Плен

В неведении. Часть 40

Наверное королева Темной империи и Даллин единственные, кто не знал ни о каких событиях, происходящих за пределами дворца. Даже гончие стаи делились новостями с вожаком и Вулканом. Но эти два темных пса не посвящали женщин ни во что.

Дни для нас тянулись как всегда. Утром и в обед я появлялась на завтраке в компании двух гончих. Перед этим Дозор не выпускал из комнаты, пока не выпью кувшин крови. Отвращения это уже не вызывало, и вошло в привычку.

Количество мужчин за завтраком или обедом неизменно менялось. Но я всегда была единственной женщиной среди них. Существа встречали вежливой улыбкой, а я вела себя свободно и достойно.

Если муж приходил раньше, все ожидали меня. Его аура всегда обдавала меня теплом и заботой. А еще спокойствием. Иногда он выглядел уставшим и задумчивым, но при мне не проявлял агрессии. А ведь я знала о его взрывном характере!

Больше в кабинет мужа я не врывалась абсолютно, не интересовалась заводом.

Вулкан раздобыл новую карту — тогда как один из клерков Ниассара ее потерял, за что получил нагоняй от начальства. Впрочем Ниассар без причины никого не увольнял, а только нагружал работой— со слов Вулкана. Даллин подтверждала.

Иногда молчание за столом разбавляли разговоры ни о чем. Задать вопрос жене Владыки смел далеко не каждый.

Ниассар как-то спросил устраивает ли меня леди Вессель, и не нужно ли ее заменить или прислать кого-то еще. На что получил жесткое "нет" — никого не нужно и сухое "устраивает" наряду со взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

Теперь он начал осознавать, что другие секретари не такие, как Вессель, но отобрать у меня ее уже невозможно.

Я уже не человек. Со мной-человеком можно договориться, но сущность будет сражаться за это их вечное "МОЕ". Знали ли они кто я? Чувствовали что-то во мне кроме силы? Скорее всего нет. В мою ауру вплелись темные нити. А вот я чувствовала, что там людей нет. Но никто не разглядывал мою сущность, значит не знал.

Сыновья Владыки вели себя тихо и вежливо. Их график тоже достаточно жесткий. Они обучались всему, а дома занятия их контролировались почти каждую минуту преподавателями, и помимо того должны были в свободное время присутствовать на заседаниях Хафсаяра, предварительно ознакомившись с принятыми отцом на сегодня решениями. Это сказала Даллин. Может и правильно, нечего этой компании шататься без дела. Буду ли я столь требовательна к своему сыну? Посмотрим.

Империя очень жестко готовилась к войне. О которой ни я, ни Даллин не догадывались. Как и о том, что светлые и ректор еще здесь. Я верила в мудрость мужа и в то, что он их не убьет. Почему? Да может из той же наивности, что была мне присуща всегда и называлась "Вера в своего мужчину".

А после завтрака шла в оружейную. Там уже ждала Даллин.

Едва открывалась дверь, ипостась вырывалась наружу. Я не могла ее удержать или контролировать. Всего лишь волосы окрашивались в черный и становились длиннее, на руках вырастали когти — короткие, три сантиметра и розовые, кстати совсем не острые, мягковатые, и появлялись клыки. Глаза из синих становились черными. Из меня получился какой— то недоделанный полукровный демон.

И только двое довольны моим видом. Тьма и мой демон. И скорее всего тем, что я пью кровь и ношу ребенка. А потом? Вот встретит он прекрасную демоницу, и прощай Изабель? Она прекрасна, а ты уродлива и не соответствуешь эталону красоты демонов? Сошлет меня подальше или подарит дворец? Из которого я как из клетки не смогу выйти?

Тьма... что ты из меня лепишь?

" Что получилось, милая — вполне красиво", — со смехом отозвалась элементаль.

Ну да... кхм... видела я твоих детей. На фоне некоторых может быть и красиво.

Зато море ярости внезапно просыпалось и я подбегала к Даллин, прижимала к полу а потом пила кровь, кусая плечо. Нагиня не сопротивлялась.

— Прости,— прошептала раскаиваясь, когда это произошло первый раз — уже на завтра от предыдущих событий во дворце, — Кажется, я становлюсь монстром.

Я готова выть и биться головой о стену, чего конечно не буду делать пока ношу ребенка, но ничего не могу изменить. Это сильнее меня.

— Ничего,— ответила Даллин и обняла меня хвостом, а рукой — за плечи.

Она оказалась слишком доброй девушкой.

-Хочешь, будем дружить? — спросила меня.

-Хочу, — ответила я, — Но я не могу контролировать ипостась.

— Ничего, научишься. Я тоже. Не всегда могу. Я не опасна, не нападу, но иногда действительно оборачиваюсь случайно. Обычно во дворце это никого не волнует, здесь каждый может дать отпор, кроме тебя.

И она вдруг осторожно взяла мою руку и стала облизывать.

— Зачем? — прошептала я, желая выдернуть кисть.

— Не ссопротивляйссся, этто приучит ттебя к моему яду в минимальных дозсах не будет никакого вреда, — она частично изменилась, но я не боялась ее. Знала что неопасна? Просто откуда-то точно уверена вне зависимости от слов.

— Яду??? — выдернула я руку. Кажется действительно ничего не знаю о нагах.

— Это правда, — вмешался Вулкан, — дай ей руку, в тебе ее кровь, это абсолютно безопасно. И приучит тебя к яду нагов, они будут не страшны ни тебе ни... — он не договорил, а я позволила нагине и вернула кисть.

Не знаю чем, но она была довольна.

— Тебе больно? — спросила разглядывая довольно серьезный укус на ее плече. Я бы решила, что ее схватила собака, да еще пожевала при этом.

— Нет, — ответила она, — заживет.

— Тоже мне, нашла рану,— презрительно фыркнул Вулкан.

Конечно, с укусом Дозора не сравнить.

— Я не хотела... — мне сложно принять такое положение вещей и их нравы.

Мне показалось, что будь у меня такая же рана, Вулкан бы также фыркнул. То есть даже если Хафсаяр захочет меня укусить, это ничего не значит в этом мире. И по их понятиям, я должна вести себя также, как Даллин. Лизать руку хозяина.

Способна ли я на такое? Не знаю. Кажется, я сильно рассержусь и даже побью моего демона по наглой морде. Только что ему мои жалкие кулачки и мягкие когти??? Только насмешат.

А потом? И я догадалась, что у него есть множество способов заставить меня делать то, что он хочет. Как всегда, не прилагая больших усилий и не заставляя силой.

Потому что он очень умный. И он всегда так делал. И всегда так будет. Я всего лишь мотылек, тонущий в меде. В темном меде.

— Не расстраивайтесь, госпожа,— вывел меня из моих мыслей голос Даллин,— Все хорошо.

Да, возможно мой вид слишком кислый.

— Как ты можешь это терпеть, Даллин? Ведь ты очень сильный гордый наг. Почему ты позволяешь так обращаться с собой?

— О, госпожа. Как вам это объяснить. Не такая уж я и сильная. А вы дарите мне защиту. В нашем мире всегда так. Слабые служат сильным. Встречаются и жестокие, но их жертвами чаще становятся рабы. Запрещено сильно обижать свободных. Если это докажут, свободный может поискать защиту у более сильного. Чем сильнее суверен, тем беззащитнее подданные. Не подумайте плохого, они обычные. Сейчас вроде нет особо жестоких, Владыка не позволяет особо обижать граждан. Но он сам может убить любого. Как и вы можете убить меня.

— Это ужасно, — я готова пообещать, что не убью Даллин, но моя ипостась???

— Я должна научиться управлять своей ипостасью, — строго смотрю на Вулкана.

— Сейчас это невозможно, но ты можешь пытаться, — усмехнулась гончая.

— А мне так и становиться монстром??? — я вспылила, уронила стул — первое, что попалось под руку, и была на грани внезапно нахлынувшей истерики, хотелось убежать или забиться в угол, где никто меня не найдет. Ну или почти никто. Я подпущу только ЕГО.

Но истерить мне не позволил собственно змеиный хвост. Нагиня бережно меня поймала и прижала к себе.

— Успокойся, все хорошо. Чего ты испугалась снова? Твои ручки очень даже милые и коготки, как у маленьких демоняток, потрясающе красиво. Зачем бояться? А кусаться ты должна, и это даже приятно.

Она баюкала меня, как маленькую, а Вулкан сидел с таким видом, будто его щенок кусал за хвост. И мне стало невероятно стыдно за свое непонятное поведение. То же мне, королева! Детский сад! Да я даже в детстве так не срывалась! И нечего меня жалеть!!!

— Простите, — я с недовольным видом выбралась из осторожных колец нагини, и встретила ее мягкую улыбку.

Но только поджала губы. Как неловко то!!!

— Что у нас на сегодня, Вулкан?

— Экономика, география и внутренняя политика.

— Добавь на завтра расы жителей империи и их особенности.

— Ладно, дополнительным занятием.

И мы продолжили обучение. Даллин тоже слушала Вулкана. Память у нее отличная. Лучше моей, и иногда мне подсказывала, если я что-то забывала. Знала ли она это раньше?

Но каждое утро я кусала ее как дикий зверь. А потом она находила в себе силы со мной общаться. Я раскаивалась, но уже не извинялась.

А однажды разглядывая уже второе синее плечо, я сказала:

— Даллин, если не хочешь, можешь не приходить, я так и не научилась себя контролировать.

— Это тебе нужно и я приду. Не гоните меня, госпожа, — как подруга она была на ты, а как подданная — на вы.

Так и прошли наши несколько месяцев.

Животик стал больше, но в столовой это еще удавалось скрывать платьем. Вскоре Ирр сделал мне огненную ажурную накидку и на фоне черного платья, с расходящимися внизу алыми искрами она смотрелась шикарно.

Элементали забраковали платье, сшитое мне портнихой с корсетом, и попросту его сожгли. Хафсаяр только хмыкнул, но возражать не стал — мои одежды смотрелись всегда изысканно, хоть и в одних и тех же цветах.

Это время было таким хорошим для нас, но так не могло продолжаться долго.