Иная реальность 2 попытка

Глава 14

Ночь прошла плодотворно. Едва рассвело, а я уже успел пробежать сквозь всю жизнь Демьяна, и теперь раздумывал об увиденных событиях, пытаясь понять, каким он был человеком, как жил, к чему стремился.

Предположения о его крестьянском происхождении сбылись. Он родился и вырос в таежной деревушке в Сибири. Сам был из бедной семьи, поэтому еще в юношеские годы подался на заработки в город. Все мечтал разбогатеть, построить в родной деревне себе дом, жениться, но не сложилось. Все лучшие годы он провел чернорабочим в городе, а вырученных денег хватало лишь на кров и еду. К сорока годам от постоянной тяжелой работы он вконец износился и не мог больше конкурировать с вновь прибывающей из деревень трудовой молодежью. Но судьба была милостива, ему повезло. Он смог найти подходящую работу на постоялом дворе, где ему даже выделили крохотную комнатушку в подвале.

Все было ничего, пока у них не остановился один постоялец. Демьян по обыкновению помог ему донести до комнаты вещи, а тот с пьяных глаз принялся хвастаться своим перстнем. Мол, дюже дорогой он у него. По своему простодушию Демьян полюбопытствовал, что в нем особенного. Но тот так и не ответил, а на утро, проспавшись, еще и нажаловался хозяину, будто у него чуть не украли перстень.

Не разбираясь, Демьяна тут же выпороли до полусмерти и, как собаку, выкинули подыхать на улицу. Скорее случилось чудо, что он смог оклематься. Как ни странно, помогли нищие, что бродили по городу и зарабатывали попрошайничеством. Раны по большей части зажили, но кости плохо срослись в ребрах и на ноге, поэтому он остался немного скрюченным и сильно хромал. Прибившись к спасителям, Демьян стал заниматься тем же чем они — просить милостыню, тем и зарабатывать себе на пропитание.

Ему бы вернуться в родную деревню, но родители уже к этому времени умерли, а в старом доме и так было мало места двум братьев с семьями. Так Демьян и стал попрошайкой, морально готовый в любой момент сгинуть под чьим-нибудь забором.

Но однажды, бродя по городу, Демьян случайно встретил того постояльца, из-за которого жизнь окончательно пошла под откос. Вся обида в нем вскипела настолько, что он не смог сдержаться и решился отомстить. Несколько дней напролет он выслеживал его пока, наконец, не выдался удобный момент. Тот засиделся в ресторане допоздна и вышел на улицу, когда уже стемнело. Демьян проводил его до тихой подворотни и напал. Хотел побить, но рука, переполненная злостью и обидой, оказалась слишком тяжелой, да и упал тот на мостовую слишком уж неудачно, отчего сразу вырубился.

Перепугавшись, Демьян вначале бежал, но совесть его вернула. Думал помочь, но тот оказался уже мертвым. Вспомнив о сказочно дорогом перстне, Демьян прихватил его себе. Так, собственно, он им и обзавелся. Убийство, хоть и неумышленное, тяжким грузом легло на его душу. В надежде хоть как-то загладить вину, разобравшись в возможностях перстня, так же как и я, Демьян начал отчаянно всем помогать.

Эта деятельность не прошла незамеченной. Местный Мастер, да еще и стражи устроили за ним охоту. Благо в то время фотографии только-только набирали размах, но, тем не менее, Демьяну пришлось хорошенько побегать, прежде чем он нашел нехитрый способ от всех скрыться. Он обернулся лесным зверям и сделал петлю. Когда долго ходишь по кругу, выходишь из него, но снова и снова в него возвращаешься, у гончих сбивается нюх. Они теряют, когда и где ты окончательно из него вышел.

Демьян убегал и вновь возвращался к своей петле, пока в один из моментов, окончательно соскочив, не скрылся от преследователей. Он случайно попал в наш город, и тот ему приглянулся. Демьян решил здесь задержаться. Спустя несколько лет, окончательно поняв, что его уже никто не ищет, он решил тут остаться, но не в самом городе, а как когда-то мечтал — в деревне. Так он очутился в Лесном Луге, где построил себе большой, красивый дом и зажил тихой, замкнутой жизнью, особо больше не светя своих возможностей. Но деревня есть деревня — шило в мешке не утаишь, поэтому когда помогал, а когда и руками разводил, мол, не в силах я помочь, на все Божья воля.

Тем не менее, хоть и не чувствовал больше погони за собой, но и тут на всякий случай он сделал такую же петлю. Каждый раз, приезжая в город, Демьян обходил один из кварталов в центре по нескольку раз, заодно людей корректировал, снижая тем самым себе грехи.

Это послужило хорошей подсказкой, как можно будет мне поступить, чтобы скрыться от охотников.

Жизнь Демьяна я пролистал, пополнив о нем свои представления, но вот ничего нового о закрытом Мастере так и не нашел. Все тот же владелец гостиницы «Центральная» и случайно-неслучайные водные процедуры. Оставалось одно — раздобыть фотографию этого самого некоего богача Басина и уже на него посмотреть, что он собой представлял, а главное, куда делся.

Обдумывая, как мне разгуливать по городу и вновь не наткнуться на охотников, ответ я нашел весьма смешной. Вначале я с иронией об этом подумал, но чем дальше углублялся, тем отчетливей понимал, что это, можно сказать, единственный реальный вариант, и вообще, почти абсолютно безопасный вариант для моего дальнейшего пребывания в городе.

Встав у зеркала в ванной комнате номера, я представил перед собой Катерину и «включил» преобразование. Бирюзовая волна буквально смыла мой образ. Я принялся разглядывать получившуюся работу и не мог наглядеться.

Хороша… Работа — хороша. Да, собственно, и Катерина хороша. Надо же, как получилась, нас и родная мать не отличит.

Если с внешними формами вышел полный порядок, то с тем, как носить эти самые формы на себе, у меня сразу повылезла масса сложностей. Прежде всего, я не мог представить, как смогу на себе носить женские выпуклости, да еще и эти длинные волосы были совсем непривычными. И это не говоря о том, что нужно было на время войти в образ и быть каким-то… ну, вроде женственным, что ли. А вот как при этом придется ходить по нужде, я даже не хотел и думать.

— Хэлло, привет-привет, я Катерина, — произнес я даже с каким-то кокетством, тем самым удостоверившись, что и голос получился подобный оригиналу.

Время приближалось к восьми утра, а это означало, что нужно поторопиться и мчаться в архив. Я открыл дверь и на прощанье посмотрел на развратную парочку. Можно было, конечно, их раздеть, пусть бы потом вспоминали да мучились, было между ними что-то или нет. А, собственно, почему бы и нет? Представил парочку обнаженной и дал команду перстню к действию.

Мужик лежал на спине, широко расставив обнаженные ноги. Какое распутство! А что если им прибавить на максимум чувство стыдобищи? Так-так-так… Пожалуй, было бы не лишним нервишек побольше, всяких несдержанностей. Процентики выстроились, как я пожелал. Вот, а теперь можно было включать режим пробуждения.

Спеша по коридору к лифту, я попросил встретившуюся горничную срочно прибраться в номере. Ну, а что? Женатые люди изменяют, чтобы получать острые ощущения, так пусть желания парочки воплощаются по полной!

Лифт довез меня до первого этажа, и я устремился к выходу из гостиницы. Проходя через большой холл, к своему стыду обнаружил виляние собственных бедер. Надо же, как быстро начал входить в образ, сам с себя удивился. Или уже сама… Тьфу ты… Наверное, образ меня с панталыку сбивает… Хорошо хоть Катерина не на каблуках бегает, а то бы мучиться пришлось незнамо сколько.

На улице встал вопрос, на чем по городу перемещаться. О том, чтобы пешком вышагивать, а тем более, бегать трусцой, не могло быть и речи. Катерина перемещалась по городу на джипе, значит, и мне нужно было точно таким обзавестись. Пройдя немного по тротуару, выбрал припаркованное авто представительского класса. Дверь поддалась, стоило мне представить, что она уже открыта, точно таким же образом удалость завести двигатель. Уже в пути мне подумалось, что было бы лучше все-таки преобразовать машину в фирменный джип охотников.

Я представил их авто и дал команду перстню начать трансформацию. Однако изменения коснулись только внешних форм, внутри вся обстановка не претерпела изменений. Пожалуй, слегка только стало повыше ехать.

На одном из светофоров рядом со мной остановился точно такой же джип. Двое охотников, вооруженных спецочками, вылупились на меня. Внутри все сразу затрепетало. Те молча кивнули.

— «Бляха-муха… Димон-Димон. Говорил же, Димон должен ехать на другой машине. Сейчас командирша еще что-нибудь припряжет делать…»

Услышав мысли ближнего охотника, я обрадовался. Похоже, те не особо радовались встрече с руководством. Стоило загореться зеленому, и они поспешили, от греха подальше, побыстрее улизнуть от меня, резко свернув влево.

У архива оказалась сплошная тишь кромешная. Но это было и немудрено, ведь до его открытия оставался еще час томного ожидания. Остановившись напротив, не в силах усидеть, я вышел из машины и, вытащив сигарету, прикурил.

На улице стояла отменная погода. Небо ясное, ни единого облачка. Солнышко пока что приятно горело своими лучами, но было уже понятно, что день на сегодня установится жаркий. Да и давно пора, как-никак середина лета.

Сигаретный дым приятно входил в легкие, травя понемногу организм, и густыми белыми клубами выходил. Снова входил и… Увидев этих «людей», я поперхнулся. Из подворотни на инвалидных колясках выкатилась троица гопников, которых я на этом месте искалечил. Еле перебирая покореженными ручонками колеса своих транспортных средств, три закадычных приятеля устремились ко мне. Не доезжая, они принялись мычать.

— «Дай сигаретку цыпочка»

— «Э! Да хрен тебе че даст эта прошмандовка»

Бля… Какие-то бессмертные ей богу…

Если бы не их голоса, озвученные перстнем у меня в голове, то понять, что они говорят, было бы невозможно. Удивительно, как они, мыча, при этом друг друга понимали.

— «Можешь не давать сигарет. Дай лучше тебя за попочку подержать»

— «Э! И мне!»

— «Да заткнитесь! Денег лучше у нее просите!»

Я не выдержал:

— Ага, щас, разбежался! Денег, сигарет, по попочке погладить… Сейчас как навещаю лещей…

— «Ни хера себе! Вот это по-нашему!»

— «Э! Прикинь! Она нас понимает! Ты нас понимаешь?! Реально?!»

— «Да ни хера она вас не понимает! Дебилы! Говорю, денег у нее просите! И сейчас забухаем…»

— Во, видел?! — показал я дулю самому алчному.

— «Я в ауте! Она нас понимает!»

— «А че ты здесь с ранья торчишь?»

— Архив жду, когда откроется…

— «Так ты че! Он же переехал в центральную библиотеку!»

— А библиотека тогда куда переехала? — удивился я такому непредвиденному повороту событий.

— «А я откуда знаю? Че я, хожу, что ли, туда… А архив уже с прошлой недели там…»

Развернувшись, не теряя больше времени на маргиналов, я вернулся к машине.

Да что же это такое?! Не хватало еще, чтобы он из-за переезда закрытый оказался.

Заведя мотор, я уже собрался отъезжать. Троица гопников-инвалидов, выставившись вряд, провожала меня жалобными лицами и жалкими глазами.

— «Какая девушка, надо же…»

— «Ага… Вот же кому-то повезет, счастье достанется»

— «Что поделаешь… У кого-то в один день и на полшестого, и ноги перестали ходить, вон даже толком сказать ничего не можем, мычим, как три идиота, а кому-то везет… Как же несправедлива жизнь…»

Ну, что ты будешь делать… Не изверг же. Сжалился и вернул гопоте здоровье, подняв его до 65 %. Большего не заслужили…

Центральная библиотека находилась всего в двух кварталах. Пока ехал, перенервничал, будет-не будет работать эта злосчастная конторка. Стоило увидеть, и сразу отлегло. У входа дежурила небольшая толпа, подтвердившая переезд архива. О том, чтобы народ за книжками в такую рань выстраивался, не могло быть и речи.

Оказалось, книжный оплот знаний слегка потеснили. Всю неделю архив из-за переезда не работал, и сегодня должен был на новом месте заработать первый день, поэтому-то столько народа собралось еще до его открытия.

Дабы не торчать у закрытых дверей, переминаясь с ноги на ногу в толпе, я решил подождать в машине. Удаляясь к ней, я невзначай поймал несколько похотливых взглядов пожилых мужчин.

Вот же козлы! Пердуны старые, а туда же!

Для удобства пониже установив водительское кресло, я снова закурил. Почему-то в этот момент подумалось, а может, я в какой-нибудь из прошлых жизней уже был женщиной? Как-никак столько раз перерождался, неужели в каждом случае был только мужиком?

«Доступ к воспоминаниям о прошлых жизнях будет открыт при решении задач на текущее воплощение»

Надо будет поковыряться в своем прошлом. Понятное дело, что прожил грешную жизнь, раз с таким трудом преодолевал задачи, но, тем не менее, было интересно на себя посмотреть при прошлых воплощениях.

И тут в голове прозвучал призыв Катерины:

— «Тимофей, откликнись!»

Надо же… Дурака нашла, что ли? Видно отчаялась меня выискивать и решила поиграть? Ну уж нет. Меня не проведешь. Знаю, чем это закончится. Решила устроить для меня ловушку.

— «Тимофей, у меня для тебя есть важное…»

Она не договорила свою хитроумную замануху, а я, подумав о том, как ее заткнуть, просто резко перестал ее слышать.

Мы с тобой еще, Катерина, поговорим, но не сейчас.

Для чего она пытается связаться со мной, было и так понятно — начнет запугивать или уговаривать сдаться. Возможно, решила оба варианта разом применить. Если Мастер потерял ко мне интерес, а Катерина отдавала распоряжения охотникам меня пристрелить, то глупо было рассчитывать на что-то иное.

Спустя полчаса двери архива открылись, и собравшаяся толпа устремилась внутрь. Сто лет не был в этой библиотеке. Думал, все поменялось, но нет. Как и прежде, на первом этаже располагался отдел для детей с читальным залом, а на втором то же самое, но для взрослых.

Внушительный высокий холл под самую крышу заканчивался широкой лестницей, ведущей на второй этаж. По периметру вверху виднелись перила. Как и прежде, здесь царила открытость и простор, а ограждения были только в виде стоек.

Архив оказался на первом этаже справа от входа. Он сменил обитавших здесь, как мне помнится, мелких арендаторов в виде маленькой типографии и торговых точек.

Я сразу устремился к стойке архива и принялся выискивать Светлану, которая помогла мне с фотографией Демьяна. Столы работников были расставлены в два широких ряда. С десяток из них были заняты лишь наполовину. Так и не найдя ее здесь, я обратился к коллегам Светланы. Оказалось, что ее рабочее место было на втором этаже.

Не успел туда подняться, как Светлана прошла мимо лестницы, не обратив на меня внимания, и устремилась к своему рабочему месту за стойкой. Нужно было сменить облик, прежде чем начинать с ней разговор. На втором этаже оказалось тоже людно, пришлось посетить уединенную кабинку и вернуть себе прежний вид.

В обычном облике Светлана узнала меня сразу и приветливо улыбнулась. Встав из-за своего дальнего стола, она подошла к стойке.

— Привет. Что на этот раз ищешь?

— Совсем простое дело. Помоги найти фотографию некоего Басина Алексея Федоровича. Он в начале прошлого или в конце позапрошлого века владел гостиницей «Центральная» в нашем городе.

— О, ну этого будет, конечно, проще найти. Но фотографию я уже не смогу тебе дать. Она, скорее всего, будет под инвентарным номером.

— Это и не нужно. Мне бы только на него посмотреть. Да, кстати, вот снимок, что ты мне давала в прошлый раз, — вытащив фотографию Демьяна, я передал ее Светлане. — Спасибо еше раз. Он мне больше не нужен. Может, кому пригодится для истории.

— Подожди немного. Хоть с переездом у нас бардак, но попробую сейчас его найти.

Светлана ушла искать, а я, отойдя немного от стойки, стал вокруг блуждать взглядом. Ощущался недавно произведенный в помещении ремонт. Все было приведено в порядок и красиво оформлено. Лишь выделенная архиву площадь была слишком захламлена кучами бумаг на столах и у длинных стеллажей вдоль дальней стены. По-видимому, после переезда для их разбора не хватило времени.

Что на первом этаже около стойки архива было много посетителей, что тут народ стал потихоньку прибывать. Дабы никому не мешать, я отошел к перилам и посмотрел вниз. Видно в детском отделении библиотеки с утра должно было проходить какое-то мероприятие, уж слишком много там крутилось детей. А вот в отделе для взрослых стояла тишина. Две библиотекарши слонялись, не зная, чем себя занять.

Не думал, что Светлана справится быстро, и морально приготовился посвятить ожиданию целый день. Она оказалась молодцом. Прошло чуть больше получаса, и она меня окликнула. В руках была увесистая старая папка, перевязанная бечевкой. Справившись с узелком, Светлана раскрыла ее и принялась копаться в бумажках.

— Нашла. Вот он, — вручила она мне серую фотографию, на которой был изображен именно тот мужчина, который, как я уже видел из картинок, показанных перстнем, помогал Демьяну. — Может, копию сделать?

— Нет, не нужно. Мне будет достаточно ее просто рассмотреть.

Фотография оказалось «рабочей». Тут же перед моими глазами появилось окошко, где замелькали картинки того, как происходила съемка. Прокрутил события еще немного вперед. Все получилось — значит, у господина Басина не было трилистника, блокирующего доступ. Это уже очень хорошо.

Я скопировал все его воспоминания себе в память и вернул снимок Светлане.

— Все, что ли?! — удивилась она и тут же разочарованно добавила: — Или это не тот?

— Ты молодец. Это он, — улыбнулся я в ответ и, вытащив купюру в пятьсот евро, аккуратно положил ее в старую папочку. — А это тебе за отзывчивость.

— Тимофей, прекрати… Сейчас же забери обратно, — процедила она, испуганно забегав глазами по сторонам.

Не стал ввязываться в пререкания. Она сделала доброе дело, и я отплатил ей, чем смог. Дабы побыстрее покончить с этим, я еще раз поблагодарил Светлану и, оставив ее со своими возражениями, устремился к лестнице на выход. Нужно было быстрее уединяться и изучать, куда в итоге делся этот Басин, и как его найти. Не говоря уже о том, что предстояло его еще найти. Для этого всего оставалось слишком мало времени. Благо теперь я не был привязан к фотографии, и все воспоминания этого человека хранились у меня в голове.

Я спускался по лестнице, и мой взор устремился в сторону выхода. В голове вертелось, куда бы засесть, чтобы в уединении и безопасности поработать с памятью. И тут в холл вошла она. Я замер, остолбенев от неожиданности. Катерина сразу меня увидела и, конечно же, узнала. Смотря на нее, я не знал, бежать ли мне сейчас от нее или… В холле в этот момент уже было полным-полно народа. Справа и слева от меня по лестнице спускались и поднимались посетители.

Мы вцепились друг в друга глазами. Я пытался уловить, что она намеревается сделать при стольких свидетелях. И тут ее губы зашевелились. Я прочел в них одно слово, которое отчетливо услышал и у себя в голове:

— «Беги!»

Беги?! Черт возьми… что происходит? Она реально все вспомнила, что ли?

Я не знал, как мне на это реагировать. Да и куда бежать, она имела в виду: через главный вход, или искать служебный выход? Скорее догадался, что нужно искать другой выход на втором этаже, и начал пятиться. Катерина удовлетворенно кивнула и двинулась влево, туда, где находился детский читальный зал.

Тут, словно невзначай, в холл стали заходить охотники. Перстень мгновенно сработал, включив тревожное оповещение перед глазами. Как по команде, крепкие парни стали расходиться по первому этажу, стараясь затеряться в толпе посетителей, при этом делая вид, что меня в упор не видят. Насчитал их с десяток, а те все продолжали пополнять ряды. Понятное дело, это был лишь хитрый маневр. Через спецочки надетые на мне артефакты светились так, что можно было ослепнуть.

Я хотел было развернуться и бежать на поиски спасительного выхода на втором этаже, но тут к лестнице повалила толпа работниц архива, нагруженных кипами каких-то бумаг. Держа высокие стопочки аккуратно, с боязнью уронить, они стали подниматься по ступенькам.

Дерзкий замысел родился мгновенно. Стоило бирюзовой волне закончить преображение, и все бумажные кипы превратились в купюры. Не в силах удержаться в руках такими высокими стопочками, они мигом стали разлетаться по всему холлу. Девушки, несшие их, вначале остолбенели от таких чудес, равно как и весь народ, находившийся поблизости. Гул, похожий на пчелиный зуд, заполнявший большое помещение, сразу смолк. На удивление наступила кромешная тишина.

Первыми из ступора вышли дети. Заорав «Деньги! Деньги!», они набросились на купюры и принялись их собирать. Это заставило взрослую часть опомниться и включиться в процесс. Моментально лестница и ее подступы заполнились толпой. Образовалась кутерьма. Изогнувшись нижней частью спин вверх, народ принялся собирать разлетевшуюся наличность. Былой умеренный гул увеличил громкость в разы, едва не переходя в общий визг. Казалось, все находившиеся в гуще люди в один миг обезумили. Каждый норовил ухватить пригоршню побольше и засунуть сразу себе за пазуху, ибо так удобнее, и чтобы никто не отобрал.

Находившиеся на втором этаже посетители, услышав снизу истошные крики, не сразу поняли причины суматохи. Подойдя к перилам, они в шоке наблюдали за процессом начавшейся истерии. Быстрее всего дошло до тех, кто был поближе к лестнице. Сориентировавшись, они энергично поскакали по ступенькам вниз для сбора своей части наличности.

Охотников мои фокусы шокировали и озадачили одновременно. Они явно были не готовы к такому повороту. Может, сами были на грани того, чтобы броситься в толпу и собирать свою долю. Таращась, они не знали, как себя вести и что предпринять. Но я уже знал.

Всю бумагу в наличность!

Я не заказывал определенных купюр, просто представил себе кучу всяких разных денег, а волшебная волна принялась все это воплощать в жизнь.

Закончив трансформацию всей попавшейся в поле видимости бумажной продукции на первом этаже, я помчался по остатку ступенек вверх. Две библиотекарши застыли от страха в отделе для взрослых. Под такие крики, раздающиеся снизу, по всей вероятности, их воображение рисовало какие-то происходившие там ужасы. Женщины боялись даже выйти из-за стойки и посмотреть, что происходит внизу. За их спинами возвышались высокие стеллажи, заставленные книгами.

Видно мною окончательно овладел азарт.

К чертям книжки! Пусть будут деньги!

Всякие разные купюрки дружно посыпались со стеллажей гурьбой. Одна из библиотекарш ту же впала в беспамятство и стала оседать, а вторая оказалась на распутье — то ли присоединиться к первой, то ли найти силы и сохранить вертикальное положение. О возможности начать собирать деньги речи не могло быть, ее мозгу, видимо, это еще предстояло доосмыслить. Я устремился к стойке архива, за которой стояла Светлана с испуганными глазами.

— Есть запасной выход?!

— Да… Внизу…

В моем случае, это был не выход из положения. В дальнем конце помещения архива было открытое окно. Вот и выход, лучше не придумаешь. Под изумление в глазах Светланы я перемахнул через стойку и ринулся к окну.

— Тимофей! Ты куда! Ты же разобьешься! — закричала она, когда я запрыгнул на подоконник.

Я оглянулся. Светлана и еще три пары глаз с ужасом смотрели на меня.

— Ах, да, про вас забыл…

Бирюзовая волна поскакала по стеллажам, превращая тонны старых бумажонок в денежную наличность. Те стали тут же осыпаться на пол.

Четыре работница архива продолжали стоять как вкопанные. Ужас в глазах сменился высшей формой изумления, трудно поддающийся точному наименованию в благопристойной форме.

— Светлана, не стойте, другого шанса может не быть. Гребите, пока есть возможность, — громко посоветовал я.

Похоже, работницы архива, войдя в ступор, еще и онемели. Раскрыв рты, они лишь беззвучно шевелили губами.

— Да ну вас…

Оттолкнувшись от подоконника, я ринулся за окно. Руки, обернувшись в вороньи крылья, понесли меня подальше от этого ставшего опасным места.