Роман с подонком

Глава 23 — Необоснованные риски

Аглая, сначала проникновенно смотрит на меня. А потом... потом... отворачивается и молчит, задумчиво глядя на дождь. На пасущихся чуть дальше под дождем лошадей у старенького дома.

Это делает меня тревожным параноиком.

Что не так?

Я опять что-то не то сказал?

Или она что-то не то услышала?

Что она там себе думает своим прошловековым мозгом. А самое главное — что надумает?!

Аглая, как пациент Кащенко — непредсказуема в своих порывах, выводах, решениях. Это, блять, нелегко. Аглая мало говорит, и много варит в себе. Я хочу залезть ей в голову. Там много всего. Но она не делится.

— О чем думаешь?

— О тебе… — выдыхает.

— Что ты обо мне думаешь?

— Что ты меня ранишь.

— Нет.

Я всех вокруг порву скорее, но не тебя.

— Чего мы в тишине сидим? — пытаюсь, включить ее я.

Тыкаю какой-то плейлист на загруженный странице Макса.

И снова играет "Колыбельная Беллы". Клавиши звучат нежно...

Саунд: Bahh Tee — Сумерки

— Тебе понравился Макс? — поднимаю на нее взгляд.

— Мне понравилось, как твой брат смотрел на дочку.

— Ладно... живи, тогда, — улыбаюсь, поджимая губы.

Мелодия вдруг неожиданно разбавляется репчиком.

— "...И может я не сильный как он, не столь красивый, но я же отдал тебе свое сердце... носи его... возле своего...".

Сжимаю ее кисть, лежащую рядом.

Встретившись взглядами на мгновение, улыбаемся, прячем улыбки.

В груди порхает.

Поднимаюсь.

— Иди сюда, — тяну вверх.

Подхватывая за талию, втягиваю в ленивый медленный танец.

Да, Максу больше идет фортепиано, а мне — рэпчик!

— "Давай представим... будто мы попали в сказку...", — подпеваю ей в губы.

Тремся носами, плавясь от нежности. И первый раз она целует меня сама. Мягко, едва касаясь губ. Но сама...

Подхватывая за талию, кружу ее от эйфории!

— Давай, лошадей угоним?! Все равно до ночи зарядил. Смотри небо какое... - шепчу ей.

— Давай... до бон доедем и отпустим.

Они сами вернутся сюда. Только надо хозяевам сказать.

— Ты их знаешь?

— Немного.

Надеваю на нее пиджак и тяну под дождь.

— У тебя есть наличка? Заплатить им.

— Зачем? — удивленно.

— Ну... это услуга. Она должна быть оплачена. Я сейчас поговорю.

— Нет-нет. Я сама!

Аглая стучит в окно, потом говорит с женщиной. Женщина запускает нас во двор под навес.

Потом она уходит в дом, приводит мужа. И он довозит нас до бон на старенькой Волге, обламывая нам приключение с угоном. Но так даже лучше.

— Вот это у вас раритет! — разглядываю машину изнутри.

— Да ну! Молодая ещё, — машет он рукой. — И двадцати лет нету. Аглая вот, недавно движок мне с дедом перебрали. Летает опять как ласточка.

Скашиваю на Аглаю взгляд, все еще никак не привыкну к ее неожиданным скиллам.

Ласточка рычит как медведь!

Выходим возле реки.

Боны скрыты под водой, и их видно тоолько по завихрениям воды. Течение ускорилось раз в десять и ощутимо бьет по ногам, мешая идти. А еще очень скользко!

Держимся крепко за руки. Аглая идет по памяти, тянет меня к себе ближе, чтобы не сорвался в воду.

Мне кажется, я столько не отхватывал новых ощущений за один день никогда в жизни!

Моя жизнь безопасна и предсказуема. Всё приключения носят околоклубный сексуальный характер. Изредка — путешествия в безопасные туристические места. Из сомнительного, пожалуй, только стритрейсинг и спарринги. И несколько прыжков с парашюта, которые мне категорически запретил дед, когда узнал. "Этот риск не обоснован". За гонки тоже отхватывал несколько раз. Теперь шифруюсь качественнее, чтобы на камерах не было видно лица. У меня шикарная маска! Я гоняю под псевдонимом.

Торможу посреди реки. Поднимаю лицо вверх. Закрываю глаза. Время словно замирает. Капли бьют по лицу. Я чувствую... счастье. Ничем не обоснованное яркое счастье. Я чувствую себя глупым и нелепым. Но это не парит...

— Ян!

— Что? — ловлю ее лицо в ладони, приближая свое.

— Ты чего остановился?

— Я просто...

...люблю тебя!

Но сказать я не успеваю, вскрикнув, Аглая дергается, пытаясь, оттащить меня в сторону.

На нас несётся большое бревно качаясь на воде!

Испугавшись, что ей сейчас долбанет по ногам, дергаю ее в сторону и мы срывается с бон в воду.

Наши руки теряют друг друга.

— Аглая! — выныриваю, замечая только, как она ныряет под бревно, несущееся прямо ей в голову.

У меня на мгновение останавливается сердце от ужаса! Время растягивается...

Я глохну, не слыша ничего кроме грохота пульса.

Нет! Нет! Нет!!!

— Аглая! — срываюсь я с места в ее сторону, уворачиваясь тоже от бревна.

Но через мгновение она выныривает. И ищет меня испуганным взглядом.

Мы вылезаем на берег, крепко хватая друг друга за руки.

Не... нет! Она не будет здесь жить. Она будет жить в моем безопасном мире. Это все прикольно, но... нет. Мы каждый день "чуть было не умерли"! А иногда и не один раз. И это — "необоснованные риски!"

Добредаем до ближайшего стога на лугу. Падаем, слегка закапываясь в солому. От сена парит горячим.

— Иди ко мне... - стискиваю ее.

Вжимаюсь губами в висок.

Ее мокрые ресницы медленно порхают.

Мои губы сами отыскивают ее губы. Становится очень горячо, мокро... И сено сейчас вспыхнет! Эмоции пульсируют в груди. Как останавливаться?.. Опять останавливаться??.. Я не могу больше... Я не могу вспомнить зачем.