Разборки в Зеленограде (СИ)

Глава 19

— Бабуля, я летала на грифоне! — сверкая сильно побитым лицом, вещала Мидори.

— Так, похоже, тебя приложили сильнее, чем я думала — озабоченно произнесла Хикари, снова прикладывая ладони к голове внучки.

— Вообще-то летала, Хикари — сан — будничным голосом сказал Крест. После этой фразы на меня удивлённо уставились одиннадцать пар глаз кицуне.

— У тебя есть ручной грифон? — с придыханием спросила Мияки.

— Даже два, черный и белый — снова влезла Мидори, вызвав восхищённый толи вздох толи стон среди белых лисиц.

— Они не ручные питомцы, это мои друзья — пробурчал я, пытаясь съехать с темы. Не получилось

Три дня назад, Эринор.

— Ферзь, чего мы ждём? — допытывался Крест у своего начальника — всё, что можно уже выяснили, даже расположение помещения, где держат лису.

— Мы ждём того, кто сведёт риск смерти хвостатой почти к нулю — терпеливо вещал командир разведчиков, отвечая на этот вопрос уже раз десять.

А вот кто это не знал даже Ферзь, зато ощущал его присутствие по клятве, Тактик он или нет. Внезапно таинственный гость и резерв в одном лице разделился на две очень злых личности. Причём скорость, с которой эта парочка приближалась, была запредельной.

— Приготовиться к штурму — отдал приказ Ферзь, ровно в тот момент, когда по нему скользнули тени. Четыре сотни хмурых мужиков разом задрали голову, через мгновение все дружно давили восхищённую детскую улыбку, только вместо «самолёт» произносили «грифоны».

Тайфун и Зефирка скользили прямо над деревьями, чтобы не привлекать лишнего внимания раньше времени. Почувствовав разумных, связанных клятвой, возле замка, грифоны стали набирать высоту. Поднявшись метров на пятьсот, и сделав кульбит в воздухе, парочка стала падать вниз. За сотню метров до крыши нужного здания Зефирка яростно крикнула, придав своему любимому дополнительное ускорение магией воздуха. Тайфун, выпустив свою силу на волю, с грохотом на весь город пробил своим весом крышу и перекрытия двух этажей. В это время белоснежная грифина, ещё раз мощно крикнув, разнесла по кирпичу дозорную башню, с которой можно было заметить, как несколько часовых со стрелами в сердце или голове падают со стены.

Мидори понимала, что спорола несусветную чушь, когда отказалась от сопровождения сёстрами. Гордыня, её личный грех, от которого молодая лиса страдала множество раз. Похоже, этот будет последний, горько подумала кицуне. Даже четвёртый хвост, что дал ей новые силы, не помог. Ведь из-за него Мидори пришлось вернуться в родные стены. Процесс появления атрибута силы был, мало того, что болезненный, так ещё знатно бил по нервам владельцу. Кицуне просидела больше двух недель в постоянной медитации, чтобы не разнести всё вокруг. Но именно эта сила дала обманчивое ощущение безопасности. О том, что она дура, а про новый хвост знают только члены её семьи, до Мидори дошло, когда лиса очнулась прикованной цепями к стене.

Бойцы Влада отдали за неё свои жизни, не раздумывая ни на миг. Одиннадцать против пятидесяти, шансов нет. Трое гвардейцев в головном дозоре были убиты мгновенно, расстрелянные ушастыми из леса. Дальше была только ярость и отрешённость от осознания концовки этого боя.

В один момент, зажглась надежда, что они смогут уйти, хоть и с потерями. Эльфы понадеялись на внезапность, но первый успех закрепить не вышло, ведь лиса нужна была живой, поэтому стрелять больше ушастые не стали. А в ближней бою были, мягко говоря, сильно удивлены. Основную проблему эльфы видели в Мидори, зная, что та была отлично натаскана на работу с мечом. Гвардейцы тут же продемонстрировали, что их навыков хватит с головой, чтобы резко сократить местное поголовье эльфов.

Пока Мидори отбивалась на фланге, гвардейцы, сомкнув щиты, смогли удержать накат ушастых. Эльфы, не до конца осознав опасность, пёрли на строй, сильно мешая друг другу. За пять минут засадный отряд потерял два десятка бойцов, повергнув остальных в замешательство. Но командир эльфов был опытным ветераном, плюс неслабым магом воздуха.

Откинув гвардейцев подальше, эльфы накинули на кицуне сеть, та продержалась ровно столько, чтобы Мидори с рычанием одним рывком порвала путы, заодно обезглавив двух близко подошедших эльфов. Пока основные силы сосредоточились на кицуне, гвардейцы пробили жиденький заслон, врубившись в основную массу эльфов, собрав кровавую расплату за невнимательность.

Зарешал эльфийский маг, который в следующий раз атаковал Мидори, откинув девушку метров на десять. После чего финал боя был предрешён, эльфы с дистанции выбивали гвардейцев.

Маг практически вбил в землю кицуне воздушными кулаками, лишив её сознания. Ведь даже первые цепи не помогли, которые лиса, пожертвовав мечом, разрубила вместе с руками державших эльфов.

В живых из полусотни осталось двенадцать эльфов, которые собирали останки своих собратьев по округе.

Когда лиса очнулась, она была пристёгнута двумя цепями к стене. Это нисколько не помешало Мидори, используя, пусть и короткий, ход цепей, свернуть шею личному помощнику лорда Димэля.

Разлепив глаза после очередных побоев, Мидори уже не могла пошевелиться, так как была буквально обмотана сталью. Что не мешало охране стабильно раз в день бить лису для профилактики.

Этот вечер был таким же, как и прошлый, эльфы ушли час назад, оставив висеть на стене избитую кицуне. Настал черёд самокопаний и отчаяния, ведь Мидори прекрасно понимала, что её не выпустят. А если решат выпустить, то проще наложить на себя руки, ведь цена должна быть для Влада всем, что у него есть и даже больше.

Внезапный грохот повторился трижды. Прокашлявшись от пыли, Мидори открыла глаза. На неё сверху вниз смотрел огромный чёрный грифон. Втянув воздух, тот удовлетворённо кивнул, после чего начал клювом разрывать цепи, стягивающие тело лисы.

Пока грифон сосредоточился на своём полезном деле, из окна донесся пронзительный крик и очередной грохот, сопровождаемый воплями умирающих эльфов. Ещё через несколько минут в помещение ворвались несколько эльфов, ни лице каждого читалась смесь удивления и страха. Чёрный грифон поднял глаза наверх, затем презрительно посмотрел на эльфов. В следующий миг он расправил крылья, прикрыв Мидори. Ровно в тот момент, когда раздался новый крик за стеной, после чего эта самая стена разлетелась на куски, а вместе с ней та, что вела в коридор.

Для Мидори всё происходящее было похоже на горячечный бред буйно помешанного. Особенно после того, как грифон устроил эльфам кровавую баню, устремившись в атаку на следующую группу стражи. Ещё больше ей захотелось смеяться, когда вслед за чёрным грифоном, в её бывшую келью отчаяния и боли влетела грифина кипельно белого цвета. Осуждающе посмотрев на Мидори, та вырвала из стены последнюю цепь. Затем добила разум тем, что закинула лису себе на загривок и вылетела из башни.

Холодный ветер в лицо привёл мысли кицуне в относительный порядок. А так же отсутствие на теле зачарованной цепи, что блокировала её способности. Мидори почувствовала внизу Ферзя, который вёл своих людей вперёд. Закинув кручья-кошки на стену, бойцы быстро перебрались через стену, после чего устремились вперёд к основным строениям. Пленных никто не брал, поэтому двигались быстро, не отвлекаясь на мольбы о сострадании.

Пока Зефирка закладывала очередной круг над городом, Мидори заприметила отряд ушастых, двигающихся к воротам в замок «папоротников». Прижавшись к грифине, лиса послала ей образ. Зефирка обернулась и хитро посмотрела на лису, и резко свалилась в штопор. Пронзительный крик и башенки по бокам от ворот складываются горой камней, осыпавшись с обеих сторон прохода. Арка, куда были встроены ворота, треснула и просела, напрочь заблокировав возможность открытия.

В это время Тайфун разрывал на части гарнизон «папоротников», пробив себе проход напрямую в казарму, сложив парочку хлипких, для вожака грифонов, разумеется, зданий. Батальону Ферзя лишь оставалось подчищать тех, кому посчастливилось выжить, попав под обрушения.

— Командир, ты должен это видеть — выкрикнул Крест — пока всё не рухнуло.

Быстро пробежав внутренний двор, Ферзь попал в помещения, куда заходили повозки перед отбытием.

— Какая глубина? — спросил у бойца главный разведчик.

— Три этажа вниз — ответили ему.

Быстрым шагом проинспектировав всё подземелье, мрачный Ферзь приказал отходить к стене.

— Это тянет на?.. — спросил Крест

— Полыхать будет весь город, заживо — продолжил Ферзь — я не представляю, как эльфийские лорды смогут выпутаться из этого дерьма.

Разведчики быстро отходили к стене. Тайфун дождался, пока последний из охотников, прикрывавших со стены ударные отряды, оседлает лошадь, после чего взмыл в ночное небо.

Всё хорошее когда-нибудь кончается. Мидори спрыгнула со спины Зефирки с улыбкой на лице, чтобы потерять сознание от постоянных избиений, упав в руки Креста.

Головной дозор ушёл вперёд, через десять минут остальной отряд покинул окрестности не слишком гостеприимного Эринора.

Настоящее

В гостиной снова много народу. Хикари сидит в кресле, прикрыв лицо веером, чтобы никто не видел ехидную улыбку старейшины. Вдоль стены стоят десяток сестёр Мидори, все как на подбор, челюсть на полу, глаза совы рекордсмена. Посреди гостиной стоит Влад, у него за спиной Мирра и Мери.

Перед Владом стоит Мидори, которую совместными усилиями двух целителей привели в надлежащий вид ударными темпами. На кицуне одето самое дорогое кимоно, что искали по всем закромам семьи Ито. Но всё это пыль, не имеющая отношения к главному.

Мидори стоит с виноватым лицом, молча глядя на Влада.

— Прошу простить меня, глава, за мою глупость. Из-за моих безрассудных действий погибли воины рода, что защищали меня. Готова принять любое наказание — лиса глубоко поклонилась.

— Это точно Мидори? — в трансе прошептала Мияки — может по дороге успели подменить. Где она и где извинения от сердца — на этот вопрос в ответ только шикнула Хикари, после чего снова наступила тишина.

Влад сделал шаг вперёд, аккуратно поставив лису в вертикальное положение.

— Будет тебе наказание — медленно произнёс Влад — отныне тебя охранять будут больше чем меня. Болеть, неважно, чем и как, только у меня руках, как максимум в соседней спальне. Это касается вас всех — Морозов чуть повернул голову, взглянув на стоявших за ним девушек.

— Да, глава — Мирра и Мери синхронно поклонились, чем окончательно добили сестёр Ито.

— А можно я тоже здесь останусь? — пискнула самая младшая из кицуне.

— В очередь, мелкое недоразумение — тут же взъярилась Мияки.

Чуть больше трёх дней ранее

Мортис Тенебр понимал, что его теневое правление львиной долей Красного квартала подходит к концу, как и его жизнь. Залётные оказались не простыми конкурентами. С голодной братвой можно договориться, дать всё что захочет. А когда от сытости притупится бдительность, всех пустить в расход. Так уже было не раз.

Сейчас всё было по-другому. За них взялось не сборище криминальных элементов, временно спаянных жаждой наживы. Это были наёмники, хорошо обученные и вооружённые. Среди них было несколько магов, пусть не шибко сильных. Но против его бойцов, привыкших бить крестьян и пару раз в год своих коллег из других кланов Стреклинда, этого было за глаза.

Золото уже не помогало нанять новых бойцов, ведь печальные примеры того, что покойникам некогда тратить деньги, были специально оставлены пришлыми.

Мортис справедливо полагал, что сегодня его не станет. Все, кто остался в его окружении, сейчас оборонялись в здании арены. Людей осталось не больше сотни, помощи ждать было неоткуда, остальные боссы были в таком же положении, возможно, все уже мертвы.

С гулким хлопком разлетается массивная дверь главного вход арены. Сквозь облако пыли обе стороны посылают друг другу подарки в виде стрел и болтов. Вот из пыли материализуются три штурмовых щита, которые без проблем принимают на себя весь потенциальный урон. Наёмники врываются внутрь, начинается резня, местные им точно не ровня.

Мортис всегда таскал с собой яд, чтобы уйти из жизни без боли. Но сковывающий руки страх не дал проглотить пилюлю. Он в ужасе смотрит, как его люди погибают, застыв на месте. Между боссом и ближайшими нападающими осталось всего пятеро из его личной охраны, но долго они не продержатся.

Внезапно раздаётся приказ, наёмники перестраиваются, создавая защитное построение, не обращая внимание на остатки бойцов Тенебра. Может это тот самый шанс, о котором молился местный босс.

Несколько ярких вспышек, лишают почти всех зрения. Мгновение тишины разрывается криками и звоном мечей.

Проморгавшись, Мортис понимает, что ничего не понимает. На арене, засыпанной песком, десяток кицуне, эти белые хвосты ни с чем не перепутаешь, даже если их владельцы в масках, разбил строй щитовиков. После чего вдумчиво и не торопясь, стали резать гостей Стреклинда. Периодически, повинуясь каким-то командам, быстро отходили от центра арены, после чего невидимые стрелки сверху засыпали болтами наёмников.

Что интересно, половина из пришлых всё ещё была жива, но недолго. Кицуне нашли нужного бугая в груде стонущих тел, а затем бесхитростно пустили всех остальных в расход. От этого зрелища Мортис посерел, ноги отказали, и он плюхнулся на ступени, ведущие вниз к арене.

Как раз в это время десятка кицуне соизволила обратить внимание на хозяина арены. Окружив Мортиса и его оставшихся телохранителей полукольцом, лисы замерли. В это время на песок вступил боец, одетый в ненавистные всем клановцам чёрные цвета. Зато с ними можно попробовать договориться, так рассудил Мортис, глядя на приближающегося воина.

— Никаких переговоров, тем более с этим скотом — боец опередил Мортиса на мгновение, в итоге так и остался стоять с открытым ртом — валим всех и уходим, мы нужнее в другом месте.

Старший из кицуне коротко кивнул. Несколько предсмертных криков и в здании, ставшее филиалом кладбища, воцарилась тишина.

У Мияки были смешанные чувства к Владу Морозову. Во-первых, было очевидно, что он не из рода кицуне, хрен с ним, даже не лис. Обычный человек. Вот только обычный человек не может одной рукой душить трёххвостую кицуне со скучающим видом на вытянутой руке.

Все, кто под его рукой, не пытались выразить возмущение, что надо рисковать жизнью ради её сестры. Такое единодушие было удивительным фактом для Мияки, ведь только внутри семьи она видела такую сплочённость. Это второе.

Но больше всех удивила молодую лису старейшина, по совместительству её бабушка.

— Если вернётся меньше чем десяток, никто не будет оплакивать вас — хмуро посматривая на всех, огорошила словами Хикари — насчёт неподчинения это не шутка. Выполнять приказы Морозова беспрекословно, либо оставайтесь здесь со мной.

— Но какие приказы может отдавать глава рода, который не видит обстановку на месте? — задала вопрос самая младшая.

— Он лично поведёт гвардию в Красный квартал, дурёха — рыкнула Хикари — неужели вы думаете, что такой человек будет сидеть на месте, прячась за спинами других? Уверена, сегодня вы увидите ту сторону умений Влада, которую он афиширует только покойникам. А значит, засуньте свою гордость туда, где не светит солнце. И не пытайтесь покрасоваться перед ним, только дело.

Чего ждёт любая девушка кицуне от своего избранника? Силу, отвагу, честь. Если есть богатство, вообще отлично. Но так повелось, что девочек среди белых лисиц рождалось намного больше, а значит бешеная конкуренция даже внутри семьи. А здесь Мидори сама ушла к Владу, любая попытка разузнать, с чего такая привязанность, воспринималась в штыки. Отчасти из-за этого Мидори никого не взяла с собой в охрану, уж больно активно сёстры воспылали желанием поближе познакомиться с Морозовым. Сейчас Мияки своими глазами видела, почему её младшая сестра сделала свой выбор.

Глава был не просто хорош в бою, а слишком хорош для человека из Стреклинда в частности, даже из Анимории в целом.

Первое, что сделал Морозов, выяснил, где будет самое большое сопротивление, после чего возглавил этот отряд. Всего мест, куда планировалось наведаться, было пять, везде в живых нужен был только капитан наёмников. Десятку Мияки глава рода забрал с собой. Остальных кицуне, которые прибыли чуть позже, распределили для усиления в остальные отряды в прямое подчинение командирам гвардии Морозовых. Попытка качать права была всего одна, которую подавил лично Феликс, заведя одного из парней кицуне за угол. Оттуда обладатель двух хвостов вышел с огромным фингалом под глазом, после чего проблем с дисциплиной больше не было.

Как Влад действовал, сёстры Ито смотрели с открытыми ртами. Морозов, бесшумно пройдя по крышам, голыми руками убрал четверых часовых, открыв двери своим гвардейцам. Броском ножа завалил мага иллюзий, что сидел чуть дальше под потолком в секрете. После этого гвардейцы разошлись тройками, убивая всех спящих без жалости. Только в большом зале, где находилась большая группа, поднялся шум.

Мияки вяло отмахивалась от очередного наёмника, больше уделяя внимание Морозову. Предпочитая работать железом на короткой дистанции, Влад достал два ножа, снова демонстрируя профессиональную сноровку. В итоге кицуне отошла к стене, просто наблюдая, как один за другим наёмники уходят за грань. Никаких эмоций вообще, просто счёт покойников. О таком воине рядом с собой Мияки мечтала с детства, всё как в книжках. Оглянувшись, она поняла, остальных сестёр обуревают те же чувства, в виде ревности и зависти.

Это битва будет легендарной, даже за место наложницы, поняла Мияки. Сразу после окончания кровавого боя кицуне приводит себя в порядок, так только умеют девочки, и, распушив хвосты, медленно стала двигаться в сторону Морозова.