Булат
Хватка отца стала жёстче.
– Если ты сейчас…
– Хватит, отец! – Я выдернул руку. – Хочешь, чтобы Ира стала частью семьи?! Разведись с матерью и женись на ней. Я не давал никаких обещаний ни ей, ни её отцу. И гробить свою жизнь в угоду вам с матерью не стану.
– Булат! – в образовавшейся тишине его рык прокатился по залу.
– Я на ней не женюсь, – отрезал я.
Дина почти добежала до выхода. Вокруг стоял ропот, постепенно становившийся громче.
– Динара! – Я рванул за ней к дверям.
– Булат! – вскрикнула Ира и попыталась остановить меня.
Я притормозил, качнул головой и помчался дальше. Слышал, как стучат Динкины каблуки по плитке. Чёрт, как женщины могут так быстро бегать?!
– Динара! – заорал, вылетев из ресторана.
Заметил её, несущуюся по обочине во дворы, и, бегом спустившись по ступеням, понёсся следом. Догнал метров через пятьдесят. Поймав, развернул к себе.
– Отстань от меня! – закричала она, беспорядочно молотя меня по рукам и плечам. – Отстань, Булат! Я…
– Что ты?! Ненавидишь меня?! Проклинаешь день, когда стала моей?! Что?!
Она зарыдала в голос, не переставая отбиваться. Ногтями попала мне по щеке, по руке. Чёрт! Я развернул её к себе спиной и кое-как перехватил руки, но отбиваться от меня она не перестала. А я как псих прижимал её к себе и наслаждался этой близостью.
– Отпусти! – прохныкала она. – Ай… Ай!
Динка выгнулась, вскрикнула, словно ей было больно.
– Дина! Дина, что…
Ноги её вдруг подкосились, и она обмякла. Паника накатила ледяной волной. Я не понимал, что делать.
– Динка, – затряс её, но она не подавала признаков жизни, болталась, как безвольная кукла.
Выругавшись, я подхватил её на руки. Увидел появившегося на улице Витьку и заорал во всё горло:
– Машину гони! Вик! Сюда!
В секунду оценив ситуацию, друг бросился ко мне. Показал в сторону припаркованного в десятке метров внедорожника.
– Что случилось? – поспешно садясь за руль, спросил он.
– Не знаю. Она просто упала. Гони давай. Чёрт, если она опять потеряет зрение…
– Не потеряет. – Друг стремительно сдал назад и выкрутил руль.
В зеркало я увидел вываливающих из ресторана людей. Среди них заметил отца и мать, но было не до этого.
– Дина, – позвал тихо, похлопав её по щеке. – Дина, очнись же ты. Ну, девочка, давай. Давай же…
Она тихо застонала, и я подобрался. Вглядывался в её побледневшее лицо, надеясь уловить движение ресниц, но тщетно. Она была словно Спящая красавица. Только вот я на роль принца плохо подходил. На роль злодея – да, но никак не принца.
***
Меряя шагами холл клиники, я готовился к худшему. В случае чего снова придётся связываться с Артуром. Но что, если второго шанса не представится? Всё готов был отдать, лишь бы пронесло.
– Может, остановишься? – раздражённо спросил Вик. – От того, что ты мотаешься туда-сюда, ничего не изменится. Лучше скажи, как будешь решать проблему с отцом.
– Никак. Я всё сказал. Нужно им Иру под опеку взять – пусть решают сами.
Вик хмыкнул.
– Не думаю, что твоей матери развод придётся по душе.
– Да плевать, Вить. Я всю жизнь старался быть хорошим сыном, но… чёрт! Только бы с Динкой всё хорошо было. Как она на свадьбе оказалась?! Какого дьявола?!
– Не удивлюсь, если без Ирки не обошлось. – Он искривил губы. – С виду сама невинность, но какая же сука.
– Ты не представляешь какая, – в сердцах бросил я, но тут из палаты вышел врач. – Как она? Что…
– Всё в порядке. Перенервничала.
– Глаза…
– При чём здесь глаза?
– У неё недавно была сложная операция.
– Я в курсе. Вы предоставили данные, Булат Русланович. Я видел карту. Но операция к обмороку не имеет отношения – это всё беременность.
– Беременность? – переспросил сипло. – То есть…
– Вы кем пациентке приходитесь?
– Я… Я её муж. И… – Провёл рукой по волосам.
Посмотрел на врача, не в состоянии сообразить, как это может быть. Дина беременна… Дина беременна! Да когда она могла успеть?! Она же не подпустила бы к себе просто так, я уверен. Или…
Догадка ошеломила меня, в висках зашумело, во рту пересохло.
– Вы не знали, что ваша жена беременна? – Врач, мужчина в возрасте, хмыкнул.
Я мотнул головой, как осёл.
– А… можно? – показал на дверь.
– Только если обещаете не волновать пациентку. Угрозы выкидыша нет, и всё же лишнее беспокойство в её положении Динаре ни к чему.
Врач ушёл, а я так и стоял у двери, не решаясь войти. Витя напомнил о себе, стукнув меня кулаком в плечо.
Я повернулся к нему.
– Твой?
– Мой, – ответил без сомнения.
Витька усмехнулся.
– Ты не знал?
– Не знал.
– Тогда иди, что тянешь? – Он показал на дверь.
Я набрал полные лёгкие воздуха, но решимости не прибавилось. Так и видел полные слёз Динкины глаза, её бледное лицо, чувствовал её прохладные тонкие пальцы на своей руке.
И какие слова подобрать, чтобы донести до неё пресловутое «прости»?! Как объяснить ей, если то, что я сделал, объяснению не поддаётся? И срать на обстоятельства, я со всех сторон виноват.
Но… ни одну женщину полюбить, как люблю её, я не смогу. Либо она, либо никого. Уж лучше примитивно шлюхи, чем тешить себя фальшивыми иллюзиями и жениться с пустотой в сердце.
– Давай, иди к своей принцессе, – подтолкнул меня Витька. – Оттого, что ты тут стоишь, ничего не изменится.
– А если отошьёт?
– Значит, отошьёт. Что же теперь?
– И то верно, – согласился я и, войдя в палату, наткнулся на Динкин взгляд.
Дверь закрыть смог, и на этом всё – встал как идиот.
– Дина… Я… Я тебя люблю.