Позывной «Хаос». Обучаясь быть лидерами

Предисловие переводчика

Однажды, в одном из гарнизонов морской пехоты США командир части пригласил для беседы в свой кабинет девушку. Ее звали Элис, и была она невестой одного из его подчиненных офицеров. Пригласил он ее для того, чтобы показать ей рапорт об увольнении, поданный ее женихом.

У пары были прекрасные отношения, они готовились к свадьбе, но ее суженый постоянно исчезал в командировки — Африка, Ближний Восток, Филиппины, революция в Иране, еще куча кризисов поменьше, учения и просто плановая ротация. Планета большая, война холодная, а морпехи нужны везде… Поэтому девушка поставила перед молодым офицером ультиматум: или я или служба. Однако увидев бумагу на столе у командира, которому не хотелось терять перспективного подчиненного, девушка поняла, что ставит своего любимого человека перед слишком жестоким выбором: между семейным счастьем и военным делом, которому он посвятил свою жизнь и был предан всей душой. Поэтому она решила не мешать ему, и разорвала помолвку за три дня до их свадьбы. А перспективный офицер продолжил службу, посвятив всего себя военному искусству со всепоглощающей страстью, так никогда больше и не женившись, чем заслужил свое первое прозвище в армии — «воин-монах». Молодого офицера морской пехоты звали Джеймс Мэттис.

Он закончил учёбу в корпусе подготовки офицеров запаса и получил петлицы второго лейтенанта Корпуса морской пехоты США в январе 1972 года, но на саму Вьетнамскую войну не попал. Ещё не началось Пасхальное наступление Вьетнамской народной армии, до второго «Лайнбекера» оставался почти год и еще больше года до окончательного вывода американских войск, но «не срослось». К счастью для Америки, и печали для её врагов, лейтенанту Мэттису не выпал шанс словить случайную гуковскую пулю или подорваться в джунглях на растяжке.

Уроженца маленького городка Пулман в штате Вашингтон ждала долгая карьера офицера мирного времени. Вот только офицером он был не совсем обычным — особенно как для такой организации, как Корпус морской пехоты США.

На Джеймса Мэттиса изрядно повлияло воспитание в семье. Сын моряка торгового флота и военной разведчицы, он вырос в небогатом доме без телевизора — но с множеством книг. Зародившаяся в детстве страсть к чтению сохранилась у него в рядах морской пехоты, и остаётся с ним по сей день. Сейчас в личной библиотеке генерала Мэттиса насчитывается порядка 10 тысяч томов.

Генерал Роберт Скейлз, бывший десантник, интеллектуал и аналитик, описывал молодого офицера-морпеха как «одного из самых учтивых и блестящих людей, кого он встречал в своей жизни».

Джеймс Мэттис прочёл действительно много книг; умных и хороших книг правильных авторов. Более того, прочитанное он усваивает и применяет на практике, как на войне, так и в личной жизни вообще. Именно ему принадлежит известная фраза: «Лучший способ улучшить умение вести войну — использовать уроки истории».

Впервые подполковник Джеймс Мэттис попробовал порох настоящей войны в 1991 году, будучи командиром 1-го батальона 7-го полка морской пехоты в ходе операции «Буря в пустыне». Там комбат заслужил уважение бойцов за профессионализм, заботу о подчиненных, хладнокровную смелость на передовой и умение находить красивые тактические решения.

Там же, но уже в звании полковника и на должности командира всего 7-го полка, Джеймс Мэттис получил свое второе прозвище — свой постоянный позывной «Хаос». Слово, обозначавшее не анархию, а сокращение от фразы «У полковника есть другое исключительное решение».

«На поле боя самые главные шесть дюймов находятся у вас между ушами», — любил повторять он. Вскоре Мэттис получил звезду бригадного генерала и должность командира 1-й экспедиционной бригады морской пехоты.

А затем был Афганистан, где он руководил операциями 58-й оперативной группы на юге страны, под Кандагаром. Руководил не из комфортабельного штаба, как мог бы, а пропадая днём и ночью со своими бойцами в бесконечных рейдах, патрулях и боестолкновениях.

В 2005 году, в своем напутствии отправляющимся туда морпехам, свои впечатления об Афгане он выразил следующим образом: «Вы попадаете в Афганистан, и там есть парни, которые в течение пяти лет избивают женщин за то, что они не носят хиджаб. Знаете, у таких парней все равно не остается мужского достоинства, так что стрелять в них чертовски весело. На самом деле, знаете ли, драться с ними очень весело. Чертовски весело. Стрелять в людей — это весело. Я буду с вами на одной волне. Мне нравится драться».

Во время вторжения в Ирак в 2003 году генерал-майор Джеймс Мэттис командовал уже всей Первой дивизией морской пехоты: ядром главной ударной группировки войск коалиции. При планировании военной кампании именно он предложил решить все проблемы с иракским диктатором путём решительного блицкрига — а не осторожного наступления после масштабной воздушной кампании по образцу «Бури в пустыне»: «Президенту, национальному командованию и американскому народу нужна скорость. Чем быстрее мы с ними покончим, тем лучше. Нашим основополагающим принципом будет скорость, скорость, скорость!»

Генерал двигался в боевых порядках своих рвущихся на Багдад войск, прибывших нести демократию народу солнечного Ирака из не менее солнечной Калифорнии. Он и здесь предпочитал быть на передовой, в зоне огневого контакта, лично наблюдая за действиями своих бойцов и противником, не кланяясь пулям, минам и снарядам. Только вместо белого коня — старый добрый «Хамви».

Морпехи считаются самой «отмороженной» — в хорошем и в плохом смысле этого слова — частью американской военной машины. Они, как никто другой, ценят личную отвагу и лихость. Привыкшие к тому, что старшие офицеры, начиная с майора, сидят в тылу и шлют приказы один тупее другого, рядовые морские пехотинцы увидели рядом с собой военачальника старой школы, достойного наследника славы Роберта Ли и Джорджа Паттона. На иракских дорогах, среди песчаных бурь, трупов и сгоревшей техники на обочинах, за бронёй «Абрамсов» и бронемашин LAV-25, в потрёпанных пыльных «Хаммерах» окончательно выковывалась слава генерала Мэттиса как одного из лучших командиров в истории морской пехоты США.

Личная отвага и твёрдое, разумное руководство, уважительное отношение к личному составу вне зависимости от чинов подкрепляются у него практичными, циничными и несколько старомодными взглядами, близкими большинству морпехов. Мэттис выражает свои взгляды открыто и публично, с демонстративным безразличием к мнению прессы или ярости прогрессивной общественности — естественно, что за таким командиром морпехи готовы двинуться даже в ад.

Весной 2003 года Джеймс Мэттис силами своего Первого экспедиционного соединения морской пехоты устроил в Ираке классический блицкриг. Двадцать две тысячи морпехов прошли за своим генералом от кувейтской границы до Багдада и Тикрита 808 километров за 17 дней боёв, сшибая с дороги заслон за заслоном.

Во время боёв за Багдад с применением инновационной тактики глубоких прорывов в городские кварталы Мэттис не спал 40 часов подряд — как и многие его бойцы. И это морпехи тоже оценили по достоинству.

Однако свое третье прозвище «Бешеный пёс» генерал получил не за образцово-показательный блицкриг 2003 года. Оно приклеилось к нему годом спустя, когда он повёл своих морпехов против мятежной Фаллуджи.

Всё началось с нападения боевиков на машины частной военной компании «Блэкуотер». Четверых её сотрудников убили, тела двоих повесили на мосту, а кадры с ликующей толпой и обгоревшими, изрубленными лопатами трупами американцев оказались на первых полосах мировых СМИ.

К тому времени Фаллуджа превратилась в главный оплот растущего сопротивления суннитской части Ирака. В городе началось объединение бывших врагов — радикальных исламистов и лишённых власти силовиков Саддама. Спустя десять лет именно оно взорвалось чёрной ИГИЛовской кляксой на картах Ирака и Сирии.

Пятого апреля 2004 года генерал Джеймс Мэттис привёл к Фаллудже батальоны морской пехоты и танковую роту. Блокировав город, и запретив выход гражданских, он, согласно приказу, приступил к его «умиротворению».

Симпатии населения крупного города были на стороне боевиков. Генерал, приказавший своим бойцам ранее перед вторжением прочитать тысячу страниц тщательно подобранных текстов об особенностях местного менталитета и необходимости не создавать себе врагов ненужной жестокостью, не счёл нужным играть в Фаллудже в гуманизм с уже оформившимся прямым и явным противником. Он предпочёл испытанную веками стратегию устрашения и уничтожения: «Не переходите нам дорогу. Иначе те, кто выживут, будут десять тысяч лет вспоминать о том, что мы с вами сделали».

Фаллуджу обрабатывали с огромным энтузиазмом изо всех стволов: от автоматических винтовок и пулемётов морпехов до залпов артиллерии, потоков свинца с кружащих над городом ганшипов AC-130 и штурмовиков A-10. Использовались боеприпасы, снаряжённые белым фосфором; бомбёжками стирали дома в руины; под развалинами мечети Абдель-Азиз аль-Самари погибли десятки человек; морпеховские снайперы и марксмены не церемонились в выборе целей — кто не спрятался, тому не повезло. Даже пытавшиеся выбраться из города рисковали попасть под огонь с земли и с воздуха.

Количество погибших боевиков и гражданских шло на сотни. На улицах гнили трупы — вопреки всем мусульманским традициям, никто не рисковал их убирать и хоронить. В городе было уничтожено электро- и водоснабжение, медицинская помощь тоже практически прекратилась: перед лицами бойцов Мэттиса, взбешённых кадрами с моста, спасовал даже «Красный крест».

Защитники Фаллуджи сопротивлялись отчаянно, и решительного взятия города у Мэттиса не получилось. Штурм превратился в четырёхдневные уличные бои с тяжёлыми потерями с обеих сторон: сотен боевиков и десятков морпехов. Медленно продвигающиеся вперёд бойцы Мэттиса запечатлевали свои успехи на фото с руинами и вражескими трупами.

Достоянием мировой прессы все происходившее сделали журналисты «Аль-Джазиры». Разразился грандиозный скандал, о прекращении операции в Фаллудже Джорджа Буша лично попросил даже британский премьер-министр Тони Блэр.

Девятого апреля штурм закончился, однако перестрелки, бомбёжки и артобстрелы еще продолжались. Лишь двадцать восьмого апреля стороны подписали перемирие, в результате чего американцы оставляли Фаллуджу, а сам город передавался специально созданной бригаде иракской армии. Решение, которое Мэттиса совсем не удовлетворило, о чем он, не скрывая, пишет на страницах своих мемуаров.

За эти бои, которые многие не без оснований сочли безнаказанным военным преступлением, его и прозвали «Бешеным псом». Но генералу и его подчиненным прозвище понравилось.

После Ирака Мэттис продолжил карьерный рост, дослужившись до высших четырёх звёзд полного генерала морской пехоты США. В последующем, на основе своего боевого опыта и бесчисленных тщательно изученных книг, документов и аналитических отчётов, он принял самое деятельное участие в модернизации войск США и всего блока НАТО. Именно его перу принадлежат современные уставы и наставления по тактике действий американской морской пехоты.

Предложение президента Трампа о назначении отставного четырёхзвёздного генерала Джеймса Мэттиса министром обороны патриотические круги американского общества встретили овациями. Новый хозяин Белого дома назвал его «настоящим мужиком» и «генералом генералов», а Сенат США утвердил его кандидатуру с редким единодушием — 98 голосов «за», и всего один «против». В особый восторг пришли бойцы и ветераны Корпуса морской пехоты США, среди которых генерал Мэттис давно стал культовой фигурой.

Даже в российской прессе назначение «Бешеного пса» встретили с уважением и симпатией — хотя все в курсе его жёсткой позиции относительно политики России и Китая. Оно и правильно: своего противника надо уважать, а его наследие — внимательно изучать. Особенно, если это касается такого умного, опытного и принципиального оппонента, как генерал Джеймс Мэттис.