Приручи меня

Глава 7

Сказать, что я чувствовала себя раздавленной — ничего не сказать.

Впервые в жизни я столкнулась с таким доминирующим поведением в современном обществе. За стенами этого дома Феликс был бы насильником. А здесь — хозяином! Моим хозяином и всех этих рыжих девиц, но только ведь они были совсем не прочь отдаться ему. Без любви.

И не сказать, что я верила в эту самую любовь. Нет, жизнь меня слишком часто била… Смерть родителей, проблемы с братом и одни единственные отношения с парнем, которые никуда не привели. Однако я хотела верить в любовь. И не собиралась заниматься сексом без любви, несмотря на то, что моё тело реагировало весьма неоднозначно на Феликса. А вот он мог просто прийти ко мне и взять силой. И я глубоко пожалела, что подписалась на эту авантюру. Мне стоило вернуть деньги Герману и просто уйти.

Уверовав себя в том, что мне это удастся, я немного успокоилась и смогла уснуть. А наутро обнаружила, что дверь ванной комнаты открыта и наконец смогла посетить туалет и принять душ. Не знаю кто был так великодушен и открыл эту дверь, но что-то мне подсказывало, что это был явно не Феликс. В его амплуа не вписывалась великодушие. Только — нахальство, надменность и властность… А ещё сексуальность, черт…

Губы всё ещё помнили его короткий поцелуй. На шее сияли синие отметины от его зверских ласк, а по телу путешествовала вереница колких мурашек, от одних только воспоминаний его тела на моём.

Я потрясла головой, выгоняя обнаженный образ хозяина дома. Наспех надела своё платье и кардиган. Приблизилась к двери и осторожно выглянула в коридор. Хорошо хоть, что меня никто не запер и я была вольна перемещаться по дому. А теперь мне стоило найти Германа, вернуть ему деньги и переместиться на безопасное расстояние от Феликса. К себе домой. А потом забыть! Забыть весь этот ужас прошлой ночи, когда сильный и властный мужчина почти взял меня силой.

Сделав пару шагов по коридору, замерла и прислушалась. Услышала голоса, и они совершенно точно доносились с первого этажа. Приблизилась к лестнице и быстро спустилась вниз. Сжимала в руке свой телефон, не желая оставлять его без присмотра. И ещё чтобы иметь возможность сразу перевести деньги Герману.

Гостиная и холл оказались пустыми и я прошла к дверям столовой. Ещё не заглянув внутрь, поняла что там эти рыжие и прежде чем показаться им на глаза, мне требовалось время. Хотя бы пару секунд, чтобы собраться. Однако времени у меня просто не было…

— Мне хочется тебя раздеть, — прошелестело возле самого уха, а потом властные руки сжали мои плечи. — И не потому, что ты крайне сексуальная, нет, — с лёгким придыханием продолжал мужской голос. — Просто твоя одежда вызывает лишь уныние.

Конечно, это был не Герман. Феликс собственной персоны, и он нарочно издевался надо мной.

Я порывисто развернулась, приготовилась бросить ему что-то колкое, обидное, но пока выдумывала реплику, мужчина отстранился и бодро вошёл в столовую. Я сжала зубы так сильно, что они противно заскрипели. Я не могла соперничать с Феликсом в колкости или пренебрежении, у меня попросту не выходило достойного отпора, но желание сделать это росло с геометрической прогрессией. И я почти передумала уезжать…

Коротко вдохнув и выдохнув, вошла в столовую. Осмотрелась по сторонам, удивившись такому количеству персонала, ведь вчера дом казался почти пустым. Зато сегодня здесь были официанты, которые разносили завтрак и напитки, и два повара — их негромкие голоса доносились с кухни.

— Ооо, Сонечка, как спалось? — Вика первая заметила меня и расплылась в фальшивой дружелюбной улыбке.

Она чувствовала себя уверенно, потому что восседала на коленях Феликса, а он неторопливо поглаживал её бедра ладонью. При этом прожигал меня взглядом победителя. Короля этой жизни, чёрт возьми.

— Отлично спалось, — ответила с такой же фальшивой улыбкой.

Прошествовала к столу и демонстративно уселась напротив Вики. И Феликса! Официантка тут же поставила передо мной стакан с соком и омлет. Помимо всего прочего, на столе было полно разнообразных закусок и тостов. Накормить можно было человек тридцать не меньше, а эти фифы даже не смотрели на еду.

Не стала отказывать себе в удовольствии поесть и стала пробовать всё подряд.

Попросила кофе и официантка принесла мне маленькую чашечку эспрессо. Феликс хоть и прятал взгляд, немного прикрыв веки, но я чувствовала его заинтересованность. Он наблюдал за мной, что-то составлял в своей голове, судя по эмоциям, которые отображались на его лице.

Потом я поняла, что он смотрит на мою шею. На синие отметины, оставленные его пальцами и губами. Смутившись, быстро дернула ворот кардигана прикрывая синяки. Однако лишь ненамеренно привлекла внимание Вики. Она потянулась через весь стол и вцепилась в ткань кардигана.

— Что это? — её глаза в изумлении уставились на отметины, но я смогла отпихнуть её руку и отстранилась.

— Ничего, — промямлила, опуская взгляд на тарелку.

Она недовольно поцокала языком и вновь расположилась на коленях Феликса.

— В этом доме происходит что-то странное, — пропела с плохо скрываемым сарказмом. — Сначала Карина бесследно исчезла, а теперь выясняется, что нашу Соню, кто-то избил. Ты не знаешь в чём дело, Феликс?

— Ты не знаешь в чём дело, Феликс?

Уголок его губы нервно дёрнулся, на скулах выступили желваки. Похоже, Вика перешла границу дозволенного, потому что Сабуров приподнял её за бёдра и резко пересадил на соседний стул. Рывком подвинул тарелку с омлетом и сжал в пальцах вилку.

— Ты много болтаешь, — сдерживая гнев, расслабленно проговорил Феликс, но продолжал напряжённо стискивать столовый прибор. — Будь потише, — он словно советовал ей, но в тоне звенела угроза.

Она покорно кивнула и выпрямив спину, придвинулась к столу. А я вновь посмотрела по сторонам, осознавая смысл слов, сказанных Викой. Карина исчезла… Пересчитав рыжих, поняла, что действительно одной не хватало. Той самой, которую я застала вчера с Феликсом. В голову лезли нехорошие мысли. Не знаю, что было тому причиной, просмотренные ранее ужастики или просто аура этого дома, или его хозяина, но мне почудилось, что Феликс с ней что-то сделал. А ранее, возможно, и с женой.

Мороз пробежал по коже, и я не смела даже смотреть на Сабурова. А он медленно пережёвывал пищу и наверняка смотрел на меня, потому что его тяжёлый взгляд я чувствовала кожей…

Герман так и не появился в столовой. Рыжие невесты воодушевились идеей порезвиться у бассейна и убежали переодеваться и непременно поджидать Феликса. Он обещал им что придёт, но так и не двигался с места, проделав на моём лице дыру своим жгучим взглядом.

Я первая решилась встать из-за стола, понимая, что он никуда не собирается. Находиться в столовой с ним наедине было выше моих сил. Почти беззвучно задвинула стул и засеменила к выходу. Оказавшись в холле, услышала как скрипнул его стул, и как тяжёлые шаги эхом прогремели, приближаясь всё ближе. Нагоняли меня. А настигли на лестнице.

— Подожди, — широкая ладонь легла на запястье. Вторая перехватила под локоть. — Дай посмотрю…

Я не понимала чего он хочет, а уже в следующую секунду была прижата к стене, а мужские пальцы хватались за ворот кардигана. Жгучий взгляд впился в синие отметины на шее. Феликс немного склонил голову и его дыхание обожгло кожу.

Он нажал на синяк, и я невольно вскрикнула.

— Настоящие, — продекларировал он удивлённо.

— Конечно, настоящие, — отпихнула его руки и вновь спрятала шею под одеждой. — Или я по твоему что, их нарисовала?

— Я ничему не удивлюсь, — без тени улыбки ответил мужчина.

Он что, серьёзно?

Я попыталась выпутаться из такого тесного контакта, но как и ночью всё было напрасно. Феликс был слишком силён.

— Что ты сделал с Кариной? — в итоге выпалила, глядя прямо ему в лицо.

Раз он сам решил заговорить со мной, пусть отвечает!

— С Кариной? — с самодовольством переспросил Феликс. — Ничего такого, чтобы ей не понравилось.

Я скривилась, вспомнив вчерашний вечер. Но решила продолжить допрос:

— Тогда где она, раз уж ей так понравилось?

— Какая разница — где? — его брови нахмурились. — Главное, что ты — пока здесь!

— Ненадолго! — отбила, подражая его надменности. — Я хочу поговорить с Германом… Попросить, чтобы он отвёз меня домой.

— Ты же слышала моего брата вчера, — Феликс порывисто отстранился и скрестил руки на груди. — Ты мой подарок! От широкой души Германа! И ты никуда не поедешь!

— Это мы ещё посмотрим.

Я не успела и отлипнуть от стены, в которую меня припечатали совсем недавно, как вновь оказалась вплотную прижатая к ней.

— Как ты успела заметить мы избалованы вниманием и роскошью, но мы с братом с самого детства умели ценить подарки!

Феликс меня не держал, но этого и не требовалось. Он буквально вдавливался в меня. Я чувствовала даже сквозь плотные слои нашей одежды напряжённые мышцы мужчины. И возбуждение… Крепкое, неконтролируемое, которое он незамедлительно продемонстрировал. Потёрся о моё бедро твёрдым пахом и как мне показалось, даже с неистовством прохрипел.

Сабурову нравилась власть надо мной, наверное это-то и возбуждало его в большей мере. Ни я, ни моё тело, которое тут же дало отклик, болезненно заныв внизу живота, и сосредоточившись в налитой груди.

— Я не подарок, и не кукла для утех…

— И не девка с дороги, — хрипло припомнил мне мои же слова, а после до боли закусил мочку уха.

Я лишь крепко сжала челюсть, не желая давать Феликсу повод, думать что он может получить отклик на свои варварские "ласки".

— Мне больно и неприятно, — пропищала жалобно. — Я хочу уйти. И уехать из этого дома…

— Сколько Герман тебе платит? — резко перебил мои причитания Феликс. — Я удвою ставку!

Надавив на его грудь ладонями, смогла отодвинуть мужчину лишь на сантиметр, но этого хватило, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Зачем? — удивлённо задала свой вопрос.

— Затем, что я сам могу тебя купить, — ответил он ровным голосом, как-то слишком уж обыденно. — Не хочу зависеть от Германа.

Он говорил так словно я просто вещь. И теперь каждый из братьев может назначить цену побольше. Состояние было такое, что мне захотелось помыться. Кожа буквально саднила от мерзкой грязи, в которую меня пытались окунуть.

Реакция собственного тела была неожиданной. Я просто вскинула руку и хлёстко ударила Феликса по лицу. Пощёчина обожгла его щеку… А в ту же секунду мужчина обжёг меня убийственным взглядом. Похоже, теперь я перешла границы дозволенного…

Первое, что захотелось сделать — это извиниться.

Да, я ударила его, не смогла сдержать своей обиды, но это не повод бить людей…

Однако, как же он раздражал меня своей надменностью. Самодовольным тоном, наглым взглядом и чересчур сексуальной внешностью. А ещё раздражало то, что Сабуров точно знал степень своей сексуальности, наряду с огромными деньгами. Всё это делало его Богом в глазах молоденьких дурочек, но не моих, же!

В следующую секунду я забыла, о своих жалких извинениях, потому что мужчина схватил меня за руку и широким шагом направился к моей комнате. Я и не надеялась на то, что он вышвырнет меня, а сейчас просто тащил, чтобы я собрала свои вещи. Потому что у меня не было вещей.

Он толкнул дверь, а потом грубо втащил меня внутрь. Сердце стучало где-то в горле, потому что в голове болезненно гудела лишь одна мысль — сейчас он сделает то, что не сделал ночью. Воспользуется и силой, и властью, превратит меня в свою забаву… И у него для этого был весомый повод. Его брат мне заплатил!

Отступив в самый дальний угол, обняла себя за плечи. Мне кажется, я даже в размерах уменьшилась под тяжёлым взглядом жгучих глаз. Они смотрели с насмешкой.

— Теперь ты пленница, — сухо бросил Феликс. — Выйдешь отсюда, когда научишься себя вести.

Я задохнулась от изумления, приросла к полу, не в силах бороться. Да и что я могла сделать?

Он потёр красную от удара щёку. Медленно развернулся и перешагнул порог комнаты. Пока дверь оставалась открытой, я видела, как он подозвал кого-то взмахом руки и рядом тут же возникла горничная. Она протянула ему ключ. Вот именно в этот момент я осознала весь трагизм ситуации. Феликс запирал меня. В своем доме. В комнате, которую кто-то занимал до меня и я не знала, что стало с этим человеком. А когда я поняла, что единственное спасение, которое у меня было — мой телефон — осталось в столовой, вот тогда нервы окончательно сдали.

Я метнулась к двери. В этот момент Феликс уже успел её прикрыть и в замочной скважине заскрежетал ключ.

Мои кулаками забарабанила по дверному полотну, но всё было напрасно. Он и правда меня запер, потому что дверь не поддавалась.

— Выпусти меня! — прокричала и ещё раз вмазала по двери, причиняя боль костяшкам пальцев.

Сейчас эта боль отрезвляла. И даже немного успокаивала, потому что истерика мне не помогла бы. Он сказал, что я выйду, как только научусь себя вести… Что ж… Я научусь. Ещё как научусь!

Горько усмехнувшись, отошла от двери. Наверное, раз десять обошла комнату по кругу, а потом приблизилась к окну. Распахнула шторы и открыла верхнюю створку, впуская в комнату свежего воздуха. Слышала девичьи голоса и всплеск воды, но слава Богу бассейн, где резвились рыжие, находился с другой стороны дома. Мне не хотелось смотреть на девиц и на Феликса с ними. Мне вообще не хотелось его видеть.

Около часа спустя ко мне явился Герман. Когда дверной замок ожил глухим металлическим звуком, а дверь распахнулась, мне захотелось наброситься на второго брата с кулаками. Это он притащил меня в этот дом! Он обещал мне безопасность и что меня никто не тронет! А ночью Феликс почти взял меня силой, и ещё я сидела взаперти. Хозяин дома лишил меня воли. Короче, Герман не сдержал своих слов.

— Я перевёл тебе ещё денег, — сразу заявил мужчина. — Вот твой телефон, — положил гаджет на край кровати. — Проверь.

— Я Вам верю, — процедила сквозь зубы.

Скрестила руки и посмотрела на Германа исподлобья, принимая воинственный вид.

— Я сказала ему, что Вы мне платите, — решила начать с чистосердечного признания.

— Я знаю, — ухмыльнулся Герман. — Но я сам разберусь со своим младшим братом.

— Значит, я могу выйти? — проговорила с надеждой в голосе.

Я надеялась, что и с моим заточением Герман сможет разобраться.

— Нет, — отрезал мужчина, убив мою веру. — Пока нет, — добавил он мягче, увидев, как я вздрогнула всем телом.

— Я не соглашалась на всё это, — в неверии попятилась. — Я не соглашалась на грубость, домогательства… И пленницей я тоже не соглашалась быть. Я хочу уйти!

— А как же твой брат, Соня? — Герман сделал осторожный шаг вперёд, выставил руки перед собой. — Твой брат нуждается в тебе.

— Откуда Вам это известно? Почему так много знаете обо мне и проблемах брата? Почему притащили в этот дом?

Вопросов было не меньше тысячи… Однако ответа ни одного.

— Я плачу, ты не задаешь вопросы, — напомнил мне Герман. — Просто живёшь здесь. И помнится мне, я не посылал тебя гулять по дому в одном халате. И тем более не просил мешать Феликсу и Карине.

Я тут же скривилась, когда вспомнила чему помешала. Быстро взяв себя в руки, отчеканила:

— Моя ванная была закрыта. Мне нужно было в туалет!

— Согласен. Это моя вина, — сразу пошёл на мировую Герман и сделал ещё один шаг ко мне. — Эта комната давно пустовало, и я просто забыл распорядиться, чтобы открыли дверь в ванную.

— Кто жил здесь раньше? — выпалила я, снедаемая желанием получить ответ.

Но Герман удивил меня. Медленно прошествовал к кровати и опустился на самый край.

Его плечи немного поникли.

— В этой комнате жила жена Феликса, до их свадьбы. Потом она время от времени спала здесь, когда они не могли найти общий язык.

— Наверное, она часто здесь спала, потому что с этим человеком невозможно найти общий язык, — процедил, не сдерживая яд. — Как зовут эту несчастную? Поставлю свечку за её здоровье, когда выберусь отсюда.

Не ожидая ответа, прошла к окну и замерла, уставившись на роскошный двор. Желание разговаривать с Германом таяло на глазах. Он не отвечал на мои вопросы, поэтому проще было любоваться буйством красок зелени в саду, чем сканировать лицо мужчины недовольным взглядом.

Однако Герман удивил. На вопрос он ответил, но лучше бы не отвечал…

Сначала я подумала, что он обращается ко мне.

— София, — тихо выдохнул Герман и я повернулась к мужчине лицом.

— Что? — бесцветно отозвалась.

— Ничего, — он покачал головой. — Бывшая жена Феликса носила такое же имя. Её звали София.

Первое что резануло слух — это то, что Герман говорил о ней в прошедшем времени. То что она была моей тёзкой, как-то сразу отошло на второй план.

— Он что-то с ней сделал, да? — взвилась я, теряя контроль. — Что он с ней сделал? За что?

— Боже, Соня…

Герман мелодично засмеялся.

— Феликс видится тебе каким-то монстром, верно?

— А что разве это не так?

— Нет, — покачал головой мужчина и встал с кровати.

Приблизился ко мне вплотную. Я даже отпрыгнуть не успела, как его ладони легли на мои предплечья и прошлись вверх-вниз, от локтя до плеч и обратно.

— Давай ты просто успокоишься немного, ладно? А потом скажешь моему брату, что сожалеешь о пощёчине. И тогда он снимет твой домашний арест.

Я стиснула зубы, не желая подчиняться.

Сходство с бывшей женой и одно имя на двоих, как-то ещё можно было пережить. А вот то, что она куда-то делась и Герман не говорит куда — это беспокоило. И угнетало.

— Я не понимаю, правда, — проговорила задумчиво и осторожно отступила от мужчины.

Он в отличие от властного брата меня не удерживал.

— Чего ты не понимаешь?

— Я не понимаю своей задачи. Вы сказали, что мне просто надо здесь жить. А ещё, что Феликс должен приручить меня… Как-то не клеются у меня эти два действия.

Герман хмыкнул. Запустив руки в карманы, прошёлся по комнате. Приблизившись к столику, провёл пальцем по гладкой поверхности, а потом растёр в пальцах невидимую пыль.

— Ты права, всё немного иначе, — сдался, расплываясь в улыбке. — Сначала задача была просто жить, но ты привлекла его внимание, так что…

— Так что? Что это значит, чёрт возьми?!

— Теперь от меня ничего не зависит, Соня. Я не могу контролировать брата и его желания. И тебе не смогу помочь уйти, потому что Феликс вряд ли тебя отпустит.

Боже…

Его слова заставили меня сжаться всем телом. Страх липкой паутиной сковал тело. Впервые в жизни я почувствовала себя так ничтожно, что захотелось разреветься. Просто сесть и разреветься, черт возьми… Оттого что угодила в лапы к какому-то сексуальному психопату и никто, никто не мог меня спасти.

— Соня… — вновь приблизился ко мне Герман. — Ты зря расстраиваешься. Феликс не обидит тебя, если ты не будешь обижать его.

От неверия я даже фыркнула.

— Что? По вашему я могу обидеть его? — я нерешительно обнажила шею, лишь мельком позволив взглянуть на явные отметины своей беззащитности. — Этого огромного мужика, который даже взглядом способен раздавить, не говоря уже… Я могу обидеть его?

— Да! Или разозлить, — кивнул Герман, слегка прищурившись, всё ещё не сводя взгляда с моей шеи. — Сама решай, чего ты больше хочешь. Его презрения или его ярости. Я бы выбрал ярость, если честно, — ухмыльнулся мужчина и мне захотелось отвесить пощечину ещё и ему.

Он точно издевался надо мной. Или проверял на прочность мои нервы. Однако мой младший брат давно закалил мою нервную систему тем, что постоянно попадал в переделки. И я могла быстро ориентироваться в стрессовых ситуациях. Вот и сейчас, я собралась с духом, расправила плечи и взяла свой телефон в руки. Проверила поступление средств. На моём счету было уже триста тысяч от Германа. Оставалось подождать всего каких-то семь дней, а потом если Феликс не отпустит меня по доброй воле, начинать бить тревогу. Не знаю… звонить в полицию, брату, кому угодно… Лишь бы выйти отсюда.

— Хорошо, я попробую извиниться, — буквально выдавила сквозь плотно стиснутые зубы.

— Не попробуешь. А сделаешь это с первого дубля, — его голос не был наполнен приказным тоном, но всё равно ослушаться Германа я не рискнула.

— Мы не кино снимаем, — только и смогла, что беззлобно огрызнуться, тем самым вызвав у мужчины слабую тень ухмылки. — Я извинюсь. Ладно. Но только после этого…, — захотелось добавить слово "унижения", но я вовремя осеклась. — Я хочу, чтобы вы помогли мне.

Широкая бровь Германа удивлённо приподнялась и он затаив дыхание, ждал, скорее всего, от меня наглости, с которой я требовала ответную услугу.

— Смотря, чего ты хочешь Соня?!

— Через неделю… Мне нужно в город. Домой, — пояснила, чтобы он не подумал, что я намереваюсь сбежать. — Мне нужно на работу, я не рассчитывала так надолго отлучаться с рабочего места. Не хочу проблем.

— Соня, — он намеренно склонил голову набок и заглянул мне в лицо. — Ты не умеешь врать, а ещё это бесполезно. Я знаю, что у тебя нет постоянной работы. Ты хватаешься за любую подработку, выходишь официанткой на смены в ночник рядом с домом, подрабатываешь на банкетах… я ничего не упустил?

Я растерянно смотрела в такие же жгучие глаза брата Феликса и понимала, он не лжёт. Он знал обо мне всё. Это так сильно напугало меня, что я суетливо попятилась назад.

— Мне нужно увидеться с братом и удостовериться, что он снова не натворил ничего.

Мне показалось, что я нашла вполне правдоподобную причину хоть ненадолго вырваться из душащих стен этого дома. Но Сабуров старший был чистым воплощением человека сканера, который по незначительным изменениям моей мимики улавливал враньё.

— Я понимаю, что значит нести ответственность за младших братьев, поэтому обещаю присмотреть за Сашей.

Боже… Ему даже было известно имя моего брата. В следующую секунду я почувствовала себя словно раздетой, со всей личной жизнью напоказ. Хотелось прикрыться и я поспешила плотнее запахнуть на себе кардиган.

— Не беспокойся, — Герман скучающе проследил за моим рвением максимально потеряться под одеждой, а после размашистым шагом прошёл к шкафу. — А пока… Тебе стоит переодеться. Судя по бирке на твоём, абсолютно некрасящим тебя платье, с размером я не должен был прогадать.

Раскрыв массивные дверцы, перед моими глазами открылось буйство нарядов. Платья, какие-то лёгкие шифоновые блузки и шортики.

— Это подарок, — сообщил Герман. — Все вещи абсолютно новые.

А я была в таком шоке, что дар речи потеряла. Теперь уже точно понимая, что меня попросту покупали…