблю тебя.

А.»

Я медленно сложила письмо, стараясь не поддаваться эмоциям. А в сухом остатке в глаза бросалось одно – он ни слова не написал о том, как поступит с Адель. Ни строчки о совместном будущем. Только заверения, что он позаботится о нас в финансовом плане, продолжая жить свою беспечную жизнь рядом с Адель. Как будто он и правда рассчитывал на то, что я могу остаться покорной любовницей на содержании.

Слез давно уже не было. Только раздражение. Я скомкала письмо, затем снова его развернула, но не стала перечитывать. Просто порвала на мелкие кусочки, бросила все в унитаз и, наконец, с облегчением смыла, наблюдая, как последние клочки бумаги исчезают в водовороте.

Я не стала церемониться с ответным письмом на бумаге. Мы в доме Рошфоров. Вдруг его не доставят… Хватит и смс-ки. Я взяла телефон, который оставила на широкой раковине, и быстро набрала сообщение Адриану:

«Прочитала твое письмо. Прости, но я тебе больше не верю. Я останусь здесь до вашей помолвки, чтобы не вызывать подозрений, но в остальном… Все кончено, Адриан».

Палец на мгновение завис над кнопкой отправки. В голову так ни кстати лезли разные воспоминания. Как он пытался выучить русские фразы, чтобы меня порадовать. Как присылал голосовые сообщения со стихами на французском. Как он приехал ко мне в марте в легком плаще, а у нас выпал снег. Пришлось отогревать Адриана папиной настойкой на клюкве. Тогда все это казалось таким милым и забавным, но в данный момент стало совсем далеким.

Ко всем воспоминаниям добавилась горечь. У нас изначально не было шанса на совместное будущее, но в тот момент я еще не знала об этом. Я нажала «отправить» и зажмурилась, понимая, что назад дороги нет.

Оставалось только идти дальше и надеяться, что жизнь ко мне будет благосклонна.

Я отложила телефон на раковину, сбросила с себя одежду и собрала волосы в высокий пучок. Глаза уже слипались от усталости, но, не изменяя привычкам, я все равно пошла в душ. После насыщенного дня перевозбужденный мозг подкидывал целый калейдоскоп из увиденных картинок, но горячая вода быстро успокоила мысли.

Ночнушку я надевала практически на автопилоте и уже засыпала на ходу. Когда я вышла из ванной, в спальню вошел Марк. Он перехватил меня на полпути к кровати и поцеловал в губы, нежно придерживая за талию.

– Ложишься? – тихо спросил он.

– М-г-м, – пробормотала я в ответ.

– Сейчас приду к тебе, – он снова поцеловал меня и пошел в ванную.

Когда он вернулся, я практически спала, но успела поймать себя на мысли, как естественно то, что он лег рядом, а не ушел в гостиную.

Марк нежно поцеловал меня – в висок, в щеку, наконец, осторожно коснулся губ. Неторопливый, но такой сладкий поцелуй на ночь. Сейчас в нем не было и намека на продолжение. Только безмятежная нежность. Я улыбнулась ему сквозь дрему…

– Марк, я сказала Адриану, что у нас с ним все кончено, – тихо прошептала я, и окончательно провалилась в сон, чувствуя себя именно там, где должна быть.

***

До официального объявления о помолвке Адель и Адриана оставалось всего два дня. Я слышала, что у Камиллы готов огромный список гостей, и первые из них уже начали прибывать, имея все основания оставаться в доме Рошфоров на правах будущих родственников.

Днем приехала Ивон с Габриелем, а во второй половине дня обещал быть и ее супруг – Анри де Лаваль. Большой и тихий дом Рошфоров наполнила суета. Настроение почти у всех было предпраздничное и к вечеру Камилла собиралась устроить какой-то грандиозный ужин в честь семьи Адель.

Я понимала, что наш визит на этот ужин для многих членов семьи покажется скорее нежелательным. Нас будут терпеть. Не выгонят, конечно, но точно укажут на наше место. Так и зачем соблюдать традиции, когда ты персона нон грата?

Пытаясь перебороть саму себя, я долго тянула время и не начинала сборы. Занималась чем угодно, но только не подготовкой к ужину. В итоге устроилась на диване рядом с Марком, положив голову ему на колени.

– Я так не хочу идти на ужин, – призналась я.

– Не поверишь, – хмыкнул Марк, запуская руку в мои волосы и нежно поглаживая, – я думал о том же, и у меня есть идея получше.

– Какая? – тут же ухватилась я.

– Давай сбежим? – предложил он. – Проведем вечер только вдвоем вдали от дома… Вряд ли кто-то сильно расстроится, зато у нас с тобой появятся приятные воспоминания.

– Куда пойдем?

– Поедем, – поправил Марк. – В Ниццу.

– Мне нравится твой план, – обрадовалась я, и подскочила с дивана. – Пойду одеваться.

Я сняла с вешалки белый льняной комбинезон в стиле сафари. В нем было удобно, даже несмотря на достаточно короткие шорты. Но рядом с Марком такая деталь скорее плюс, чем минус. Особенно учитывая, что он так и не прикоснулся ко мне после того, как мы вернулись с яхты.

Вместо босоножек на каблуке выбрала удобные сандалии, взяла небольшую сумку и вышла в гостиную к Марку. Он успел надеть бежевые льняные брюки и начинал застегивать рубашку. Пока я бесстыдно разглядывала его пресс, в голову проникла досадная мысль – а что, если Марк больше не стремится к интиму из-за тех слов, которые я ему сказала в джакузи? Может, он все-таки не уверен, что готов быть со мной, поэтому щадит мои чувства?

Мы спустились вниз, столкнувшись в холле первого этажа с мадам Дюваль. Рядом с ней шли две молодые девушки в форме, толкая серебряные тележки, уставленные блюдами с холодными закусками. Ни Камиллы, ни Адель с Адрианом на горизонте не было видно, и мы спокойно покинули дом.

Марк открыл дверь в гараж и пропустил меня вперед. Приглушенное освещение выгодно подсвечивало четыре дорогих автомобиля. У одной из машин была распахнута дверь и оттуда показался Феликс.

– Сын, а почему вы тут? – удивился он, а потом снова заглянул в авто и взял с сидения кожаную папку для бумаг. – Ужин подадут через десять минут.

Феликс внимательно посмотрел на нас поверх очков в красной оправе, явно ожидая объяснений.

– Не хотим портить вечер, – коротко ответил Марк.

Феликс вздохнул и отложил папку на капот машины.

– Маркус, ты мой сын. И ты имеешь полное право находиться в моем доме, сидеть за моим столом и пользоваться всем, что у меня есть. Если кто-то с этим не согласен, я всегда готов ответить.

Он сделал паузу, снимая очки и доставая платок из кармана.

– Я знаю, что сам виноват перед тобой, – продолжил Феликс, протирая очки. – Это я поставил тебя в такие условия. Но вспомни то, что я всегда говорил тебе. Трудности только закаляют характер.

Я почувствовала, как Марк напрягся. Ему явно было неловко, что я слышу этот разговор.

– Пап, все нормально, – поспешил прервать отца Марк. – Просто мы с Теоной решили провести вечер вдвоем.

Феликс внимательно посмотрел на нас обоих, на его лице появилась едва заметная улыбка и он смягчился.

– В таком случае не смею вас задерживать.

– Я возьму ключи от «Феррари»? – спросил Марк.

– Спрашиваешь тоже… Естественно, бери, – Феликс улыбнулся. – Ладно, дети, берегите друг друга.

Он направился к лестнице, а мы с Марком сели в «Ferrari» темно-бордового цвета с желтыми вставками фирменных значков. Мягкая кожа салона кофейного цвета, запах дорогого парфюма и мощный рев двигателя дразнили своей роскошью, заставляя забыть обо всем и находиться здесь и сейчас. Марк нажал на пульт, открывая ворота, уверенно вывел машину из гаража, и мы помчались по вечерней дороге в сторону Ниццы.

– Мне нравится твой отец, – тихо сказала я, наблюдая за красивыми кистями рук Марка, уверено держащими руль мощной машины. – Мне кажется, он тебя любит.

– Думаю, да, – ответил Марк через минуту, – просто ему приходится балансировать между всеми членами семьи, а всем угодить непросто.

В Ницце мы первым делом решили поужинать, потому что на часах уже была половина восьмого. Мы заняли столик в прибрежном ресторане, который расположился на паре отвесных скал и сделали заказ. Вокруг было достаточно оживленно, а сам ресторан выглядел совсем компактным, но мы сидели в углу и не замечали никого вокруг.

Официант выставил перед нами блюда, и как только он отошел от нашего стола, у меня зазвонил телефон.

– Ой, это мама, – обрадовалась я, глядя на экран, а потом расстроилась из-за того, что снова не смогу с ней нормально поговорить. – Я ей днем не дозвонилась. Ладно, напишу сейчас, что потом перезвоню.

– Ты чего? Ответь, – сказал Марк, делая глоток свежевыжатого сока.

– Это видеозвонок, – замялась я.

– Отвечай уже, – подбодрил он.

Я нажала на кнопку, и на экране появилось такое родное лицо мамы.

– Дочь, привет! Как ты? – радостно воскликнула она.

– Мамуль, привет! Я не одна, – предупредила я.

Марк наклонился и заглянул в кадр, помахав рукой моей маме.

– Добрый вечер! – улыбнулся он своей самой обаятельной улыбкой.

Мамуля явно не ожидала увидеть такого красавчика, но смутить мою маму не так-то просто.

– Добрый вечер, молодой человек! А вы у нас кто? – с любопытством спросила она.

– Надеюсь, будущий зять, – невозмутимо ответил Марк.

– Марк! – шлепнула я его по плечу.

– Есть возражения? – засмеялся он, и посмотрел на меня.

– Мамуль, познакомься, это Марк, – представила его я, пытаясь скрыть смущение.

– Привози к нам будущего зятя, будем знакомиться, – улыбнулась мама.

– Как у вас дела? Как папа? – поспешила я сменить тему.

– Да все хорошо. Опять целый день своими настойками занимался. Я и так его прошлые запасы устала раздаривать всем соседям, – пожаловалась мама.

Я рассмеялась, представляя папу, колдующего над очередной партией самодельного алкоголя. Он особо не пил свои настойки, но всегда с удовольствием угощал ими гостей.

– Ладно, не буду вас отвлекать, – улыбнулась мама. – Марк, до встречи!

Мама помахала нам и отключилась, но через минуту от нее пришло смс:

«А он хорош! Берем».

Я снова засмеялась, а Марк тут же навострил уши, с интересом поглядывая на меня.

– Фейсконтроль у мамы пройден? – догадался он.

– Кажется, да, – подтвердила я, продолжая улыбаться телефону.

– Слава богу! – сдержано улыбнулся Марк. – У тебя приятная мама.

– На самом деле она та еще командирша, – засмеялась я. – Все мои ухажеры всегда считали мою маму слишком строгой.

– Все правильно. Она просто берегла для меня местечко, – пошутил Марк, заставляя меня гадать, была ли в его словах та самая доля истины.

– Она правда хорошая, – сказала я, так и не прокомментировав шутку Марка. – А папа, наоборот, сразу производит впечатление компанейского добряка. К нему всегда все тянутся, поэтому у родителей много друзей.

После ужина мы пошли гулять по вечерней Ницце. Солнце давно успело скрыться за линией горизонта, и вся набережная была подсвечена фонарями, настраивая на романтику.

Мы сели на лавочку, наблюдая за людьми на пляже. Марк обнял меня за плечи, притягивая ближе. Размеренный шум волн убаюкивал, а в теплых мужских объятиях и вовсе хотелось растаять. Я скользнула пальцами по ноге Марка, собираясь вложить свою ладонь в его левую руку, но вместо этого случайно задела внушительный бугор в штанах и остановилась.

– Ты что делаешь, хулиганка? – шумно выдохнул Марк.

– Я случайно, – почти невинно ответила я, стараясь не рассмеяться.

– Ну если случайно, то могла бы уже руку и убрать, – напряженно сказал Марк и поцеловал меня в щеку.

– Мне просто понравилось то, что я нащупала, – все-таки засмеялась я.

– Тебе смешно, а мне теперь со стояком ходить, – тихо пробормотал он себе под нос, и все-таки перехватил мою руку.

– А ты не ходи, – кокетливо сказала я. – Пора бы использовать его по назначению.

– Если я начну использовать его прям тут, наши фото быстро облетят весь интернет, – хмыкнул Марк. – Поехали домой, веснушка.

Марк встал, пристально глядя на меня, и протянул мне руку, а у меня вспыхнули щеки от понимания, что я сама же нарвалась. Об этом же кричал и его чувственный поцелуй, когда я поднялась за Марком и оказалась в его объятиях.

– Марк, прости, – тихо сказала я, отрываясь от его теплых губ, – я говорила, что мне будет сложно пережить, если ты уйдешь после того, как мы переспим, а сама же тебя провоцирую. Я не хотела на тебя давить…

– Кажется, я никуда уходить не собирался, – так же тихо ответил Марк и еще раз поцеловал меня, но в этот раз ограничился лишь трепетным касанием губ.

Около одиннадцати вечера мы вернулись в Антиб. Несмотря на поздний час, в доме Рошфоров все еще горел яркий свет. Видимо, ужин затянулся… А как иначе, когда рядом нет никаких раздражителей в виде внебрачных детей мужа или беременных бывших?

Марк открыл передо мной дверь, пропуская вперед, и следом зашел за мной, буквально сразу упираясь в мою спину. Я замерла, потому что в холле стоял Адриан. На его плече повисла Адель, склонив к нему голову, и что-то живо лепетала по-французски. Рядом с ней был ее отец, он одобрительно кивал, соглашаясь со словами дочери. Все трое засмеялись и лишь Адриан повернул голову в нашу сторону.

Наши глаза встретились. На секунду мне показалось, что во взгляде Адриана промелькнуло что-то живое. Забытое, но смутно знакомое. Но в тот же миг Адель потянулась к нему, не заметив нашего появления, и звонко поцеловала его в щеку. Адриан отвернулся. Анри хлопнул его по плечу, и вся троица снова засмеялась. Мы здесь явно были лишние.

Пока мы поднимались к себе, я думала о том, какой же наивной я была, полагая, что моя беременность и упорство окажутся веской причиной, чтобы вернуть Адриана. Он из другого мира и мне никогда по-настоящему не принадлежал. А вот с Адель они действительно выглядят как супружеская пара, даже несмотря на то, что еще не успели пожениться и официально пока не помолвлены. Они уже семья. Сплоченная, уверенная в себе и своем будущем.