Отец моего бывшего парня. Наследник Империи (СИ)

Глава 25

Молчу. Просто смотрю ему в глаза. Его рассказ поверг меня в шок, свалился на голову оглушающей реальностью. Да так, что в ушах начало звенеть от тишины, повисшей в этом холодном неуютном помещении.

Я тяну конверт обратно к себе дрожащими руками. Не раздумывая, срываю край и вытаскиваю лежащую внутри бумагу с печатями больницы. Разворачиваю.

В глазах стоят слезы и маленькие черные буквы расплываются. Смахиваю сырость с щек тыльной стороной ладони. Судорожно втягиваю воздух.

— Это правда. Отец ты. — мой тихий голос кажется таким громким, что приходится поморщиться.

Мужчина лишь спокойно кивает.

— Я узнал, что Денис не мог иметь детей… сразу после его гибели.

— То есть… ты все это время… знал… обо всем этом? — я смотрю на него открыто, без злобы или осуждения. Сердиться мне нужно скорее на себя, за то, что тот вечер и этот несчастный клуб стали роковыми в моей жизни.

Варламов скользит рукой по столу. Тянется к моей ладони, но я тут же прячу их под стол. Ему это не нравится. Взгляд тут же становится хмурым.

Мне просто нужна пара минут, чтобы все осмыслить. Сейчас это, кажется, чем-то невероятным.

— В тот вечер я еще не знал, что вы расстались, Маша. Я поступил импульсивно и чувствовал себя последней мразью. Денис рассказал мне о том, что произошло только пару дней спустя.

— Иии… Он сказал, что мы расстались, потому что я изменила ему? — я сглатываю колючий ком в горле. Почему-то хочется расплакаться. От стыда, от воспоминаний о том ужасном вечере, от того, что все сейчас обернулось именно так, и я не имею понятия хорошо это или плохо. Кажется, в голове перемешалось абсолютно все.

Мужчина как-то виновато вздохнул и даже отвел глаза в сторону.

— Скажи мне. — с нажимом говорю я.

— Я сам так решил. Увидев тебя в клубе в таком состоянии, готовую на что угодно с первым встречным, я и не мог подумать иначе. — я киваю. — После клуба я попросил своих ребят присмотреть за тобой. Денис погиб, и… Не до этого в общем стало. — он делает тяжелую паузу. — А потом мне сообщили, что ты ходила в больницу и записалась на аборт. Когда я пришел к тебе в магазин, то окончательно убедился в том, что ты не знаешь, что между нами произошло.

Это была последняя капля. И все эмоции, скопившиеся внутри, хлынули наружу свинцовыми, больными градинами слез. Легкие начинает печь от дефицита кислорода. Я делаю судорожные вздохи. Закрываю лицо ладонями.

— Ты ведь мог мне сказать! — обвинять его сейчас в чем-то за свои же ошибки не лучшая идея. Знаю. Но кажется я уже не контролирую свои эмоции, и мне хочется переложить хоть часть своей боли на кого-то другого.

— Маш… — мягко говорит мужчина. Оглядывается на дверь. Встает со стула и подходит ко мне.

Я вкидываю на него мокрый от слез взгляд.

— Иди ко мне. — он мягко тянет меня за руку. Я встаю и тут же утыкаюсь носом в его плечо. Сильные руки обнимают меня, гладят по спине и по волосам. И от этого становится так спокойно и так надежно.

Бывают такие места, в которых ты чувствуешь себя как дома. И кажется мой дом в его объятиях. Я не чувствовала ничего подобного никогда раньше.

— Не плачь, ладно? — уговаривает он меня, от чего плакать хочется еще больше. Лишь бы еще хоть разочек услышать вот этот вот тон голоса. Теплый и нежный.

Но я трясу головой, соглашаясь.

Мужчина обхватывает мои щеки ладонями, заставляет поднять голову. Противлюсь, потому что понимаю, как сейчас выгляжу. Нос наверняка распух, а тушь, которой я воспользовалась утром скорее всего размазалась по щекам, превращая меня в панду.

Но он утирает мокрые дорожки слез с моего лица большими пальцами и улыбается. Я не могу сдержаться и улыбаюсь тоже.

Кажется, только в этот момент до меня наконец то доходит, что сейчас передо мной стоит отец моего ребенка. Неужели у моего малыша будут такие же бездонные голубые глаза, которые я так… люблю.

Наверное, этот мужчина все-таки умеет читать мысли, потому что именно в этот момент он иронично приподнимает бровь и задорно пронзает меня взглядом.

Не могу удержаться. Сквозь горькие слезы пробирается звонкий смех.

Еще через секунду чувствую вкус его губ на своих. Такой знакомый и желанный. Улыбаюсь сквозь поцелуй и сильнее притягиваю его к себе. Обнимаю, что есть сил.

В дверь постучали, давая понять, что время на исходе. И сердце тут же жалобно сжалось протестуя. Нет! Этого недостаточно! Мне нужно еще время! Больше времени!

— Мы… что-то придумаем. — наспех зашептала я, прерывая поцелуй. — Мы найдем самых лучших адвокатов. Дадим взятки, подкупим всех, кого можно, но вытащим тебя. Мы что-то обязательно придумаем, слышишь?

— Маш. — оборвал он меня. — Взятки тут не помогут, пока по земле ходит человек, который не хочет видеть меня на свободе.

В душе будто что-то обрывается.

— Я сам все решу, поняла?

И я ему верю. Он решит. Обязательно.

*****

— Маша, тут доставка приехала. Говорят, ты что-то заказала. — подозрительно произносит в трубку моего смартфона Костя.

Я в этот момент представляю, как он сканирует взглядом доставщика, поэтому спешу ответить:

— Да, я заказывала! Кроватку. Надо же заранее все это купить. А то потом вдруг времени не будет… — зачем-то начинаю оправдываться. Просто мне до сих пор не привычно, что деньгами можно распоряжаться вот так вот, просто. А покупки совершать, не заглядываясь на ценники и не подсчитывая в уме на каких именно макаронах придется сидеть до конца месяца, если ты сейчас себе это позволишь.

— Ясно. Встречай. — отвечает парень, пропуская мимо ушей моё чистосердечное признание о потраченных деньгах. Конечно, ему плевать, что я покупаю, и для чего мне это нужно.

Подбегаю к панорамному окну в холле и выглядываю в сад, чтобы поскорее увидеть доставщика. Я ждала эту кроватку и очень ее хотела. Оставалось только узнать пол малыша, чтобы решить в каком цвете будет матрац.

Доставщик уже у входа, поэтому я выскакиваю на улицу в одной пижаме и быстро расписавшись в документах, показываю куда ее поставить.

Дверь за ним закрывается, а я задумчиво смотрю на запечатанную коробку. Да, придется просить кого-то из рабочих или охраны ее распаковать и собрать. Сама я точно не справлюсь.

Кладу руку на живот и улыбаюсь, что делаю в последнее время слишком редко. Напоминаю себе, как важны положительные эмоции.

— Ничего, малышка. Дядя Костя нам все соберет. — злорадно хихикаю и вновь беру в руки смартфон. Видимо Костя получил строгое указание от Варламова, носиться со мной как с писаной торбой. Указание блюдет безукоризненно.

Две недели прошло с момента его ареста. Каждое утро я просыпаюсь и не хочу открывать глаза, не хочу вспоминать весь этот кошмар. Хочу лишь одного, чтобы он оказался дома.

Но резиновые дни тянутся друг за другом, и ничего не меняется. Адвокаты кидают сухое «работаем». Костя молчит, будто ему рот заклеили. Хотя я знаю, что, если бы хорошие новости были, он бы обязательно сказал. Значит их нет…

Я отмахиваюсь от грустных мыслей и набираю охраннику.

*********

— Мне кажется это надо к другой стороне прикрутить. — я тщательно наблюдаю за процессом с дивана и раздаю ценные указания, пока двухметровый Костя в строгом костюме ползает по полу на карачках с отверткой в руках.

— Маш, не говори под руку, а? — парень вытирает пот со лба и кидает на меня грозный взгляд. Я лишь улыбаюсь в ответ. — На вот лучше, телевизор посмотри. Что там обычно беременные любят, мультики? — цепляет пульт с тумбы из-под ТВ и бросает его на диван.

Смеюсь.

— Мультики любят дети. А беременные любят смотреть как собирается кроватка для их малышки.

Но телевизор все же включаю. Пусть просто фоном работает.

— Не сказала? — спрашивает парень, бросая на меня взгляды исподлобья.

Я тут же отвожу глаза в сторону.

— Как-то… разговор об этом не зашел.

— Маша, он будет рад, вот увидишь.

Я нервно закусываю губу. Мне бы твою уверенность. Варламов ведь хотел наследника, а у нас будет дочка. Как он отреагирует?

Я ничего не отвечаю, и чтобы не продолжать этот разговор прибавляю звук на телевизоре. Как раз новости идут.

Но уже в следующую секунду вскакиваю с дивана, зажимая в руке пульт, и устремляю все внимание на экран.

— Костя… — отвлекаю я парня, который и внимания не обращает на бубнящую коробку. — Да Костя! Посмотри же!

Парень нехотя отрывается от собирания кроватки и поднимает глаза. Тут же встает. Выпрямляется.

«Машина известного бизнесмена Александра Кравцова взорвалась сегодня на семнадцатом километре Алтуфьевского шоссе.» — озвучивает голос телеведущей кадры с места происшествия. В углу экрана висит фото мужчины. Я видела его. Когда только приехала в этот дом. Это один из тех мужчин, с которыми Варламов разговаривал, когда я по незнанию спустилась вниз совсем не вовремя. — «По предварительным данным хозяин автомобиля и два его охранника погибли на месте. Сейчас на месте происшествия работают криминалисты. Информация уточняется.»

Я отрываюсь от экрана и перевожу вопросительный взгляд на парня.

— Это же его деловой партнер, да? Я его видела.

Но Костя выглядит оглушенным. Смотрит будто бы сквозь меня, что-то обдумывая.

— Нет. — серьёзно произносит он. — Это то человек, из-за которого Варламов попал за решетку.

Мои руки холодеют, а на спине в ту же секунду собираются маленькие капельки холодного пота.

Я снова перевожу растерянный взгляд на экран телевизора, на котором уже идет другой сюжет.

Облизываю пересохшие губы.

— Это значит…?

— Что шансы вытащить его оттуда сейчас существенно увеличились.

Трясу головой. Радуюсь. Конечно же радуюсь! Но в сознании, словно гниющий червяк, копошится навязчивая мысль.

— Костя, это ведь случайность, да? — киваю на экран. Очень хочу верить, что сама судьба распорядилась жизнью этого мерзавца. Но…

Костя ничего не отвечает. Напряженно смотрит мне в глаза, а затем поспешно выходит из гостиной.

*********

Прилипаю к окну машины, стараясь хоть что-то разглядеть возле огражденного участка. У отдела припарковано много полицейских машин, и бесконечно снуют мужчины в форме несмотря на то, что на улице почти ночь.

Мы приехали сюда два часа назад, и все это время я безостановочно ерзаю на сиденье, в ожидании, пока его отпустят.

Об этом сообщили еще днем, но оформление документов затянулось так надолго, что мои нервы буквально трещат по швам. В голове то и дело возникают противные мысли, которые я старательно пытаюсь гнать прочь. Все будет хорошо. Мужчины, который так тщательно пытался упечь его за решетку, больше нет. А дальше мы справимся и сами. И пусть пути не совсем законные, главное, что я знаю — он ни в чем не виноват. Он мне все рассказал, а я просто не могла не поверить.

Сейчас. Еще секунда и я обязательно увижу знакомый силуэт в дверях этого здания.

А уже в следующий миг мысли становятся реальностью. Старая дверь открывается. Сначала выходит Костя, а затем он. Варламов. В строгом черном пальто и такого же цвета поло, которое подчёркивает его голубые глаза. Классические брюки, начищенные до блеска ботинки и стильные очки.

Я даже моргаю, подумав о том, что это мираж, который вот-вот рассеется. Но мужчины никуда не исчезают. Движутся к машине тяжелыми, уверенными шагами.

Дыхание замирает.

Он не знает, что я здесь. Он попросил Костю оставить меня дома, потому что в это время я уже должна спать. А за графиком моего питания, сна и прогулок тщательно следят.

Сцепляю руки в замок. Так сильно, что костяшки пальцев побелели. Сердце тарахтит в груди как старый трактор.

Костя предусмотрительно задерживается на улице, открыв Варламову дверь машины.

Я устремляю на него взгляд. Салон автомобиля тут же наполняется до боли знакомым запахом. Его запахом! Это приводит меня в чистый восторг, и я уже не могу сдержать счастливой улыбки.

Рвусь вперед и бросаюсь ему на шею, не дав даже закрыть дверь.

Чувствую, как из его груди вырывается вздох. Он сжимает мои волосы и притягивает к себе. И в этом жесте есть все. Нежность, страсть, безумие и даже любовь. После этого мне не нужны слова.

Мы сидим так минут десять, не меньше. Просто наслаждаемся прикосновениями друг друга.

На душе поселяется долгожданное облегчение. Я могла бы сидеть так вечно, и клянусь, не шелохнулась бы, лишь бы не нарушать то равновесие в сознании, которое только что обрела.

Но мужчина мягко отстраняется. Медленно, словно невесомо касается моих губ. Колет щеки щетиной.

Заглядывает в глаза.

— Ну что же ты, моя пленница. — его хрипловатый голос снова пробирает меня до мурашек. Господи, пусть это не заканчивается никогда. — У тебя был отличный шанс сбежать, прихватив с собой мои миллионы. Решила его упустить?

Улыбается. В уголках губ собирается восхитительные морщинки, которыми я любуюсь. Но глаза остаются серьёзными.

Я прищуриваюсь.

— Так ты меня больше не держишь? — в моем голосе неожиданно появились те самые кокетливые нотки.

Мужчина делает вид, что задумывается на мгновенье, а затем произносит:

— Держу. Очень сильно держу, Маша. И больше никогда не хочу отпускать.

От моей широкой улыбки где-то в районе скул уже начинает покалывать.

— И… нашу дочь тоже? — сердце напряженно зачастило. Выражение его лица меняется, и я не могу уловить те тысячи оттенков скользящих эмоций. Но в конце концов его глаза загораются ярче прежнего.

— Дочь?

Я киваю.

— Она будет самым счастливым ребёнком на свете. Я обещаю. — он говорит это так просто и так уверенно, что мне не остается ничего. Кроме как поверить. Поверить ему всей душой и всем сердцем.

Вкладывает мою ладонь в свою. Большую и сильную. Как завороженная наблюдаю за нашими переплетёнными пальцами.

Стучит по стеклу, давая Косте понять, что пора ехать.

Охранник садится в машину и тут же заводит урчащий двигатель. Бросает довольные взгляды в зеркало заднего вида, от чего я смущенно опускаю глаза. Знаю, что выгляжу нелепо со своей счастливой улыбкой до ушей, но поделать ничего не могу.

Варламов вновь поворачивается ко мне.

— Едем домой? — спокойно спрашивает он, сильнее сжимая мои пальцы.

— Да. — отвечаю я. — Домой.