Иная реальность 2 попытка

Глава 6

Я проснулся резко и стремительно. Судя по голосу, кричала Наташа. На лету одеваясь, я выбежал на улицу. Она стояла у сарая и плакала навзрыд. Стоило мне туда заглянуть, и причины горя стали очевидны. Волки залезли в сарай и загрызли козу.

— На прошлой неделе всей деревней скинулись, заплатили двум охотникам, чтобы волков отстреляли. Те палили в лесу так, что в деревне было слышно… Потом еще показали. С десяток туш с собой увезли и на тебе, опять… — плача рассказывала Наташа. — Вон, всех собак в деревне волки сожрали. Одних постреляли, теперь другие пришли…

— Да что ты будешь делать… — примчавшись, расстроился теперь и Кузьмич. — Ружье есть, нужно посмотреть, что у меня с патронами…

Взяв жену под руку, Кузьмич стал ее уводить, оставив меня с трупом козы. Волки ее лишь слегка погрызли и бросили. А вот козлят в сарае не оказалось. Я еще не до конца подумал, а перстень уже предоставил оповещение:

«Недопустимое действие. Требуется уровень Мастера»

Значит, с того света вернуть все-таки можно…

Смотря на то, что волки устроили в сарае, я задумался, как они вообще сюда попали. В появившемся перед моими глазами окошке замелькали картинки.

Ближе к утру волки сумели прогрызть дощатую крышу невысокого сарая и, собственно, так здесь очутились. Им хватило немного, чтобы умертвить рогатое семейство. Слегка насытившись козой, вожак скомандовал уходить. Они взяли с собой козлят и так же, через щель, выбрались наружу. Дальше вся троица подалась обратно в лес.

Не убирая окошко, я устремился по их следу. Картинки отображали, куда направились волки, оставалось сверять их для ориентира с местностью. Деревня закончилась, и начался лес. Здесь все было уже непонятно. Я шел, сворачивая время от времени так же, как это делали волки.

Погоня закончилась неожиданно около некогда высокого поваленного дерева. Здесь волки устроили для себя пикник. Я застал их уже за обгладыванием косточек козлят. Помимо тех же трех волков среди них оказалась беременная волчица. Не испугавшись при виде меня, она сразу оскалилась. Хоть мое появление для них было неожиданным, но уже знакомые волки явно обрадовались встрече. Правда вблизи еды они не были столь радушны, как прежде, и на этот раз не полезли облизываться ко мне, что даже к лучшему.

«Желаете перейти на волчий язык?»

«Да/Нет»

— «Вам нужно уходить отсюда подальше и не появляться больше в деревне»

— «Уважаемый человек, зачем нам уходить? Эта деревня всегда нас кормила. Она находится на нашей территории»

Я понял, что вожака будет не просто переубедить, для этого нужно привести волчий аргумент.

— «Вашу стаю перебили охотники за то, что вы ходили в эту деревню. Если не уйдете, и вас убьют. Из-за этих коз за вами снова началась погоня»

— «У нас есть время?»

— «Мало. Уходите и больше сюда не возвращайтесь»

Вожак посмотрел на свою крохотную стаю. Ее остатки застыли в ожидании команды лидера.

— «Прощай уважаемый человек. Больше мы здесь не появимся. Переберемся в ту деревню, где мы тебя впервые встретили»

Волки ушли, а я только сейчас понял, что, когда разговаривал с ними, вслух так и ничего не произнес. Может, какой-то скулящий визг и был выпущен, но основной текст передавался мысленно. И их я тоже мысленно понимал.

По дороге обратно я заблудился. Вокруг был глухой лес, красиво щебетали птички. Когда бежал по следу, то вроде быстро получилось добраться, а сейчас, бродя уже полчаса, я никак не мог из него выбраться. Видно ушел куда-то в сторону. Кругом были деревья как деревья, и приметных мест никаких не попадалось. Выйдя на крохотную полянку, я огляделся. Высоко вверху летали птицы. Подумалось, что было бы неплохо посмотреть на землю сверху их глазами.

Перед моими глазами снова появилось окошко. В нем отображалось все то, что видела одна из птиц, летевших в небе. Так и есть, я ушел немного вбок. Быстро скорректировав направление, я двинулся уже в новом осмысленном направлении. Интересные возможности у перстня, жаль, что только с ограничениями. Как только я убрал взгляд от птиц, окошко погасло.

Лес резко закончился, и я снова очутился в деревне. Послышались звуки автомобильного сигнала. Кто-то ехал по деревне и усиленно жал на клаксон. Из дома второпях выходили Кузьмич с Наташей.

— Тимофей, ну где ты ходишь?! Автолавка приехала! — оповестила Наташа. — Я там, в комнате, твои постиранные вещи положила. Быстрее переодевайся.

— Да! И сигарет нужно будет купить, — опомнился Кузьмич.

— Опять ты со своими сигаретами… Думала, за столько лет, пока лежал, их забросишь…

— Бросить?! Так это… Это же единственная радость в жизни!

— Тьфу на тебя вместе с твоими сигаретами… Радость нашел…

Продолжив не зло перебранку, они направились к автолавке, а я зашел в дом и переоделся в свои чистые вещи. Рубашка была сухой, а джинсы немного влажные. Но ничего, лето как-никак на дворе. Все, что было в карманах, Наташа догадалась сложить отдельно на столике. Так что фотографии и остатки денег от стирки не пострадали.

Переодевшись и взяв с собой весь свой малый скарб, поместившийся в нагрудном кармане, я поспешил к автолавке, которой оказалась обычная Буханка, где уже собрались все четверо жителей деревни.

— Тимофей, мы договорились. Они тебя довезут прямо до города, — сообщила Наташа.

Хозяевами лавки оказалась супружеская чета в расцвете лет. Отвлекшись от своих продажных дел, они приветливо мне кивнули. Долго ждать не пришлось, быстро продав кому что было нужно, торговцы засобирались в обратный путь.

Слезливое прощание не затянулось. Немного пообнимавшись, я уселся на заднее сиденье Буханки, окруженный продуктовым товаром. Заведя мотор и погазовав, хозяин лавки на колесах тронулся с места. Смотря через стекла задних дверей на удалявшихся от меня стариков, я мысленно с ними простился навсегда. Они, конечно, приглашали еще к ним приехать, а я хоть и отвечал, что обязательно вернусь, но чувствовал, что больше не появлюсь в этих краях и не увижу ни их самих, ни эту деревню.

— Нам такого наговорили про тебя старики… — заговорила хозяйка автолавки.

Ах, да… Не стоит быть настолько беспечным, как я уже убедился, благие дела могут мне и боком выйти. Пока провожавшие меня старики совсем не скрылись из поля видимости, я все же стер их память за вчерашний и утро сегодняшнего дня под чистую. Да, так будет лучше…

— …Вон, даже Кузьмича поднял с постели. Три года пролежал, раз — и встал, — продолжила хозяйка.

Сидя впереди, рядом с мужем она развернулась полубоком и с интересом принялась меня разглядывать. Видно, до этого ей, занятой торговлей, было не до этого, а сейчас от безделья решила меня поизучать.

— Ага, вон и эту, как ее, ну сгорбленную, тоже поднял, — поддержал ее муж, крутя баранку.

— Ну, что сказать, да, помог немного, — ответил я и принялся стирать воспоминания теперь уже у них. Не сомневался, что когда доедем до города, мне придется эту процедуру вновь повторить.

Как только я закончил, хозяйка посмотрела на меня удивленно-непонимающим взглядом. Мол, откуда ты взялся? Чтобы у нее и мужа все уложилось по полочкам, а не думали, что вдвоем разом свихнулись, пришлось мне вмешаться:

— Мы только что с вами в деревне договорились. Вы обещали добросить до города, — спокойным голосом оповестил я и, покопавшись у себя в кармашке рубашки, вынул тысячу рублей. — А это за дорогу.

Хозяйка забрала деньги и принялась копошиться в своей опустошенной памяти. Так ничего и не вспомнив, она покосилась на мужа. Мол, ты-то помнишь? Тот лишь пожал плечами.

— «Что за хер? Ни хрена не помню. И когда мы его взяли? Это какой-то писец… Может, таблетки какие для памяти попить…»

Ее голос прозвучал в моей голове, заставив улыбнуться.

При подъезде к следующей деревне моей радости не было предела. Подвозивший меня алчный таксист ходил вокруг своей машины, севшей на диски всеми колесами.

— Вот же парню не повезло. И надо было так… — посочувствовал вслух хозяин.

— А что там у него? — спросил я ради интереса.

— Да все четыре колеса навернулись… Он уже и в деревню бегал, а никто помочь не может.

— А что там помогать? Нужно снять колеса, да отвезти их подлатать в шиномонтажку, — озвучил я решение проблемы таксиста.

— Так мы останавливались, спрашивали у него, а он говорит, что у него денег нет. Но мы тоже не можем, у нас машина с товаром. Не можем же мы бросить все и с его колесами возиться…

— Вот же люди пошли. Вот раньше бы ему, конечно, помогли бесплатно, не то, что сейчас, всем деньги плати. Вот же народ пошел… — вмешалась хозяйка, сочувственно.

— Как у него нет денег?! Он же меня вчера подвозил. Я лично ему пять тысяч заплатил! — воскликнул удивленно я.

— Да ты что?! — в один голос возмутилась чета.

— А мне-то говорил и вон, мужу тоже, что у него всего сто рублей осталось до города доехать… Еще и показывал… Ты посмотри! На халяву хотел, чтобы помогли! Вот же козел! — в сердцах возмутилась хозяйка.

Я был в шоке от жадности таксиста. Интересно, и когда до него дойдет, что пора раскошелиться? Стоило ему скрылся из вида, и я опомнился, что хотел ему морду набить. Ну, не возвращаться же из-за этого гада обратно. Пришлось смириться с невоплощенным желанием.

С торгашеской четой мне пришлось целый день кататься. Хоть те по-быстрому заезжали в деревни по пути, но вкупе получилось слишком долго. Уже начало вечереть, когда мы въехали в город.

Во время пути мне все время хотелось занять себя изучением жизни Демьяна, но как-то не получалось. Никак не мог себя заставить бросить глазеть по сторонам или перестать болтать о пустом с хозяевами автолавки. Хоть я и не намеревался, но все равно проболтался, рассказав, что занимаюсь целительством людей. Конечно же, я и им помог, скорректировав параметры по здоровью. Проблемы были, но не существенные, так что те даже не почувствовали исправления в своих организмах.

Доехав до центра города, я решил дальше пройтись пешком, заодно прогуляться, поэтому попросил остановиться, где было удобно водителю. Поблагодарив и пожелав торговой чете удачи, я сразу стер на прощанье их память о нашей встрече. Открыв дверь, я было, уже хотел выйти.

— А вы что тут делаете?! — в изумлении смотря на меня, воскликнула испуганно хозяйка автолавки.

Только сейчас до меня дошло, что я раньше времени стер ей память.

— Хотел спросить, какой сегодня день, — ответил я, не найдя так быстро более-менее вменяемого объяснения, и, выйдя из машины, захлопнул дверь.

— Не-е, ну нормально? Залез в машину и спрашивает, какой сегодня день. Ну, что ты молчишь?! Говорила, давай обратно в деревню перебираться. Ты же видишь, в городе одни ненормальные живут…

Хихикая про себя, я неспешно взял курс в сторону дома, до которого оставалось полдюжины кварталов по шумной улице. Час пик был на исходе, посему машин каталось немного. Не слишком частые прохожие по большей части состояли не из числа спешащих домой, а, как и я, из стремящихся прогуляться. Из кафешек с разных сторон доносилась музыка. Я понял, почему возникла потребность в этой прогулке. После деревенской глуши мне не терпелось окунуться в городскую суету.

Идти прямо сейчас к себе в квартиру и начинать изучать жизнь Демьяна что-то не очень хотелось. Куда он денется, если немного подождет? Чуть-чуть еще прогуляюсь, а потом займусь им. Еще вся ночь впереди.

Ночной клуб, мимо которого я шел, зазывал меня своим красочным сиянием, но я знал, что для этого еще пока рано. В такие заведения лучше идти, когда на улице совсем стемнеет. Именно тогда они оживают и зажигаются в своих бешеных ритмах до рассвета, чтобы вновь впасть в дневную спячку до следующей ночи. Пройдя дальше, я заглянул в уютное кафе по соседству, где народ лениво заполнял открытую широкую веранду. Многие столики пустовали, приглашая их занять.

Выбрав свободное место в уголке, я пустился глазами в поиски официанта. Две молоденькие девушки у барной стойки, заметив меня, оживились.

— «Вон столик занял парень. Теперь твоя очередь»

— «Не бреши! До этого я два столика обслужила»

— «Да пошла ты в жопу сука! Больше я с тобой работать не буду»

Я с изумлением выслушал диалог официанток у себя голове.

— Добрый вечер, — скромно обратилась ко мне одна из этих девушек, мило хлопая глазками. — Сразу закажете, или книжку дать полистать?

«Надо же, какой она может быть приятной», — подумалось мне.

— Нет, не нужно. Хочется кофе и мороженого… — скорее озвучил возникшее желание, чем заказал, а сам не без интереса разглядывал эту милую восемнадцатилетнюю официантку, согласно вылезшему стату. Жаль, что слишком молоденькая для меня.

— Вместе или раздельно? — уточнила она, засверкав глазками. Под моим заинтересованным взглядом в ней стало пробуждаться женское, скорее любопытство, чем какое-то желание.

— А что значит «вместе»?

— Я имею в виду, гляссе, — засмеялась она, и ее глазки заиграли. — Возьмите, он у нас такой клевый!

— Тогда два гляссе и вкусную шоколадку… Ой, подождите… — опомнился я и полез в карман. — У меня только 500 евро и мелочевка. Разменяете?

— Конечно, только курс будет немного заниженным, — участливо заметила она, что мне особо понравилось.

— Сойдет. И вот таких сигарет, — показал я смятую пачку.

Пока она занималась моим заказом, я вынул последнюю сигарету и закурил. Только сейчас, осмотревшись, я для себя решил, что мне здесь откровенно не нравится. В плане интерьера и всего прочего претензий не было, но контингент посетителей был из числа малолеток от пятнадцати до восемнадцати. Я будто на школьную вечеринку попал. Причина, по которой молодежь оккупировала это кафе, оказалась банальной — здесь они дожидались темноты, чтобы дальше податься в клуб и уже там начать отвисать по полной.

Девушка вернулась с заказом и стопочкой сдачи. Вручив ей обратно шоколадку в честь ее симпатичных глазок, я принялся цедить из соломинки. Кофейно-пломбирный вкус, перемешанный холодом и теплом, оказался приятным. Я употреблял его с наслаждением. Вот только соломинка оказалась какой-то короткой, каждый раз мой нос задевал густые сливки.

Похоже мой шнобель слишком большой. Странно, никогда не замечал. Нужно будет дома в зеркало еще раз посмотреть. Может, придется немножко укоротить.

— «Смотри, что он мне подарил — шоколадку!»

— «Да ладно… С хера?!»

— «За красивые глазки!»

— «Ой, да ладно тебе! Сейчас за эту сраную шоколадку приставать начнет. Вот увидишь»

— «Да… Я что-то об этом не подумала… Зараза! Это ты мне завидуешь! Хотела с тобой поделиться. Ага, сейчас. Бананом тебя по лбу, а не шоколадку!»

— «Сука»

— «Да пошла ты в жопу. Больше я с тобой работать не буду»

Отвернувшись от официанток, я решил больше в их сторону вообще не смотреть. Наверное, к лучшему, что мы не всегда можем подслушать чужие разговоры, а тем более, мысли. Я уже лишний раз старался ни в ком не копошиться. Слишком много разочарований.

А тем временем, на веранде начал разворачиваться конфликт. Пришла компания двадцатилетних парней и принялась домогаться девушки в розовом платьице. За нее вступился ее юный кавалер с друзьями. Начавшаяся перебранка, грозящаяся перерасти в драку, затихла с появлением хозяина кафе. Тот выбрался на веранду из закутков заведения с двумя внушительными приятелями. Часть конфликтующих вместе с девушкой вышли на улицу, по-видимому, дальше выяснять отношения между собой.

Покончив с двумя порциями напитка, я вдоволь насытился и кофе, и мороженым. Оставалось еще раз перекурить для финальной точки. На улице уже совсем стемнело. К клубу все чаще стали подъезжать такси, выгружая народ, стремящийся потрястись под дикую музыку.

Желание самому туда податься во мне не успело развиться. Мысль о том, что, заполучив Продвинутый уровень, необходимо быстрее двигаться дальше, заставила мозг работать в нужном направлении.

Все, нужно идти домой и начинать просматривать жизнь Демьяна. Кто его знает, достиг он уровня Мастера или нет. Если это ему удалось, то мне необходимо во что бы то ни стало узнать, каким способом он умудрился обойти стадию умерщвления. Было бы глупо надеяться, что способ с водой вновь сработает при переходе от Продвинутого уровня к Мастеру. Это было бы слишком просто. Пока у меня есть с собой его фотография, нужно все узнать и покончить с этим вопросом.

Малолетки вокруг, уже изрядно захмелев, стали навязчиво громкие. Торчать здесь дальше не имело смысла. Поднявшись, я направился к выходу, взглянув на прощанье в сторону официанток, вновь собравшихся у барной стойки.

— «Блин, уходит…»

— «Ты про что? А, этого… Понравился, что ли?»

— «Не, ну а че, прикольный…»

Кивнув официантке, обслуживавшей меня, я вышел на шумную улицу и снова побрел домой, наслаждаясь остатками вечерней прогулки. Будто назло, идти домой мне вот прямо совсем не хотелось. Шел, а сам буквально себя подталкивал. На тротуаре стало совсем мало прохожих, а машин вроде бы даже больше. Наверное, все спешили куда-нибудь развеяться. Прикинув в уме, какой сегодня день, я высчитал пятницу. Лучше бы не считал. Для меня этот вечер давно стал временем отдыха.

Как по команде мысли стали уносить меня в другом направлении. Всплыла официантка, расстроенная моим быстрым уходом. Может, стоит вернуться?

Тут вдруг из прохода во двор послышались девичьи крики о помощи. Немногие услышавшие это прохожие предпочли сделать вид, что не слышат, и ускорили шаг. Я метнулся во двор. Фонарь вдалеке давал немного тьме расступиться. Новый крик девушки помог мне сориентироваться, куда дальше бежать. Крики доносились со стороны гаражей. Начав их оббегать, я наткнулся на возню. Двое парней что-то мутузили ногами. Скорее догадался, что на земле кто-то лежит.

Схватив за шкирки обоих и посильней размахнувшись, я обрушил их головы друг о друга и кинулся дальше к источнику крика. В неярком свете было видно, как парень, прижав девушку к стене гаража, затыкает ее рот.

Развернув его, я вцепился ему в глотку. Меня вмиг охватила такая ярость, что захотелось эту гниду на месте придушить. Сопротивляясь, он забарабанил по мне своими ручонками. Я стал поднимать его за горло вверх, давя в стену гаража для упора. Парень захрипел. Для моего слуха это стало отрадой. Я желал слышать этот звук еще и еще. Следом затрещали хрящи. Напряжение в его теле резко ушло. Он обмяк.

Сдох, что ли, падла?

Я расслабил руки. Тело плюхнулось на землю. Послышался тихий хрип.

Живой? Ну, тварь…

Хотел было уже начать добивать его ногами, но почувствовал, что кто-то усиленно тащит меня сзади и кричит. Мои шея, спина, стали противно жечься. Повернулся. Где-то вдалеке горевший фонарь светил приглушенно, тем не менее, его блеклого света хватило, чтобы я увидел перед собой девушку в розовом.

О! Это же та самая девушка из кафе! Только сейчас я начал понимать, что она кричит.

— Прекрати! Ты его убьешь! Оставь!..

Блин, да что же ты так орешь!