После развода. Ты всё равно моя

Глава 19

Булат

Как она и хотела, я заказал ужин в номер. Попросил, чтобы принесли свечи и цветы. Хотелось сделать для неё что-то красивое.

Официант прикатил тележку.

– Помочь вам сервировать стол?

– Не нужно.

Я сунул ему чаевые, и он, отвесив лёгкий благодарный поклон, растворился. Я выставил на стол горячее и закуски. Откупорил вино, хоть Дина практически не пила, но глоток хорошего красного вина сейчас ей не повредит. Поджёг свечи и с минуту смотрел на пламя. Если ей было всё равно, к чему разговоры? А если есть возможность её вернуть… Да чёрт! Я сделаю всё, но верну её!

Дина открыла дверь через несколько секунд. Я подал ей руку.

– Ужин готов.

– Говоришь так, словно сам его приготовил, – сказала она на выдохе.

– Не сам. Но я старался.

Она посмотрела на меня и, ничего не сказав, прошла в мой номер. Одета она была в домашнее, но так даже лучше. Распущенные волосы падали ей на спину, простая футболка не стесняла движений.

– Слишком романтично, не находишь? – посмотрев на стол, сказала она.

– Нет.

Я выдвинул для неё кресло, и она присела в него. Подняла на меня испытующий взгляд.

– Что тебе рассказать?

– Правду, Булат.

– Какую?

– Вот ты и скажи, какую.

Динара

Он повернул ко мне голову. Находиться с ним рядом и делать вид, что мне всё равно, было худшим из проклятий. Каждая моя клеточка, каждый нерв – всё реагировало на него. Я больше не могла держаться отстранённо, но и жить во лжи дальше не хотела. До сих пор в голове не укладывалось, как мой Булат и тот, что бросил меня умирать на дороге, мог быть одним человеком.

Теперь я понимала, как. Но мне важно было услышать правду от него.

– Я заказал домашний тёплый сыр с печёными помидорами. А на горячее…

– Булат! – прикрикнула я. От ярости жгло глаза. – Хватит, Булат! Я не есть пришла!

Он поджал губы. Налил в бокалы вино и подал мне тот, в котором было меньше.

– Что случилось тогда на дороге? – в тишине спросила я.

– Я забрал Ирку из клуба, – сказал он нехотя. – Сам выпил и…

– Прекрати врать!

Я резко поднялась.

– Ещё одно слово лжи, и я уйду. Но учти: если я выйду за эту дверь, всё закончится. Тогда уже точно.

Он молчал. Сколько прошло времени – не знаю, но мне надоело ждать, и я решительно пошла к двери. Он схватил меня за локоть и развернул. Посмотрел в глаза.

– За рулём был я. Только это важно. Я, Дина. И это я не остановился, хотя мог.

– А Ира?

– Ира… Ира тут ни при чём. Я вёл, я мог затормозить. Что бы ни делала и ни говорила Ира – решение принял я.

– Зачем ты её выгораживаешь? Я слышала ваш разговор.

– Я понял, что ты слышала. Но это ничего не меняет. Вина за то, что я сделал, лежит на мне. Я выбрал не тот путь, а потом было уже поздно. Знаешь… Есть моменты, которые невозможно открутить назад. И я всегда буду помнить, как гнал машину и видел девушку, лежащую на асфальте. Её волосы разметались по земле, рука была подогнута, а голубое платье… – Он сглотнул и отвернулся, отпустив меня.

Взял бокал и отошёл к окну. Мне надо было уйти, а я смотрела ему в спину. И почему-то чувствовала, что если уйду сейчас, тоже навсегда запомню этот момент: Булат, стоящий ко мне спиной с бокалом вина и смотрящий вдаль. Как будто это ничем не лучше картинки, нарисованной им.

Я долго не решалась и всё же подошла, по пути взяв своё вино. Встала рядом, плечом к плечу к нему.

– Ты бы хотел сына или дочь?

Он повернулся ко мне, я к нему – нет. Пригубила вино и слизнула капельку. Из окна был виден краешек парка.

– Так странно – смотреть в окно, – сказала я тихо. – Говорят, что до бесконечности можно смотреть на огонь, воду и как работает кто-то другой. А после пяти лет темноты можно до бесконечности смотреть в окно. Там столько всего… Вы, зрячие, не представляете, сколько всего не видите. Вы ничего не видите. Вам всё кажется обычным. У вас есть глаза, а вы ничего не видите, вы даже ничего не хотите. Смотри, – показала ему на пожилую пару. – Смотри, какие они. Как думаешь, они всю жизнь вместе или только недавно обрели счастье? А вон, – показала на собаку. – Вон как он остановился. Смотри, хозяина ждёт. Он наверняка сильно любит хозяина. Или это девочка… Я не вижу, какого цвета поводок. А ты видишь?

– Дин…

– А вон. Смотри, Булат, – громче сказала я. – Видишь ту собаку? У неё нет хозяина…

– Дина! – Он развернул меня к себе за плечи.

Я дёрнулась, пытаясь отвернуться. Бокал накренился, вино выплеснулось. Я всхлипнула. Булат выхватил бокал у меня из рук и швырнул на подоконник. Крепко взял меня за плечи.

– Вы ничего не видите, – просипела я. – Даже не понимаете, сколько вам дано. Ты знаешь, что такое не видеть лица друзей, не видеть их улыбки?! Знаешь, что такое только представлять?! Ты знаешь, как я хотела увидеть тебя?! Всё бред! Все прикосновения – бред! Касаясь руками, нельзя создать картинку! Это иллюзия, в этом нет информативности! Это…

– Дина! – рявкнул он и тряхнул меня за плечи.

Я замолчала. Лицо Булата было близко, и я видела его. Хорошо, насколько это в принципе было возможно. Но я знала, что никогда не буду прежней – слепота научила меня ценить. Я прикоснулась к его щеке, потянулась к нему и прижалась губами к губам.

Он застыл. А я больше не могла сдерживаться – обняла его и поцеловала. Секунды хватило, чтобы он опомнился. Порывисто притянул меня и перехватил инициативу. Я задыхалась от чувств, от рвущихся наружу стонов, от эмоций. Не понимала, целую ли его, отвечаю на поцелуй – просто задыхалась, захлёбывалась.

– Я так сильно люблю тебя, Динара, – хрипло сказал он, сцеловывая мои слёзы. – Ты – моя жизнь.

Он был моим лучом света в царстве тьмы, но признаться в этом я не смогла. Вздохнула и проглотила вставший в горле горький ком. Мне хотелось домой, пусть я и не знала теперь, где мой дом.

Булат погладил меня по плечам и посмотрел в глаза. Снова погладил и поцеловал – совсем невесомо.

– Я есть хочу, – сказала я тихо, внезапно поняв, что дико проголодалась.

В последние дни есть я просто не могла: перед глазами постоянно стояла Ира в свадебном платье, а на сердце было тяжело.

Булат улыбнулся и сжал мои пальцы, а потом порывисто обнял и прижал к груди.

– Я не шучу, Динка. Я больше тебя не отпущу. Никогда. Завтра сходим к Седакову и домой. А там… От родителей мне не нужно ничего. Мне нужны только вы – ты и наша дочь.

– Дочь?

– Да. Я хочу дочь. Но если будет сын… – Он посмотрел мне в глаза. – Ты изменила мою жизнь, Дина. Ты изменила меня. Спасибо тебе. Если бы не ты… – Он погладил меня по щеке. – Чёрт… Слишком много слов, – сказал резко и снова поцеловал меня.