После развода. Вернуть бывшую жену (СИ)

Глава 15

Виктория

Жить с почти бывшим мужем под одной крышей — это как ходить по битому стеклу. Осторожно, на цыпочках.

Дыша вполголоса, чтобы не потревожить зверя, спящего в соседней комнате.

Я просыпаюсь раньше всех.

Выхожу на кухню, делаю себе кофе.

Захар — в командировке, и это единственное, что спасает меня от очередной сцены, от его тяжёлого взгляда, от язвительных фраз.

Я чувствую его в доме даже тогда, когда он уехал. Запах его одеколона в ванной, аккуратно подвешенное полотенце на крючке, в прихожей — его туфли.

Он будто оставил в этих стенах свою тень, тяжелую, давящую, властную. И мне в ней — тесно.

Он есть. Просто где-то рядом. Всегда.

Я подыскиваю дом. Тихий, уютный, с двумя спальнями, чтобы мальчики могли чувствовать себя, как раньше.

Скроллю объявления, пишу агентам. Но всё не так, не выходит.

То Матвей не хочет уезжать от друзей, то Денис говорит, что не поедет далеко от своей секции по карате.

— Мам, ну серьёзно, давай не сейчас, — голосом Захара говорит старший. — Можно же просто… жить так, как есть? Вы же любите друг друга с папой…

Нет. Нельзя так жить. Но детям этого не понять.

Я рассыпаюсь на осколки, я ведь люблю свою семью и мне тяжело все просто так сломать…

Но наша жизнь не про быт.

Я вспоминаю наш разговор с Захаром накануне его отъезда.

Муж вернулся ночью, я вышла в ванную и услышала… громкое и недовольное «цоканье» из кухни.

Я не готовлю для мужа, не стираю его рубашки, даже моя помощница по дому Варвара словно отвернулась от хозяина…

Утром после визита к пустому холодильнику, Захар был в бешенстве.

Помню, как он стоял в коридоре, высокий, в стильном пиджаке, с холодным взглядом. Как запах его парфюма смешался с запахом гнева.

— Ты я так понимаю решила жить со мной, как с херовым соседом?! Ну что ж… Мстишь мне, — сказал он, усмехнувшись. — Только это все — развод, адвокаты — это пыль. Формальность. Ты не уйдёшь. Ты не заберёшь пацанов. Я тебе не позволю.

— Это уже не ты решаешь. Борщи тебе пусть варит Олечка, — ответила я, стараясь не дрожать.

— Я всё решаю в нашей семье. Хватит меня тыкать Ольгой! Ты ни хера не знаешь! — отчеканил он. — Пока не поздно — остынь и одумайся. Я не святой, но и не враг тебе. А если вздумаешь рубить с плеча — сам же потом пожалеешь.

Он всегда так: не кричит, не хлопает дверями. Но каждое слово — как удар.

Я боюсь его. Всегда боялась. Его силы. Его власти. Его способности снести всё, что я строила годами, одним движением руки. И таяла от его нежности, когда он лишь кончиками пальцев меня касался…

Вот и утром он как будто случайно взял меня за руку и притянул к себе.

— Не смей меня трогать! Кобель! — прорычала, стиснув зубы.

— Хочу секса с женой. Ты меня возбуждаешь, когда себя так ведешь. Я тебя люблю любую, даже когда ты строишь из себя истеричную дурочку.

Его уверенная улыбка, широкие плечи и горящий взгляд заставил поежиться, стать маленькой девочкой в его руках, той самой Бусинкой…

Да, меня он любил любой. Никогда не критиковал за внешность, слезы, слабость, лечил в болезни и был рядом. И я думала, что у нас будет в браке «долго и счастливо», но теперь, когда есть Оля…

Сейчас муж уехал. Вроде бы тишина. Но я знаю — это затишье перед бурей.

****

Скоро мой день рождения. Хочется просто пролистать этот день, перевернув календарь. Пережить. Закрыться в комнате и не выходить.

Но мои веселые подруги Маша и не из тех, кто позволит зарыться в одеяло и страдать. Они буквально врываются в мою жизнь.

Так и это утро началось со звонка, потом девчонки приехали ко мне на работу и буквально забрали меня, после планерки…

Мы с Машей и Ниной едем в уютное кафе за городом — то самое, где подают потрясающие салаты с креветками и тёплый хлеб с пряными травами.

Садимся в дальний уголок, обложившись каталогами с банкетным меню.

Хотя, в душе нет ни намека на праздник.

Я стала тенью той Вики, но стараюсь держаться на работе.

Вавилов был прав: в кулуарах нашего офиса все только и говорят о нас, о том, что «хозяева разводятся».

Я — в сером кашемировом свитере, волосы собраны в прическу-ракушку. Никакого макияжа, только лёгкий блеск на губах — чисто символически.

Нина, как всегда, эффектная блондинка в твидовом пиджаке в стиле Шанель и с огненно-красной помадой.

Маша — полная противоположность смелой и уверенной Нины. Она мягкая, тёплая, такая родная, хоть и в строгом костюме.

Она нарочно уехала с работы, бросила свой ВУЗ, студентов и кафедру.

Глядя на нее, я снова думаю, что немного завидую их браку с Георгием.

Партнер и друг моего мужа не такой, как Захар, и делает все для семьи. А Вавилов…

— Викуся, хватит ныть! — заявляет Маша. — Мы уже в ресторане, уже смотрим меню. И мы будем праздновать, чтобы ты там себе не придумала! Ты у нас красавица, умница и будущая свободная женщина. И вообще, ты торт собираешься выбирать?

— Я не хочу торт…

— Торт будет. Всё. Конец дискуссии, — смеётся Нина, тащит меня за руку к ноутбуку, где уже открыт каталог с кондитерскими изделиями.

Я сдаюсь. Мы выбираем малиново-фисташковый. Без цифр. Без свечей. Простой, нежный.

— Ну уж нет, девочки. Так не пойдет, — мотает головой Нина. — Я дизайнер, и торт беру на себя. Все, Викуся, твое дело — салаты и горячее!

Улыбаюсь, почти искренне.

— Я вообще думала, может, отменить всё, — осторожно говорю я.

— Ага, щас, — бурчит Нина, вытаскивая свой блокнот. — Мы тебе не дадим. У тебя новый этап в жизни. Мы должны его отметить. Символично, красиво и вкусно! Развод — это не закат, а новый этап, подруга! Поверь мне, я разводилась дважды и ничуть не жалею! Иди к Маше, а я пока поговорю с администратором.

Возвращаюсь к столику. Машка вертит меню в руках, бокал вина рядом.

— Ну что, — тихо спрашивает Маша, подливая мне белого вина, — ты правда всё решила?

Я смотрю в бокал. В отражение своих пальцев, в капли, сбегающие по стеклу.

— Да. Назад пути нет, Маш.

Нина на мгновение отрывается от обсуждения декора и кидает на меня короткий взгляд.

— Ну ты и упёртая. Ты уверена, что всё так однозначно? Захар… он не святой, — мягко добавляет Маша. — Но и не монстр. Знаешь, Жора говорит, что эта Ольга ненормальная. Он тоже в курсе про нее… Сейчас все в курсе вас… вашего расставания…

Я качаю головой, слушая как Машка деликатно подбирает слова.

— Маш, Вавилову не нужен еще один адвокат в лице твоего мужа. Он спал с другой женщиной. Она беременна. Это не ошибка. Это его выбор. Его! А теперь мой — не жить в этом дерьме.

Маша ставит бокал на стол.

— Но ты ведь всё ещё любишь его? Я вижу. Ты злишься — значит, не всё равно. Ты была так счастлива с ним! Захар очень хороший отец… и муж.

— Отец он и правда хороший, он все делает для детей. А я… Люблю. Да. Но он предал меня.

Снова повисает тишина.

Только музыка где-то в углу играет что-то джазовое, фоновое. Мы сидим, каждая в своих мыслях.

— Я отменила всех его гостей. Он даже не удосужился сказать, что мы разводимся. Представь, что почти сто человек наших общих знакомых поздравляли меня, как его жену, желали нам счастья, которого уже нет. Он… просто сам себя превзошел!

Я кратко говорю Машке, чего мне стоило самой обзвонить гостей и минорным голосом сообщить, что праздника не будет.

Мои нервы быстро сдали.

Пришлось попросить своего секретаря взять на себя немного этой вязкой рутины и разослать письма, тем кому дозвониться не смогла.

— Он просто не хочет тебя отпускать! Да сколько раз они спали?! Может там и не было ничего! Я тебе говорю: эта Ольга больная! Она позарилась на деньги, Захар у тебя красавчик, мечта любой женщины, тем более такой овечки, которая живет в старом домике на окраине! — наконец говорит Маша.

Отрицательно качаю головой, пригубив немного сухого белого вина из бокала.

Маша берет меня за руку, нежно сжимает ее.

Ее поддержка греет меня, как теплый плед.

— Викуся, я не защищаю его. Для меня главное — чтобы ты была счастлива. Тогда мы просто будем рядом. И сделаем тебе самый красивый праздник, который ты запомнишь не как прощание со старой жизнью, а как встречу новой.

Машка кивает, уважительно. По-женски.

И тут сбоку возникает Нина, вихрем окружая меня.

Они как добрый и злой полицейский, но обе от души мне помогают пережить этот тяжелый период.

— Я все слышу! — говорит Нина, поднимая бокал. — Хватит киснуть, Вика, ты шикарная женщина, а твой Захар умоется слезами! Давайте выпьем за новую жизнь и новую Вику. И за то, чтобы ты однажды встретила мужчину, который будет любить тебя так, как ты этого заслуживаешь.

Я улыбаюсь. Чуть сжимая пальцы на ножке бокала.

— К новому мужчине я точно не готова. Пока я просто хочу покоя.

И может быть… может быть, когда всё это закончится — я научусь дышать снова.