Пташки

Глава 28

Первые вопросы оказались ностальгическими.

Мы мучили друг друга совместными воспоминаниями из детства. Оказывается, оба помнили некоторые события до мелочей, правда, интерпретировали их по-разному.

- Так и когда ты влюбилась в Андрея Абрамова? – внезапно спросил Сашка, поднося бутылку к губам – он сделал глоток, мышцы его горла сжались.

Влюбилась в Абрамова! Во дает…

Не забыл же враки пубертатной малолетки.

Только теперь не солидно как-то было признаваться, что все это я говорила исключительно Воронову назло. Чтобы, не дай бог, не подумал, что я испытываю к нему какие-то чувства.

Тогда мне казалось, это подобно Армагеддону – подчистую уничтожит все, что нас когда-либо связывало. Испортит. Усложнит в миллионы раз. Я не только дружбы нашей лишусь, я лишусь Сашки.

- Действие, – тихо ответила я.

Он прохладно улыбнулся.

- Совсем же простенький вопрос. Что в нем было такого? Почему Абрамов? – Воронов презрительно скривился, как будто речь шла о каком-нибудь бомже или наркомане, а не о единственном наследнике семьи миллиардера.

- Действие, – уже настойчивее повторила я, не желая портить этот вечер очередным враньем.

От воспоминаний о тех наших посиделках почему-то стало немного больно.

- Тогда расскажи мне страшилку! Как в старые добрые… – Александр усмехнулся – за этой просьбой крылось что-то более глубокое и личное, но я не могла уловить, что именно, тихонько начав говорить.

Эту «страшилку», которая относится к современным легендам, часто рассказывают туристам в Горном Алтае, чтобы пощекотать им нервы.

- Однажды два парня влюбились в девушку. Но ответить взаимностью она никому не могла. Тогда все втроем отправились в поход, чтобы проверить свои чувства. Во время похода случился горный обвал, и девушка застряла в расщелине. Она умоляла о помощи, – я сделала паузу, сталкиваясь с внимательным взглядом Сашки.

- И что они?

В его темных глазах отражались языки пламени, волосы колыхались от ветра. Я сделала глубокий вдох – воздух был пропитан запахом смолы и древесного дыма.

- Парни подумали, что не хотят разрушать дружбу и оставили девушку погибать в одиночестве. Теперь несчастная бродит по горам, выискивает молодых людей, чтобы им отомстить. По легенде, встречают даму в белой одежде на Чуйском тракте – она просит туристов ее подвезти, а потом они бесследно исчезают.

Кроме того, алтайские шаманы говорят, что белоснежная красавица показывается людям перед страшными катастрофами. Например, призрак заметили в 2003 году, после чего произошло разрушительное землетрясение.

Я закрыла глаза на несколько секунд, чтобы перевести дыхание и немного привести ум в порядок.

- Теперь моя очередь, – на автопилоте забирая у Воронова бутылку с ромом и делая щедрый глоток.

- Почему после того моего дня рождения ты так скоропалительно принял решение учиться за границей? – ощущая, как сердце ускорило свой бег.

Пальцы Сашки безотчетно коснулись кисти моей правой руки.

- Поссорился с родителями. Ты же в курсе, – произнес он как-то взвинчено.

- Из-за того, что избил Мишку?

- Все в целом.

- Может, расскажешь?

- А нечего уже рассказывать, Поль. Тогда, четыре года назад, мне казалось, что мир несправедлив и все против… – он сделал странную паузу, – против меня. Даже мать с отцом. Зато теперь я понимаю, остался бы в Москве, – краткий вздох, – может, так бы и болтался, – вновь прикладываясь к рому. – Учиться не хотел, хотел… Короче я изводил всех просьбами взять меня в семейный бизнес, – и снова продолжительное молчание. – Теперь же батя, наконец, дает мне в руки бразды правления. Это мой шанс проявить себя.

- Что это значит, Саш? – почувствовала, как сердце ошиблось.

- Отец хочет попробовать меня на место управляющего одного из отелей.

- В Лозанне? – внутри разлилась затапливающая тяжесть.

- Да. Там. В этом году планирую не только учиться, но и работать.

- А потом? – напряженно глядя ему в глаза.

- Вообще рассчитывал вернуться в Москву, – он прикусил нижнюю губу, судя по всему, не решаясь озвучить до конца какую-то свою правду.

- Тогда задавай свой вопрос… – с рассеянной усмешкой.

- Ты целовалась с Завьяловым? – Воронов едва заметно прищурился, пока я с удивлением смотрела в его глаза, в которых сгущались предгрозовые тучи.

Сперва, хотелось заартачиться и выбрать «действие», только внезапно меня будто перемкнуло.

- Нет. У нас с Женей ничего не было. Пока, – фальшиво бодро улыбаясь.

- Совсем ничего? – с недоверием.

- Совсем-совсем, – передразнила его я, чуть дрогнувшими пальцами принимая из его рук порядком опустевшую бутылку.

Надо сказать, к этому моменту холода я вообще уже не чувствовала. Наоборот, жар от костра и крепкий алкоголь, разлившийся по венам, подстегнули меня снять ветровку.

- Ты занимался сексом с Агатой на Алтае? – с садистским удовольствием глядя в его моментально мрачнеющие глаза.

Небольшая заминка. Дерганное движение Сашкиных плеч.

Не знаю, на что я рассчитывала, но все это вызвало обиду и горечь. Я прямо-таки пожалела о том нашем несостоявшемся поцелуе с Завьяловым.

- Мы с Агатой, походу, все. Полагаю, следующий наш разговор поставит окончательную точку. Жаль, не удалось пообщаться до этой поездки… – не отрывая от меня пристального взгляда, он недовольно повел уголками губ.

- Я не спрашивала: все вы или не все? Здесь, в поездке, вы с ней трахались?

О, это уже говорил во мне, нет, орал выпитый алкоголь.

- Действие! – криво ухмыляясь, выплюнул Сашка.

- Тогда искупайся в водопаде.

- Что?

- Прямо сейчас, Воронов! Искупайся в том долбанном водопаде… Приказываю тебе! – глумливо хмыкнув.

Он как-то гортанно заразительно хохотнул. Видно было, что, и его величество, Александра Кирилловича, уже порядком развезло на свежем воздухе.

- Идет. Шмотки мои подержишь?

- О, еще спрашиваешь?

Дерзко улыбаясь, я абсолютно бесстрашно двинулась за Сашкой в гущу пролеска. В какой-то момент мы подошли к берегу озера. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть водопад.

Лунный свет заставлял капли переливаться серебром, когда бурный поток круто срывался вниз к озеру.

- Какая красота… – я едва могла перевести взгляд от прекрасного вида, не сразу заметив, что Воронов с армейской сноровкой избавляется от одежды.

- Если не хочешь, ты не обязан… – внезапно представив, насколько же вода ледяная.

- Ну, ты же мне приказала, – короткий кивок в сторону водопада, и парень потянулся к своим трусам, предварительно швырнув мне в руки остальную одежду.

- А если я еще что-нибудь прикажу? – возвращая ему усмешку.

- Приму правила, раз тебе нравится эта игра…

Игра…

Оборачиваясь, Воронов избавился от кроссовок с носками. Стянув боксеры, сверкнув идеальной задницей, он прыгнул в воду.

- Саш, ну, как? – выкрикнула я, наблюдая, как он бодро плывет к середине небольшого водоема, однако шум воды заглушил мой голос.

Вскоре Воронов вновь приблизился к берегу.

- Водичка, что надо! – резюмировал он, явно наслаждаясь происходящим, и не собираясь выплывать.

- Правда? – нерешительно.

- Слабо проверить? – улыбаясь глазами.

- А вот и нет! – на этот раз слишком быстро подчиняясь его правилам.

Тем более, за весь этот день я десятки раз успела взмокнуть, мечтая освежиться в чистейшей водичке.

- Не подглядывай! – стремительно, чтобы не дать себе возможности передумать, я избавилась от одежды, складывая ее, вместе с Сашкиной, на большом пологом камне, и, воспользовавшись тем, что Воронов уплыл к самому водопаду, с разбега сиганула в озеро.

Вода окутала мое тело. Все звуки стихли. Я будто оказалась в непроницаемом коконе, инстинктивно сделав несколько энергичных движений.

Но… вода ощущалась не просто ледяной - будто я оказалась в морозильнике.

Плывя наверх, я старалась отделаться от нехороших мыслей, очень стремительно трезвея и…начиная паниковать.

Когда же я, наконец, вынырнула, будто из ниоткуда позади меня появился Воронов, крепко обнимая за талию.

- Почему так долго? – разворачивая меня к себе лицом, так, что я инстинктивно вцепилась ему в плечи.

- Саш… Мне страшно…

Теперь он держал меня еще крепче, я ощутила все его обнаженное тело своим. Саша смотрел на меня темными глазами. С его волос, с его кожи стекала вода. Я не поняла как, но мои ладони спустились к его груди, его – к моим бедрам.

Каждая мышца в моем теле, невыносимо покалывая, воспламенялась. Соски затвердели под спортивным бюстгальтером, несмотря на царивший вокруг холод, в животе зародился неконтролируемый жар, распространяясь вокруг, стекаясь к бедрам.

Сглотнув, отметила, что взгляд Александра завис на моей отяжелевшей груди.

Дыхание парня ускорилось, когда он понял, что я его поймала.

- Надо… надо выплывать… – прохрипела, стуча зубами.

- Не мешало бы, – крепче сжимая мое дрожащее тело руками.

- Саш… надо…

Только благодаря сильной хватке Воронова, я довольно быстро оказалась на берегу, стремительно натягивая на продрогшее тело кроссовки, куртку и штаны, после чего мы понеслись к костру.

- Пошли сразу в палатку – там гораздо теплее!

Сашка буквально силком запихал меня внутрь, возвращаясь на улицу, правда, вскоре вернулся со своим рюкзаком и той самой бутылкой рома, наглухо закрывая «вход».

Задыхаясь, я повалилась на мягкий коврик, делая несколько жадных глотков алкоголя, однако, согреться никак не получалось, меня буквально колотило от озноба.

- Слабоумие – мое второе имя! – с трудом выговаривая слова. – Если бы не ты, я бы вряд ли доплыла назад… – осознавая, что сама же и заварила эту кашу с ночным купанием.

Дура безмозглая – ведь мы оба могли остаться на дне этого ледяного озера.

Воронов лег рядом, рывком притягивая меня к себе, и это возымело гораздо больший эффект, чем любые слова. На краткий миг он крепко меня обнял.

- Нужно избавиться от мокрой одежды, Поль, – произнес он безапелляционно, расстегивая мою куртку. – Иначе не согреешься.

- Да… да… – пытаясь стянуть ледяной топ одеревеневшими пальцами, но они ни черта не слушались.

- Повернись, я тебе помогу, – перекидывая мои волосы на другую сторону.

Вздрогнув, я ощутила медленное движение длинных пальцев по коже.

Избавляя меня от мокрой тряпки, сковавшей грудь, Саша едва коснулся моих затвердевших сосков, и по коже будто пронесся электрический разряд. Я почувствовала томление глубоко внутри, которого никогда прежде не испытывала.

Я крепко себя обняла, внезапно осознав, что в палатке, в самом деле, гораздо теплее, чем на улице.

- Это еще не все, – странно ломающимся голосом напомнил он, демонстративно отодвигаясь и отворачивая голову.

Мне довольно быстро удалось справиться с мокрыми трусами, натягивая прямо на голое тело длинную хлопковую футболку, и закутывая ноги в куртку.

Какое-то время мы, не произнося ни слова, поочередно передавали друг другу бутылку, уничтожая ее глоток за глотком.

- У меня глюки, или здесь становится жарко? – толкая его пяткой в бок.

- Да, надышали, – стягивая футболку, Сашка посмотрел на меня странным взглядом. – Палатка сделана из какого-то специального, сохраняющего тепло волокна. Не помнишь, что ли? Твоему бате чуть ли не из Силиконовой долины ее прислали… – Воронов непроизвольно поморщился. – Он же много раз хвастал.

- Почему тебе так не нравится мой отец? Он ведь всегда относился к тебе, как к родному…

- Ой, еще скажи, дядя Паша всю жизнь в тайне мечтал меня усыновить, – так мило раздражаясь. – Поль, нам завтра рано вставать. Давай уже спать от греха подальше. Я ведь за тебя головой отвечаю…

А вот я за себя уже не отвечала. Увы.

Я рассмеялась, выдерживая его напряженный взгляд. Дыхание учащено. Глаза неестественно черные. С поволокой желания. Неужели он…?

- Мы еще не закончили играть, – с деланной обидой поджимая губу.

- Последний вопрос и спать, – уже даже не скрывая, что находится на взводе.

- Ты делал когда-нибудь это девушке языком?

Я вдруг вспомнила, как в подростковом возрасте он много раз говорил, что пацаны такое не делают. Воронов утверждал, что никогда не будет доставлять своей девушке удовольствие подобным образом.

Я же, прочитав на женском форуме, что девочкам это очень нравится, пыталась переубедить Сашку.

Однажды мы целый вечер об этом спорили: Воронов даже в шутку сказал, что, если я не перестану его донимать, он посадит меня себе на лицо и заставит замолчать этим самым способом…

Секунды тянулись возмутительно медленно, пока Саша молчал, явно очень активно напрягая свои извилины. Я опустила взгляд, улавливая что-то опасно клубившееся в разряженном воздухе.

- Поль, подойти ко мне, – прищурившись, Воронов тяжело выдохнул сквозь стиснутые зубы.

Я вопросительно приподняла бровь.

- Полина, я жду.

Медленно поднявшись, я на неверных ногах преодолела эти несчастные пару шагов.

- Так что… – застыв перед ним, неуверенно пробормотала я.

Внезапно он подался вперед, притягивая меня, так что мои бедра оказались на уровне его лица.

- Действие, – произнес Саша надломленным голосом, самовольно скользя горячими ладонями по моим обнаженным ногам, прекрасно зная, что на мне нет белья.