Проклятый Портной: Том 5

Глава 3

Иркутск

Владения Серовых

5 августа 2046

Воскресенье

— Макс, что за странная тенденция прослеживается между состоянием твоей обители и твоим внешним видом? — поинтересовался Семёнов, протянув руку для рукопожатия.

— В плане? — удивился я, отвечая на рукопожатие. Стоит заметить, довольно крепкое. Особенно если сравнивать с нашей первой встречей.

— Чем хреновее ты выглядишь, тем краше становится твоё имение, — рассмеялся Сергей, обводя рукой ярко-зелёную лужайку с клумбами цветов, приведённым в порядок фонтаном, в котором, впрочем, по-прежнему плескалась Ося, осьминог-переросток, и заново отстроенную беседку.

В последней, к слову, вовсю уже суетились Дарья, Евгения и Анастасия Николаевна, накрывая на стол и возмущённо поглядывая на нас, «бездельников».

— Таковы обстоятельства, — кисло улыбнулся я. — Сам-то как? Смотрю, тоже времени не терял, даже слегка подкачался. Теперь у меня среди знакомых всего трое толстых, и двое из них — это ты.

— Ха-ха-ха, — совершенно неискренне рассмеялся Семёнов, после чего закатал рукав рубашки и продемонстрировал бицепс. — Зацени! Как тебе?

— По утрам отжиматься стал, что ли? В следующий раз попробуй отталкиваться от пола, а не просто лежать на нём…

— И это цвет нашего общества, — излишне громко вздохнула вышедшая из дома Варвара. — Вроде взрослые парни, а шутки у вас, как у первоклашек…

— Первые сорок лет детства — самые сложные в жизни мужчины, — не оборачиваясь, ответил Семёнов. — А ещё самые весёлые.

— Согласен, — кивнул я. — Вот будь у тебя косички, Варвара Фёдоровна, я бы тебя за них обязательно дёргал. Первоклашки же…

— С кем я только связалась? — даже не став дожидаться ответа, Антонова повернулась и вновь скрылась в доме. Видимо, решила, что всё же не стоит оставлять Зорину на кухне в одиночестве на слишком долгое время.

— Пройдёмся? — я кивнул в сторону дорожки из гравия, петляющей по начавшему обретать свои предыдущие черты саду.

— Если ты в состоянии, — усмехнулся Семёнов. Впрочем, следующий вопрос парень задал уже с присущей ему серьёзностью. — Слушай, Макс, если ты реально в себя ещё не пришёл, может, не стоило всё это организовывать? Я же так, наобум предложил. Можно было и попозже отпраздновать. Когда ты в норму бы пришёл.

— Расслабься, не при смерти же. Более того, скажу по секрету, я чувствую себя куда лучше, чем выгляжу. Просто лень было к тебе ехать, вот и решил, что лучше отпраздновать удачное решение ваших с Варей проблем у меня, — отмахнулся я, а после того, как мы удалились от беседки на достаточное расстояние, остановился и посмотрел на парня. — Кстати, ты реально помереть готовился?

— Ну вроде других вариантов не было, — невесело усмехнулся Семёнов. — Против меня собирались среднего Лютова выпустить, ну теперь-то по факту старшего, а он меня точно не пощадил бы. Вот я и решил за оставшееся время в порядок себя привести.

Несмотря на все мои подколки, Сергей и вправду выглядел неплохо. Конечно, не как мы с Беляевым, но даже на нашем фоне парню уже нечего было стыдиться. А учитывая, как он выглядел до этого и сколько ему пришлось преодолеть и перетерпеть, Серёга, без сомнения, заслуживал уважения.

— С моим даром я бы Лютова, учитывая его аспект молнии, на дальней дистанции не победил бы точно. Поэтому и решил, что хотя бы вблизи заставлю урода немного вспотеть, — Сергей развёл руками. — Ну, прежде чем он меня… того, в общем.

— Страшно было?

— Честно? Прям до усрачки, Макс. Страшно и ещё обидно, — немного помолчав, добавил Семёнов. — Причём обидно не за то, что вроде как и пожить не успел и много чего ещё не сделал. А за то, что родня всё это время на меня, как на ходячего мертвеца смотрела.

— Вариант с откупными или побегом не рассматривали? — не то чтобы это сейчас уже имело значение, но, возможно, в будущем мне придётся иметь дело с семьёй Семёнова и лучше знать, на что готова пойти родня парня в той или иной ситуации.

— Вначале думали. Отец предложил ублюдкам деньги. Причём немалые. Но Лютовы хоть вроде как и взяли время на размышление, но всем своим видом продемонстрировали, что попытка откупиться их не устроит. Те, кто за ними стоял, и так бы им заплатили за мою смерть. Даже ещё больше, чем мы могли бы дать, — Сергей поморщился, уколовшись о колючую живую изгородь. — А бегство… Вечно скрываться не получилось бы. Меня всё равно бы достали. Только устроили бы из этого весёлую охоту. Да ещё и род в трусости бы при этом обвинили.

— Понятно, — я кивнул и хлопнул парня по плечу. — Зато у тебя был повод привести себя в форму. А то, боюсь, пошли бы мы в какую-нибудь дыру, а ты, как тот медведь, на входе застрял…

— Да иди ты… дальше, Макс, — Сергей не поленился и указал рукой направление. И сам пошёл, увлекая меня за собой. — Честно говоря, даже поверить не могу, что всё само собой уладилось. Ты бы глаза матери видел, когда отец на ужине сообщил, что Лютовы пошли на мировую. Я думал так глаза вытягивать только улитки умеют.

— А сам-то? Наверняка прям там же на столе танец радости устроил?

— Нет! Я же взрослый и уравновешенный мужчина. Так что сдержался, — замотал головой Семёнов, после чего рассмеялся. — А вот у себя в комнате, это да. Проорался по полной, всю прислугу в доме перепугал.

— Ну что я могу сказать. Действительно, по-взрослому…

— Что есть, то есть, — пожал плечами Семёнов. — Кстати, Макс, хотел спасибо сказать, что заезжал ко мне. После твоих визитов даже как-то чуть легче становилось.

— Ну говорить банальные слова, что всё будет хорошо, это не деньги в долг давать, это я всегда готов, — я улыбнулся и повернулся на лёгкое шуршание гравия, выдавшее то, что к нам кто-то стремительно приближается.

— Вот вы где! — из-за поворота на нас выскочила Селиванова, с ходу вписавшись в спину Сергея.

Впрочем, по тому, как охнул Семёнов, почуявший стальную хватку девушки, обнявшей парня сзади, было понятно, что атака была тщательно спланирована.

— Макс, вообще-то, этой мой парень, а не твой, — женским голосом произнёс двухголовый монстр, сформировавшийся из Сергея и Евгении. — Так почему он проводит время с тобой⁈

— Наверное, потому что я неотразим, интересен, умён, отзывчив, обладаю чувством юмора…

— Варя! — не дав мне закончить, неожиданно заорало «чудище» на всю лужайку. — Срочно сюда, у нашего больного горячечный бред! Несёт что-то несусветное!

— Что такое? — к моему удивлению, Антонова оказалась рядом с нами чуть ли не моментально.

— Макс нам здесь про свою отзывчивость и чувство юмора втирать начал, — Женя обвиняюще ткнула в мою сторону пальцем. При этом, чтобы не свалиться, Селиванова обхватила Серёгу ещё и ногами. Ну и кто у нас тут ненормальный?

— Ну-ка, дай посмотрю, — Варвара, успевшая не только сменить джинсы и лёгкую кофту на зелёный сарафан с белым горохом, но ещё и заплести пару косичек, приложила прохладную ладонь к моему лбу. — Да вроде нормально… Ай!

Я, решив, что мужчина за свои слова должен отвечать, взял да дёрнул брюнетку за один из хвостов. Не зря же она старалась, красоту наводила? И пусть мне за это прилетело в лоб той же ладошкой, какой только что лоб щупали, оно определённо того стоило.

— Даже не школота… Скорее, детсад, — проворчала Антонова, тем не менее, драку на ножах предлагать не стала, ограничившись оккупацией моей правой руки. — Есть пойдёмте, Уля с Вовой уже должны были подъехать.

Коровина с Беляевым и вправду дожидались нас у беседки. При этом, несмотря на то что Вова вроде как упоминал Киру, сегодня девушки с ним не оказалось. Что весьма удивительно, учитывая, что «монстр» из них получался пострашнее, чем из Семёнова с Селивановой. Они даже порой договаривали друг за другом предложения, несмотря на то что знакомы были меньше трёх недель.

— Родители не пустили, у них там кто-то приезжает, вся семья должна быть в сборе, — с таким грустным выражением на лице произнёс Беляев, отвечая на мой немой вопрос, что даже захотелось обнять парня… А потом сделать бросок с прогибом, хорошенько приложив головой о деревянное крыльцо беседки, чтобы мозги на место встали.

— Я с ним рядом сидеть не буду, — тут же категорически заявила Ульяна, явно успевшая «насладиться» обществом Владимира, пока мы добирались до беседки. — Макс нас здесь собрал, пусть принимает удар на себя.

Я на мгновение обмер от такого заявления, а когда обернулся посмотреть на «друзей», понял, что меня предали. Никого поблизости не оказалось…

Впрочем, страдал я от «страданий» Беляева недолго, каких-то минут десять, пока еду раскладывали. Потом рот у парня оказался занят пожаренным на углях мясом, и я даже начал получать удовольствие от встречи. Так-то с Октопуса мы целиком всей компанией не встречались, а общение в сети… Ну оно явно не могло заменить живого общения.

Каждому было что сказать и о чём послушать, так что было довольно весело. Особенно когда к нам присоединились все остальные обитатели дома.

Вначале Ульяна чуть ли не за шиворот притащила в беседку Василину, пытающуюся объяснить блондинке, что слуге вроде как по статусу не полагается сидеть за столом с благородными. А то, что они вместе были на курорте и ночевали в одной комнате, это так, стечение обстоятельств.

На все эти доводы Коровина лишь мотала головой, и Зориной, заметившей, как я кивнул в ответ на её беззвучный вопрос, произнесённый одними только губами, оставалось лишь смириться с участью.

Следом под раздачу попала Шорникова. Женщина периодически мелькала возле беседки, в один такой момент оказалась «схвачена» Варварой, ну а Михаила перехватил Владимир, ходивший позвонить «ненаглядной» да сцепившийся языками с Шорниковым по поводу двигателей спорткаров. По итогу в беседке собралось много людей, и беседы велись, казалось бы, обо всём.

Наверное, у себя дома молодёжь не могла себе позволить вот так просто поговорить со слугами, а у меня определённые рамки были размыты, вот народ и расслабился.

Однако, как ни крути, всё хорошее имеет свойство заканчиваться. Причём зачастую по независящим от нас причинам.

Первым выпал из общей атмосферы веселья Семёнов, отвлёкшись на запиликавший телефон. Спустя секунду к нему присоединилась Ульяна, ну а после замолчали и остальные гости.

— Макс, ты никого больше не ждал? — поинтересовался нахмурившийся Владимир. — Охрана говорит, что на дороге четыре микроавтобуса остановились. И судя по всему, там отнюдь не аниматоры приехали.

— Да вроде никого больше и не планировалось, — покачал я головой. — Пойду проверю…

— Мы с тобой, — тоже поднялся из-за стола Сергей, после чего одним взглядом заставил вскочившую Селиванову сесть обратно. — Мы — это я и Вова.

— Когда-нибудь в порыве страсти я его придушу, и меня оправдают, — недовольно проворчала Евгения, вполголоса жалуясь на своего парня подругам. Что те ей ответили я уже не услышал, скрывшись в доме.

— Я сказал охране, чтобы они были наготове, — догнал меня Беляев.

— Как и я, — произнёс наступающий товарищу на пятки Сергей. — Да и охранники девчонок тоже уже в готовности.

— Всё бы вам кулаками махать, — отмахнулся от парней. — Может, это пылесос приехали продавать. Или о богах поговорить…

Впрочем, обе эти версии пришлось отбросить, едва я увидел, что перед воротами в окружении охранников друзей стоит граф Петров Пётр Николаевич собственной персоной.

Стоит, урод, и сверлит меня своими красными глазами, словно надеясь, что я прямо на дорожке упаду замертво.

— Чем обязан визиту? — вместо приветствия, при этом не спеша отворять калитку, поинтересовался я у графа.

— Прояви уважение, Серов. Я приехал поговорить. И уж точно не через забор, — процедил откровенно плохо выглядящий мужчина. Нет, дорогой костюм на нём был отглажен и чист, по крайней мере спереди, но вот сам граф… Ему явно не мешало бы хорошенько выспаться и побриться.

— Тяжело в это поверить, учитывая количество людей, вас сопровождающих, — я кивнул в сторону микроавтобусов, попутно отмечая, как какой-то из охранников Семёнова сжимает и разжимает пальцы за спиной графа. Если правильно успел подсчитать, то Петрова сопровождало минимум человек двадцать.

— Это не про твою честь, Серов, — сжал челюсти Петров и дёрнул головой, словно отгоняя противно жужжащего комара.

— Даже не знаю, обижаться на это или нет. Ну да ладно, буду считать, что вы меня обидеть не хотели. Не может же столь благородный человек вообще хоть кого-то обидеть. Так ведь? — я улыбнулся, отмечая всю ту злость, что промелькнула в глазах графа. Однако мартышку с гранатой за хвост нужно дёргать аккуратно. Она может и чеку ненароком выдернуть.

— Ладно, думаю, я смогу принять вас, несмотря на плотное расписание, — я демонстративно медленно открыл калитку и посторонился, пропуская Петрова. — Само собой, приглашаю вас одного. Думаю, вы и так видите, что с таким количеством охраны, что сегодня собралась в моём доме, вам совершенно ничего не угрожает.

— Да уж вижу, — поморщился граф, ограничившись приветственными кивками в сторону Семёнова и Беляева.

Впрочем, парни ответили ему тем же, несмотря на разницу в уровне. Видимо, чувствовали напряжение, витавшее в воздухе.

— Я пока здесь побуду, — произнёс Беляев. — На всякий случай.

— А я — к девчонкам, чтобы они глупостей не натворили, — в тон другу сказал Семёнов. — Ты, если что, зови, Максим Витальевич.

По поводу чего именно мне их звать, парень уточнять не стал. Впрочем, всем и так было понятно.

— Ваши друзья весьма храбры и в то же время глупы, — произнёс Петров, едва мы с ним оказались в одиночестве в гостиной. — Я ничего не имею против них, но всё же передайте им, что не стоит испытывать моё терпение…

— Иначе что? Вы их тоже прикажете похитить и пытать? — я налил в стакан воды и протянул его графу. Несмотря на то, что это был не алкоголь, Пётр Николаевич не отказался и заметно дрожащей рукой взял его.

— Не городите глупостей, Серов! Я приказал Барцеву всего лишь довести до вас информацию, что вам стоит сидеть спокойно и не высовываться. Да-да, именно так и говорил! — сидевший на диване Петров залпом осушил стакан и наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, что слышать мог он лишь один.

— Ну раз сразу начали с откровенностей, то могу сказать, что именно поэтому вы сейчас и живы, — недобро прищурился я, с удобством устроившись в кресле напротив собеседника. — На ваше счастье, ни в Октопусе, ни здесь вы не совершили глупость и не приказали убить меня. Впрочем, ещё более умным поступком было бы вести себя по-человечески. Тогда все вообще оказались бы довольны. И что самое главное — живы…

— Ты меня, щенок, ещё поучи, как дела делать!

Было заметно, что Петров старается сохранять хладнокровие, вот только получалось у него это откровенно плохо. Похоже, нервишки шалят.

— Это вообще не твоё дело! Что тебе мешало сидеть тихо и не высовываться⁈ — зашипел на меня граф и подался вперёд. Однако тут же сел обратно, легонько хлопнув себя ладонью по левому уху. — Нет… Нет, я сказал…

— Жажда справедливости? Сострадание? Вредность? Скука? — на каждом слове я пожимал плечами. — Выбирайте, что вам больше нравится. Вряд ли промахнётесь.

— Сострадание? — хохотнул граф, и в этом звуке слышались нотки с трудом контролируемого безумия. — С ним ты так и останешься на самом дне, Серов. На дне… В самой чёрной бездне…

Последние слова граф буквально прошептал, однако я знал, что предназначались они совершенно не мне.

— Так с какой целью вы прибыли, господин граф? — демонстративно игнорируя ненормальное поведение мужчины, поинтересовался я. — Если открыть секрет, как сделать хорошо себе и плохо другим, так я его и без вас знаю. Уж поверьте. Если извиниться за поступок Барцева… То тогда уже начинайте, а то день не резиновый, а меня друзья ждут.

— Извиниться⁈ Да ни за что! Ты сам вынудил меня так поступить! — граф стукнул стаканом о стеклянную столешницу, и по её поверхности поползли трещины. — Что ты сделал с моим домом, Серов⁈ ЧТО. ТЫ. С НИМ. СДЕЛАЛ⁈ Почему там все сходят с ума⁈

— Не повышайте голос, пожалуйста. В этом доме разрешается кричать только кому-то одной. И то по праздникам в високосный год, — я поморщился. — А что касается вашего вопроса… Судя по услышанному, проклят весь ваш дом. А учитывая его размеры, представляете, сколько нужно энергии, чтобы это провернуть? Не говоря уже о знаниях. И откуда у такого простого парня, как я, первое и второе? Вам такие мысли в голову не приходили?

— Всё началось в тот день, когда тебя похитил Барцев, — в голосе Петрова проскользнула нотка неуверенности. — Я не знаю, о чём вы с ним говорили, но, судя по сказанному тобой, ты знал, что я стою за ним. И наверняка ты жаждал отомстить.

— Об этом я догадывался ещё с момента нашего разговора в вашем особняке. Ваши намёки были весьма недвусмысленны, — кивнул я. — Однако, Пётр Николаевич, совпадения порой просто совпадения.

— И что ты на меня не держишь зла? И не боишься того, что я могу попробовать сделать то, что не удалось барону? — невесело усмехнулся Петров.

— Буду откровенен, я вас терпеть не могу. Даже нахождение в одной с вами комнате вызывает у меня жуткое желание пройтись здесь огнемётом. Однако прямо сейчас, если не брать в расчёт физическое устранение, я с вами сделать ничего не могу. А портить отдых своим друзьям наличием трупа я не хочу…

— Весьма смелое заявление. Хоть и глупое, — покачал головой Петров. Причём это было сказано таким тоном, что сразу и не понять, мне он отвечает или беседует с кем-то невидимым.

— Ну а по поводу опасения на ваш счёт. Вы хоть и мерзкий старикашка, но далеко не глупый, — продолжил я. — И поэтому прекрасно понимаете, что очередное нападение на участника происшествия в «Октопусе» заставит имперцев ещё сильнее рыть землю носом. Вплоть до привлечения настоящих спецов. Кто там у нас уже пострадал?

Я принялся загибать пальцы, перечисляя общеизвестные эпизоды

— Так… Нападение неустановленных наёмников на меня. Потом пострадали люди Серебрякова. Но там вроде просто припугнуть хотели. Теперь вот Барцев погиб. Пусть со стороны и кажется, что это какие-то личные разборки, но общие моменты-то проскальзывают.

Я налил и себе воды, после чего сделал глоток и продолжил:

— Поэтому, если вы вдруг решите меня убить и попытка провалится, уверен, что меньше чем через час у вас на пороге появятся имперцы. Пончики свои доедят и приедут выбивать из вас всё дерьмо.

— Сука.

Это было даже не оскорбление, скорее все накопившиеся эмоции, выплеснутые в одном единственном слове. И после того, как оно было сказано, Петров расслабился, откинувшись в кресле и прикрыв глаза.

Молчание, прерываемое лишь тихим сопением вымотанного человека, которому даже дышать тяжело. Впрочем, жалеть этого ублюдка я не собирался. Как и позволять спать. Однако прежде, чем я, набрав в стакан достаточное количество воды, успел выплеснуть её на графа, тот открыл глаза и посмотрел на меня.

— Сколько? Сколько ты хочешь за снятие проклятия? — с трудом выталкивая из себя слова, произнёс Петров. — Если не ты это сделал, то, может, сможешь его снять? Это же твой профиль?

— Снять? — я вначале лишь делал вид, будто размышляю над этим вопросом, а потом и вправду задумался.

Проклятие, наложенное на забор, окружавший особняк Петрова, было весьма необычно. Не в плане воздействия, тут как раз всё вполне стандартно.

Голоса, нашёптывающие сокровенные желания. Внутренние демоны, подталкивающие людей на несвойственные им поступки. Классика, в общем.

Проблема была в другом. Ритуал, который я провёл над Барцевым и его людьми, наложил свой отпечаток на проклятие, сделав его в какой-то степени разумным. А ещё я поступил несколько неосмотрительно, вплетя его в «хран», тем самым обеспечив непрерывную подпитку. И что сейчас представляет из себя полученный Франкенштейн, я даже предположить не могу.

Хотя, судя по виду Петрова, явно ничего хорошего, если уж оно продолжает действовать на мужика даже вдалеке от особняка.

— Двадцать миллионов. Если случай действительно интересный, могу сделать скидку в два миллиона, — оторвавшись от размышлений, ответил я графу. — При этом гарантий никаких.

— Сколько⁈ — даже недослушав меня, вскочил с дивана собеседник. — Да это стоимость поместья целиком!

— Родовые земли, — пожал я плечами.

Такую стоимость я назвал наобум с единственной целью, чтобы граф, не дай боги, не согласился. Когда я говорил, что он мне неприятен, я не лукавил. А от неприятных «вещей» я предпочитаю избавляться привычными мне способами.

— Рано или поздно мы с тобой ещё встретимся, — угрожающе произнёс Петров. — Дело с Октопусом уладится, следователи уберутся в столицу, и тебя не прикроют даже твои друзья. Они, как и ты, не более чем пыль под ногами тех, кто имеет настоящую власть!

— Ого… Что же, как понимаю, разговор на этом можно считать законченным? Коль мы вновь перешли к пафосным оскорблениям и угрозам, — я тоже поднялся с кресла. — Вас проводить или сами дорогу найдёте?

Вместо ответа граф молча развернулся и направился прямиком к выходу. Впрочем, я всё же дошёл вместе с ним до калитки. Не то чтобы я ему не доверял, но мы всего день назад купили хороший набор столовых принадлежностей, и не хотелось, чтобы ложки пропали. Вряд ли, конечно, но всё же…

Убрался граф столь же стремительно, как и прибыл, и на прощание даже руки не пожал. Так что, проводив взглядом умчавшийся вдаль кортеж и перебросившись парой слов с охраной, мы с Беляевым отправились к беседке, в надежде, что за время нашего отсутствия там хоть что-то осталось…

Иркутск

Владения Серовых

5 августа 2046

Воскресенье

Поздний вечер

— Это было круто! — выпрыгнувшая из такси Дарья закружилась на одной ноге, словно продолжая танцевать. — А ты ехать не хотел!

— Я, вообще-то, хотел тишины и спокойствия. А то у меня что ни воскресенье, то какая-то суета, — я открыл калитку и пропустил Серову.

— Ага, так хотел, что отплясывал похлеще остальных. Мне кажется, что на площадке тебе ни Варя, ни Уля не нужны были, — звонко рассмеялась Мышь, скидывая босоножки и шлёпая по нагревшемуся за день камню. — Мне кажется, они на тебя даже обиделись. За то, что ты игнорил их.

— Ну, само получилось. Волну поймал, похоже, — я смущённо почесал затылок.

Я как-то раньше не то чтобы танцами увлекался, а сегодня прям разошёлся. Впрочем, сами виноваты, нечего было меня после посиделок тащить в клуб. Пойдём, говорили они. Будет весело, говорили они. Ну я и пошёл…

— Ух, устала… Мыться и спать! — уже на самом крыльце Мышь обернулась, заметив, как я задрал голову к небу. — Ты чего, Макс?

— Да не, нормально всё, — я «отключился» от Кары и зашёл в дом. — Тоже в порядок себя приведу и баиньки. Чур нижняя ванная моя.

— Даже спорить не буду! — обрадованная Серова чмокнула меня в щеку и взлетела по лестнице, ведущей на второй этаж.

Я же, проводив девушку взглядом, прошёл через кухню и, выйдя в коридор, направился в сторону ванной. Вот только, как говорил, останавливаться возле неё не стал, а пройдя дальше, вздохнул и толкнул дверь, которой полагалось быть закрытой.

— Тебе родители не говорили, что влезать в чужие дома по ночам чревато черепно-мозговыми травмами? — я щёлкнул выключателем, зажигая свет. — И что за дрянью здесь воняет.

— Не дрянь, а лапша, — крутанувшись на моём рабочем стуле, Мошка ткнула в мою сторону деревянными палочками. — Тебя долго не было, а есть захотелось.

Я пригляделся и увидел на столе пластиковую тарелку, от содержимого которой поднимался пар. А к дорогущему клубку с нитями был приставлен телефон, на котором крутился какой-то мультфильм в забавной рисовке.

— В холодильнике есть нормальная еда, — покачал я головой, снимая пиджак.

— Не имею дурной привычки шариться по чужим холодильникам, — девушка вновь крутанулась, возвращаясь к еде.

— Зато лазить по чужим домам тебе религия позволяет. Вместо того чтобы просто позвонить.

— Ой, не зуди, господин барон, — махнула рукой девушка. — Я к тебе по делу, вообще-то, пришла. Есть заказ интересный. Стой, ты куда?

— Пойду, нормальной еды и чаю принесу. Не могу смотреть, как ты эту гадость ешь, — я вышел из мастерской и направился на кухню, тихо ворча насчёт молодёжи, совершенно не заботящейся о собственном здоровье и душевном покое молодых стариков…