Приручи меня

Глава 13

Оторопев, я вжалась в кресло. Даже захотела выйти, чтобы попросить Германа о другой машине и водителе, но не рискнула. Словно уменьшилась в размере под жгучим взглядом Феликса, но сама не могла посмотреть ему в глаза. Не знала, что испытывала, находясь рядом с ним. После того, что он сделал, я должна была его ненавидеть…

Он практически взял меня силой и если бы не мои отрезвляющие, как ледяной душ слова, точно бы взял. А потом он решил избавиться от меня, то ли за ненадобностью, то ли оттого, что я была напоминанием чего-то болезненного. А сейчас снова навязывал своё общество, чёрт бы его побрал.

Злость и негодование помогли мне собраться. Перестав вжиматься в кресло, расслабленно облокотилась на спинку, примостив локоть на удобной обивке двери. Посмотрела в окно, проводив взглядом силуэт Германа, который через секунду уже стал размытым, потому что водитель очень быстро набрал скорость.

Бегло посмотрела на Феликса. Тот сидел вальяжно, и всё ещё не спуская с меня глаз. Не стала отворачиваться, наконец наградив его прямым взглядом в лицо.

Мы оба молчали, атмосфера между нами затрещала от напряжения, и в тот момент, когда я решила отвернуться, на моё колено легла широкая ладонь.

— Я совсем тебе не нравлюсь, да? — неожиданно поинтересовался Феликс. Несмотря на расслабленный вид, этот вопрос дался ему нелегко. Болезненно поморщившись, он ждал от меня ответа. Реально ждал! Словно от моего ответа зависело многое.

А я не спешила. Уставилась на его руку на своём колене и прислушалась к собственным ощущениям. Его ладонь заскользила немного вверх, а пальцы нырнули под край платья. Низ живота тут же налился свинцом, и я судорожно глотнула недостающего воздуха.

Его ладонь вновь вернулась на колено, и Феликс подвинулся чуточку ближе.

— Я же знаю, что нравлюсь, — почти промурлыкал он, убаюкивая меня своим порабощающим голосом. — Возможно, я действовал немного импульсивно, но это ты вызываешь во мне такие эмоции.

Я хватала воздух ртом и не находила ответных слов. Признание по мнению самого Феликса наверное, звучало в извиняющем ключе. Хотя я подобного в его интонации не уловила.

Он говорил так, словно крайней всё равно оставалась я. Именно я была виновата в импульсивности, о которой он говорил.

— Очень удобно винить других в своей несдержанности, — убрать с колена ладонь Феликса не получилось, он поймал мои пальцы и очень крепко сжал их в своих. Но в этом властном жесте не было агрессии, а скорее наоборот. Подушечкой большого пальца он медленно прошёлся по костяшкам моих пальцев, пустив по коже мурашки. От такой неожиданной нежности я совершенно растерялась, не понимая как себя вести. То ли отвоевать руку из горячего захвата Феликса, то ли насладиться уютным моментом.

— Винить брата, — вдруг продолжила я, потому что пауза затянулась. — В том что он не угодил тебе с выбором, привезя меня в твой дом и став на мою защиту, когда ты буквально уничтожал меня. Ты считаешь меня продажной, и раз Герман платит, то ты требуешь отработки денег, — я не сразу поняла, что успела проболтаться о подслушанном разговоре, но Феликс лишь сдержанно дёрнул уголком губ. — Винить меня, тебе тоже удобно.

Я обиженно, совсем как в детстве, надула губы и почти отвернулась. Почти…

— Предлагаю ненадолго перестать говорить обо мне, — Феликс отпустил мою руку и прикоснулся к подбородку, вновь развернув меня к себе лицом.

В груди перехватило, мозг резко вернулся в состояние беспокойства. Кожу в том месте, где касались пальцы Феликса, покалывало тысячей мелких иголок.

— Обо мне тоже не стоит. Тогда о ком? — всё-таки нашла в себе силы поддержать беседу.

— Мы можем вообще не разговаривать, Соня, — приблизившись ко мне поближе, прошептал у самых губ. — Наши тела могут говорить за нас.

Феликс попытался меня поцеловать, но попытка провалилась. Я не собиралась идти ему на уступки. Могла, да могла заняться сексом с Феликсом, потому что было очевидным, что мне скорее всего, понравилось бы… Но всё же я не видела, что будет дальше. А занятие сексом без продолжения, было не в моих правилах.

— Пусть водитель высадит меня где-нибудь здесь, — выпутавшись из захвата его пальцев, посмотрела в окно и увидела оживлённые улицы города. Оказывается, мы уже далеко уехали из особняка.

— Черта с два он тебя высадит, — услышала, как Феликс практически прорычал от негодования и тут же повернулась к нему.

— Почему бы и нет? — оторопело спросила я. Честно признаться, устав от его перемен настроения.

— Потому что ты поедешь со мной, — отрезал мужчина непреклонно. А заглянув мне в глаза, добавил: — Позволь мне хотя бы попытаться сделать всё как-то иначе.

Мне абсолютно не верилось, что с Феликсом может что-то быть иначе. Я понимала это, но не смела отказать своему любопытству.

— А разве ты умеешь быть другим? — прозвучало слишком игриво, словно я подначивала его доказать свои способности.

— Думаю, ты будешь удивлена… приятно удивлена, — поспешил добавить он и притянуть меня ближе.

Ребром ладони прошёлся от скулы до уголка губ, а притронувшись к ним, я почувствовала сбитые прошлой ночью костяшки пальцев. Заворожённо смотря в полыхающие страстью глаза, я совсем неосознанно поцеловала свежие ранки.

Руки Феликс не отнял, но в ответ нежно погладил свободной рукой волосы.

Мне казалось будет легче бороться с соблазном и противостоять притяжению, которое сквозило между нами. Увы, не найдя в себе силы на борьбу, я ожидаемо проиграла. Позволила Феликсу себя поцеловать, толкнуться в мой рот горячим языком, без агрессии, а медленно и приятно.

Как ни странно, рук он не распускал, лишь изредка придвигался, чтобы теснее прижаться.

От тесного контакта я чувствовала, как по крови вместе с ярким удовольствием разливалась жгучая страсть. Приливала краской к щекам и откатывалась вниз живота.

— Дашь мне второй шанс? — хрипло прошептал мне в губы и отстранился.

И я была готова довериться, хотя где-то в глубине души всё же боялась обмануться.

— Куда мы едем? — уточнила, придав тону незаинтересованности.

— Ты дашь мне второй шанс, Соня? — с нажимом переспросил Феликс. — Потому что если дашь, то уже не посмеешь уйти. Тебе придется мириться с некоторыми… сложностями. Но если ты всё-таки не готова, то можешь уйти прямо сейчас. Я остановлю машину, ты можешь попросить меня об этом… в последний раз.

Я потерянно смотрела на Феликса, который успел отстраниться от меня и расслабленно откинуться спиной на спинку сидения. И не могла поверить, что Сабуров давал мне право выбора. Вот так с лёгкой руки разрешал самой принять решение, либо остаться, либо уйти, лишь единожды попросить остановить машину.

Я не была заложницей Феликса, но являлась пленницей своих противоречий. Сомнительное удовольствие остаться на условиях мириться с трудностями, ведь Сабуров сам был одной сплошной трудностью. Взрывной характер, гордость и непримиримость с отказами других — слишком коварные черты человека. Стоило всё взвесить, обдумать, но у меня не было времени.

Это у Феликса была целая ночь, явно бессонная, раз сегодня он чётко выдвигал требования. Что повлияло на него неизвестно, то ли он прислушался к словам брата, то ли я просто плохо его знала, и он действительно отличался скверным переменчивым характером.

— Останови машину! — осторожно выдохнув, я смело посмотрела в карие глаза. Красивые, глубокого цвета, с янтарными переливами у самого зрачка.

— Уверена? — спросил спокойно и непринуждённо, хотя нервно дёрнувшийся кадык выдал его ошеломление.

— Мне нужно позвонить брату и предупредить, что я задержусь… возможно надолго, — просто ответила я, перехватив изменение выражения лица Феликса.

— Можешь звонить при мне. Или у вас секреты?

— Нет, — почти взвизгнула, боясь, что он станет допытываться, а говорить с ним начистоту, я не была готова. Он не Герман, знающий не только о наших проблемах с братом, но и собственно его имя.

— Хорошо, — без особого возмущения согласился он. Пару раз стукнул в тонированное стекло, отделяющее нас от водителя и машина плавно остановилась возле тротуара. — У тебя пять минут, — сообщил мне Феликс, напустив в голос строгости.

Мне даже глаза захотелось закатить, насколько раздражала его самоуверенность. Однако я сдержалась и быстро вышла из машины. Посмотрев на часы на дисплее телефона, засекла пять минут, совершенно точно собираясь ослушаться, а потом набрала брату. На удивление сегодня он ответил сразу.

— У меня всё нормально, — поспешно выпалил он, предугадав мой вопрос. — Я не голодаю, почти каждый день хожу к соседке на обед.

Я мягко улыбнулась, вспомнив про соседку бабу Шуру, которая всегда была добра к нашей семье. А нам с Сашей помогала встать на ноги после смерти родителей. Да и теперь не оставляла, в трудную минуту.

— Сань, у меня появились деньги, — не стала слишком долго ходить кругами, переходя к самому главному. — Не вся сумма, которая нам нужна, но…

Я запнулась. С досадой закатив глаза, боролась со слезами, которые начали пощипывать в уголках.

— С тобой всё в порядке? — обеспокоенно поинтересовался он и я шумно сглотнула слезливый ком. Бедовый парень, а за меня переживал и мне стало тепло на душе от гордости за брата.

— Всё хорошо, — ответила как можно более спокойным тоном, чтобы не сеять страх за меня. — Но денег больше не будет, — я почувствовала укол совести, что мне не удалось собрать всей суммы и я обрекла Саньку на плачевные последствия. — Если деньги тебе нужны прямо сейчас, я могу перевести. Покрой хоть часть долга.

— Нет, не нужно. Я залёг, меня не трогают, пусть вся сумма будет пока у тебя, — брат начал путано объяснять. — Так безопаснее, если конечно, ты сама в безопасности.

— За меня не беспокойся, — дежурно успокоила брата. — Я очень скоро вернусь домой.

— Когда? — вдруг уточнил он с нажимом.

— Неделя, может меньше, — в груди стало совсем легко. Появилась надежда, что брат встал на путь исправления. Он дома. Не вляпался в очередную историю. И не торопится взять деньги.

— Сонь, — тихо позвал он, после недолгого молчания. — Где ты сейчас?

Я огляделась по сторонам, а узнав центральную площадь и пешеходную улицу, сразу назвала Саше адрес. Но он не это имел в виду.

— Нет, я хочу знать, где ты живешь, — отозвался еле слышно. — И кто платит тебе? Откуда такие большие деньги?

Я не знала, что сказать. Для правды, было очень стыдно. А врать брату я никогда не умела. Поспешила закончить разговор пообещав, что мы скоро увидимся.

Потом посмотрела на часы, и растянув на губах язвительную улыбку, вернулась в салон авто. Я отсутствовала целых восемь минут.

— Твоё время вышло, — недовольно отозвался Феликс, смотря на меня с прищуром.

— Мне уйти? Забрать второй шанс, который ты просишь очень странным приказным тоном?!

Я даже потянулась к дверной ручке. Что я, в конце концов, теряла? Ни-че-го! Денег мне Герман больше не заплатил бы, а терпеть взрывной характер Сабурова-младшего было выше моих сил. И как бы мне сейчас ни хотелось, чтобы меня остановил Феликс. Думаю, получив свободу, я едва ли расстроилась бы.

— Напомни мне потом тебя наказать, — и хотя голос Феликса звучал шутливо, нотки предупреждения всё же сквозили в нём. — За твой дерзкий язык.

Пока я пыталась разобраться в правильности своего выбора, машина плавно тронулась с места. Центральные замки щёлкнули, запечатав внутри меня беспокойство.

— Когда? И как? — спросила с каким-то странным и диким предвкушением самого наказания. И как только широкая ладонь Феликса вновь скользнула от колена вверх по бедру, я совершенно потерялась в ощущениях.

— После ужина.

Мы проехали ещё несколько кварталов, свернули к бизнес-центру и заехали на одну из охраняемых парковок. Феликс вышел первым, обошёл машину, и открыв дверь с моей стороны, помог выйти.

— Офисы? Ты хочешь произвести на меня впечатление экскурсией по бизнес-центру?

— Уймись, — беззлобно попросил он, галантно пропустив меня вперёд. Открыв передо мной дверь и проводив до лифта. — Ничего теплее с собой нет?

Уже в кабине лифта Феликс критично осмотрел мой внешний вид, задержавшись на оторванном лоскуте платья. Но не дав мне времени и шанса прикрыться, он снял пиджак и накинул мне на плечи.

Пряный аромат его парфюма лениво пощекотал мои ноздри и мне захотелось зарыться носом в приятную ткань пиджака. Вдохнуть и пропитаться его запахом.

— Боишься летать? — вдруг спросил Феликс, когда мы вышли на последнем этаже.

— Летать? — в недоумении переспросила я, но он не ответил.

Пройдя по короткому коридору, мы оказались на крыше. Открытая площадка, шум винтов и пронизывающий ветер — лишили последних крупиц самообладания.

— Зачем это? — оторопело открыла рот, теряя всякое ощущение реальности.

— Пробки. Так быстрее! — перекрикивая гул, Феликс головой махнул на вертолёт.

А я не верила своим глазам, ещё ни разу в жизни мне не доводилось летать…