Притяжение

Глава 9.

Барден

В этот день Барден встал раньше обычного, еще даже ночная подсветка домов не погасла. Он хотел быть в офисе до начала погружения и лично проконтролировать процесс от начала до конца, как будто это могло что-то изменить. Все утро он крутил в голове мысли о том, как подстраховаться и свести риски для женщины к минимуму. Эта мысль постепенно занимала центральное место в голове главнокомандующего и заставляла нервничать сильнее. Особенно он это чувствовал, когда вспоминал сосредоточенное лицо Тары. Она так спокойно рассуждала о том, что происходит на дне, как будто опускаясь в провал, рисковала не больше, чем прогуливаясь по парку. И он делал для себя вывод, что у женщины просто не хватает знаний, чтобы осознавать серьезность ситуации.

Барден был истинным таркайцем. А на Таркае к женщинам отношение было особым. Оно формировалось и трансформировалось веками, опираясь на религиозные традиции и исторические потрясения. Женщин традиции Таркая предписывали беречь, как единственный источник жизни. Нет таркайки, не родится таркаец.

Но у медали всегда две стороны. Слово «беречь» каждый трактовал по-своему. Сначала таркаек ограничили в получении образования, потом в праве на работу, чуть позже отняли право голоса. Они больше не могли наследовать имущество, участвовать в публичных мероприятиях, даже управлять транспортом. Постепенно таркайки становились безмолвным придатком своих мужей. Финансовое благополучие женщин напрямую начало зависеть от мужчин. Все их усилия и интересы с ходом десятилетий постепенно сосредоточились на том, чтобы как можно лучше выйти замуж. Общественная культура быстро среагировала на этот запрос. Среди таркаек начали распространяться учебные и развлекательные материалы с кричащими названиями типа «Лучшая любовница», «Стань для него единственной», «Как получить от него все и уничтожить соперниц!».

Усугубила ситуацию война с льяхами. Таркаек стало в два раза больше чем таркайцев, конкуренция усилилась, Сенат принял закон о разрешении многоженства, чтобы хоть как-то сбалансировать ситуацию и пристроить «бесхозных» гражданок. Возвращать их в экономическую и социальную жизнь планеты не спешили, а своеобразные гаремы, несмотря на высокие расходы, только радовали таркайцев.

Через несколько столетий многоженство потеряло актуальность. Гаремы стали редкостью, а шестьдесят лет назад эта форма брака была упразднена как исчерпавшая себя. Тогда же таркайкам постепенно начали возвращать права на образование, экономическую деятельность, приучать к самостоятельности и независимости. Но процент тех, кто этим правом пользовался, пока был ничтожно мал в сравнении с другими системами. Многие из соотечественниц Бардена предпочитали роль второй, третьей любовницы. Так было привычней и понятней.

Такое поведение таркаек сформировала у Бардена предвзятое отношение к женщинам всех рас. Тара не стала для него исключением, но с ней все как будто было сложнее. Глядя на нее, он вдруг понял, что испытывает не только физическое влечение, как это иногда случалось и с другими. К этому влечению примешивалась щемящая потребность контроля и заботы. Он не мог дать этому состоянию четкое определение, но и сопротивляться не было сил. Как будто от ее благополучия зависела как минимум его собственная жизнь.

В этот раз Барден проигнорировал смотровую площадку и сразу пошел к берегу. До старта погружения оставалось три часа, но Тара и мужчины уже работали на краю провала. Они втроем стояли в черных облегающих костюмах и погружали под воду какую-то конструкцию. Главнокомандующий возмутился, что женщина в таком откровенном виде находится среди посторонних мужчин, ускорил шаг, хотел подойти к ним ближе и выяснить, что происходит, но шум набегающей волны вовремя его остановил. Таркаец ловко отскочил назад.

- Осторожно. – Справа раздался мелодичный женский голос.

Рядом с ним, в защитном резиновом костюме стояла секретарь Митро. Тути прижимала к груди планшет и застенчиво улыбалась, глядя на Таркайца.

- Что они делают? – Спросил Барден, игнорируя ее улыбку.

- Устанавливают аварийную станцию.

- Что за станция?

- Не знаю. – Пожала аккуратными плечами секретарь. – Эта выскочка подала заявку директору Митро, он позвонил и приказал выписать все по накладной. Мне пришлось добираться сюда с самого утра.

Секретарша кивнула в сторону Тары, которая в это время подавала Сергею кислородный баллон. Бардену стало неприятно, что секретарша так пренебрежительно отозвалась о девушке. И второе неприятное чувство возникло потому, что ему стало обидно от того, что заявку Тара подала не ему, а Митро.

Правда, обида быстро сменилась досадой, когда он увидел на ручном коммуникаторе непрочитанное письмо от девушки, и понял, что система его автоматически переадресовала директору, и эти настройки переадресации он установил сам. А еще, он увидел от Тары заявку на видео-разговор с судебным консультантом. Заявку директор тоже одобрил. Барден насторожился еще больше.

- Может, вам стоит надеть защитный костюм? – Предложила секретарь, с интересом рассматривая фигуру главнокомандующего.

Барден распознал в ее голосе характерный интерес к его персоне. Как раз в этот момент Тара повернулась и увидела его в компании секретарши. Из-за этого взгляда Барден почувствовал себя неловко, как будто совершал преступление, стоя на берегу с посторонней женщиной. Первым желанием было отказаться от костюма. И тут же к его ботинкам подкатилась волна сильнее предыдущей, и ему снова пришлось отступать.

- Да, стоит. – Наконец-то согласился Барден.

- Пойдемте. – Прощебетала девушка.

О своем решении главнокомандующий пожалел, когда они дошли до лестницы, ведущей наверх. Главнокомандующий увидел, как с противоположной стороны в защитном костюме к морю шел Вишон Рамис.

Тара. Час спустя.

- У нас сегодня аншлаг. – Пошутил Лекс, когда мы вернулись к провалу и увидели, что к таркайцу с косой присоединились еще двое мужчин. Только, если представитель знати неподвижно стоял на своем месте, то двое других как будто бы просто гуляли вдоль берега.

- Ты пользуешься популярностью. – Съязвил Сергей подмигивая.

- Уверен, что это из-за меня? – Не осталась в долгу я.

Мужчины громко рассмеялись. Не знаю, слышали ли нас остальные, или нет, но от их пристальных взглядов мне захотелось как можно скорее спрятаться под воду.

- Ладно, - хлопнул в ладоши Лекс, - ты все помнишь?

- Да. – Кивнула и надела полнолицевую маску со встроенным переговорным устройством. – Надеюсь, эта штука не отключится, иначе все мои мучения будут зря. – Последние слова произнесла уже в небольшой микрофон.

Я не любила полнолицевые маски и купола. Несмотря на прогресс, делать их удобными не научились. Да и надежды на то, что связь сохранится, было мало. Тем не менее, нужно было попробовать. Лекс остался на поверхности, Сергей пошел со мной. В этот раз спуск шел веселее. Я уже представляла, что меня ждет внизу и чувствовала себя уверенней.

Связь прервалась, как только я пересекла глубину в тридцать метров. Дроны теряли управление тоже где-то на этих глубинах. В этот раз я спускалась и поднималась вдоль стенки, где в прошлый раз предположительно видела вход. Но в этот раз его не было. Камера, закрепленная на голове, фиксировала все передвижения. Медленно пройдя вдоль стенки, и убедившись, что ничего нет, доплыла до первого дрона и зацепила за него первый подъемный буй.

Раньше такие буи приходилось надувать самостоятельно, чтобы поднять груз. Сейчас в них встроили портативные ампулы с воздухом. Зацепил, нажал на ампулу, оранжевый шарик полетел наверх.

Чтобы запустить всех потерянных дронов мне понадобилось десять минут. Наблюдая снизу, я видела, как Сергей точными движениями направлял груз на поверхность, где их принимал Лекс. Запустив последний дрон, я посмотрела на прибор, чтобы проверить время, и вдруг снова услышала странный писк. Осмотрелась по сторонам, чтобы найти источник звука. До начала подъема оставалось несколько минут. В пещере было пусто и вдруг, я заметила широкий проход. Только в этот раз он находился на противоположной стене, и я была уверена, что пару минут назад его не было. Или, я что-то спутала.

Чтобы в следующий раз не совершить такую ошибку, достала из кармана катушку и стрелки. Одну часть линя привязала к выступу в скале, второй конец привязала уже в самом проходе и установила направляющие стрелки. В этот момент звук как будто усилился, и писк стал мелодичнее.

Я по пояс залезла в коридор, чтобы оценить его размер. Писк изменил тональность, как будто там, внутри, было что-то спрятано. Я почувствовала просто дикое желание пойти дальше, узнать, разгадать, что находится внутри. Только усилием воли заставила себя соблюсти график и выйти из коридора. Отплыла в сторону и начала подъем по спирали вдоль стен. Музыка в ушах не стихала, а желание вернуться, как будто усиливалось.