Рецепт по ГОСТу. Рагу для медведя

Глава 15

После адреналиновой встряски и новостей о том, что «Кракен» Геры успешно потрошит цифровую жизнь Владимира, мой организм категорически потребовал кофеина. Точнее, он требовал нормального, крепкого эспрессо, способного мертвого поднять из могилы, а не того травяного детокса с привкусом сена, который предлагали в номере.

Я накинула белоснежный махровый халат, любезно предоставленный отелем, плотно завязала пояс и вышла в коридор. Эко-курорт «Тишина» полностью оправдывал свое пафосное название. Вокруг играла тихая музыка, и баснословно дорогое безделье.

Я спустилась в лаунж-зону. Просторное помещение с панорамными окнами и ротанговой мебелью выглядело слишком умиротворяюще для людей, за которыми охотится коррумпированная мафия. Заказав двойной эспрессо у барной стойки, я начала лениво рассматривать редких посетителей. Большинство из них уткнулись в последние модели смартфонов или медитировали над стаканами со свежевыжатым соком.

И тут мой блуждающий взгляд намертво зацепился за знакомый силуэт.

В уединенном уголке, вальяжно развалившись в глубоком кресле, сидел грузный лысеющий мужчина. Он был укутан в такой же белый гостиничный халат, но выглядел в нем совершенно нелепо и неуместно. Мужчина нервно утирал пот со лба махровым полотенцем и жадно пил минералку прямо из стеклянной бутылки, постоянно озираясь по сторонам, словно мелкий воришка на ярмарке.

Это был Андрей Семёнович. Тот самый «проверенный годами» семейный нотариус Элины и Ярика. Крыса, которая всего пару часов назад трусливо слила нас Владимиру за тридцать сребреников.

Выглядел он откровенно жалко. Красное потное лицо, бегающие глазки, трясущиеся руки. Видимо, стресс от гнусного предательства и грязные деньги Борисовича сильно ударили по его слабой сердечно-сосудистой системе, раз он решил спрятаться и подлечить расшатанные нервы в закрытом элитном спа-отеле. Ирония ситуации была просто феноменальной. Судьба явно имела очень специфическое чувство черного юмора.

Я схватила свой кофе, напрочь забыв расплатиться, и почти бегом бросилась обратно в наш номер на втором этаже.

— Миша! — я ворвалась в комнату, едва не расплескав горячий эспрессо на идеальный дубовый паркет.

Лебедев стоял у окна, уже успев переодеться в чистую футболку и темные джинсы. Услышав мой взволнованный голос, он мгновенно подобрался, превращаясь из расслабленного постояльца в готового к прыжку хищника.

— Что стряслось? — он быстро шагнул ко мне. — Люди Владимира нас нашли?

— Хуже, — я с громким стуком поставила чашку на стеклянный стол. — Крыса. Наш дорогой нотариус, Андрей Семёнович. Он здесь. Сидит внизу в лаунж-зоне, пьет водичку и потеет, как свинья перед забоем.

Густые брови Миши медленно поползли вверх.

— Здесь? Прямо в «Тишине»?

— Видимо, жирный гонорар за наше предательство позволил ему купить премиум-пакет детокса, — зло усмехнулась я, скрестив руки на груди. — Что будем делать? Мне сходить в машину за ножами? Я взяла, на всяким случай. Я могу его профессионально разделать на тонкое филе. Пару точных надрезов, он даже пикнуть не успеет. Никто из местной охраны и не заметит.

Миша тихо рассмеялся.

— Оставь свой кухонный инвентарь в покое, Шеф. Кровь безнадежно испортит фэншуй этого замечательного заведения, а Гера непременно выставит нам огромный счет за химчистку элитного паркета. Мы люди культурные, найдем другой подход.

— И что, мы просто позволим ему спокойно парить свои предательские косточки в джакузи?

— О, он будет очень сильно париться, — Миша хищно улыбнулся, направляясь к входной двери. — Но мы обойдемся без лишнего насилия. Применим тонкую психологическую акупунктуру. Куда этот боров направлялся?

— Судя по красному, распаренному лицу и полотенцу на шее, он собирался в термальную зону. Скорее всего, в сауну.

— Идеально. Мне как раз нужно спустить пар. Во всех возможных смыслах этого слова.

Мы быстро спустились на первый этаж комплекса. Я осталась в прохладной комнате отдыха, нервно меряя шагами теплый пол, пока Миша, накинув на бедра большое полотенце, уверенной походкой хозяина жизни направился в VIP-парную, которую пугливый нотариус предусмотрительно забронировал для себя любимого.

Я не могла просто стоять и пассивно ждать результата. Тихонько подошла к тяжелой стеклянной двери сауны и аккуратно заглянула внутрь сквозь небольшую прозрачную щель. Густой белый пар сильно мешал обзору, но силуэты читались вполне четко.

Андрей Семёнович вольготно раскинулся на верхней деревянной полке, закрыв глаза от удовольствия и тяжело, с присвистом дыша.

Стеклянная дверь тихо скрипнула, и Миша бесшумно шагнул внутрь. Он не произнес ни единого слова приветствия. Просто подошел к деревянной кадке с ледяной водой, взял большой медный черпак и щедро плеснул воду прямо на раскаленные камни мощной печи.

Громкое, злое шипение разорвало сонную тишину парной. Густое, обжигающее облако пара с силой ударилось в деревянный потолок и медленно поползло вниз. Нотариус жалобно застонал, недовольно открывая заплывшие глаза, видимо, собираясь хорошенько отругать банщика за наглое самоуправство.

Но вместо услужливого банщика он внезапно увидел Мишу.

Лебедев неспешно сел на скамью прямо напротив него. Он слегка наклонился вперед, упершись крепкими локтями в колени, и уставился на нотариуса немигающим, тяжелым взглядом дикого таежного хищника.

Я своими глазами увидела, как отвисла нижняя челюсть нотариуса. Он судорожно попятился назад, с силой вжимаясь потной спиной в горячую деревянную обшивку стены, его глаза от ужаса едва не вывалились из орбит. Он был похож на глупого карася, которого безжалостно бросили на раскаленную чугунную сковородку.

— М-м-михаил Александрович? — жалко пискнул он, его дрожащий голос смешно дал петуха.

— Жарко тут у вас, Андрей, — спокойно произнес Миша. Его низкий, баритон отлично проникал сквозь толстое стекло. — Почти как в настоящем аду. Знаешь, именно туда обычно попадают те, кто так легко нарушает святую нотариальную тайну.

Нотариус мелко затрясся всем своим грузным телом. И явно не от невыносимой жары, а от первобытного ужаса перед сидящим мужчиной.

— Я, я все могу логично объяснить! — отчаянно залепетал он, судорожно натягивая белое полотенце на свою дряблую, волосатую грудь. — Я правда не хотел! Меня заставили!

— Кто же тебя заставил? Сам Люцифер снизошел? Или просто жалкий Вова Мамаев припугнул? — Миша абсолютно спокойно зачерпнул еще холодной воды и снова плеснул на шипящие камни.

Шипение стало просто оглушительным, температура в парной стремительно поползла вверх.

— Владимир Борисович! — истерично закричал нотариус, громко откашливаясь от едкого пара. — У него на меня есть компромат! Огромные долги, старые глупые ошибки молодости! Он угрожал полностью уничтожить мою частную практику, посадить меня в тюрьму! Что я мог один сделать? Он же настоящий монстр!

Миша даже не шелохнулся, лишь презрительно прищурил глаза сквозь белую пелену.

— Ты мог бы остаться честным мужиком, Андрей. А теперь ты просто ходячая мишень для всех. Ты подло подставил нас под удар. Из-за твоих мнимых «ошибок молодости» мою любимую женщину чуть не убили на темной улице.

— Умоляю вас! — нотариус буквально сполз с верхней полки, с громким шлепком плюхнувшись на колени прямо на обжигающе горячий деревянный пол. — Не трогайте меня ради бога! Я прекрасно знаю, что сильно виноват! Но Владимир окончательно слетел с катушек. Единственный верный способ его навсегда остановить, это срочно привлечь очень больших и влиятельных людей. Тех самых, кого он по-настоящему боится до дрожи в коленях.

Миша хранил ледяное молчание, терпеливо ожидая продолжения исповеди.

— Ярослав Орлов! — быстро выпалил нотариус, нервно размазывая соленый пот по красному лицу. — Владимир до одури, до смерти боится Орлова. У Ярослава с лихвой хватит ресурса раздавить его в грязную лепешку за один день. И, и у меня есть прямой, надежный выход на него!

Я просто не выдержала градуса абсурда и громко, саркастично фыркнула за закрытой дверью.

Миша медленно, с угрожающей грацией поднялся, глядя сверху вниз на ползающего у его босых ног жалкого предателя. Он легко толкнул стеклянную дверь, галантно приглашая меня войти внутрь.

Плотная волна раскаленного воздуха резко ударила мне в лицо, но я даже не подумала поморщиться. Плотно скрестив руки на груди, я смерила этот дрожащий кусок потной плоти самым презрительным и холодным взглядом, на который только была способна разъяренная женщина.

— Дай-ка я проясню эту ситуацию, — сквозь зубы процедила я, чувствуя, как внутри бурлит чистая ярость. — Мы, словно идиоты, бегаем по гребаному кругу. Мы отчаянно ищем выход на Орлова через человека, который только что сдал нас Владимиру, чтобы мы ни в коем случае не вышли на Орлова? Я ничего не упускаю в твоей гениальной логике?

Нотариус затравленно заморгал, часто и прерывисто дыша открытым ртом.

— Марина Владимировна, клянусь вам всем святым! У меня есть прямой, личный контакт помощника Ярослава. Он как раз сегодня вечером прилетает в Москву из командировки. Я могу легко организовать абсолютно безопасную, закрытую встречу. Владимир ничего об этом не узнает, даю слово!

— И с чего бы нам вдруг тебе верить? — недоверчиво хмыкнул Миша. — Ты переобуваешься в воздухе быстрее, чем дешевые магазинные пельмени варятся в кипятке.

— Потому что если Владимир окончательно пойдет ко дну, мои старые долги исчезнут вместе с ним! — отчаянно и искренне воскликнул нотариус. — А если сам Орлов узнает, что я реально помог вам его свалить, возможно, он меня великодушно пощадит! Я сейчас играю исключительно за свою жалкую жизнь, поймите вы это!

Я устало посмотрела на Мишу. Сюрреализм и идиотизм происходящего просто зашкаливали за все разумные пределы.

Лебедев криво, но с ноткой триумфа усмехнулся, внимательно глядя на меня.

— Ну что ж, Вишенка. Зато теперь мы точно, без сомнений знаем, что Орлов, это именно та могущественная фигура, от которой всесильный Вова мочится в свои дорогие брендовые штаны.

Миша резко наклонился, крепко схватил нотариуса за шкирку и одним мощным рывком поставил на ватные ноги. Как у этого борова шея не сломалась?

— Мы уже едем нам эту встречу, Андрей, без твоих потуг, — зло рыкнул Миша ему прямо в потное лицо. — И если ты хотя бы на секунду подумаешь о том, чтобы снова нас подло кинуть, я не просто сломаю тебе успешную карьеру. Я лично отвезу тебя в багажнике и сдам тебя твоим же должникам. Я выясню кто это, не поленюсь. Ты хорошо меня понял?

Нотариус закивал с такой бешеной скоростью, что казалось, его круглая голова сейчас оторвется от короткой шеи и покатится по полу.

— Да! Да, конечно понимаю! Отпустите меня, у меня больное сердце!

— Нет у тебя сердца, Андрей, — уже спокойно продолжил Миша. — Там одна, большая, слипшаяся жопа! А теперь пошёл вон.

Миша брезгливо разжал пальцы, и мужчина пулей вылетел из парилки, едва не споткнувшись о высокий деревянный порог.

— Ну вот, — я шумно, с облегчением выдохнула, чувствуя, как горячий пар начинает неприятно обжигать легкие. — Пообщались по душам. У нас в активе есть заложник-нотариус и вполне реальная перспектива встречи с главным боссом.

— Он не заложник, он наш внештатный консультант с крайне высокой личной мотивацией, — с улыбкой поправил меня Миша, смахивая крупные капли пота со лба. — Пойдем отсюда скорее. А то я сейчас сам сварюсь вкрутую, а нам еще целый мир спасать, и себя тоже.

Мы спокойно вернулись в свой роскошный номер. Внутреннее напряжение немного спало, уступив место холодной, расчетливой решимости. У нас появилась тонкая ниточка, реальный шанс переломить ход этой изматывающей игры.

Но стоило нам переступить порог спальни, как я физически почувствовала, что воздух в комнате стал невероятно тяжелым.

«Ну что опять?»

Герман неподвижно стоял у панорамного окна, глубоко засунув руки в карманы своих спортивных джоггеров. Он резко обернулся на звук открывающейся двери, и его лицо, всегда такое поразительно спокойное и бесстрастное, сейчас было очень мрачным и тревожным.

— Миша, — необычно тихо произнес Герман. — Наш «Кракен» только что зафиксировал очень мощный выброс конфиденциальных данных в закрытом даркнете. Кто-то решил окончательно сжечь все мосты.

— О чем ты говоришь? — Миша непонимающе нахмурился, делая широкий шаг вперед.

Герман молча подошел к стеклянному столу и развернул к нам яркий экран своего рабочего планшета.

— Владимир больше не пытается спасти свои многочисленные активы и рестораны. Он быстро вывел остатки средств на невидимые криптокошельки и запустил необратимый протокол полного уничтожения своей цифровой личности. Но это далеко не главная наша проблема на данный момент.

У меня внутри все сжалось и оборвалось в ледяную пропасть.

— А что главное? — мой голос предательски, мелко дрогнул.

Герман посмотрел прямо на меня своими холодными, льдистыми глазами, в которых не было ни капли утешения.

— Он публично объявил щедрую награду. Вывесил открытый, бессрочный контракт на вас обоих. И сумма там указана такая астрономическая, что половина криминального дна всей Москвы уже активно прочесывает город в ваших поисках.