Сажусь в машину, со всей силы хлопнув дверью. Костя сердито зыркнул в зеркало заднего вида.
— Не рассчитала. — бурчу я себе под нос и утыкаюсь в телефон.
Сейчас я готова отправиться куда угодно, лишь бы оказаться подальше от этого дома и от Варламова. Кем он себя возомнил? Господом Богом? Хотя я уже чуть было и в это не поверила, иначе откуда ему знать про клуб?
Тыкаю пальцами по разбитому сенсору и нахожу номер Тани. Пытаюсь дозвониться до подруги примерно в тысячный раз за последние дни. Мне нужно поговорить хоть с кем-то! Хоть с кем то, кто не считает себя лучше меня!
Гудок, другой, и в трубке послышались щелчки.
— Таня! — выкрикиваю я от неожиданности гораздо громче, чем следовало бы. Костя напрягся, но продолжил вести машину. — Куда ты пропала? — сказала я уже гораздо тише. Предпочла бы поговорить с подругой наедине, без лишних любопытных ушей, которые потом, чего доброго, снова обвинят меня в планировании побега, но получилось, как получилось.
— Привет, Маш. Как ты там? — голос девушки мне показался каким-то… деревянным. И я нахмурила брови.
— У тебя что-то случилось? — задаю я вопрос, проигнорировав ее приветствие.
— Да нет, — тут же находится она. — Дел просто по горло. Извини, что не звонила. — беспечность, которую Таня пытается придать голосу, провалилась бы, поступай она на курсы театрального. Выглядит совсем не естественно.
Но тревога за подругу все же отпускает, по крайней мере она жива. Вот только на смену волнению тут же приходит обида.
Насупившись, буркаю:
— У меня вообще-то День Рождения сегодня, спасибо, что поздравила. — злобно иронизирую я, навострив уши, и готовясь слушать извинения.
— О, — растерянно выдает Таня, но тут же находится. — Я собиралась позвонить тебе вечером. На работе просто сейчас.
Сжимаю челюсти. Весь мир против меня. А подруга шутливо продолжает:
— Это тебя там кормят, поят и в дорогие шмотки одевают, а мне нужно самой на жизнь зарабатывать. — смеется.
Я отодвигаю телефон от уха и растерянно смотрю на экран. На секунду мне показалось, что я и вовсе ошиблась номером и теперь разговариваю не с подругой, а с абсолютно незнакомым человеком. Моя Таня ни за что бы в жизни так не сказала. Динамик смартфона продолжает что-то булькать, и я прикладываю его обратно к уху, не находясь что ответить.
— Ладно, Маш. Наберу тебя позже. Работать нужно. — коротко прощается подруга и вещает трубку.
Концентрирую взгляд на изголовье кожаного сиденья прямо перед собой. Губы дрожат.
Серьезно? Лучшая подруга считает, что у меня тут все хорошо? Может она сделала такие выводы, потому что я отказалась от ее плана побега в больнице? Ну, если так, то она сильно ошибается.
— Не подруга она тебе. — глухо произносит Костя, вырывая меня из размышлений. — Эта твоя Таня.
Я напряглась и въелась глазами в парня.
— Что ты имеешь в виду? — прямо сейчас я уже готова перепрыгнуть на переднее сиденье машины с грацией тигрицы и выведать у Кости все. И дураку понятно, что его слова имеют подтекст.
Но парень лишь продолжает концентрировать взгляд на дороге.
— Говори! — восклицаю я. — Что тебе о ней известно!? Почему ты так сказал!?
Костя раздраженно вздыхает.
— Просто поверь.
Нет, ну они меня доведут своими вечными недомолвками! Костя с Варламовым два сапога пара, скажут, а потом молчат как партизаны! Сжимаю кулаки и отворачиваюсь к окну.
— Тогда кто мне друг? Неужто ты? — цежу я с досадой. Но этот вопрос не требует ответа. Не могут мне желать добра люди, которые силой притащили мой зад в этот гребаный особняк.
Но вопросы продолжают мучить мою, и без того перегруженную информацией, голову. Почему он так сказал? Неужели, он имел в виду, что это Таня не сохранила в тайне мой секрет и все рассказала про клуб? Разум отказывается верить. Мы с ней не так уж и долго общаемся, но за пару лет действительно успели сродниться. Да и когда я начала встречаться с Денисом, она была за меня искренне рада. Хотя, многие бы на ее месте желчью изошлись. Такие женихи на дороге не валяются.
Вздыхаю, с шумом выпуская воздух из легких, и смотрю из окна на черно — оранжевую вывеску «ЦУМ». Сейчас мне хочется смеяться, честное слово. Еще месяц назад я проходила мимо этого здания и уныло смотрела на входящих внутрь людей. Сама я зайти боялась, потому что прекрасно понимала, что цены там космические, а мне даже одноразовый пакет будет не по карману.
Достаю зонт и уверенно топаю к главному входу.
«Купи себе все, что хочешь», значит? Хорошо, Евгений Сергеевич, никто Вас за язык не тянул. Да я сейчас столько денег потрачу, что Вы наконец-то задумаетесь, стоит ли держать возле себя такую транжиру!
Знаю, что это глупо. Но мне хочется ему хоть как то насолить, потому что более серьезные способы навредить Варламову, мне не доступны.
****
— Это. Иии … вот это. И это тоже. — я тыкаю пальцем в первые попавшиеся манекены, а девушка консультант услужливо кивает и начинает их раздевать одного за другим.
Злобно оглядываюсь на Костю, трущегося возле входа, нагруженного тридцатью пакетами из разных магазинов. Усмехаюсь. Да, я не стала ни в чем себе отказывать. Парень только и успевал, что пластиковой картой махать перед номами кассиров.
— И тот шелковый халатик прихватите. — бросаю я продавцу, старательно изображая из себя богатую девицу, бездумно сорящую деньгами. Хотя почему изображаю? Сегодня я потратила за один раз столько, сколько не тратила никогда. Даже если сложить все покупки за мою жизнь воедино, сумма выйдет гораздо меньше.
Обмениваюсь с Костей взглядами, давая понять, что отправляюсь в примерочную. Тот недовольно кивает. Ну хоть в отдел нижнего белья он со мной не пошел. Я бы сгорела со стыда, выбирая трусы при нем.
Краем взгляда замечаю ювелирный салон, находящийся напротив, и делаю себе пометку в голове. Там я тоже экономить не буду, и плевать, что ничего из этого даже носить не планирую.
Ловко орудуя вешалками с кружевной красотой, девушка раскладывает белье в просторной примерочной и удаляется.
А я сажусь на бирюзовый бархатный пуфик и закрываю лицо руками. Ничего я не собираюсь мерить. Просто посижу тут. Одна. Без лишних глаз. А потом куплю все это и натяну широченную улыбку на лицо.
Но один комплект все же зазывно выделялся среди других, привлекая мой интерес. Простого кроя черное белье с атласной отделкой по краям. Изысканно, и ничего лишнего нет. Беру его в руки и кручу, разглядывая со всех сторон.
Женская половина моего рассудка пересилила, и я сбрасываю с себя платье и нижнее белье, примеряя обновку. Напряженно провожу ладонями по телу. Я действительно набрала пару килограмм, но так даже лучше. Попа округлилась, а декольте стало соблазнительнее. В голове резко всплывает картинка голого торса с полоской темных волос, уходящей к резинке спортивных штанов. Видение навалилось так быстро, словно вспышка, и тут же исчезло.
Хлопаю глазами, щеки краснеют. Господи, о чем ты думаешь вообще!? — ругаю я саму себя и предпочитаю тут же зарыть грязные мыслишки в глубину подсознания. Где-то я слышала, что у беременных гормоны бушуют только так. Пора бы их обуздать.
За белой бархатной шторкой послышалась возня и я вздрогнула. Наверное, это девушка — консультант принесла мне еще что-то.
— Больше ничего не нужно. — я говорю это довольно грубо, потому что боюсь, что она заглянет ко мне без предупреждения. Мелькать перед незнакомым человеком в чем мать родила я вовсе не горю желанием.
Но мне никто не отвечает, а шторка начинает шевелиться, и я застываю на месте.
Еще через секунду моё сердце уходит в пятки.
— Вы что себе позволяете!? Выйдите! — заверещала я, прикрывая руками тело, но рот тут же оказался зажат большой ладонью.
В примерочную ворвался неприятного вида мужчина, худой и высокий. Он оказался возле меня буквально за долю секунды и мои глаза наполнились самым настоящим ужасом.
Как такое вообще возможно? Сюда, что, пускают всех подряд?
Я замычала, отчаянно брыкаясь, и молотя руками его темную куртку, но тощий мужик лишь усмехнулся в ответ на мои действия.
— Тсссс… — прошипел он и запустил руку за спину. Уже через миг к моей шее прикоснулся холодный металл оружия. Ледяной страх сковал легкие. От ужаса тело отказывалось функционировать, колени тут же начали подкашиваться, но мужчина обхватил меня за талию свободной рукой.
Медленно убрал ладонь с губ.
Серьезно блин? Это что за насмешки судьбы? А Вселенной не кажется, что концентрация опасности в моей беременной жизни давно уже превысила все допустимые нормы!?
Я сделала шаг назад в попытках избавиться от липких объятий и несмело подняла руки.
— У меня нет налички. Клянусь. — голос дрожит, а из глаз льются горячие слезы.
Тощий скалит зубы.
— Ты думаешь, я сюда приперся, чтобы тебя ограбить? — у него очень противный высокий голос, совсем неприсущий мужчинам. Тело бьёт озноб.
Чего он хочет? Неужели… изнасиловать? Душа уходит в пятки от страха.
Я пячусь назад до тех пор, пока не упираюсь лопатками в холодное зеркало, а мужчина исследует взглядом моё тело в одном белье.
— Нн… нет. Я беременна. Пожалуйста.
Тощий удивленно вскидывает брови и довольно цокает языком.
— Тааак, телка Варламова, да еще и с огрызком внутри. Двойное комбо, блядь. — он загоготал, изображая что-то наподобие смеха, а по моей коже прошел мороз.
В голове сложилось два плюс два. Он тут не случайно.
— Я не его телка. — я мотаю головой. — Вы ошиблись.
Мужчина продолжает смеяться.
— Че ты меня лечишь? Живешь у него, ходишь по магазинам с его охраной, да еще и наследника значит носишь? — он делает шаг в мою сторону, и я сжимаюсь. Похабно оглядывает грудь, которая в этом бюстгальтере с пушапом смотрится гораздо больше, чем есть на самом деле. Дергаю рукой, чтобы прикрыться, но тощий меня останавливает, проводя по моему декольте дулом пистолета.
С губ срывается жалобный стон, и я уже готова умолять его не трогать меня. Какого дьявола Костя там зевает? Как он мог подпустить ко мне этого ублюдка?
— Боишься? — с насмешкой произносит мужик и я киваю.
— Правильно делаешь. — самодовольно говорит он в ответ. — Папик твой отобрал у меня кое-что очень ценное, а я в ответ заберу тебя, цыпа.