Russian Mafia (СИ)

Глава 5 Убийство похитителей людей

Хозяйка гостиницы Жеку не боялась — стояла перед входом подбоченясь, как кадушка, и с ненавистью и удивлением смотрела на него. Потом, словно что-то вспомнив, сделала быстрое движение рукой, чтобы запустить её в карман, но поздно — как молния блеснул топор, а из разрубленного лба пани Семаковской брызнула струя крови. Прямо на Жекин новый прикид. Который он вчера только, мать вашу, прикупил у барыги на Крещатике.

— Да вы издеваетесь? — крикнул рассвирепевший Жека, вытащил топор и вторым ударом напрочь отрубил голову Семаковской, которая, вращаясь в воздухе длинными распустившимися волосами, полетела прочь и чуть не попала в Сахариху, едва успевшую увернуться от неё. Светка успела среагировать — реакция у Жекиной подружки была на уровне, не зря играла пару лет в волейбол в школьной команде.

— Поосторожней можно? — с неудовольствием спросила Сахариха, глядя на голову, замершую в траве лицом вверх.

— Свет, извини, не рассчитал! Вспылил! — смущённо сказал Жека, вытирая кровь Семаковской с лица. — Да ты сама посуди, только вчера шмот прикупил, а она его угандошила вхлам своей кровякой.

— Ну не минералка же у ней внутри! — наставительным голосом сказала здравомыслящая Сахариха. — В ней кровь. Естественно, она выплеснется на тебя, если ты ей в лобешник попал с такого близкого расстояния. Осторожней надо, если собрался чайник сносить.

— Ясно… Учту твой замечание! Во, что это? — Жека поднял с земли маленький пистолет, выпавший из руки хозяйки гостиницы, когда Жека снёс ей голову. — Она вот за этой хернёй тянулась. Как такая пукалка может стрелять?

Однако, как она стреляет, удалось испытать тут же, не отходя далеко. Раздался дикий визг — из глубин здания выбежал ещё один идиот, одетый в просторный рабочий комбинезон, весь в следах крови. Этот был как квадрат, чем-то похож на Коротыша — лидера преступной группировки, который угрожал Жеке в Н-ке и который закончил свои угрозы, привязанный к сосне в тайге и нашпигованный свинцом. Короткие ноги были толстые, как брёвна, а руки здоровенные, как кувалды. Громадная голова наголо побрита, а на пустом лице не отражается ничего.

Жека с ходу поднял пистолет и выстрелил гному в лоб. Слышно, как пуля щёлкнула по массивной лобной кости, но пробила или нет, непонятно. На лбу появилось красное отверстие. Гном покачнулся, однако всё же не упал. В руке у него был массивный молот с клювообразным концом. Таким каменщики стесывают камни, когда делают кладку. Жека ещё пару раз выстрелил ему в лицо. Одна пуля пробила скулу, другая попала в глаз. И вот эта, вторая, точно попала в мозг, потому что гном остановился и, как мешок, грохнулся на землю, которая ощутимо дрогнула под его весом.

— Стреляет! — удивлённо сказал Жека. — «Смит энд Вессон». У него патрон обычный, только ствол короткий. Но вблизи бьёт хорошо.

— А где наш этот Мойша или как его там? — неожиданно спросила Сахариха, ища взглядом гида. А его и след простыл! Видя, что переделка приняла крайне нежелательный оборот, чёрт позорный решил смыться. Искать его не было ни времени, ни желания. Туристы, видя мясорубку, устроенную Жекой, тоже решили свалить по-тихому, не зная, стоит верить этому маньяку или нет.

— Убежал, — пожал плечами Жека. — Почуял, гандон, что к нему возникнут вопросы.

— И чё нам теперь делать? — Сахариха кивнула на дом. — Туда что-ли идти?

— Туда идти было бы неразумно, — не согласился Жека. — Мы не знаем ни что это за место, ни для чего оно. Есть ли оттуда ещё один выход. Очевидно, что это ловушка и они туристов с Украины заманивали туда. А что они там делали? Да хрен знает! На органы пилили или на фарш — не наше дело. Надо смываться отсюда. Вдруг у них есть ещё люди и они с минуты на минуту должны прибыть. Или затаились там, внутри. Тихо! Сюда едет кто-то! Давай в кусты!

Жека поднял топор, схватил Сахариху за рукав и потащил её за собой, в заросли прямо у дома. Спортивная сумка бултыхалась сзади, стучась о спину. В кустах сели в паре метров от лужайки — дальше бежать не стоило, могли услышать. Перед домом остановился белый микроавтобус, и вышли трое человек. По виду бандиты. В кожаных куртках, рослые, накачанные. Рожи такие, что во сне увидишь, не отмахнёшься — к психиатру сразу. Жека сразу признал двоих украинцев. Один то ли китаец, то ли кореец. Разговаривали они на странном языке — смеси русского, украинского и польского, но суть можно было понять сразу. Бандиты рассуждали, кто грохнул целую семейку имбецилов.

— Що такэ? Чому пани Семаковська сдохла? — с удивлением спросил тот, что вышел из машины первым. Вертя громадной наголо бритой головой из стороны в сторону, он внимательно оглядывал окрестности, потом подошёл по очереди к каждому трупу и осмотрел их.

— Профессионал зробил! — уверенно сказал он.

— С чого ты взял, Ивась? — хрипло спросил другой бандит, такой же здоровенный качок. — Я глядаю, що пришили их топором. И всё на этом.

— Не всё! — возразил Ивась, с досады перейдя на чистейший русский. — Смотри, Митро — лежат кучно друг от друга, на близком расстоянии. Их убил один и тот же человек, причём всего за пару-тройку минут. Они даже пикнуть не успели. А ещё он забрал у Семаковской пистолет, так как карлик застрелен из этого оружия.

— И что нам теперь делать? — в недоумении спросил бандит.

— Снимать штаны и бегать! — усмехнулся Ивась недогадливости Митро. — Ну сам подумай — что нам остаётся делать? Естественно, прятать трупы, а позже искать этого ниндзю и других туристов. Очевидно, что в число овец попал волк, который пани Семаковской оказался не по зубам. Но мы-то справимся с этим упырём! Мы…

Не успел Ивась докончить предложение о том, что он сделает с Жекой, когда найдёт его, тот нашёлся сам. Просто вышел из кустов, вращая топор в руке, а когда Ивась удивлённо и с испугом успел обернуться, топор снёс ему половину головы. Улыбка и половина носа остались на стоящем теле, а половина черепушки отлетела в кусты. И опять чуть не попала в Сахариху, которая удивлённо уставилась в глаза половины головы, лежащей перед ней и дважды моргнувшие при виде её. Полуголовый Ивась упал на землю, продолжая так же лыбиться.

— Ты хто? Ты що сделав? — испуганно завопил Митро. — Та я тебя…

Жека поднял левую руку, в которой был пистолет, и выстрелил бандиту в лоб. Что-то невнятно квакнув, тот свалился сначала на колени, а потом на землю. Это был четвёртый выстрел! Патронов осталось всего два, и следовало их беречь, а где-то поблизости ведь был и третий бандит.

Третий оказался сзади. Какой-то то ли китаец, то ли долбаный кореец. Подкрался из-за микроавтобуса, пока Жека занимался с Ивасем и Митро, и быть бы Жеке оглушенным, а то и убитым, но сзади предостерегающе крикнула Сахариха, вовремя заметившая угрозу и не ставшая сидеть в кустах. Светка вышла из зарослей и предупредила Жеку. Тот, не глядя, махнул топором, целясь назад, в мёртвую зону, но китаец мастерски ушёл от удара. Походил он то ли на Брюса Ли, то ли на Цоя. Выглядел поджарым, не накачанным, но по-спортивному худощавым, как настоящий опасный боец.

Китаец прыгал, как боксёр, на полусогнутых, и крутил обманные движения руками, показывая, что топора он нисколько не боится. Схожесть с Цоем была поразительная — та же кожаная куртка, как в «Игле», штаны, кроссовки. Китаец остановился, усмехнулся и сделал жест, призывая к себе. Жека кивнул головой и выстрелил ему в грудь. Китаец свалился на землю, как подкошенный. Глупо звать к себе на рукопашный бой человека с огнестрельным оружием. Такое только в идиотских голливудских боевиках бывает, когда главному герою помашут пальчиком, призывая к себе, и он, как даунито, отбрасывая автомат, идёт биться на кулаках.

Когда китаец упал, Жека тут же выстрелил ему в голову. Всегда надо делать контрольный. Доверяй, да проверяй, мать твою! Шесть выстрелов. Пистолет теперь стал бесполезен, и Жека выбросил его. Осторожно заглянул внутрь микроавтобуса. Там никого не было.

— Стой тут, у автобуса! — крикнул Жека Сахарихе, показав на микроавтобус. — Щас уедем отсюда! Только трупаки обыщу. Вдруг чё годное есть.

Жека наскоро обыскал трупы бандитов и нашел много чего годного. Польские деньги, документы, немного долларов. Оружие. Ножи, пистолет под названием «Люгер» времён второй мировой. В фильмах с ними ходили фашистские офицеры. Сохранился же! У китайца-корейца нашлись нун-чаки. Жека не лишил себя удовольствия покрутить их, чтоб похвастаться перед Сахарихой. Получилось неплохо! Занимался с ними, но немного. Пожалуй что, китаец с чаками стал бы проблемой — не так-то легко его получилось бы угандошить без огнестрела. Жека подумал, что когда осядет на месте, надо бы походить опять в местное додзе, если оно будет поблизости, подтянуть боевые навыки. Последнее время полагался в основном на огнестрел с ножами, и рукопашный бой отошёл на второй план.

— Ну чё, Свет, погнали, тут нам больше делать нечего! — заявил Жека, показывая на микроавтобус. — Вот и тачлом обзавелись.

— Интересно всё-таки, чем они тут занимались? — спросила Сахариха, с любопытством глядя через окно микроавтобуса на мрачный особняк с темнеющей, как склеп, дверью и зарешёченными окнами, когда Жека медленно проезжал мимо, прямо по трупам пани Семаковской и Анджея — слышно, как машину подкидывало и хрустели кости под колёсами. Жеке показалось, что внутри увидел бледное лицо. Может, там ещё кто-то был.

— Да хрен его знает, Свет, — неуверенно ответил Жека. — Давай рассудим по тому, что у нас есть. Они продавали сюда дорогие путёвки в Киеве. То есть, людей искали явно с деньгами. 400 баксов с рыла на поездку не у всякого найдутся. Привозили их сюда. Что дальше? Их клиенты, походу, тут и заканчивали свою туристическую поездку. Их могли разбирать на органы. Женщин продавать в сексуальное рабство, или снимать фильмы с пытками и убийствами перед камерой. Сейчас время такое — хрен кто искать будет. Даже если на Украине и поймут, что человек пересёк границу с Польшей, там его следы теряются. А может, они каких бомжей по документам туристов дальше отправляли через границу. Типа, покинули страну. Я не знаю. Нам это и не надо знать. Ясно, что ничего хорошего с туристами тут не могло произойти. А что да как — пусть местные мусора копают. Во! Смотри! Тот еврей идёт! Мойша или как там его… Который нас привёз сюда! Ща его подрихтую!

Жека вырулил из проезда на дорогу и тут увидел того гида, который распинался перед туристами, как тут всё хорошо и какая это замечательная семейная гостиница. Мойша явно был в курсе всей херни, что тут творится — недаром он свинтил сразу же, как только Жека опрокинул пани Семаковскую. Да и микроавтобус был ему знаком — увидев машину, выбежал посреди дороги, и стал махать руками, чтобы остановить — подумал, что за рулём члены преступной шайки.

— Щас допросим его! — заявил Жека и направил машину прямо на гида. Тот успел только искренне удивиться, увидев шильдик автобуса в полуметре от своей рожи. Тут же послышался сильный удар, и машину подбросило, когда Аарон попал под правое колесо.

— Ты его задавил! — изумилась Сахариха. — Как он тебе щас расскажет что-то, если даже и знает?

— Извини, Свет, выход только такой напрашивался! — Жека уверенно возразил подружке. — Иначе никак! Сама посуди — остановить тачку, он в лес побежал бы. А мне влом за ним бегать по кустам и корягам. Там и змеи могут быть, или капканы с волчьими ямами — хрен знает, что эти деятели замутили против возможного побега из своей богадельни. Я бы точно вокруг дома всякой хрени наставил, чтоб исключить побег. А так — вот он, бери тёпленького. Только слегка придавил. Максимум — пара костей сломаны. Говорить сможет!

Жека спрыгнул из микроавтобуса и за шкварник вытащил гида из-под днища. Нога его была неестественно вывернута — через штаны торчала белая кость. Он дрожал от страха, увидев Жеку.

— Выыы??? Ааа!!! — заорал гид, но Жека стукнул его рукояткой ножа по голове.

— А ну молчи, сука, пока глаза не вырезал! — недовольно сказал Жека и слегка ткнул лезвием в щеку. — Тихо! После глаз приступим к яйцам! Хочешь? Нет?

Аарон закивал головой, показывая, что такого отношения он к себе не хочет. И это правильно! Лучше быть с глазами и яйцами!

— Ты кто? Как погоняло? Кто по масти? — сурово спросил Жека. — Зону топтал?

— Чего? — захныкал Аарон. — Я вас не понимаю!

— Вы что тут суки творите??? — спросил Жека. — Чем занимаются эти уроды тут? Говори правду!

— Разное! — заплакал Аарон. — Торговля людьми, жёсткая порнография с пытками и убийствами. Я… Прошу вас…

— Ладно, всё ясно, ничего нового! — согласился Жека и воткнул Аарону в горло нож. Потом ещё несколько раз.

Сев в микроавтобус, ещё раз переехал через дёргающееся тело и газанул в город.

— Чё сказал? — поинтересовалась Сахариха.

— Ничего особенного, — пожал плечами Жека. — Занимались тут всякой хернёй. Похищали людей. Продавали в рабство, наверное, муслимам на юга. Снимали порнофильмы с пытками и убийствами. Примерно так я и думал.

— Ясно. Ну чё, гостиницу бы нам хорошую найти, — предложила Сахариха. — Тебе не мешает от крови отмыться.

— Знаю, — мрачно ответил Жека. — Не представляешь какой злой — недавно этот шмот купил за баксы, и на тебе…

— Правильно! — насмешливо согласилась Сахариха. — Экономия должна быть во всём. Ты ж нищий.

— Да не экономия, Свет, ну чё ты сразу прикалываться! — смутился Жека. — На мой размер просто трудно одежду найти. Не представляешь, какая это мука. То малое, то короткое. Я по магазинам и рынкам ходить боюсь, потому что уйму времени тратишь чтоб найти то, что нравится. Потом меришь — хоп, а оно маленькое или короткое. Опять час ползать по торговым рядам. Поэтому и злюсь.

Пока базарили о том да о сём, доехали опять до Вроцлава. Начался пригород с его милыми готическими гостиницами. И тут, на одной весьма оживлённой дороге, Жека первый увидел большое здание из красного кирпича с вывеской «Hotel». Стены обвиты плющом, черепичная остроконечная крыша, как у рыцарского замка. Перед зданием небольшой садик с беседками, фонтаном и скульптурами. Сбоку парковка, на которой несколько автомобилей.

— Вот гостиница! — кивнул головой Жека, сворачивая с дороги и паркуясь у других машин. — Давай остановимся тут. Мне кажется, здесь мило. Как в фильме!

— На вид неплохо, даже очень красиво, — согласилась Сахариха. — Лишь бы внутри не было каких-нибудь маньяков, как в семейном отеле.

— Не, Свет, смотри сама! — указал Жека Светке на дом. — Решёток никаких. Люди ходят туда-сюда. Машины стоят. Кароч, кончай дурковать! Пошли узнаем, почём там номер. Снимем ненадолго. Решим как в Германию чапать.

— Машину себе оставим? — спросила Сахариха, выбралась из микроавтобуса и посмотрела на шильдик. — Удобная. Написано Zuk.

— Это микроавтобус польский, — объяснил Жека, заглушил двигатель, вынул сумку с вещами и захлопнул дверь. Постоял, подумал, потом продолжил: — Ты знаешь, он палёный, принадлежит тем бандосам, и его наверняка искать будут. Документов у нас на него нет. С другой стороны… Нам бы машина, конечно, не помешала. Да и заметить её тут надо сильно постараться. Ещё не исключён вариант, что я всех грохнул, искать тачло будет некому. Тем более, я не думаю, что мы задержимся тут надолго. Так что да, оставим пока, без машины трудно в городе. Сейчас отдохнём, решим вопрос с обедом, и надо двигать до немецкого консульства.

Внутри гостиницы было уютно и немноголюдно. В холле, отделанном под старину, на паркете лежал большой персидский ковёр. С потолка свисали хрустальные люстры, на стенах, оклеенных старинными полосатыми, с вензелями, обоями, висели картины. Естественно, копии, но издалека казалось, что оригиналы. Рембрандт, Ван Гог, Микеланджело. Под картинами большие кожаные кресла и диваны. Старина. Уют и респектабельность…

На конторке, как и полагается, бронзовый звонок и несколько ключей в ключнице на стене. Номера были. Тут же сидел пожилой мужик в старинном сюртуке. Увидев Жеку с Сахарихой, опытным взглядом он сразу оценил денежных клиентов и, встав, улыбнулся. Что-то спросил по-польски, но, видя, что клиенты его не понимают, перешёл на английский. По-английски Жека с трудом, но разговаривал — научился самотёком, изучая деловые бумаги и контракты, да и Татьяна, референт его фирмы, поднатаскала в своё время.

Однако, как только метрдотель стал говорить на английском, в базар вклинилась Сахариха. Эх, не зря Светка обучалась в МГУ, да и школу закончила с золотой медалью. Жека думал, что ей медальку просто подарили, уважая Сахара старшего, но нет. Сахариха знала инглиш на пятёрку с плюсом…