Разборки в Зеленограде (СИ)

Глава 4

Незнакомец улыбнулся, повернувшись в пол оборота, кивнул своим людям. Те молча положили оружие на стол и сели на ближайшие стулья. После чего удивил меня даже больше, чем сама попытка наезда. Ведь говорил он, пусть и с акцентом, но на русском языке.

— На чём я прокололся, лейтенант? — он тоже сел за ближайший стол, убрал кинжал за пояс. После чего убил окружающих своим похеризмом, вежливо попросив у официантки принести ему пива.

— Я, знаешь ли, уверен на сто процентов, что парашютно-десантных полков здесь нет и появятся они ой как не скоро. Поэтому твоя татуировка на руке «военная разведка», причём по-русски, вместе с силуэтом купола парашюта и летучей мыши, меня слегка напрягла — сел напротив него, дав указание, чтоб убрали оружие.

— Вот так всегда, прокалываются на мелочах — усмехнулся сидящий напротив, отпив половину бокала пенного.

— Тебя как зовут, добрый человек?

— Ферзь — тот коротко ответил, видя мой немой вопрос, добавил — моё настоящее имя я просрал, пока считаю, что не имею права его носить.

— Пусть будет Ферзь. Встречный вопрос, как я привлёк ваше внимание. А главное, зачем и для чего я вам нужен? — я тоже отхлебнул пива, а то в горле совсем пересохло.

— Ты отлично поёшь, лейтенант — усмехнулся Ферзь, кстати, шахмат я тут не видел — к тому же на языке, который мы слышали только от одного человека. Плюс твоя гитара, я много где был, но такую, опять же, видел только один раз. Сделана на заказ. Мои друзья случайно здесь оказались, когда ты сидел за барной стойкой и пел.

— Как опознали понятно, а вот зачем я вам, пока ты не ответил? — я дожимал, не люблю неопределённость.

— Скажем так, мы давно искали себе нового командира, а ты почти умер, пока я добирался сюда — с укором сказал Ферзь, затем он повернулся к Феликсу — мог бы и спасибо сказать, тех стрелков позади ушастого, которого ты рвал голыми руками, завалили мои люди. Жаль не отработали с самого начала, но никто не ожидал, что он решится среди дня нашпиговать тебя стрелами.

— Спасибо — на автомате ответил Феликс, но так и остался стоять за моей спиной, готовый прикрыть меня.

— Пора нам сменить декорации, а то эти не сильно подходят для нашего общения — медленно говорю моим новым знакомым, обращаюсь к лисе — Мидори, сделай красиво, чтобы не было лишних разговоров и слухов среди клиентов — та кивнула в ответ и отошла к барной стойке.

Мы прошли в нашу закрытую часть помещений, чтобы спокойно всё обсудить. Так мне свои услуги ещё никто не предлагал. Мы остались вдвоём.

Ферзь служил в армии всю сознательную жизнь, попав в неё в возрасте 19 лет. Через пять лет получил звание сержанта и группу разведчиков в подчинение. В это время на границе было неспокойно, дух войны витал в воздухе. В очередной вылазке на территорию соседей его бойцы наткнулись на человека в странной одежде. Он был сознания, весь в крови. А самое интересное, это ранения, таких отродясь никто из них не видел.

Зная, что ничего нового начальству они не скажут, Ферзь приказал разбить лагерь. В его отряде был знахарь, который занялся лечением. Через три дня отряд вернулся в расположение полка, а с ними пришёл новый рекрут в королевскую армию. На всеобщем он не говорил, поэтому в счёт будущего жалованья местный маг потратил на него камень обучения.

Звали этого человека Василий, для местных имя непривычное, а для меня стало более-менее ясно. Особенно после уточнений, во что был одет их новый член отряда, когда его нашли в лесу. После нескольких наводящих вопросов, я притащил сферу. Ферзь показал воспоминания, предположения оправдались. Костюм горка из палаточной ткани, несколько татуировок, дают понять, что перед ними был боец пятой бригады спецназа, отличившейся в моём старом недалёком прошлом.

Мой соотечественник быстро сделал карьеру военного на новом месте. Началось с того, что Ферзь сам передал ему командование своим отрядом. Василий учил бойцов тому, что сам умел и практиковал. На казённом языке это называлось глубинно-тыловая разведка. Диверсантом он оказался умелым и огоньком. Через год он управлял уже ротой, в это же время выяснилось, что Василий имеет дар Тактика, что ещё больше повысило его ценность в глазах начальства. А вот конкуренты по продвижению на службе пыхтели ещё сильнее. Его пытались ввести в род многие аристократы, которых он посылал с завидной регулярностью, оставаясь независимой фигурой. Вскоре началась очередная война. Буквально за три месяца рота разрастается до разведывательно-штурмового батальона. Ведь все задания, порученные молодому Тактику, выполняются безукоризненно. На все претензии штабных крыс, что при этом тратится умопомрачительные деньги, генералы махали рукой. Король доволен, это главное. К тому же потери среди линейных частей стало значительно меньше, если там отличился этот батальон.

Дар Тактика у Василия был силён, он смог взять на контракт целый полк, больше тысячи разумных. Что ещё больше бесило местных аристо, которые не могли продемонстрировать начальству серьёзных успехов. А звание полковника давало ему право на наследуемый титул барона, была бы земля во владении, мог стать виконтом. Это стало последней каплей для старых родов. По мнению многих патриархов, простолюдин не мог стать виконтом за два года.

Была подстава, стоившая королевству многими жизнями того полка и самого Тактика. Посыльный подменил приказ, из-за чего батальоны попали в окружение. Из полутора тысяч вырваться смогли не больше четырёх сотен.

По такому случаю, все замешанные в этом деле офицеры решили отметить это событие прямо в штабе. Где их на куски стали рубить те, кто смог вернуться. Трое офицеров Василия и два десятка рядовых. Некоторым удалось ускользнуть, после чего всех посадили под арест.

Генерал Анжери, командующий армией, успел вернуться за минуту до казни якобы бунтовщиков. Причём палач его не послушал, как потом выяснилось, он был на службе одного из патриархов, и успел казнить одного из офицеров. После чего был застрелен охраной генерала.

Все оставшиеся в живых были допрошены под клятвой местным судьёй. Поняв суть претензий солдат и офицеров полка, на ковёр были вызваны те, кто остался жив после резни в штабе. Говорить они отказались, что давало понять насколько все эти бравые вояки измазались в дерьме.

Дальше Ферзь не имел точной информации, знал только обрывки из разных источников, что дело дошло до короля. Головы всё-таки полетели, хотя патриархи откупились частью родственников пониже в звании. Ну и материальными ценностями, разумеется, по типу золота и земли.

Всем причастным были выданы грамоты и королевском прощении для добровольного переселения в Долину.

— Значит, ты один из офицеров, что смог выжить за минуту до казни? — я смотрел на него уже по-другому.

— Нет, мне не выпала короткая спичка, поэтому мы готовились закончить эту историю на своих условиях после казни — улыбнулся Ферзь.

— Добровольно взял билет в один конец? — это было неожиданно.

— Нас ищут те самые рода, чьих наследников мы покрошили — пожал плечами мужчина — здесь у них нет власти, так что, в какой-то степени это место лучше чем другие.

— Допустим. Но я так не услышал, чего ты хочешь?

— Прежде чем войти в твой трактир, я пожил здесь две недели. Ты сам пошёл в стражу, местные тебя ценят, про начальство молчу, после твоих выступлений стражникам перестали плевать в спину. Как говорил Василий, мы идейные. Уверен, тебе знакомо это выражение. Веры армейскому начальству поубавилось. А вот ты для нас как глоток свежего воздуха.

— Даже сейчас идейными остались, верится с трудом.

— Разумеется, не такими, но ты не ударишь в спину и не продашь, контракт работает исправно.

— Надеюсь, пока бегали от аристо, не сильно наследили кровью?

— Обижаешь, лейтенант. Мочили только тех, кто пришёл за нами. Обносили склады и магазины только тех, кто желал нам смерти.

— Много отжали золота и ценностей?

— На баронство бы хватило, если бы дали осесть, а так всё на беготню потратили.

— Сколько пойдёт в Долину из твоих сослуживцев?

— Если я подпишусь, пойдут все.

— А как ты их уведомишь, почтового адреса у кого-то из них явно нет.

— Вот это точно не проблема — Ферзь достал браслет, похожий на мой, дающий показатель на Тактика и одел его на руку — заодно узнаем, насколько ты силён.

Не то чтобы я сильно удивлён, но удивлён приятно. Мой соотечественник такой же неправильный Тактик, как и я. Но я тоже смог удивить Ферзя, когда взял руки нож и сделал надрез на ладони.

— Вот это номер! — восхищённо смотрит на мой браслет, на нём горят все пять камней, вместо обычных трёх. Похоже, чувствует неактивного пока коллегу. Ферзь взял у меня нож, сделав надрез, протягивает мне руку.

Я закрыл глаза, постепенно окружающие звуки стихают. На смену приходят другие, ворчание, ругань, иногда откровенный мат на тему, кто посмел разбудить. Я сфокусировался на Ферзе. У нас с ним теперь прямая линия, как с верховным на прямых включениях. Его браслет разгорается всё сильнее, вот вспыхивает один камень, за ним второй. В третьем еле теплится пламя. Пока этого хватит.

От руки Ферзя расходятся нити, которые становятся всё более яркими. Почти все уходят вдаль, за тёмный туман, окружающий нас. Проходит немного времени, я начинаю ощущать на той стороне разумных, сотня точно есть.

Я открыл глаза, Ферзь осел на стул, но улыбался как ребёнок. Я позвал Мирру, за ней сразу влетели Феликс и Мидори. Увидев браслет, горящий на руке мужчины, все немного успокоились. Велел привести бойцов Ферзя, я чувствовал их, они сильно беспокоились за своего командира.

Через полчаса, когда мой новый подчинённый с даром Тактика пришёл в норму, мы спокойно обсудили все моменты и нюансы. Как минимум о том, что у большинства есть семьи, которые никто не бросит. Идейный боец это хорошо, но жалованье ещё лучше. Короче, головняк я заработал знатный. Ничего просто так не даётся.

Мидори уверила меня, что в моём имении и на том куске земли, мы сможем всех разместить, с работой что-нибудь придумаем. Как ни крути, все эти люди прибудут не завтра.

— Какие будут приказы, командир? — вывел меня из ступора Ферзь.

— Сколько вас тут в Долине? — мысль дозрела, осталось очертить рамки. Только сначала надо поговорить с одним хвостатым целителем.

— Со мной девятнадцать — ответил Ферзь — первые полсотни прибудут в Долину через десять дней. Это те, что бессемейные и в сотне лиг от границы Долины.

— Отлично. Пока отдыхайте, чуть позже выдам вам задание по разнарядке — сам повернулся к лисе — Мидори, пошли кого-нибудь к Хикари, передай, что мне очень надо с ней встретиться, желательно сегодня. Я займу её буквально на полчаса.

Раздав всем ценные указания, я прошёл к себе в спальню, даже поспал пару часов. Ранение с последующим отравлением всё ещё даёт о себе знать. Через два часа меня разбудила Мери, уведомив, что Хикари ждёт меня в гостиной.

— Здравствуй, дорогой мой — приветливо улыбнувшись, сказала старая лисица — чем я могу помочь лейтенанту городской стражи?

— Скажи мне Хикари, к тебе белочка приходила когда-нибудь? — кому как не у неё спрашивать.

— Ну, мы в детстве ходили в лес возле поселения и кормили мелкую живность — Хикари с сомнением на меня — Влад, тебе снова плохо?

— Нет, я про ту белочку, когда тебе так хорошо, что потом становится плохо — уточнил я.

— Аааааа……вон о чём ты — Хикари хихикнула — однажды я с подругами наелась грибов по особому рецепту. Сначала мы с визгами бегали за парнями, потом они за нами. Очнулась я на дереве, почти голая, орущая диким голосом, чтобы мне притащили одежду — Хикари говорила таким проникновенным голосом, что мне самому таких грибов захотелось — старейшины решили, что мы ошиблись, когда готовили лекарственные смеси. Но мы точно не ошиблись — она снова захихикала, потом резко осеклась — внучке ни слова!

— Я могила — сказал, сделав жест застёгивающейся молнии на губах.

— Так к чему такой интерес к белочкам и грибам? — серьёзно спросила лиса.

— Если скажу тебе, что меня от смерти спасли люди, которые умерли несколько лет назад. Так сказать, духи.

— Духи умерших? — лиса внимательно посмотрела на меня — ты знал их при жизни?

— Некоторых из них точно, мы служили вместе — врать или недоговаривать смысла не было, сам ведь позвал.

— Погоди ка, Влад — лиса присела на стул — ты в Долине вряд ли успел похоронить сотню другую разумных, которых можно назвать друзьями. Они пришли за тобой с той стороны?

— Ты, как всегда, проницательна — улыбнулся ей.

— Раз ты так спокоен, значит, встретил действительно близких — медленно произнесла лиса — чем они поделились с тобой?

— Нет голосов — Хикари непонимающего посмотрела на меня — тех, кто направит тебя после отбытия с грешной земли нашей — вот тут лисицу проняло.

— Это очень плохо, что Хранитель мира пропал, значит тем, кто попал в тонкий мир, будет сложнее пройти дальше — нахмурилась Мидори — зато пожирателям душ стало вольготно как никогда. Тем более твоим друзьям из другого мира.

— Тут могу поспорить, они при мне завалили больше двух тысяч порабощённых каким-то кукловодом, как выразился мой друг — аж на гордость пробило, грудь колесом.

— Кукловод — протянула Хикари, резко в ужасе посмотрев на меня — они встретили одного из Пауков! Сколько осталось в строю после этой толпы?

— Все до единого в строю — я пожал плечами — их разделали как два пальца обоссать. Ой, прости — я забылся совсем, с кем общаюсь.

— Это что за сущности за тобой пришли? — зачарованно спросила лисица — если не секрет, сколько их там?

— За мной пришли те, с кем я воевал раньше. Я видел две группы примерно по пятнадцать человек. Всего со слов моего друга таких отрядов не меньше четырёх.

— Вот только с чего вдруг они пошли за тобой? — спросила Хикари — одной души маловато. А значит?

— Верно, я не первый. Судя по твоим словам, у нас там Хранитель пока на месте, он предложил сменить место жительства, так как здесь отметились родственные души — подтвердил я догадку Хикари.

— Всё равно ты удачливый засранец — улыбнулась лиса — не зря я тогда на тебя поставила.

— Пусть так, главное результат — усмехнулся в ответ — самое главное, что я не псих поехавший, ты меня успокоила.

— Мои слова что-то меняют? — уточнила Хикари.

— Да, я видел, где живёт тот, кто направлял того контуженного

эльфа. Ты не в курсе, какой либо

клан эльфов носит название, связанное с папоротником?

— Есть такой — подтвердила лиса — клан '

серебряного папоротника', неожиданно, правда? Это клан самого лорда Димэля, одного из трёх, кто управляет всем эльфами в Долине.

— И они таскают на цепочке свой символ, чтобы остальные эльфы ссались кипятком от зависти?

— Ну, как ты выразился, ссаться

под себя не будут, но склонить голову придётся, даже перед рядовым членом клана. Влад, пожалуйста, не говори, что это твоя новая любовь до гроба с той стороны?

— Во первых, он начал первым, я его не тянул на конфронтацию. Во вторых, я дал слово одной мудрой лисице не сдохнуть в ближайшее время, так как у меня есть обязательства. И бездарно свои слова спустил в сортир. За это кто-то должен ответить.

— Ты понимаешь, что это не мелкий барон, которого ты пустил на фарш со всей дружиной за ночь. Ушастые свято верят в свою избранность и готовы убить почти любого за эту веру.

— Вот ты сейчас мне расписала, против чего мои прадеды воевали в мировой войне. Нет избранных, есть мудаки, которые внушают это. Вот их я помножу на ноль.

— Влад, дорогой, может сначала всё-таки наследник?

— Ой, всё! Пойду проводить инструктаж личному составу.