Виктория
Тарелка с грохотом отъезжает по столу, когда Захар резким движением отодвигает её от себя. Его зелёные глаза вспыхивают яростью, челюсть напрягается, а руки сжимаются в кулаки.
— Я спросил: что это за херня, Вика? — его голос звучит низко, срываясь на глухой рык.
Я спокойно ставлю свой пустой бокал перед собой.
— Ты не узнал мой подарок на 23 февраля? А я сразу узнала эти боксеры, когда увидела твое фото на сайте знакомств, Алекс, — тоном, полным яда, выплевываю я, глядя ему прямо в лицо.
Захар впивается в меня взглядом, ноздри раздуваются, будто он сдерживает желание что-то разбить или наброситься на меня.
— Хреновая шутка, Вика, — его голос звучит грозно, и он резко встаёт из-за стола.
— А что тебе не нравится? — я изящно поднимаюсь со стула, скрещивая руки на груди. — Ты же так эффектно в них позировал! Столько лайков собрал! Всем свой член сосать предлагал, одну из своих подружек по переписке даже на наш семейный праздник трахаться позвал!
Меня несет, так, что я сама не понимаю, как слова срываются с языка.
Я не думаю, строчу автоматом все, что накипело в груди за эти дни ожидания.
Реакция мужа меня приводит в шок.
— Прекрати этот гребаный цирк, блять! — он раздражённо проводит рукой по волосам, его грудь вздымается от тяжёлого дыхания. — Что ты хочешь этим сказать?
Я делаю шаг вперёд, не сводя с него взгляда.
— Нет, это я теперь хочу знать, Захар. Что тебе не хватало в браке? Почему ты пошёл налево?
Муж насмешливо ухмыляется, но в его взгляде нет ни капли веселья.
— Я не собираюсь обсуждать этот бред с тобой. И в таком тоне, Вика, — рычит, желваки на острых скулах играют и враждебно надуваются.
— Конечно. Гораздо легче убежать от разговора, да? — я презрительно усмехаюсь. — Гораздо легче залезть на сайт знакомств и назначать свидания девочкам в мой день рождения! А потом делать из меня дуру и не отвечать ничего, когда спрашиваю про Ольгу Короткову!
Муж отшатывается, уставляясь в мое лицо.
— Я не хотел тебе говорить, — равнодушно признается мой муж. Захар поднимается из-за стола, отходит, расстегивая воротник сорочки. — Да, Ольга беременна.
Внутри меня словно стекло сломалось, захрустело. Странные мысли черными змеями поползли, трогая нервы.
Смотрю в напряженную спину мужа, словно читая между строк то, что он хотел договорить.
— Мы уволили беременную сотрудницу. Что ты на это скажешь, м? — напирает, уперев ладони в бедра.
— Беременна от тебя, Захар? — только и вырвалось у меня, хотя в тот момент я не считала эту фразу глупостью. Слишком все кипело, было неоднозначно. Да и сама Оля, которая рыскала возле офиса, писала мне, наводила на подозрения…
— Замолчи, Вика, — его голос звучит глухо, но в нём проскальзывает угроза.
Я уже собираюсь ответить, когда раздаётся настойчивый звонок в дверь. Резкий, нетерпеливый, как когти по стеклу.
— Ну вот, как вовремя, — закатываю глаза, сдерживая раздражённый выдох.
Захар бросает на меня острый, предупреждающий взгляд и, недовольно сжав губы, идёт открывать. Я даже не сомневаюсь, кто там.