Пионеры диких земель

Глава 20

Лунный свет, пробивавшийся сквозь высокое стрельчатое окно, уступил место первым, робким лучам рассвета. Я лежал, уставившись в знакомый резной потолок, и пытался собрать воедино осколки реальности. Покой и тишина, не та давящая из подземелий, а мирная, утренняя, наполненная далёким щебетом птиц и едва слышным гулом просыпающегося города. Война, политика, грохот паровых машин, всё это казалось далёким, ненастоящим. Здесь, в этих покоях, в этой огромной, пахнущей лавандой кровати, был только покой.

Я повернул голову, Элизабет спала, её лицо, обычно строгое и сосредоточенное, сейчас было расслабленным и почти детским. Тёмные ресницы слегка подрагивали, а губы были чуть приоткрыты. Одна рука покоилась у меня на груди, и я чувствовал её ровное, спокойное дыхание. Впервые за всё время нашего знакомства, я видел её не как герцогиню, а просто как женщину. Красивую, уставшую, но нашедшую в этом коротком перемирии свой островок спокойствия. Осторожно, боясь её разбудить, убрал с лица выбившийся локон и снова вырубился.

Проснулся я от ощущения, что что-то не так. Воздух был другим, пахло не лавандой, а чем-то пряным, запахом дикого зверя и разогретой на солнце степи. Я разлепил глаза, вместо изящного профиля Элизабет я увидел копну иссиня-чёрных волос, разметавшихся по подушке. И мощную, покрытую шрамами руку, которая по-хозяйски лежала у меня на животе. Урсула⁈

Мой мозг, ещё не до конца проснувшийся, отчаянно пытался найти логическое объяснение. Я что, лунатик? Перепутал спальни? Но нет, комната была та же, кровать та же. Только содержимое кровати… изменилось. Орчанка спала, как и положено воину, крепко, но чутко. Стоило мне шевельнуться, как её глаза тут же открылись. В них не было ни сонливости, ни удивления, только спокойная, уверенная ясность.

— Проснулся, Михаил? — её голос прозвучал в утренней тишине особенно громко. — А я уж думала, придётся тебя силой будить. Гномы уже полчаса под окнами грохочут, спать мешают.

Она села, ничуть не смущаясь своей наготы, как это было в первый раз. Её тело, покрытое сетью старых и новых шрамов, было телом воина, совершенным инструментом для убийства, но в то же время в нём была своя, дикая, первобытная грация. Я же почувствовал себя… неловко. Как сопливый школьник, которого застали за чем-то неприличным.

— Урсула… как? — это был единственный вопрос, который я смог из себя выдавить.

— Как, как… Ногами пришла, — хмыкнула орчанка, потягиваясь так, что хрустнули позвонки. — Элизабет ушла на утренний совет, сказала, чтобы я тебя разбудила. Ну, я и разбудила. По-своему.

Она подмигнула мне, и в её глазах мелькнул озорной огонёк. Эта прямолинейность и простота, которая поначалу меня так сбивала с толку, сейчас казалась единственно правильной. Никаких интриг, никаких недомолвок. Есть желание— есть действие, всё по-честному.

Утренняя гигиена и завтрак превратились в полосу препятствий. Выйдя из спальни, я нос к носу столкнулся с Брунгильдой. Она шла по коридору с кипой чертежей под мышкой, и вид у неё был такой, будто она всю ночь не спала и проектировала новый танк.

— О, Железный, — кивнула она мне, даже не сбавив шага. — Я тут подумала насчёт системы охлаждения. Если мы пустим второй контур через боковые экраны, то сможем не только снизить тепловую заметность, но и немного подогревать траки в зимнее время. Надо обсудить, зайди после завтрака.

Она прошагала мимо, оставив меня переваривать идею гусениц с подогревом. Я уже почти дошёл до малой столовой, когда из-за угла, как тень, выскользнула Лира. На ней было лёгкое шёлковое платье, которое совершенно не скрывало её точёной фигуры, а в руках она держала какой-то свиток.

— А вот и наш герой-любовник! — пропела она, её лисьи глаза смеялись. — Как спалось, командующий? Кошмары не мучили?

— Не мучили, — буркнул в ответ, чувствуя, как начинают гореть уши.

— Ещё бы! — хихикнула лисица. — В такой-то компании! Знаешь, я бы любые деньги отдала, чтобы каждое утро видеть твоё удивлённое и смущённое лицо. То Урсула, то Брунгильда со своими паропроводами… Это лучше любого театра!

Она сунула мне в руки свиток.

— Это первые отчёты от моих девочек с западного направления. Ничего хорошего, как я и ожидала, Мортана не сидит сложа руки. Прочти на досуге, а сейчас завтрак. Уверен, наша герцогиня уже заждалась.

Лиса грациозно обошла меня и первой вошла в столовую, оставив меня с ощущением полного морального разгрома. Входить туда не хотелось, мне казалось, что на лбу у меня горит неоновая вывеска: «Переходящий вымпел за лучший надой в колхозе».

Но делать было нечего, собрав всю свою волю в кулак, я вошёл. Элизабет уже сидела за столом, супруга была в простом, но элегантном платье, волосы убраны в строгую причёску. Она подняла на меня глаза, и я приготовился к чему угодно: к холодному взгляду, к язвительному замечанию, к допросу. Но вместо этого она улыбнулась. Легко и спокойно, как будто ничего не произошло.

— Доброе утро, Михаил. Садись, всё уже остывает.

Я сел, чувствуя себя полным идиотом. Лира, сидевшая напротив, с нескрываемым удовольствием наблюдала за этой сценой, отпивая из своей чашки какой-то травяной отвар.

— Расслабься, Михаил, — вдруг сказала Элизабет, её голос был ровным и спокойным, как гладь озера в безветренный день. — Ничего страшного не происходит.

Я поперхнулся.

— В смысле?

— В прямом, — она отложила вилку. — Я знала с самого начала, что в твоей жизни будет много женщин. Ты не просто барон, уже почти герцог, или командующий. Ты центр силы, к которому тянутся все. Урсула видит в тебе вождя, равного ей по духу воина. Брунгильда инженера, единственного, кто понимает её до конца. Лира… — Элизабет бросила на кицунэ быстрый взгляд, — нашла в тебе достойного партнёра для своих игр. Каждая из них по-своему любит и уважает тебя. И я рада, что рядом с тобой есть те, кто может поддержать тебя, когда меня нет рядом.

Я сидел, как громом поражённый, мой земной, современный мозг отказывался это понимать. Ревность, скандалы, интриги, вот чего я ожидал. А вместо этого получил рациональное одобрение.

— Но… это же… — я пытался подобрать слова.

— Это политика, Михаил, — мягко закончила Элизабет. — И немного больше. Каждая из них, это не просто женщина в твоей постели. Это залог верности её народа. Ты своей кровью, своим телом скрепляешь наш союз. Это большая жертва, и я это понимаю. Главное, чтобы ты помнил, кто твоя первая жена.

Она сказала это без всякого пафоса, как констатацию факта. И в этот момент я, кажется, окончательно впал в транс. Громкий, заливистый смех Лиры вывел меня из ступора. Она смеялась так искренне и заразительно, что даже Элизабет не смогла сдержать улыбки.

— О, боги, — вытирая выступившие слёзы, проговорила лисица. — Видел бы ты сейчас своё лицо! Кажется, наш Железный Вождь, победитель подземных тварей и гений инженерной мысли, только что столкнулся с задачей, которая ему не по зубам.

Месяц, который я выделил на отдых, пролетел, как один день. Но это был не тот расслабленный, ленивый отдых, о котором мечтают солдаты в окопах. Каменный Круг гудел, как гигантский потревоженный механизм, который настраивали и смазывали перед новым, решающим броском.

По утрам плацы наполнялись рёвом орочьих сержантов и лязгом стали, Урсула гоняла новобранцев и ветеранов, отрабатывая новую тактику штурма укреплений. Я сам разработал для неё несколько упражнений: штурм макетов зданий, зачистка развалин и катакомб, бой в узких проходах. Моя валькирия с энтузиазмом взялась за дело, и её берсерки, которые раньше знали только один приём, «беги вперёд и руби всё, что движется», теперь учились действовать в связках, прикрывать друг друга, использовать гранаты и работать под прикрытием стрелков.

Из кузнечных кварталов днём и ночью доносился грохот молотов и шипение пара. Брунгильда, получив карт-бланш и доступ ко всем ресурсам, развернула деятельность с присущим ей гномьим размахом. Десятки инженерных бригад, как муравьи, расползлись по окрестностям, возводя мосты через реки, укрепляя перевалы, прокладывая гати через болота. Одновременно в подземных цехах кипела работа по ремонту и модернизации старой техники и сборке новых танков. Моя гномка была в своей стихии, носилась между цехами и стройплощадками, её голос, усиленный рупором, раздавал приказы, сыпал проклятиями и подгонял нерадивых рабочих.

Я же, после того как пришёл в себя от утренних «сюрпризов» и разговора с Элизабет, с головой ушёл в то, что умел лучше всего, в планирование. Карты западного побережья, разведывательные донесения, расчёты по логистике, чертежи новых образцов вооружения, всё это покрывало столы, стены и даже пол. Кошмары, которые мучили меня после подземной кампании, почти отступили, вытесненные новой, более насущной тревогой.

Тревога эта имела вполне конкретное имя, Мортана.

Я прекрасно понимал, что пока мы отдыхаем, зализываем раны и строим планы, она тоже не сидит сложа руки. Каждая неделя промедления давала ей возможность укрепить оборону Крейгхолла, подтянуть резервы, создать новые виды чудовищ. Мои пальцы сами собой сжимались в кулаки, когда я смотрел на карту. Мы зачистили Дикие Земли, обезопасили фланг наших земель, но это была лишь локальная победа. Главный враг по-прежнему был силён и опасен. И, что самое неприятное, непредсказуем.

— Никакой определённости, — докладывала мне Лира, появляясь в моём кабинете, как всегда, внезапно и бесшумно. — Её войска рассредоточены по всему побережью. Мелкие гарнизоны, летучие отряды, патрули. Она как будто размазала свою армию тонким слоем.

Но мы оба знаем, что в любой момент она может собрать их в один мощный кулак и ударить. Вопрос в том куда? Кицунэ склонилась над картой вместе со мной, её пушистые хвосты легонько покачивались в такт её мыслям…

Когда до конца нашего «отпуска» оставалось чуть больше недели, ход сделал кто-то третий.

Новость принёс дальний конный патруль, который вернулся на два дня раньше срока. Четверо всадников, покрытые пылью, с блеском в глазах, ворвались в Каменный Круг, едва не сбив с ног стражу у ворот. Я как раз был на тренировочном полигоне, где Урсула демонстрировала мне работу штурмовой группы, когда ко мне подбежал запыхавшийся ординарец.

— Командующий! Патруль вернулся! Срочные известия!

Мы с Урсулой и Лирой, которая непонятно как оказалась рядом, тут же направились в штаб. Командир патруля, молодой лейтенант, уже ждал нас там. Он залпом осушил кружку воды и, всё ещё пытаясь отдышаться, начал доклад:

— Мы были в двух днях пути к западу от старого тракта, в предгорьях. Разведка донесла о крупном отряде охотников Мортаны, около двух тысяч! Двигались на восток, мы готовились отойти и выслать гонца, когда появились другие.

Он запнулся, пытаясь подобрать слова.

— Кто другие? — нетерпеливо спросила Урсула.

— Не знаем. Они вышли из леса, четко во фланг темных. Тоже около двух тысяч. Завязался бой.

— Что ж, — вздохнула Лира, в её голосе прозвучали циничные нотки. — Пожелаем им лёгкой смерти. Две тысячи против охотников Мортаны…

— Госпожа Лира, — перебил её лейтенант, и в его голосе прозвучало удивление. — Боюсь, вы не правы. Когда мы уходили, ещё неизвестно было, кого хоронить будут. Они дрались… они дрались почти на равных.

В штабе повисла тишина, я переглянулся с Лирой. Её игривое настроение как рукой сняло. В глазах кицунэ появился холодный блеск. Отряд неизвестных, который может на равных сражаться с элитными частями тёмных эльфов? Это было не просто новостью. Это было чем-то, что могло полностью изменить расклад сил на этой проклятой шахматной доске.

— Где это? — я ткнул пальцем в карту.

Лейтенант указал точку, дикая, ничейная земля даже по раскладам орков.

— Собирай тысячу, тех кто лучше всех держится в седле — приказал я Урсуле. — Лошадей брать самых выносливых. Выступаем через час.

— Ты хочешь вмешаться? — спросила Лира.

— Я хочу посмотреть, — ответил ей, мой мозг уже лихорадочно просчитывал варианты. — Я хочу увидеть этих шустрых мальчишек, которые рвут охотников темных своими глазами.

Мы неслись во весь опор, не жалея ни себя, ни лошадей. Тысяча отборных всадников летела по степи, как брошенный с тетивы стальной болт. Сейчас важна была только скорость. Мне нужно было добраться до места боя прежде, чем ветер заметёт следы.

Чувство тревоги, смешанное с азартом первооткрывателя, не покидало меня. Кто они, эти таинственные воины? Новый враг? Неожиданный союзник? Или просто третья сила, которая преследует свои собственные, непонятные нам цели? Вопросы роились в голове, но ответов на них не было.

На второй день пути, когда мы уже были на подходе к предгорьям, я почувствовал едкий запах гари и горелого мяса, который ветер доносил с запада. Запах больших погребальных костров.

— Близко, — прорычала Урсула, её ноздри хищно раздувались. — Чувствую много крови!

Мы поднялись на очередной холм, и моему взору открылась картина, которая заставила даже меня, человека, видевшего всякое, невольно присвистнуть. Перед нами расстилалась широкая долина, и вся она была усеяна трупами. Сотни, если не тысячи, чёрных, изломанных тел тёмных эльфов и их ручных тварей, похожих на гигантских богомолов, валялись вперемешку, создавая сюрреалистический пейзаж из хитина, стали и разорванной плоти. Земля была буквально пропитана тёмной гемолимфой. А вдалеке, ближе к лесу, поднимались в небо пять огромных столбов чёрного дыма.

— Разведку вперёд! — скомандовал я. — Проверить всё, ищите любые следы и выживших.

Пока Ястребы и лисички Лиры, спешившись, рассыпались по долине, я, вместе с Урсулой и самой кицунэ, медленно двинулся в центр побоища. Картина была удивительной. Это не было похоже на хаотичную свалку, которая обычно остаётся после большого сражения, здесь чувствовалась система.

— Смотри, — Лира спрыгнула с коня и указала на труп эльфийского офицера. — Ничего не замечаешь?

Я присмотрелся, темный лежал на спине, тело было пробито в нескольких местах. Но чего-то не хватало…

— Он раздет, — догадался я. — Почти полностью!

С него была снята не только броня и оружие, но и все личные вещи: пояс, кошель, амулеты, даже сапоги. Рядом валялся другой труп, и ещё один, и ещё. Картина была везде одинаковой. Каждый убитый тёмный эльф был методично, аккуратно затрофеен. Это была работа не мародёров, которые хватают что подороже. Это была работа армии, которая испытывает нужду в ресурсах и забирает всё, что может пригодиться. Каждый клинок, каждый наконечник стрелы, каждый кусок кожи.

— Профессионалы, — констатировала Урсула, с уважением в голосе осматривая труп эльфийского когда-то тяжело вооружённого воина, у которого одним точным ударом была пробита щель в шлеме, который не забрали, потому что он затерялся в наваленных телах. — Били точно в уязвимые места, не тратили силы зря. Судя по следам, шла фаланга, примерно здесь она уперлась в темных, в итоге перемолов всё и всех, мощные ребятки.

Мы подошли ближе к погребальным кострам. Жар от них был такой, что приходилось прикрывать лицо. Рядом с кострами никого не было. Таинственные воины ушли, но перед этим позаботились о своих павших.

Лира, присев на корточки, внимательно изучала то, что не успело догореть. Её острый взгляд выхватывал из огня какие-то детали, незаметные для нас.

— Люди, — наконец, произнесла она, поднимаясь. — Подавляющее большинство из погребенных точно. Судя по костям, крепкие, хорошо сложенные мужчины. И ни одного знака различия, ни клочка ткани от формы, ни одного герба на обломках оружия. Они даже срезали с доспехов все крепления для знамён. Эти ребята очень, очень не хотят, чтобы кто-то знал, кто они такие.

— Призраки, — пробормотал я. — Армия-призрак.

Они не просто победили элитный отряд Мортаны, сделали это с минимальными потерями, судя по количеству костров. Они забрали всё ценное у врага и тщательно уничтожили все следы, которые могли бы их идентифицировать. Такая дисциплина и предусмотрительность говорили о многом. Это была не банда наёмников и не ополчение. Это была регулярная, хорошо обученная армия под командованием очень умного и осторожного лидера.

В этот момент к нам подскакал один из разведчиков.

— Командующий! — доложил он. — Крупный отряд тёмных! Движутся сюда с запада. Будут здесь примерно через три часа. Похоже, подкрепление, которое не успело к началу банкета.

Я посмотрел на дымящиеся костры, на усеянную трупами долину. Три часа, этого было мало, чтобы уйти незамеченными. Но вполне достаточно, чтобы подготовить гостям тёплую встречу. Уходить сейчас, оставив врагу нетронутое поле боя для изучения, было бы верхом глупости. К тому же, у меня появился план.

— Урсула! — я повернулся к орчанке, в глазах которой уже плясали боевые огоньки. — Твои парни хотят размяться?

— Только если в них есть кому рубить головы, Железный! — оскалилась орчанка.

— Головы будут, обещаю, — усмехнулся ей. — Расположи своих людей в лесу, вон на том склоне. Удар нанесёте по моему сигналу, в тыл. Лира, твои Ястребы занимают высоты по обеим сторонам долины. Огонь открывать тоже только по команде. Я хочу взять пленных, мне нужны живые и говорящие офицеры.

Я смотрел, как мои командиры, получив приказы, разлетаются по своим отрядам. Солдаты, ещё недавно уставшие от долгого марша, действовали быстро и слаженно. Азарт предстоящей охоты был лучшим стимулятором. Я остался на холме, с небольшим резервом, откуда открывался прекрасный вид на всю долину.

Три часа тянулись, как резина, мои бойцы, затаившиеся на склонах и в лесу, превратились в часть пейзажа. Ни единого движения, ни единого блика от стали. Только ветер гулял по долине, разнося тошнотворно-сладкий запах смерти. Я лежал на вершине холма, рядом с Лирой, и в подзорную трубу наблюдал за западным перевалом.

— Нервничаешь? — шёпотом спросила кицунэ, её дыхание опалило мне ухо.

— С чего бы, — так же шёпотом ответил ей, не отрываясь от окуляров. — Просчитываю варианты. Что, если они пошлют вперёд разведку? Что, если у них есть маги-сенсоры?

— Разведку твои Ястребы уже сняли, тихо и без шума, — так же спокойно ответила лисица. — А маги после того, как тёмные потеряли здесь почти три тысячи отборных воинов, Мортана скорее удавится, чем пошлёт сюда ценного мага без прикрытия целого легиона. Они придут, как стадо баранов на бойню, уверенные в своей силе и жаждущие мести.

Она была права, гордыня и самоуверенность были ахиллесовой пятой тёмных эльфов. И я собирался на этом сыграть в очередной раз.

Наконец, они появились, чёрная, змееподобная колонна, быстро выползающая из-за перевала. Они шли плотным строем, даже не пытаясь рассредоточиться. Впереди кавалерия на ящерах, за ними пехота, я насчитал около двух тысяч, серьёзная сила. Темные остановились у входа в долину, их командиры с ужасом и яростью рассматривали поле недавней битвы.

Я видел, как один из них, видимо, старший по званию, что-то яростно кричал, размахивая рукой. Эльфы были в бешенстве, и это было мне на руку. Ярость застилает глаза и отключает мозг. Колонна, не проведя полноценной разведки, двинулась вглубь долины, прямо в центр нашего огневого мешка.

— Ждём, пусть войдут поглубже.

Офицеры темных спешились и начали осматривать тела своих сородичей. Ярость сменилась растерянностью. Они не могли понять, кто мог нанести им такое поражение. Искали следы, пытались опознать убитых. И в этот момент, когда колонна еще не расползлась по долине, я отдал приказ.

— Огонь!

Сотни винтовок на склонах холмов заговорили одновременно. Стальной град обрушился на скученную толпу эльфов. Первые ряды просто скосило, как траву. Крики ярости сменились воплями боли и ужаса.

Эльфы, подгоняемые офицерами, пытались организовать оборону, выставить щиты, но тут же последовал второй залп, и третий. Мои Ястребы работали, как хорошо отлаженный механизм. Перезарядка, прицел, выстрел. Паника, начавшаяся в рядах противника, была почти осязаемой. Жидкий строй из щитов пытался сомкнуть ряды, но выходило из рук плохо.

А потом в тылу, там, где они меньше всего ожидали, раздался громовой рёв, от которого, казалось, содрогнулась земля. Это был сигнал Урсулы. Из леса, с яростью лавины, хлынули её орки. Закованные в сталь здоровяки врезались в тыловые порядки эльфов, которые в этот момент были абсолютно беззащитны. Началась резня, орки, вооружённые тяжёлыми топорами и двуручниками, прорубали себе дорогу через ряды ошеломлённого врага.

Зажатые между огнём стрелков с высот и яростью орков в тылу, эльфы были обречены. Строй окончательно рассыпался, бой превратился в избиение. Через полчаса минут всё было кончено.

— Пленных ко мне! — приказал я, спускаясь с холма.

Мне привели двоих, офицеры, судя по дорогим, хоть и изрядно помятым, доспехам. Они стояли на коленях, их руки были связаны за спиной. Один из них, молодой, с красивым, но искажённым от ненависти лицом, смотрел на меня с нескрываемым презрением. Второй, постарше, с седыми висками, просто опустил голову.

— Кто вы такие? — спросил я, мой голос звучал спокойно, будто мы на прогулке в парке.

Молодой эльф плюнул мне под ноги.

— Ты ещё спрашиваешь, щенок Железного Вождя? Думаешь, мы не узнали твою тактику? Подлый удар из засады, трусливый огонь издалека! Это почерк твоего хозяина!

Я переглянулся с Лирой. Вот оно, самое интересное.

— Моего… хозяина? — переспросил я, делая вид, что удивлён.

— Не притворяйся! — зашипел эльф. — Все знают, что этот выскочка, этот Железный Вождь, собрал под свои знамёна всё отребье этого мира! И теперь он посылает своих шавок, чтобы кусать нас исподтишка! Но ничего, скоро мы доберёмся и до него! И до его человеческой шлюхи! Мы вырежем весь ваш Каменный Круг, и…

Он не договорил, Лира, которая до этого стояла чуть позади, сделала шаг вперёд и с размаху ударила его рукоятью кинжала по лицу, эльф рухнул без сознания.

— Больно разговорчивый, — холодно заметила лисица и повернулась ко второму пленному. — А ты? Тоже хочешь поупражняться в красноречии? Или всё-таки хочешь жить?

Старый эльф поднял на неё усталые глаза.

— Что вы хотите знать?

— Всё, — улыбнулась Лира своей самой обаятельной и самой опасной улыбкой. — Кто устроил эту бойню? Кто эти призраки, которые режут ваших охотников?

— Мы не знаем, — покачал головой эльф. — Это уже третья их вылазка за последний месяц. Они появляются из ниоткуда, наносят удар и исчезают. Действуют быстро, жестоко и профессионально. Мы были уверены, что это люди Железного Вождя. Почерк очень похож. Они используют какое-то новое оружие, которое пробивает наши доспехи.

— Почему вы так уверены, что это проделки Железного Вождя? — спросил у него.

— А кто ещё? — усмехнулся эльф. — Кто ещё в этих краях способен собрать армию из людей, способную противостоять легионам Мортаны? Только ваш хвалёный Железный Вождь.

Я слушал его и чувствовал, как на моих губах появляется улыбка. Ситуация становилась всё интереснее.

— Убейте их, — бросил Урсуле, которая с нетерпением ждала этого приказа. — Молодого повесить, как очнется, старый пусть уйдет как воин. И зачистите здесь всё, забираем все трофеи, не оставляем им ни одного наконечника. Пусть думают, что это снова были призраки.

Мы возвращались в Каменный Круг, и я чувствовал себя не охотником, а шахматистом, который внезапно обнаружил, что на доске появилась новая и абсолютно непредсказуемая фигура. Эта армия-призрак, кем бы они ни были, делала за меня грязную работу, ослабляя Мортану и отвлекая на себя её внимание. И при этом, вся «слава» за их подвиги доставалась мне. Это был неожиданный и очень ценный подарок судьбы. Но я также понимал, что играна чужой войне, это всегда риск. Рано или поздно мне придётся встретиться с этими призраками лицом к лицу. И я не был уверен, что эта встреча будет дружеской.