Прыжок веры

12. НЛО В ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЁННЫХ НАЦИЙ

На протяжении всех 1970-х годов число наблюдений НЛО росло с каждым годом.

Поступали бесчисленные сообщения о визуальных наблюдениях и радиолокационных засечках НЛО вблизи военных объектов США. Осенью 1975 года высокозащищённые базы вдоль американо-канадской границы подверглись многочисленным вторжениям; по их итогам главнокомандующий Командования воздушно-космической обороны Северной Америки (НОРАД) выпустил доклад, в котором была упущена одна важная деталь: многие НЛО наблюдались над районами хранения и развёртывания ядерного оружия и вблизи них.

Из рассекреченного сообщения Стратегического авиационного командования об НЛО: «Ряд недавних наблюдений неопознанных объектов над приоритетными закрытыми зонами в ночное время вынудил нас задействовать режим безопасности Option 3 на наших северных базах. Наблюдения зафиксированы на авиабазе Лоринг, авиабазе Уртсмит и, в последнее время, на авиабазе Мальмстром. Все попытки идентифицировать эти летательные аппараты результата не дали».

Среди наблюдений 1975 года:

• 28 октября, авиабаза Лоринг, штат Мэн. Неизвестный аппарат с белым мигающим огнём и янтарно-оранжевым светом. Красно-оранжевый объект длиной около четырёх автомобилей. Двигался рывками, останавливался и зависал на месте. Казалось, все цвета в нём сливались воедино. Объект был материальным.

• 30 октября, авиабаза Уртсмит, штат Мичиган. Один огонь, направленный вниз, и два красных огня у задней части. Зависал и двигался вверх-вниз хаотично. Экипаж заправщика KC–135 установил визуальный и радарный контакт с НЛО. «Каждый раз, когда мы пытались приблизиться к объекту, он уходил от нас. В конце концов мы развернулись в его сторону, и он по-настоящему рванул… улетел от нас со скоростью примерно тысяча двести миль в час».

• 7 ноября, авиабаза Мальмстром, штат Монтана. Дежурная группа охраны описала ярко светящийся оранжевый диск размером с футбольное поле, осветивший шахту межконтинентальной баллистической ракеты «Минитмен». Когда к нему приблизились перехватчики F–106, НЛО рванул вертикально вверх — радары НОРАД сопровождали его до высоты двести тысяч футов.

• 8 ноября, авиабаза Мальмстром, штат Монтана. Радар фиксировал до семи объектов на высоте от 9 500 до 15 000 футов. Наземные наблюдатели видели огни и слышали звук реактивных двигателей, однако радар показывал, что объекты летят всего лишь со скоростью десять миль в час.

• 10 ноября, авиабаза Майнот, штат Северная Дакота. Яркий бесшумный объект размером с автомобиль прошёл над базой на высоте две тысячи футов.

НЛО видели даже президенты США.

Джимми Картер составил официальный рапорт ещё в бытность губернатором Джорджии, описав свою встречу с НЛО. Выходя из клуба «Лайонс» в Лири, штат Джорджия, он заметил на небе странный объект. В тот январский вечер 1969 года над юго-западной частью небосвода промчался красно-зелёный «светящийся шар» и через несколько минут исчез. Картер рассказывал эту историю снова и снова, став первым крупным политиком, рискнувшим прослыть «помешанным на НЛО». Несколько лет спустя на конференции губернаторов южных штатов он заявил: «Я больше не смеюсь над людьми, которые говорят, что видели НЛО. Я сам видел один».

Рональд Рейган тоже столкнулся с НЛО — об этом мне рассказал хороший друг, Билл Пейнтер, бывший пилот ВВС с налётом около 45 000 часов на всём — от истребителей до бомбардировщиков. Пейнтер обслуживал самолёт, который штат арендовал для Рейгана в его губернаторский период, и летал на нём в качестве командира экипажа.

Однажды вечером по дороге в Лос-Анджелес НЛО пристроился рядом с самолётом и завис у его крыла. Губернатор Рейган и остальные пассажиры смотрели в иллюминаторы на объект, пока Пейнтер выполнял осторожные манёвры, пытаясь уйти от тарелкообразного аппарата, опасно близко подобравшегося к борту с первым лицом штата. НЛО маневрировал вместе с ними несколько минут, прежде чем стремительно исчез из виду.

На исходе второго президентского срока Рейган публично задался вопросом: что произойдёт, если Земля подвергнется вторжению «силы из открытого космоса, с другой планеты», — предположив, что подобная инопланетная угроза «объединит народы мира ради общей обороны». Вспоминал ли Рейган тот НЛО у своего крыла?

Сенатор США Барри Голдуотер, многолетний пилот и генерал резерва ВВС, сам однажды столкнулся с НЛО над аризонской пустыней. В бытность губернатором он летал на F–86 — одноместном истребителе — по государственным и личным делам; как губернатор он был подотчётен только себе в вопросах использования самолётов Национальной гвардии. В период космической программы мы с Голдуотером несколько раз встречались в неформальной обстановке. На одной из таких встреч он поведал мне о своей встрече с НЛО.

«Я гонялся за ним по всей пустыне и никак не мог приблизиться», — сказал он. «Чертовски странная штука. Сделала из меня верующего».

Голдуотер описал НЛО, с которым играл в догонялки в тот день, как «блестящую тарелку». По его словам, аппарат мог развивать скорость куда большую, чем его F–86, и был способен остановиться на месте мгновенно и выполнять развороты, словно бросая вызов силе тяжести.

Я рассказал сенатору о своих встречах с НЛО.

Мы сошлись во мнении, что трудно поверить, будто Земля — единственная планета во Вселенной, населённая разумными существами.

По мере роста числа наблюдений НЛО я начал задумываться: какая авторитетная международная организация могла бы провести серьёзное научное расследование, раз уж собственное правительство не желало браться за серьёзное изучение НЛО и делиться результатами с общественностью?

Ответ, на который многие из нас возлагали надежды, — Организация Объединённых Наций. Казалось, это подходящее место — нейтральная территория, если угодно, — для сбора и систематизации сообщений о наблюдениях НЛО со всего мира.

В 1978 году ООН согласилась провести слушания по этой теме, и меня пригласили выступить с рассказом о собственных встречах с НЛО в Европе, о которых я рассказывал многим людям на протяжении многих лет. Среди других свидетелей были некоторые из наиболее уважаемых исследователей НЛО в мире, в том числе доктор Дж. Аллен Хайнек — известный астроном, служивший научным консультантом в рамках проекта ВВС «Синяя книга».

Мне предстояло публично, очень публично, заявить о своей убеждённости в существовании НЛО — и я был к этому готов. Я знал, что правительство хранит немало тайн, связанных с НЛО. По-моему, давно пора было поднять завесу.

За годы работы в авиации и космонавтике я неплохо представлял себе, какие летательные аппараты существуют на нашей планете и на что они способны. Я был убеждён, что по меньшей мере часть НЛО — те, которые не поддаются никакому объяснению, — могут прилетать из другой технологически развитой цивилизации, и не боялся говорить об этом открыто.

Перед выступлением я познакомился с доктором Хайнеком, заведующим кафедрой астрономии Северо-Западного университета. Было очевидно, насколько глубоко он убеждён в необходимости серьёзного научного изучения НЛО. Бывший консультант ВВС теперь открыто критиковал проект «Синяя книга», называя его «псевдоисследованием», а статистику ВВС по НЛО — «издевательством».

По словам Хайнека, ВВС никогда не выделяли на изучение НЛО достаточно денег, людей и внимания, чтобы докопаться до сути самых загадочных случаев. Военным руководителем «Синей книги» никогда не был никто выше капитана, указывал Хайнек, а для обработки тысяч поступавших ежегодно сообщений в штате было не более горстки сотрудников.

«Мне не давали самому просматривать дела и читать донесения», — объяснял Хайнек. «Мне давали те отчёты, которые хотели, чтобы я изучил. И, разумеется, они не были обязаны соглашаться с моими выводами».

Я разделял оценку Хайнека в отношении «Синей книги» и соглашался с тем, что ВВС использовали её скорее для успокоения общественности, чем для чего-либо иного. Я зашёл бы ещё дальше и назвал это прикрытием и замазыванием. Как ни назови «Синюю книгу», но, продолжая отрицать существование НЛО и в конечном счёте свернув собственное расследование, ВВС так и не предложили ни одного убедительного объяснения наблюдениям объектов, летавших в нашем воздушном пространстве с характеристиками, исключавшими их принадлежность к военной технике — нашей или любой другой страны мира.

Я не разделял позиции тех, кто считал нужным потратить большие усилия на систематизацию всех старых наблюдений. По-моему, куда больше можно было узнать, внимательнее изучая новые наблюдения НЛО и выстраивая скоординированный и беспристрастный анализ на будущее. Оптимальным подходом, как мне казалось, могло бы стать создание чего-то вроде группы быстрого реагирования, которая выезжала бы в район достоверного и убедительного наблюдения и собирала информацию и доказательства по горячим следам.

Задачей Хайнека на службе у ВВС было изучать сообщения об НЛО и определять, не описывали ли свидетели известные астрономические объекты. Не приняли ли кто-то за НЛО планету Венера или метеор? Постепенно он стал замечать, что многие сообщения исходили вовсе не от «чокнутых и психов», как он поначалу сам подозревал, приступая к работе в проекте «Синяя книга», а от заслуживающих доверия военных и гражданских очевидцев.

Хайнек годами добивался того, чтобы ООН занялась феноменом НЛО: ещё в 1960-х он обращался к тогдашнему Генеральному секретарю У Тану с просьбой о публичных слушаниях. Однако протокол ООН требовал, чтобы государство-член сначала вынесло тот или иной вопрос на рассмотрение Генеральной Ассамблеи, — только после этого по нему могли быть предприняты какие-либо действия.

На это ушло десять лет и ещё сотни наблюдений НЛО.

«Я рад приглашению миссии Гренады выступить от имени многих своих коллег-учёных по теме неопознанных летающих объектов», — сказал Хайнек перед специальной комиссией под председательством Генерального секретаря ООН Курта Вальдхайма. «Одна из самых маленьких стран на Земле, Гренада мужественно вынесла запутанный вопрос об НЛО на рассмотрение Генеральной Ассамблеи… и решилась туда, куда более могущественные государства боялись ступить».

«Сегодня существует всемирный феномен», — продолжал Хайнек, — «масштабы и охват которого не осознаются в полной мере. Это явление настолько странное и чуждое привычному нам способу мышления, что его нередко встречают насмешками и издевательствами люди и организации, незнакомые с фактами. Тем не менее феномен не исчезает; он не ушёл в прошлое, как многие из нас ожидали, когда годы назад считали его мимолётным увлечением или причудой. Напротив, он затрагивает всё больше людей по всему миру».

«Я говорю о феномене НЛО, который здесь я хотел бы определить просто как любое наблюдение в воздухе или на поверхности, либо инструментальную фиксацию — радаром или фотографией, — которые остаются необъяснёнными общепринятыми методами даже после компетентного изучения квалифицированными специалистами».

Хайнек подчеркнул, что сообщения об НЛО поступают «в значительном числе от высокоответственных лиц… астронавтов, специалистов по радарам, военных и гражданских пилотов, многих из которых — официальных лиц государств и учёных, в том числе астрономов».

Он пояснил, что к тому времени в реестре числилось более 1 300 случаев с «физическими следами» — «пожалуй, самые твёрдые данные, которыми мы пока располагаем, так называемые контакты второго рода, при которых остаются физические свидетельства непосредственного присутствия НЛО». Он объяснил, что речь идёт о немедленных физических воздействиях на живые и неживые объекты: «Надёжно задокументированы физиологические эффекты у людей, животных и растений, а также помехи в работе электрических систем в непосредственной близости от места события и следы нарушения почвенного покрова там же».

Хайнек сказал, что в научном мире он не одинок в убеждении, что феномен НЛО, «каким бы ни оказалось его происхождение, вполне достоин изучения». Он сослался на растущее сообщество учёных из многих стран, публично или в частном порядке заявивших о своём интересе к этой теме.

Хайнек обозначил необходимость в чём-то вроде Всемирной организации здравоохранения или Всемирной метеорологической организации, через которую исследователи НЛО могли бы объединять и обменивать результаты своей работы. Он призвал ООН создать механизм, позволяющий учёным и другим специалистам сотрудничать и обмениваться идеями и результатами расследований с коллегами по всему миру.

«Моё твёрдое убеждение как учёного, посвятившего многие годы его изучению, состоит в том, что феномен НЛО реален и не является порождением нездоровых умов, и что он имеет серьёзные и важные последствия для науки, а также для политического и социального благополучия народов нашей Земли», — заявил Хайнек.

Он оторвался от своих записей и признал, что в своё время не считал НЛО достойными серьёзного научного изучения. Он рассказал, что приступил к работе научным консультантом ВВС США как «открытый скептик», твёрдо убеждённый в том, что «мы имеем дело с психическим расстройством и общественной помехой. Лишь под давлением упрямых фактов и данных мне пришлось изменить свою точку зрения».

С нарастающим воодушевлением в голосе он продолжил: «История науки богата неожиданными открытиями, ставшими следствием изучения неизвестного. Кто может сказать, какую пользу принесло бы изучение НЛО? Оно вполне могло бы привести к решению многих насущных проблем, стоящих перед человечеством».

Показания Хайнека произвели на меня впечатление — тем более что прозвучали они из уст столь авторитетного представителя науки.

Затем пришла моя очередь. Сев за длинный стол перед микрофоном, я начал с изложения сути своих убеждений относительно НЛО: «Я убеждён, что внеземные аппараты и их экипажи посещают нашу планету с других планет, которые, очевидно, несколько опережают нас в техническом отношении».

Я подчеркнул необходимость приоритетной скоординированной программы для научного сбора и анализа данных со всего земного шара, касающихся любых видов контактов, а также для определения наилучших способов взаимодействия с этими гостями по-дружески.

«Возможно, нам сначала придётся доказать, что мы научились решать свои проблемы мирными средствами, а не войной, прежде чем нас примут как полноправных членов вселенского сообщества. Такое признание открыло бы огромные возможности для развития нашего мира во всех областях. Коль скоро это так, ООН, по всей видимости, кровно заинтересована в надлежащем и оперативном рассмотрении этого вопроса».

Я подчеркнул, что не являюсь опытным профессиональным исследователем НЛО, в отличие от некоторых других свидетелей.

«И мне ещё не выпала честь пилотировать НЛО или встретить его экипаж, но я считаю себя в какой-то мере компетентным для разговора о них — ведь я бывал на краю тех необъятных просторов, по которым они путешествуют.

«Большинство астронавтов весьма неохотно обсуждают НЛО даже в принципе — из-за огромного числа людей, которые бесцеремонно торгуют поддельными историями и подделанными документами, используя их имена и репутацию без малейшего зазрения совести. Те немногие астронавты, кто продолжает участвовать в изучении НЛО, вынуждены делать это с большой осторожностью. Я всегда был честен в своих взглядах на этот предмет. Каждый из нас сам решает, во что верить. Среди нас есть несколько человек, верящих в НЛО и имевших случай видеть НЛО на земле или с борта самолёта».

Описав свои встречи с НЛО в небе над Европой, я предположил, что если ООН согласится заниматься этим проектом и придаст ему свой авторитет, многие другие квалифицированные специалисты, возможно, согласятся выступить вперёд и поделиться информацией и помощью.

Когда я закончил, один из членов комиссии задал мне вопрос, который я слышал уже сотни раз: видел ли кто-нибудь из американских астронавтов НЛО из космоса? Я рассказал о единственном случае («Джемини-4»), который мог оказаться наблюдением НЛО.

Выступили ещё несколько экспертов, однако слушания завершились без каких-либо рекомендаций со стороны комиссии. К сожалению, ООН так и не предприняла никаких мер в отношении НЛО.

Возможно, это было связано скорее с приоритетами и текущей мировой политикой, чем с чем-либо иным, — поскольку существовал ряд более «земных» проблем, требовавших немедленного внимания. Вероятно, члены ООН считали, что у них нет ни денежных ресурсов, ни политического мандата для изучения глобального феномена НЛО.

Каковы бы ни были причины, НЛО до сих пор не изучены так, как так красноречиво призывал доктор Хайнек: в международном масштабе, с обменом информацией между учёными и исследователями всего мира. Это была его мечта — которую доктор Хайнек не дожил увидеть воплощённой.

Двадцать лет спустя, 29 июня 1998 года, в Washington Post появилась такая статья:

ЗАГАДКИ НЛО ЗАСЛУЖИВАЮТ НАУЧНОГО ИЗУЧЕНИЯ, ЗАЯВЛЯЕТ КОМИССИЯ

Некоторые предполагаемые наблюдения НЛО сопровождались необъяснёнными физическими свидетельствами, заслуживающими серьёзного научного изучения, — к такому выводу пришла международная комиссия учёных.

В ходе первой независимой научной проверки этой спорной темы почти за 30 лет, проведённой под руководством физика Питера Стёрока из Стэнфордского университета, комиссия выделила случаи, содержавшие интригующие и необъяснимые подробности: ожоги у очевидцев, радиолокационные засечки загадочных объектов, странные огни, регулярно появляющиеся в небе над определёнными местами, сбои в работе автомобилей. …

И мне остаётся лишь задаться вопросом: чего же ещё не хватает?

Нужно ли, чтобы НЛО приземлился на Суперкубке, чтобы привлечь к себе безраздельное внимание мира?