Проклятый Портной: Том 5

Глава 7

Иркутск

8 августа 2046

Среда

Вечер

— Так… Надеюсь, дождя сегодня не будет, — спустившись по лестнице последним, я задрал голову, выглядывая через едва различимую в полумраке крышку люка.

Металлический блин я на место-то вроде бы поставил даже правильно. Вот только вначале, чтобы поднять эту херню, пришлось повозиться. И теперь не заметить, что крышку двигали, это нужно было быть либо тупым, либо слепым.

— Он мёртв… Он же мёртв… Боги… Алексей…

Да не, тут и слепой тупица не промахнётся… Уходить надобно, вот только знать бы куда.

— Как так…

— Сосулькой. Прямо в рот. Моментальная смерть. Вряд ли он успел хоть что-то почувствовать, — я обернулся и посмотрел на покачивающуюся, будто на ветру деревце, Алису. Остальные девчонки окружили её, а Злата даже обняла и принялась поглаживать по голове. Что, учитывая разницу в росте, Афанасьева была пониже, смотрелось несколько странно.

— Макс, — цыкнула на меня Мышь, — можно же как-то помягче…

— Можно, — кивнул я, шаря телефонным фонариком по нашему «убежищу». — Но не сейчас и определённо не здесь. Алексея нет, а мы ещё живы. И хотелось бы, чтобы так и оставалось. Так что собрались, себя и других осмотрели, а чувства отложили на потом. Сначала я вас выведу, а потом уже плакаться будем.

Говорить я старался как можно твёрже, но без перегибов. Как раз, чтобы продемонстрировать, что всё под контролем, но при этом не передавить и не дать кому-нибудь из женского состава сорваться в истерику. Алиса явно собиралась совершить подобную глупость. А за ней и кто-нибудь другой непременно последовал бы.

Впрочем, судя по всему, немного встряхнуть я их всё-таки смог. Ларина причитать прекратила, а Мышь включила свой телефон и принялась осматривать подруг. У меня же подружек не было, так что я решил заняться более тщательным осмотром места, в котором мы оказались.

Канализационный колодец привёл нас в небольшую, четыре на четыре метра, коробку с трёхметровым потолком. Здесь, в принципе, было даже уютно. Сухо, тепло, и мухи не кусают. Разве что пол был присыпан всяким мусором. Но если подмести, то хоть сейчас полевой лагерь разбивай…

Впрочем, сдаётся мне, спокойно пожарить зефирки на костре нам не дадут. Как и песни хором попеть. Так что нужно убираться подальше. Тем более что из комнатки вёл вполне себе приличных размеров тоннель. Чуть выше меня, но при этом достаточно широкий, чтобы по нему могли пройти трое, а если бочком, то и все пятеро меня.

— Макс, все целы. Пара царапин только, — отвлекла меня от осмотра Дарья. — Что делать будем? Сидим здесь? Полиция же вот-вот должна приехать? Или уходим?

— Честно говоря, не настроен я по канализациям шастать. Однако и насчёт того, что доблестная «кавалерия» доберётся до нас раньше недругов, у меня имеются некие сомнения, — я покачал головой и посмотрел на телефон. Связи, естественно, не было. Но здесь уже вряд ли дело в «глушилке». — Впрочем, спешить пока что не будем. Для начала кое-что проверю, а потом будем думать.

Как я и говорил, лезть вглубь канализации у меня желания особого не было.

Во-первых, о современных подземных сооружениях я имел слабое представление, и вполне может быть, что через пару поворотов привлекательно выглядящий туннель окажется перегорожен какой-нибудь решёткой. А то и вовсе сузится настолько, что в него мы только по частям пролезть сможем.

Во-вторых, хоть городскую канализацию и чистили от всяких тварей, однако безопасным местом её называть было бы большой ошибкой. А столкнуться с монстром в замкнутом пространстве, да ещё в толпе девиц… Бедные уши. Мои и монстра…

Так что, вернувшись к лестнице, быстро взобрался по ступенькам вверх и приподнял люк. Само собой, перед этим не забыв накинуть на себя проклятие головной боли, компенсировав её повышенным слухом.

Далеко не лёгкий железный «блин» со скрежетом вышел из пазов, и на меня разом обрушились треск пожара, грохот взрывов и чья-то ругань на странной смеси имперского и чужого языка. Примерно так же разговаривали гости ресторана, когда веселье только набирало обороты.

— Палэ, Михо, Стэво, палэ! Нельзя дать ему уйти! Все Каменские этой ночью должны сдохнуть! — среди всей какофонии мне удалось вычленить мужской голос, идущий со стороны чёрного входа ресторана. — Я видел, как пшал баро убегал. Крыса трусливая! Бросил своих и сбежал. Как обычно.

— Ты уверен, Гожо? Он же может быть среди тех, кого сейчас добивают внутри, — донёсся до меня ещё один голос. — Или его уже пристрелили, как собаку, на выходе из тупика.

— Нет. Знаю я этого ублюдка. Он так просто в засаду не угодит. Ходил с ним несколько раз вместе, когда старый баро был ещё жив. Та ещё скользкая тварь, — судя по звуку, говоривший плюнул на землю. — Аккуратнее, пшала, эта крыса и в спину ударить может! Выходим осторожно, нам нужно его лишь задержать, пока зорало не подойдут. Уж они-то его прикончат.

Как переводится «зорало», я не знал. Однако было нетрудно догадаться, что крадущиеся по тупичку люди в обычной одежде, но с автоматами в руках имели в виду одарённых. Видимо, те в ресторане добивали последние очаги сопротивления, а эти рванули искать якобы сбежавшего брата барона.

Н-да, бывают же совпадения. Напроситься в ресторан, где празднует странная семейка, которую конкуренты решили извести под корень разом. И судя по услышанному, меня приняли за родственника барона. Хотя, в принципе, логично. За столом в момент нападения братишки баро не оказалось, зато в самый разгар драки кто-то сбежал через кухню.

А опознать среди трупов человека, вначале очутившегося в ядовитом облаке, а потом взорвавшегося, весьма проблематично. Вот нападавшие и исходили из самого худшего варианта, что брат барона выжил и скрылся.

И ведь теперь не вылезешь и не объяснишь парням, какой казус вышел. И что мы, собственно, не при делах. Даже если сразу стрелять не начнут, то потом всё равно прикончат. Не отпускать же свидетелей.

— Так-с, — пробормотал я, глядя на приближающуюся четвёрку сквозь щель люка. — Похоже, всё же придётся уходить. В следующий раз в ресторан без сапог, каски и фонарика не пойду…

Аккуратно опустив крышку люка, шлёпнул рукой по ней, накладывая неприятное, хотя приятных вроде и нет, проклятие, после чего столь быстро спустился. Правда, не обидев вниманием и некоторые ступеньки.

— Там вроде всё потихоньку успокаивается, но нам лучше всё же пока уйти подальше, — я ободряюще улыбнулся сбившимся в кучу девушкам. — Идём не торопясь, смотрим себе под ноги. Дарья, ты первая. Я замыкаю. Если отстану, не останавливайтесь и не ждите меня, пока до развилки не доберётесь. Если она вдруг будет.

— А может… — Лиза открыла рот, однако я вместо убалтывания лишь молча развернул её в сторону двинувшихся по тоннелю подруг и шлепком по пятой точке отправил следом. Везёт ей сегодня на шлепки с моей стороны…

Забавно, но девушка на мгновение обернулась, и вместо царившего на её лице испуга я увидел возмущение. Как, однако, легко можно переключать эмоции у некоторых. Главное — не переборщить, а то ещё привыкнет к подобным «указаниям».

Тем не менее выяснять отношения Волошина не стала. Напротив, даже ускорилась, стремясь догнать остальных. Я тоже мешкать не стал и зашагал следом. Только погасил свой телефон и уже ориентировался по свету фонарика идущей впереди Дарьи.

Впрочем, далеко уйти я не успел. На первом же повороте, обернувшись назад, увидел, как скользят лучи света по полу покинутой нами коробки. Похоже, налётчики даже до выхода из тупика не дошли, сразу к люку рванули. Что же, всё же придётся поработать кулаками. Оставлять за собой хвост, да ещё вооружённый, не самый лучший вариант.

— Штефан⁈ — услышал я перепуганный крик, возвращаясь к колодцу.

— Живой. С руками что-то! Кожа пузырится и лопается! В жизни такого не видел!

— Это Милош! Узнаю его стиль! Никогда, падла, в открытую не сражался, — судя по голосу, тот самый Гожо буквально кипел от ярости. — Михо, Штефана оттащи к стене, Стэво, крышку в сторону, только руками её не трогай.

Да уже в принципе чем угодно трогать можно. Хоть пальцами, хоть яйцами. Проклятие было сильным, но одноразовым. И выступало в качестве намёка. Но, судя по всему, аналитика была не самой сильной стороной налётчиков. Везёт мне на «умных»…

— Я первый. Михо, Стэво, за мной. Штефан, ждёшь бхрало Бахти. Скажешь, за кем мы пошли, — команды Гожо больше походили на отрывистый лай, неприятно бьющий по ушам.

Раздалось металлическое постукивание, сменившееся шуршанием одежды и скрипом резины о металл. А спустя пару секунд я увидел ноги первого бандита. Гожо оказался обут в обычные кроссовки и спускался медленно, аккуратно переставляя ноги.

При этом мужчина старался взглядом контролировать бетонную коробку, весьма резонно опасаясь, что их добыча может поджидать внизу и её желательно встретить лицом к лицу. Хорошо, хоть стрелять для проверки не стал.

Впрочем, чрезмерная предосторожность Гожо не спасла. Стоило только мужчине перенести основной вес на «помеченную» мною скобу, как она треснула под бандитом, и тот, не удержавшись одной рукой, полетел вниз. Само собой, при этом истошно вопя.

— Гожо⁈ Гожо⁈ — взволнованно залепетали сверху. Но почему-то даже и не подумав спускаться на помощь командиру.

— Я… Я в порядке! — упавший на спину Гожо приподнялся на локтях и замотал головой, будто пытаясь поставить мозги на место. Но, судя по всему, у него это получалось не очень, так как вместо того, чтобы схватиться за обронённое оружие, он принялся орать на подчинённых. — Заткнитесь, идиоты! Ступенька обломалась. Я цел! Спускайтесь…

Договорить Гожо не успел, так как такого быстрого появления лишних гостей мне совсем не хотелось. Поэтому подскочив к севшему и уже было потянувшемуся за автоматом мужчине, я схватил его за шею и дёрнул на себя.

Учитывая наложенные проклятия на костюм, шансов на выживание в таком положении у бандита не было никаких. Раздался хруст, и тело, пару раз дёрнувшееся в моих объятьях, обмякло. Я, конечно, не мануальный массажист, но помочь расслабиться по полной вполне могу.

— Гожо? — раздался неуверенный голос сверху. Видимо, заметили, как нижняя часть товарища странным образом исчезла из поля зрения.

— Гожо отошёл… — негромко пробормотал я в ответ, колдуя над трупом.

Вначале мелькнула мысль пальнуть для острастки из подобранного автомата, но пришлось её отбросить. Им-то наверху рикошеты не грозят, а вот если испуганные пропажей товарища налётчики начнут палить в ответ, какая-нибудь пуля-дура вполне может оказаться дурой.

Так что решил действовать по старинке, то есть через трупы. Эх, говорила мне Анна: «Изучай матчасть лучше, теория без практики ничто». Всё же проклятия не для скоротечного боя. Да ещё и в столь стеснённых условиях. Некромантия, как ни крути, более весомый аргумент в таких ситуациях. Особенно когда уже и трупом обзавёлся…

Щас бы накачал этого Гожо маной под завязку да выпустил на волю. Пусть всего минуты на две-три до того, как телесная оболочка в кисель превратится, но этого вполне хватило бы, чтобы навести шороху наверху.

Все эти размышления обо всём и ни о чём шли одновременно с накачкой маной трупа. Но при этом я не забывал контролировать и обстановку наверху. Так что появление очередных я гостей не пропустил.

— Что вы тут делаете? — раздался мужской голос с таким сильным акцентом, что для того, чтобы разобрать, что говорит прибывший, приходилось напрягаться. — Где Гожо?

— Бхрало Бахти, Гожо спустился за Милошем! — в голосе отвечавшего на вопрос были слышны нотки страха. Причём не из-за ситуации, а конкретно перед явившимся. — И теперь он не отвечает.

— Милош? Это точно?

— Гожо видел, как тот убегает. На улице он не появлялся, там только трупы обслуги, а люк был сдвинут, — отрапортовал боец.

— Вниз!

— Что⁈ Но, бхрало…

— Вниз спустился! — судя по тону, Бахти явно был не в духе.

Хотя, учитывая, сколько времени уже прошло с начала налёта, это было неудивительно. Расчёт прикончить оппонентов быстро, судя по всему, себя не оправдал. А здесь ещё и беглец нарисовался. И теперь либо отступать, либо продолжать преследование, рискуя дождаться приезда полиции. Которая что-то не особо торопилась.

— Пошёл вниз! Этот шакал должен сдохнуть! Он остался последним в семье Каменских, — сорвался на крик Бахти, и я понял, что сворачивать затянувшуюся вечеринку никто не собирается.

Ну раз так… Схватив уже начавшего набухать Гожо за ноги, я дотащил труп до входа в тоннель и вернулся к колодцу как раз в тот момент, когда начал спускаться второй смертник. Совсем себя не жалеют, дурачки…

Подняв с пола камешек, на мгновение сжал его в руках, а после запустил в налётчика. Снаряд, угодивший прямо в цель, передал моё послание, после которого у бедолаги резко подкосились ноги, и он повис на одних руках.

Не, ну если они так и будут лезть по одному, то я в общем-то не против. Чем больше в мире суицидников, тем меньше в мире суицидников.

Впрочем, судя по всему, к этой мысли пришёл не я один. И едва только мужчина начал орать, что не чувствует ног, как на него сверху хлынула струя пламени. Вот это я понимаю кардинальный метод забыть о проблеме…

В каменном мешке в мгновение ока стало светло и жарко. Да настолько, что едва только сверкнула вспышка, я сразу же рванул подальше, перепрыгивая труп Гожо и придерживая закинутый за спину автомат. Чёртова железяка неприятно так давала поджопник при каждом резком шаге.

Стрелять из оружия я в любом случае буду лишь в крайнем случае, но это явно не повод оставлять его преследователям. А то, что за нами последуют, я не сомневался.

Подсвечивая себе путь фонариком, я успел пробежать метров пятьдесят по извилистому тоннелю, прежде чем до меня одновременно долетело эхо взрыва и криков. И если рвануло определённо за спиной, видимо, налётчики неосмотрительно потревожили покойного Гожо, то кричали спереди. Причём кричали явно не от радости. Так что пришлось ускориться.

— Крысы! Крысы! — уже подбегая к источнику звука, я, наконец, смог разобрать слова. А спустя несколько секунд, выскочив в очередную комнату, увидел и тех, кто его производит.

Как и договаривались, девушки остановились на первой развилке и дожидались меня. Вот только, в отличие от первой рукотворной «пещеры», эта была одновременно больше и в то же время меньше.

Больше — это если судить по её реальным размерам. По крайней мере, глухой потолок здесь определённо был выше. А вот меньше — из-за куч мусора, меж которых виднелось несколько утоптанных тропинок.

И лишь направив свет фонарика да приглядевшись, я понял, что никакие это не кучи мусора, а подобие укрытий. Похоже, здесь когда-то обитали бездомные, однако теперь «ночлежка» была пуста, и вместо людей там теперь проживали совсем другие постояльцы.

— Крыса! — вновь взвизгнула Алиса, фонариком светя себе под ноги, выхватывая из темноты довольно-таки крупную хвостатую тварь, усевшуюся рядом с девушкой на картонку. Причём грызун словно и не переживал, что его видят, и в ответ пялился на кричащую девушку.

— А ты ей, похоже, понравилась. Домашнего питомца завести не хочешь? — громко произнёс я, стараясь перекричать женские визги. Которых от звука моего голоса стало ещё больше. А Мышь, к слову, обернувшись, даже замахнулась на меня то ли палкой, то ли ржавой трубой.

— Фух, Макс! — выдохнула блондинка и опустила оружие, едва разглядела, что это я. — Зачем так пугать?

— Пугать? — вполне искренне удивился я. — Да это вы кого хочешь своими воплями испугаете. Разве что кроме крыс. Этих вы криками скорее привлекаете

Крыс вокруг нас и вправду становилось всё больше. Даже неудивительно, что бездомные отсюда сбежали. Вот так уснёшь, а потом без выступающих частей тела проснёшься. Если вообще проснёшься.

— Ну-ка молчок, — цыкнул я на девушек и обвёл взглядом крысиное царство. После чего указал в сторону правого прохода. Левый был полностью завален хламом. Да и несло оттуда, будто из отхожего места. Так что, скорее всего, если отсюда и был выход, то по правой стороне.

— Дарья, дай-ка своё орудие, — я протянул руку и спустя мгновение ощутил приятную металлическую тяжесть. — Так, а теперь вопрос. Есть у кого зажигалка в бездонной сумочке?

Сумочки, кстати, прихватить успели все. И теперь, после моего вопроса, девушки начали молча переглядываться. И лишь моё громкое покашливание заставило Елизавету вздохнуть и достать из сумочки пачку сигарет, внутри которой и оказалась обычная зажигалка.

— Ты в курсе про курящих женщин и рак? — поинтересовался я, забирая зажигалку и выбрасывая сигареты.

— Я достаточно взрослая, чтобы самой решать, что можно, а что нет! — гордо, насколько это возможно было в этой ситуации и в таком виде, произнесла Волошина. Не, ну явно на очередную «пощёчину» по мягкому месту напрашивается…

— Ну-ну, — покачал я головой, при этом отмечая виноватые мордашки у остальной троицы. — Интересно, куда вас нужно затащить в следующий раз, чтобы узнать ещё какую-нибудь тайну?

Судя по тому, что глупых заявлений вроде «а нам нечего больше скрывать» не последовало, скрывать этой великолепной четвёрке было что. Впрочем, учитывая их возраст, это было неудивительно.

Надо будет с Мышью поговорить, а то физическое и магическое воспитание — это хорошо, но про психологическое тоже забывать не стоит. А то курящий, пьющий, ругающийся матом и эмоционально нестабильный некромант — явление похлеще урагана. Столь же опасное и неуправляемое. Впрочем, об этом чутка попозже.

Трубой указав «взрослым» на предположительный выход, я взглядом нашёл первую потенциальную жертву и резким движением размозжил крысе-неудачнице голову. После чего черёд пришёл и её подружке, не успевшей среагировать на первую атаку.

Не прекращающая пищать стая тут же рванула прочь с тропинок, стремясь как можно скорее зарыться в горы мусора. Впрочем, отступление было ненадолго.

Первая безголовая крыса упала на одну из куч спустя минут, и практически сразу гора мусора начала шевелиться будто живая. Десятки грызунов рванули к тельцу, стремясь первыми добраться до приманки, распространяющей одуряющий аромат разложения.

И едва шерстяной ковёр покрыл гору, я швырнул туда второй трупик. И пусть пах он уже не так привлекательно, как первый, это не остановило крыс от попытки сожрать свалившуюся с «неба» халяву.

Одновременно с этим я сам отступил в тоннель и поджёг заранее подготовленную картонку, находящуюся наверху кучки, состоящей из всего, что было способно гореть.

Времени, чтобы поработать с каждой крысой и донести до них, что нас кусать не следует, ибо мы хорошие и вообще за всё светлое в мире, у меня не было. Так что пришлось обезопасить себя другим способом. А именно, перегородив путь отхода костром.

Убедившись, что огонь с каждым мгновением разгорается всё сильнее, я взглянул на кучу с крысами. Мёртвые тушки уже давно исчезли, но крови от этого меньше не становилось.

Отведавшие проклятого мяса крысы сцепились друг с другом, по цепочке распространяя проклятие. Ничего смертельного. Так, временные проблемы с координацией, сильное головокружение и желание побольнее укусить ближнего своего.

Само собой, это проклятие и на грызунов действовало, так что в скором времени эта комнатка станет ещё более отвратительной на вид, чем сейчас. Однако учитывая, что вот-вот должны появиться преследователи, они успеют как раз к самому веселью.

— Ну всё, теперь нам нужно вновь поднажать, — я быстро нагнал бредущих девушек, заставляя их ускориться. Несмотря на пищаще-визжащую какофонию, становившуюся всё громче и громче, времени отдыхать у нас не было. Крысы такой себе барьер, если и задержит преследователей, то ненадолго. Ровно до первого одарённого.

Так что пришлось морально надавить на девчонок, заставляя их быстрее передвигать ногами. Однако даже так, до следующей комнаты, выглядящей весьма обещающей, мы добрались лишь спустя минут пятнадцать. Треть из которых потратили из-за того, что свернули не туда. Благо, проход, заведший нас в тупик, оказался недлинным.

Зато на обратном пути смогли прекрасно расслышать крики людей и даже стрельбу. Похоже, впереди, в качестве детектора ловушек, Бахти пустил обычных бойцов. И те, наткнувшись на крыс, не придумали ничего умнее, чем открыть огонь.

Наверное, именно поэтому мне хватило времени, чтобы успеть не только расшевелить крышку люка, обнаруженного в «комнатке», но и сдвинуть железяку с места. После чего выбраться самому и начать вытягивать девчонок.

Вылез я, кстати, на каком-то перекрёстке, едва не угодив под машину. Правда, возмущение водителя я проигнорировал, лишь продемонстрировал неприличный жест одной рукой, а второй извлекая из недр земли Злату. Последней выбралась Мышь. Хотя я ей и говорил лезть сразу за мной.

Впрочем, выбраться успели все. И сделали это как раз вовремя. Так как, вытягивая Серову, я уже прекрасно слышал, как к нам на всех парах несётся недовольная толпа, увидевшая свет в конце тоннеля. А едва блондинка оказалась снаружи, как следом за ней из дыры в земле в небо взвился столб пламени.

— Ложись, граната! — изо всех сил заорал я в колодец, как только огонь иссяк. — Первая пошла!

Не знаю почему, но мне поверили. Как те, кто был внизу, так и мои спутницы.

Первые, судя по топоту, ломанулись обратно в тоннель, а вторые рухнули на асфальт, не обращая внимания на перепуганных прохожих и сигналящих водителей, мгновенно создавших пробку на перекрёстке.

Само собой, никакой гранаты у меня не было. Просто не хотелось, чтобы преследователи отстрелили мою дурную голову, пока я люк на место возвращаю. И не по причине гражданской сознательности, дабы никто машинку свою не повредил. Просто имелась ненулевая вероятность, что за нами рванёт какой-нибудь одарённый, во всех смыслах этого слова, преследователь. И выбравшись на поверхность, начнёт стрелять по быстро убегающим мишеням.

— Живые? Целые? — поставив крышку на место, я посмотрел на продолжающих валяться на асфальте девушек. — Отлично, тогда звоните своим. Пусть мчатся за вами.

Я тоже достал телефон, пусть родителей у меня и не было. Хотя позвонить было кому.

— Что-то срочное? Я сейчас весьма занята, — после того как я четвёртый раз позвонил сбрасывающей трубку Бекеревой, следовательница, наконец, соизволила ответить.

— Ваша занятость случайно не связана с ресторанным бизнесом? — предположил я, слыша в телефоне на заднем фоне рёв полицейских сирен.

— А? А… Ты-то здесь при чём? — в голосе Алаайи мелькнуло удивление.

— Да так, мимо проходил. Впрочем, я знаю, где сейчас находится тот, кто владеет полной информацией, — я посмотрел на крышку люка, начавшую приобретать красный оттенок. — И, если вы хотите с ним поговорить, рекомендую поторопиться. Дело начинает пахнуть жареным…

Иркутск

Полицейский участок

9 августа 2046

Четверг

Полночь

— Кофе?

— Пожалуй, на сегодня хватит, — закончив выстраивать пирамидку из пустых пластиковых стаканчиков, я посмотрел на вошедшую в кабинет Бекереву. — Какие новости?

— На удивление, неплохие, — девушка в повседневной униформе, то есть в светло-синей рубашке с галстуком и синей юбке, устало упала на стул и небрежно уронила магическую «глушилку» на стол. — По крайней мере, для меня. И благодаря вам.

— Всегда пожалуйста, — дунув на пирамиду, я обрушил её, после чего начал вновь строить. Только в этот раз башню. Действительно, чем ещё заниматься в двенадцать часов ночи в полицейском участке?

— Спецотряд задержал людей, что преследовали вас, — глядя на получающуюся конструкцию, произнесла следовательница. — И что самое главное, среди них оказался один из организаторов нападения. Тот самый одарённый с аспектом огня. Кстати, те, кто спустился в канализацию, оказались единственными выжившими из всех нападавших.

Я с удивлением посмотрел на Бекереву. После чего, хмыкнув, перегнулся через стол, забрал стоящий перед ней стаканчик и, допив остатки кофе, водрузил его на вершину башни имени меня.

— Чую, увлекательнейшую историю вы мне поведать желаете, господин следователь…

— Ну не то что желаю. Скорее вынуждена, — изобразила улыбку Бекерева. — План Шишковых, это те самые налётчики, провалился. Они рассчитывали избавить от Каменских полностью, пока новоиспечённый барон не подмял под себя весь род. Вот только когда они добивали последних конкурентов за «престол», на веселье пожаловали Вишняковы…

— М-м-м… Лебедь рака щукой… Классика. Хотя в моё время классика, это когда двое. Ох уж эти современные нравы… — я принялся разбирать башню, размышляя, что же ещё можно собрать из пластиковой тары. Отпускать меня в ближайшее время, похоже, не собираются, а убить время как-нибудь надо.

— Кхм… Максим Витальевич… — кашлянула девушка. — В общем, кто-то слил Вишняковым информацию о планируемом нападении, и те, выждав время, решили добить ослабших конкурентов.

— Да-а-а… Весело у вас здесь, — протянул я. — И что, так каждый день? Вам хоть молоко за вредность выдают?

— За такое дают только дополнительные дежурства, — судя по вздоху, полному грусти, Бекерева не шутила. — В общем, фактически из верхушки Шишковых остался только Бахти, что вас преследовал. Он, кстати, правая рука главы семьи. Его уже доставили в участок и допрашивают.

— А с самим главой что?

— Шишковых? Неизвестно. Дома его нет. В местах, где он обычно появляется, его тоже не видели, — пожала плечами девушка. — Так что есть два варианта. Либо он спрятался, едва ему доложили, что всё пошло не по плану, когда на вечеринку явилась третья сторона. Либо ему помогли спрятаться. Да так, что живым мы его уже не найдём.

— Я бы ставил на второй вариант, — произнёс я, складывая один стаканчик в другой. Что-то на ум, кроме пирамиды и башни, ничего не приходило. — Раз уж эти Вишняковы рискнули влезть в игру, то вряд ли оставили бы в живых баро Шишковых.

— Угу. Дикие люди. Дикие и опасные, — кивнула Бекерева, пристально глядя на меня.

— Алаайа Ивановна, может, хватит ходить вокруг да около? — подвинул стопку стаканов на середину стола, после чего забросил в верхний артефакт-глушилку. — Какие ваши предложения? Вы же явно от меня что-то хотите. Иначе бы не оставили в участке, а, как и всех остальных, отпустили домой.

— Хочу, чтобы вы забыли о произошедшем. Совсем.

— Вот сейчас не понял, — я с удивлением посмотрел на девушку.

— Фактически вы и ваши спутницы будут проходить по этому делу в качестве свидетелей, — произнесла следовательница. — Однако для нас было бы выгоднее, если бы вас всех и вовсе не упоминали во время расследования.

— Хм… А вот тут, если можно, всё же поподробнее, — нахмурился я, не улавливая логики.

— Всё очень просто. Этот Бахти уверен, что преследовал Милоша Каменских. И друг друга вы не видели. Поэтому он продолжает прибывать в уверенности, что Милош жив и находится в бегах, — девушка слегка улыбнулась, явно радуясь удачному стечению обстоятельств. Хотя почему «словно»? — Однако, если вы будете фигурировать в нынешнем деле, даже как свидетель, мы будем вынуждены раскрыть вашу личность.

— Хм… А в чём вам польза от всей этой комбинации? — поинтересовался я. — Или это уже служебная тайна?

— Вообще-то, действительно тайна. Но раз у нас с вами выстраиваются доверительные отношения… — Бекерева сделала многозначительную паузу. Правда, всё же слегка перетянула с ней. Ну да ладно. Неопытность и всё такое. — В общем, весь этот род, куда входят Каменские, Шишковы и Вишняковы, давно стоит у местного начальства поперёк горла. Наркотики, торговля людьми, добыча ресурсов из «дыр», вымогательство… Я могу ещё долго перечислять, но поверьте мне, Максим Витальевич, ничего хорошего вы не услышите.

— Хм… А смерть предыдущего баро-барона была случайностью? Или кто-то умный решил таким образом поджечь фитиль, тянущийся из бочки с порохом? — задал я вполне закономерный вопрос, на что в ответ получил лишь улыбку и едва заметное пожатие плечами. Ну да, вслух очевидные вещи можно и не произносить.

— Фактически сейчас две крупных семьи паразитов выбыли из игры полностью, — продолжила девушка. — Однако, если сейчас остальным дать возможность передышки, эта мерзость вновь начнёт набирать силу. И через месяц-другой всё станет как прежде.

— Что вы уже успели наобещать этому Бахти? Что он готов сделать для вас?

— Мы предоставляем ему Милоша, а он сдаёт нам всех. Терять этому уроду всё равно нечего, семья уничтожена, глава пропал. Теперь единственное, что он может сделать, — это отомстить. Каменским и Вишняковым. Ну а заодно и остальных сдаст. Оптом, — Бекерева негромко рассмеялась. Впрочем, повод для веселья у неё явно был. Уверен, звёздочку, если всё выгорит, она получит раньше времени.

— А ничего, что этот Милош уже труп? — поинтересовался я.

— Ну, про это знаем только мы с вами. И то лишь потому, что вы опознали по фотографии мужчину, который подошёл к вашему столику перед самым нападением, — ответила следовательница.

— Понятно, — вздохнул я. — Ладно. Ничего против вашего предложения не имею. И с сестрой поговорю, чтобы лишнего не болтала. Однако вы не забыли, что, помимо нас, там ещё четверо человек было. Причём один из них неосмотрительно умер. Думаете, отец Алексея…

Я на мгновение задумался, осознав, что даже не удосужился узнать фамилию погибшего парня. Не то чтобы я огорчился из-за этого, просто как-то неудобно выходило.

— С Большаковыми, как и с остальными, будет разбираться уже моё начальство. Всё же разговоры с такими людьми не мой уровень. Но я уверена, что проблем не возникнет, — произнесла Алаайа. — В любом случае пусть это не вернёт Алексея Михайловича, однако семья Шишковых исчезнет, а убийца парня и так уже мёртв. Так что семья за Алексея отомстит. Тем или иным образом.

— То есть вопрос уже решён? Тогда к чему была эта беседа? Или вам просто одиноко по ночам, и вы решили скоротать время в моём обществе? Так могли бы просто позвонить, я бы составил компанию. Как минимум встретились бы в более приятной обстановке.

— С умным человеком всегда приятно разговаривать. Даже в таком месте, — в голосе следовательницы не было и намёка на иронию. — Тем не менее это не главная причина. Просто учитывая наши взаимоотношения, мне хотелось, чтобы у вас была возможность выбирать.

Девушка достала из принесённой папки пару листов и подвинула их ко мне.

— Если хотите, можете заполнить бланк, и мы пустим дело в ход. Это, конечно, местному начальству не понравится, но как только я зарегистрирую и отошлю документы, они уже ничего сделать не смогут.

Угу, так я и поверил. Понятно же, что всё это, не более чем красивый жест. Учитывая сказанное ранее, маховик теневого правосудия уже завертелся, и не мне мешать его работе. Впрочем, в данном случае идти наперекор я не видел смысла.

Ну действительно, что я с этого поимею? Удовольствие полюбоваться на помятую рожу этого Бахти? А смысл? Что я, мужиков не видел?

Или очередную порцию визитов в участок, где подают отвратительный кофе? Так кофе от этого лучше не станет. А протирать штаны на неудобном стуле мне в скором времени предстоит в суде. Процесс по Октопусу пройдёт уже на следующей неделе.

Так, может, беседы с госпожой следовательницей Бекеревой? Не, ну этот вариант в плюсы отнести можно. Однако это единственный приятный момент количество минусов явно не перевешивает.

— Пожалуй, нет у меня желания ночью бумажки заполнять, — наклонившись вперёд, я подвинул бланки поближе к Бекеревой. — Единственная просьба… Хотя нет, всё же две… Во-первых, коль я всё же оказываю содействие следованию, можно будет держать меня в курсе происходящего? Нет, само собой, никаких подробностей. Просто дружеские звонки с фразой «всё хорошо», если всё действительно хорошо.

— Зачем вам это? — убирая бумаги обратно в папку, поинтересовалась девушка.

— Просто сплю я плохо, когда дела незавершёнными остаются, — пожал я плечами. — А вот вы мне позвоните, скажите, что всё хорошо, и сон у меня сразу же наладится.

— Что же… Спокойный сон граждан Империи — наш прямой долг, — несколько высокопарно заявила Бекерева, а потом, уже более нормальным голосом добавила: — Позвоню. Обязательно. И вы упоминали вторую просьбу?

— Не могли бы вы меня на служебной машине домой отправить? — спросил я, сделав максимально жалостливое лицо.

— Я могу вас сама отвезти…

— Не, не, не стоит хлопот, — покачал я головой. — Просто, знаете ли, с детства мечтал на машине с мигалками прокатиться.

— Да? Ну ладно, сейчас вызову, — Бекерева, сделав вид, что поверила мне, поднялась из-за стола и вышла из кабинета, оставив меня одного.

Ну и отлично, ну и хорошо. Приятно, когда умные люди лишних вопросов не задают. А мне не хотелось рассказывать по поводу Петрова и опасений на его счёт. Судя по имеющейся информации, мужик был уже на взводе и в любой момент мог слететь с катушек.

А так я прикачу на полицейской машине, да ещё и ночью. И после такого граф окончательно решит, что я уже вне зоны досягаемости для него. Всё же не каждого по ночам полиция до дома подвозит. Если бы не нелепая гибель Алексея, даже можно было сказать, что от случившегося я оказался в плюсе.

— Дежурка ждёт у входа, — через пару минут приоткрыв дверь кабинета, произнесла Алаайа.

— Отлично, — поднявшись со стула, я накинул помятый пиджак, который пах отнюдь не фиалками, и посмотрел на девушку. — Вы тоже с нами? Если да, то могу предложить вам нормальным кофе и даже передать пару пачек сюда. На случай моих повторных визитов…