Чёрт как персонаж встречается в различных жанрах русского фольклора: в волшебных и бытовых сказках, в этиологических легендах и преданиях, в народных рассказах о жизни святых, в пословицах и поговорках. Разумеется, в каждом из перечисленных жанров этот образ будет иметь свои особенности: в волшебной сказке чёрт похищает и уносит царевну, в легендах — изобретает табак или водку на погибель человеку, в бытовой сказке и народном анекдоте выступает наивным простаком и владельцем несметных богатств. В особенно важных для этой книги быличках и поверьях его образ толкуют разнопланово. Прежде всего чёрт — универсальное собирательное название для нечистой силы вообще. Иными словами, леший, водяной, банник, демонические помощники колдуна могут быть поняты как конкретные разновидности чёрта, чью отдельность и специфику зачастую плохо осознают и сами носители фольклора. Соответственно, слово «чёрт», по меткому выражению Е. Е. Левкиевской[2413], часто используют как некоторый «джокер», особенно в тех рассказах, где конкретизация не нужна или затруднительна. В то же время с образом чёрта могут быть связаны и специфические мотивы, нехарактерные для других демонов: он подталкивает человека к самоубийству, заполучает после смерти душу грешника, охраняет цветок папоротника, сторожит клад и т. д. Таким образом, «чёрт» как категория включает в себя всех остальных представителей нечистой силы, но при этом он как персонаж не равен простой «сумме» других персонажей, а имеет на их фоне выраженную специфику.
У фольклорного чёрта есть еще существенная особенность — его отношение к книжной культуре и «народному христианству»[2414], [2415]. С одной стороны, чёрт в сознании православных русских крестьян XIX–XX веков отчетливо ассоциируется или даже отождествляется с бесами, дьяволом, сатаной, то есть с персонажами, пришедшими «из христианской, книжной традиции»[2416]. Иными словами, фольклорный образ чёрта сложился под сильным влиянием сюжетов, мотивов и образов, известных из Священного Писания, апокрифов, описаний искушений и подвигов святых и т. п. С другой стороны, в образе чёрта есть и много неканонического, собственно «народного», предположительно восходящего к дохристианским верованиям славян. Именно причудливое взаимодействие, творческое, многовековое переплетение церковно-канонического и народного формируют уникальный образ фольклорного чёрта.
Как уже указывалось выше, фольклорные представления о чёрте тесным образом переплетены с христианскими представлениями и сюжетами, которые переосмысляются и перетолковываются в духе «народного православия». Особенно явственно это смешение видно в фольклорных легендах — жанре, сформировавшемся под сильным церковно-книжным влиянием. Именно здесь можно обнаружить большинство текстов, толкующих происхождение чертей и нечистой силы.
Гравюра «Преподобный Макарий и бес в тыквах». XVIII в.
Преподобный Макарий Египетский и бес в тыквах [Изоматериал]: [лубок]. — [Москва, 17–]. — 1 л. Российская национальная библиотека
В легендах сатана (чёрт, дьявол) осмысляется как соперник, неудачливый подражатель и одновременно партнер Бога по мироустройству. Зачастую чёрт и дополняет, и портит Божье творение, создавая неудобные, как бы неправильные и враждебные человеку пространства — горы и болота, — за что бывает наказан Богом. Так, в тексте из Пензенской губернии Бог в наказание сажает чёрта в глубокий овраг с вонючей водой и глиной. Далее рассказ увязывает эти легендарные действия поры первотворения с актуальными, современными представлениями: «поэтому черти теперь и бывают в оврагах и болотах, даже слышать можно, как они там стонут, визжат и хохочут»[2417].
Создание Богом «небесного воинства» — тоже часть мироустройства. Подражая ему (а иногда и по собственному «изобретению»), сатана творит войско бесов — для этого он (или его помощник) бьет по камню, и от каждого удара появляется бес[2418]. Распространение чертей по земле может рассматриваться и как «вторичное» явление: в легендарную эпоху некоему святому старцу удалось запрятать всех чертей, кроме одного, в сосуд, однако последний чертенок, соблазнив пьяницу открыть сосуд, вновь заполнил землю чертями[2419].
Согласно некоторым поверьям и быличкам, черти могут плодиться подобно другим живым существам: «лембои [черти — В. Р.] женятся между собою, распложаются»[2420], «они [черти — В. Р.] двух полов, совокупляются, рождают детей — чертенят»[2421]. Представление о том, что нечистые духи могут размножаться «обычным» путем, отражено и в рассказе про демонических помощников колдуна: «барыня» просит у колдуна чёрта-помощника, колдун предлагает ей «парочку — самчика и самочку»: если взять только одного демона, «так один и будет, приплоду не будет»[2422].
Подобно другим представителям нечистой силы (домовому, лешему, кикиморе и прочим), чёрт часто невидим, о его присутствии догадываются по косвенным признакам. Например, по звукам: шагам, крикам, голосам, раздающейся в неурочное время и в неподходящем месте музыке, шуму пляски. О появлении чёрта можно судить по необъяснимым действиям или событиям: разбросанным вещам, пропавшим предметам. Представление о том, что чёрт прячет вещи, отражено и в известной присказке, которую произносят при потере: «Чёрт, чёрт, поиграй да опять отдай». Иногда с аналогичной просьбой обращаются к домовому[2423].
Видал я их не раз, они и большие, и маленькие, с рожками, хвост сзади, копыта. Ушки есть небольшие, глаза светятся. Однажды на празднике мы были. Мне нужно было выйти на улицу. Жена меня с крыльца зовет: «Сашенька, иди ко мне». Я иду к ней. Вдруг кто-то прыгнул ко мне на шею. Схватил я — лапа мохната. Рубец на шее остался. Я убежал[2424].
Эскиз к балету «Петрушка». Александр Бенуа, 1911 г.
Wikimedia Commons
Иногда невидимость чертей (как и нечистой силы вообще) носит относительный характер: в одно и то же время кто-то из людей может их видеть, а кто-то нет. Соответственно, в некоторых рассказах человек видит чертей и вступает с ними во взаимодействие, а для остальных (а порой и для самого героя, когда наваждение проходит) такое поведение выглядит странным, небезопасным. В читинской быличке мужик видит чертей, дразнящих его, и начинает палить по ним из пистолета — явившиеся на звуки выстрелов люди не понимают, в чем причина стрельбы[2425]. В другом рассказе скрипача находят, когда он в одиночестве играет в лесу. Его пытаются увести, однако поначалу он сопротивляется: «Не мешайте! Не мешайте, не мешайте! Видите, ребяты только растанцевались, а вы…» — согласно толкованию самого рассказа, скрипача увели в лес черти[2426]. Иногда увидеть или опознать чёрта можно, если посмотреть в промежуток между брусьями[2427] или, нагнувшись, заглянуть в «промежник» (промеж ног)[2428]. Способность видеть чертей приписывают детям: «дети-то, они же ведь как ангелы: на них грехов-то нету, вот они и видят всяку нечисть»[2429].
Как и прочие нечистые духи, чёрт склонен к оборотничеству. Он может принимать людской облик: знакомого, соседа, родственника. Как правило, чёрт-оборотень смущает, соблазняет или пугает человека, сбивает его с «пути истинного» (как в прямом, так и в переносном смысле). Часто, прикинувшись родственником или знакомым, чёрт предлагает зайти в гости, выпить, а сам заводит в глухие, непроходимые, опасные места и исчезает, стоит только человеку перекреститься или помянуть святое имя.
Иногда облик, принимаемый чёртом, может быть откровенно пугающим. Так, в южноуральском рассказе черти являются в виде войска: «с ружьями, с копьями, верхами, на белых лошадях, в белых шапках, белых балахонах»[2430]. В других историях чёрт поначалу выглядит подчеркнуто безобидно (как маленький мальчик, ласковая кошка), а затем внезапно обнаруживает свою устрашающую демоническую сущность. Так, в вологодской быличке чёрт является человеку в бане в облике маленького мальчика, начинает внезапно расти и быстро занимает чуть ли не все помещение[2431]. В костромской быличке женщины встречают во время сенокоса кошку: «черненькая, такая хорошенькая и трется около нас». Одна из них берет кошку на руки, животное словно случайно запутывается лапой в шнурке нательного креста и внезапно начинает кричать, прыгает с рук и исчезает, «да сичас же как загогочет над нами, да круг нас искры, быть сноп рассыпались». Крестьянки, побросав серпы, в панике убегают с поля[2432]. Такой прием с неожиданным преображением безобидного существа в страшного демона используется в рассказах о чёрте, скрывающемся от грозы (см. раздел «Где и когда можно встретить чёрта»).
Демон во время грозы у моего тестя просился в пазуху. Вот что я вам все скажу. Пускай хоть Анкудин Алексеевич [местный учитель — В. Р.] спросит у дедка моего, так он скажет все. Вот что: тесть мой пахал в поле. Бежит мальчик около десяти лет.
— Пусти, — говорит, — дедушка, меня в пазуху от дождика!
А он [тесть — В. Р.] ученый и слыхал раньше эту статью.
— Нет, — говорит, — я тебя не пущу.
Он уж у него везде просился.
— Нет, — говорит, — не пущу: иди под деревинку стань, — говорит.
Он пошел. Деревинку-то всю исщепало, вомелье так и вязло [разбило на мелкие части — В. Р.].
Ведь тоже был нечистый дух: если бы человек он был, да ево бы громом убило, было бы тело. А и тела-то не было. Значит, кто же, как не нечистый дух?![2433]
Считается, что даже в человеческом облике чёрт сохраняет демонические признаки, отличающие его от настоящих людей. Например, при свете месяца не отбрасывает тени[2434], у него нет бровей[2435]. В вологодской быличке мужик подбирает в лесу во время грозы нагого замерзшего мальчика, однако вскоре замечает у него на голове небольшие рожки и понимает, что перед ним чёрт[2436]. В многочисленных быличках черти являются на вечеринку в облике молодых людей, но их опознают, завидев рога на голове[2437], длинные[2438], железные зубы[2439], огонь во рту[2440], конские[2441] или коровьи[2442] копыта, хвосты[2443].
Она говорит, что к ней несколько раз приходили черти. <…> Проснулась ночью от сильного топота в доме. И видит: в комнате пляшут мужики, а на ногах у них копыта. «Я стала читать “Богородицу”, читала долго, а они все плясали. Читаю, а сама слышу их разговор между собой: “Замучила она нас своей «Богодицей»”. После этих слов они тут же исчезли»[2444].
Классический образ чёрта соединяет в себе животный и человеческий облик: «с рогами, хвост был, а руки и ноги как у человека. Одетый как все люди»[2445], «чёрт <…> имеет <…> обезображенное до невозможности лицо человека и человеческую форму тела, только прикрытую шерстью и снабженную рогами и хвостом»[2446]. Он описывается как черный рогатый[2447] демон с хвостом, с красными глазами[2448], поросячьим носом[2449], мордой «как у козла», с конскими или козлиными копытами. Подобный образ сформировался под сильным влиянием христианской иконографии и в значительной мере единообразен в фольклоре всех славянских народов[2450].
Облик чертей является концентрированным, архетипическим воплощением представлений о «чужом»: «они [черти — В. Р.] все этакие же люди, но народ нерусский, неаккуратный и неуклюжий»[2451]. Черти часто принимают вид этнических и социальных «чужаков»: горожан, иностранцев[2452], киргизов[2453], барынь «в немецких платьях»[2454], солдат[2455], священников, монахов[2456].
Чёрт оборачивается животным: собакой[2457], кошкой[2458], конем[2459], коровой[2460], свиньей[2461], зайцем[2462]. Согласно свидетельству из Брянской области, чёрт «на медведя похожий, только у его роги»[2463]. По северорусскому поверью, единственный облик, который неспособен принять чёрт, — это облик голубя[2464], поскольку нечистый дух «Святого Духа не может вид показать»[2465].
Активность чёрта часто связывают с вихрем, столбом пыли, поднимаемой ветром. Считается, что чёрт несется вместе с ветром: «вихрь поднимают черти во время своей пляски после изрядной попойки»[2466]. Если кинуть в середину вихря нож, то он обагрится кровью демона, а бросивший нож человек «будет вечно страдать от чёрта и переносить посылаемые им бедствия»[2467]. Если вихрь налетит на человека, тот заболеет или сделается кликушей[2468] (см. главу «Одержимость: кликушество и икота»). В разных регионах России про вихрь говорят: «свадьба чёрта»[2469], «чёрт на удавленнике поехал»[2470], «чёрт женится на утопленнице»[2471], «чёрт с Богом спорят»[2472], «чёрт дочку замуж выдает»[2473].
Столбы пыли черти поднимают при своей пляске во время холостяцкой пирушки. Нож, брошенный в середину вихря, обязательно отрежет одному чёрту хвост. По этому поводу молодой крестьянин С. Анастасов рассказывал, что он сам проделал «эту штуку»: бросил нож в столб пыли и потом на некотором расстоянии нашел хвост на дороге. «Ну-же и хвост! Не разберешь: не то лошадиный, не то коровий; одним словом, от чёрта, — рассказывал этот крестьянин. — Хвост этот я, значит, не взял, а дня через три пошли ребята поглядеть — ан его уже помином зовут (пропал), видно чёрт своему брату пришил»[2474].
В силу того, что образ чёрта представлен в разных жанрах и формировался под влиянием различных факторов, фольклорные представления о месте его обитания неоднородны. В благочестивых рассказах и народных легендах чёрт-дьявол помещается в ад, где вместе со своими подручными мучит грешников. Фольклорные описания адских мук, жизни в преисподней, бесовской иерархии формировались под сильным влиянием внефольклорных источников, как письменных (канонические и апокрифические тексты), так и изобразительных (фрески, иконы, лубочные картины).
В то же время, согласно быличкам и поверьям, чертей можно встретить практически повсюду, они «постоянно вертятся вокруг человека»[2475]. Однако они, как и всякая нечистая сила, предпочитают окраины освоенного человеком «культурного» пространства: мосты[2476], перекрестки дорог[2477], берега водоемов[2478], болота[2479], овраги[2480], лесную чащу[2481]. Так, согласно свидетельству из Вологодской губернии, недалеко от одной из деревень «лежит небольшое болото, поросшее мелким кустарником и окруженное сенными покосами». Оно имеет репутацию «нечистого», и местные жители считают, что «в нем обитают бесы»[2482]. В новгородской быличке черти под видом парней приходят на посиделки со стороны леса[2483]. Согласно калужскому поверью, «на каждом перекрестке следует креститься и не ругаться черным словом, чтобы не попасть в руки чёрта и не получить неизлечимой болезни»[2484]. Костромские поверья утверждают, что особенно опасно ругаться, поминая чёрта, у воды или в лесу, поскольку он «в эфтих местах завсегда водится и обожает их»[2485].
Вот провальный (?) мост. Вот где трасса теперь. Там была грязь и был мостик маленький. И вота там все черти выходили. Поедут в город — ягненочек бежит, поймают его и посадют, и лошадь не идет. Я что-то не верю[2486].
Как вездесущий дух, чёрт проникает в человеческое жилище, предпочитая больше те дома, где не соблюдают нормы этикета и бытового благочестия (громко разговаривают, смеются за обедом, не молятся перед едой и т. п.). Считается, что чёрт заходит в дом и покидает его через печную трубу — чаще всего, когда топят печь[2487]. Внутри дома чёрт может прятаться под печку[2488], выходить из подпола[2489], «сидеть» на чердаке[2490], бегать по крыше[2491]. В рассказе из Новгородской области мужчина видит, как множество чертей лезут по стенам и потолку, однако не могут проникнуть в дом дальше матицы (центральная потолочная балка в крестьянском жилище)[2492].
Черти представляют особую угрозу во время непогоды: метели, вихря, грозы. С грозой связан специфический для этого персонажа сюжет о том, что Илья Пророк[2493] (Господь[2494], Архангел[2495]), разъезжая по небу на огненной колеснице, «сердится на чёрта»[2496], стремится поразить его молнией, чтобы тот не насмехался, не дразнил Бога и православных людей[2497]. Скрываясь от преследования, чёрт норовит спрятаться под деревьями, домашними животными, однако небесный персонаж поражает всё своей молнией. В качестве укрытия чёрт может использовать и человеческое тело: тогда человек либо будет убит молнией[2498], либо станет одержимым (см. главу «Одержимость: кликушество и икота»). Наконец, чёрт прячется в воду или на меже[2499] (границе полей), где Илья или Бог уже не способны его достать. С этим сюжетом связаны особые бытовые запреты и предписания (см. раздел «Защита от чёрта»).
[Во время грома — В. Р.] черти прячутся, [поэтому молнии — В. Р.] и лисину [одиноко стоящее дерево — В. Р.] раскалывают, скотину [убивают — В. Р.]. Господь [говорит чёрту — В. Р.]: «я <…> тебя убью». [Чёрт отвечает — В. Р.] «в лисину спрячусь». — «Я и лисину расчеплю». — «Я в скота спрячусь». — «Я и скотину убью». — «Я в человека спрячусь, раба Твоего». — «И раба не пощажу»[2500].
Миниатюра из Толкового Апокалиписа XVIII в. Фрагмент.
Андрей Кесарийский, архиепископ Кесарии Каппадокийской. Апокалипсис толковый. РГБ. Ф.228 № 64
Во многих быличках человек может встретить чёрта во время грозы в каком-то подчеркнуто безобидном, жалостливом облике, например в виде маленького нагого замерзшего ребенка. Чёрт начинает просить укрыть его от грозы в своей телеге или за пазухой. Человек может согласиться, но потом, обнаружив на голове мальчика рожки[2501], выгнать его или же, с самого начала подозревая происки нечистого, отказать в укрытии[2502]. В мнимого ребенка ударяет молния, однако мертвого тела на месте не оказывается[2503].
Однажды старик-крестьянин ехал лесом под вечер домой. Начиналась гроза, и где-то вдалеке раздавались удары грома. Старик начал погонять лошадь, чтобы до грозы добраться до ближайшей деревни; но, несмотря на все старанья старика, ему не удалось этого достичь. Гроза застала старика в лесу. Гром и молния начинали все сильнее и сильнее действовать. Старик случайно оглянулся назад и увидел, что за ним бежит маленький, совершенно нагой, посиневший мальчик и кричит: «Дедушка! Возьми меня, я боюсь молнии». Старик сжалился над мальчиком и посадил его к себе в телегу. Мальчик весь дрожал и стучал зубами от дождя и прохладного ветра. Он жался к старику и начал залезать к нему под халат. Молния в это время так и летает около крестьянина. Крестьянин пристально посмотрел на мальчика; вид его ему показался подозрительным, так как на голове мальчика крестьянин заметил небольшие рожки. Крестьянин перекрестился и вытолкнул его из телеги (так как он слыхал, что молния гоняется за чертями). Как только крестьянин перекрестился, мальчик весь почернел и бросился на дерево. В это время молния ударила в то дерево, на которое влез мальчик, и раздробила его, а мальчик с визгом перескочил на другое дерево. Мальчик этот был не кто иной, как чертенок. Дьяволы во время грозы прячутся не только за деревья, камни, дома, но и за людей, если последние не оградят себя крестным знамением и молитвою. Если за человеком спрятается дьявол и в него Бог бросит стрелу (молнию), то дьявол увертывается в сторону, и огненная стрела убивает человека[2504].
Согласно свидетельству из Вологодской губернии, от пальцев чёрта, оторванных молнией, происходят белемниты[2505], в народе называемые «чёртовы пальцы»[2506]. Их применяют в народной медицине для лечения порезов — скоблят ножом и полученным порошком посыпают раны, чтобы они не гноились.
Чёрт особенно опасен накануне или во время христианских праздников. Так, согласно свидетельству из Мурманской области, в Вербное воскресенье «дьявола делают свадьбу» и могут похитить человека[2507]. Согласно свидетельству из Новгородской губернии, чёрт посещает святочные молодежные посиделки[2508]. В некоторых текстах черти являются тем, кто грешит, нарушает запреты на те или иные виды деятельности в праздничные дни (см. раздел «Защита от чёрта»).
Подобно домовому или кикиморе, чёрт может выступать как шумный дух, который причиняет разорение и беспокойство жильцам дома. В этом качестве он способен скидывать человека с кровати, разбрасывать по полу угли, перья из подушки[2509], бегать по крыше с громким топотом[2510].
Как и леший, чёрт может сбивать с пути, заводить путников в глухие, непроходимые места. При этом он зачастую наводит на людей морок, который рассеивается при молитве, крестном знамении, поминании Божьего имени. Так, в быличке из Московской губернии чёрт под видом человека встречает мужика, зовет в гости и предлагает ему залезть на печь, однако на самом деле толкает к реке[2511]. В рассказе из Вологодской губернии чёрт морочит пьяницу: тот вместо кабака оказывается на вершине ели в глухой лесной чаще[2512]. В быличке из Читинской области черти заводят в лес скрипача. Когда его находят люди, он сидит на пне и играет для чертей[2513]. В брянской быличке чёрт заводит скрипача-пьяницу по шею в болото: «он там стоял, играл и пел. А рано [утром — В. Р.] пришел домой»[2514]. Считается, что чёрт способен завести человека в глушь, прикинувшись животным. Согласно свидетельству из Калужской губернии, он может ночью показаться в облике свиньи или лошади, которую человек пожелает поймать. Хрюканье или ржание будет раздаваться то с одной, то с другой стороны, соответственно, человек, пустившийся вдогонку, будет метаться, потеряет направление и в конце концов окажется где-нибудь на краю пропасти или на берегу реки[2515].
Пьяным черти частенько показывают дорогу, но нередко и заводят их куда-нибудь, что не выйти.
Однажды пьяный мужик возвращался домой. На дороге он увидел чёрта, который показывал ему кулаки. Мужик — к чёрту, а тот — дальше от мужика и все кажет ему кулаки.
Мужик рассвирепел и с бранью бросился на чёрта. Чёрт — в воду, мужик за ним. Чёрт зашел по шею, и мужик идет. Шел, шел и потонул[2516].
Сон скупого. Лубок XIX в.
Цифровая галерея Нью-Йоркской публичной библиотеки
Согласно некоторым рассказам, чёрт наводит на человека видения, морок. В многочисленных историях рюмка, поднесенная чёртом, оказывается шишкой[2517], золото — углями[2518], печь, предложенная для ночлега, — холодным камнем[2519], чёртов конь — палкой[2520]. В конкретных рассказах такие видения, иллюзии иногда трудно отличить от буквальных превращений.
Бабушкин отец шел с Ботов — село ниже на три километра — пешком. И попадает ему встречу на белом коне ботовский мужик. Ну и он поздоровался с ним:
— Здравствуй, Иван Сафроныч. Чем пешком идти, садись на моего коня.
Ну он и сел и приехал сюда, в Мангидай. Зашел в избу и сыну говорит:
— Коня-то устрой.
А сын вышел, видит: никого нет. Ну он зашел и отца спрашивает:
— Где, папа, конь?
А когда сам-то отец вышел: где связывал коня, там палочка березовая привязана. Но он и понял, что ехал на самом чёрте[2521].
Подобно другим персонажам, черти могут похищать взрослых и детей, если по отношению к ним не соблюдаются нормы поведения, и в первую очередь имеется в виду запрет посылать к чёрту (подробнее см. главу «Проклятые, похищенные, подмененные нечистой силой»). Считается, что черти также забирают к себе детей, приспанных (задавленных, задушенных во сне) матерями. Согласно свидетельству из Калужской губернии, чёрт забирает такого ребенка к себе, а на его месте оставляет полено с очертаниями мертвого тела. Время от времени он может показывать матери ее ребенка, «отчего мать впадает в тоску, которой часто не выносят и налагают на себя руки»[2522].
Подобно тому, как чёрт забирает людей, которых «послали к чёрту», он может присваивать себе и другие предметы, оставленные без благословения или отданные чёрту неосторожным словом. По свидетельству из Владимирской губернии, черти воруют у людей пищу, но только ту, что положена без благословения, а «что с молитвой положена — не берут»[2523]. В тексте из Вологодской губернии женщина просит соседку дать воспользоваться ее баней. Хозяйка бани отказывает: «Лучше, — говорит, — чёрту дам — пусть топит!» С той поры чёрт не дает людям нормально париться и как бы присваивает постройку себе[2524]. В быличке из Читинской области старик поминает чёрта, заплетая лапоть. Ночью чёрт является под окно и требует себе готовое изделие. Старик вынужден повиноваться[2525].
Считается, что черти могут вступать в любовную связь с женщинами. Согласно свидетельству из Вологодской губернии, одной крестьянке временами казалось, будто пространство вокруг заполняется водой, из-за чего она вскакивала на какой-нибудь вблизи стоящий предмет и начинала задирать платье. По мнению ее односельчан, в этот момент она совершала сексуальный акт с «дьяволом»[2526]. Подробнее представления о сожительстве женщины с чёртом рассмотрены в главе об огненном змее-любовнике (см. главу «Огненный змей»).
Для чёрта специфично склонять человека к греху (богохульству, азартным играм, пьянству, дракам, самоубийству) и наказывать грешников. Так, в рассказе из Новгородской области чёрт является мужику в воскресенье по дороге в церковь и уговаривает его обругать плохую погоду. Благочестивый мужик отказывается, поскольку любая погода «от Бога», несмотря на то что чёрт сулит ему сто рублей денег[2527]. В другой истории парень, которому не везло в карты, призывает себе на помощь нечистую силу. Чёрт тут же является и предлагает парню дать денег для игры[2528]. В иркутской бывальщине чёрт является на свадьбу. Как только он говорит: «Ребята, ребята, дерись!» — все гости вступают в драку[2529].
В целом ряде фольклорных текстов чёрт устойчиво ассоциируется с пьянством и выпивкой. В новгородской быличке старуха видит, как чёрт сидит на крыше дома, где варят самогон, и нюхает винные пары, выходящие через трубу[2530]. Считается, что чёрт редко пристает к трезвым, а больше к пьяным, «потому что пьяный человек все грешит, ругается и его [чёрта — В. Р.] часто поминает, вот он над ним и “надругается” как ему нужно»[2531]. В быличках нечистый поддерживает греховное намерение пойти в кабак перед тем, как идти в церковь, соблазняет выпивкой, заводит пьяных на бездорожье. По его воле пьяница оказывается в глухом лесу[2532], тонет в реке[2533], замерзает насмерть[2534]. Согласно свидетельству с Южного Урала, черти имели «притон» в местности, где зарывали опивиц (людей, умерших пьяными, от пьянства)[2535].
«Вечерняя дорога». Картина Исаака Левитана.
Фотография © Finnish National Gallery / Hannu Aaltonen. Музей «Атенеум», Хельсинки
Во многих рассказах чёрт подталкивает человека к самоубийству. В быличке из Читинской области нечистый выбил табуретку из-под ног девушки, которая хотела напугать мать, изобразив собственное повешение[2536]. В новгородской быличке парень забавы ради сует голову в петлю, пока товарищи держат его за ноги. Внезапно на пороге избы показывается чёрт под видом станового (полицейского чиновника). Перепугавшись, товарищи разбежались кто куда, когда же суматоха улеглась, оказалось, что парень висит в петле удавленный.
Собралась раз о Святках посидка. Много плясали, в игры играли, пели. Ребята разбаловались и стали выдумывать, что бы такое почуднее сделать. Вот один парень и говорит: «Дай-ка попытаю (испробую), как люди давятся. До смерти не задавлюсь же на глазах у всех. Вы меня, ребята, подержите, а я в петлю голову суну». Все рады: новая забава нашлась. Сделали мертвую петлю, привязали к матицы; только он сунул туда голову да затянул малость — вдруг в двери становой, да как гаркнет: «А кто тут давиться задумал! Я вот сейчас всех вас разберу!» Все по углам расскочились, кто к дверям бросился: глядь — никакого станового и не бывало, только метель крутит, да ветерок воет и снег переметывает. Подошли все к парню, а он и вправду задавился: висит в петле до покачивается. А становым-то враг-от прикинулся, да на людей мороку навел. Вообще удавленники — любимая добыча чёрта, «чёрту баран», как говорит пословица[2537].
Кабак под Москвой. Картина Жана Батиста ле Принса. XVIII в.
Фотография © Per-Åke Persson / Nationalmuseum. Национальный музей Швеции, Стокгольм
Стремление чёрта толкнуть человека в петлю связано с представлением о том, что самоубийцы и вообще «заложные покойники» (см. главу «Покойник») попадают в распоряжение нечистой силы; в разных регионах России про самоубийц говорили «чёрту баран»[2538], [2539], «чёрту пирог (калач)»[2540], «чёрту раб»[2541]. Иногда считается, что девушек, наложивших на себя руки, чёрт берет в жены. В быличке из Читинской области люди попадают на свадьбу чертей и узнают в невесте недавно удавившуюся девушку[2542]. В другом рассказе из того же региона девушке, которую никто не брал в жены, является чёрт под видом жениха и ведет ее в церковь. В церкви девушке должны надеть на голову венец, она крестится и обнаруживает перед собой петлю — если бы она не перекрестилась, то просунула бы голову прямо в нее[2543].
Ехали два мужика по лесу и немного заплутали. Попадается им знакомый мужик из другого села и пригласил их в свое село на свадьбу. Сказал, что невеста из их села. Вот приехали, привязали коней. Зашли в дом. Гости сидят, невесту ждут. Мужики-то торопятся домой, а им говорят:
— Подождите, сейчас невесту уж привезут.
Вот привезли, заводят в хату, а эти двое ее узнали — с их села, Гашка. Узнали и думают: «Чего же голова у нее так криво?»
Началась свадьба. Один из этих мужиков взял баян и стал играть. Умаялся и вытерся занавеской и… все исчезло! Столы не столы, а пни, и вся еда — конски г… Это их черти возили.
Упали они на коней и до дому тикать! Приезжают, а им говорят:
— Гашка-то на току повесилась.
Это ее черти запихали, чертям душу свою отдала. Таких раньше на кладбище не хоронили. Тот срок, что им дожить оставалось, они на чертей батрачили. Вот так-то[2544].
Наказание грешников чертями (прижизненное и посмертное) по-разному описывается в различных фольклорных жанрах. В поверьях и быличках речь чаще всего идет о том, что чёрт использует грешника как ездовое животное (см. главу «Покойник»). В бывальщине из Воронежской области музыкант оказывается на вечеринке у чертей и видит, что занавески в комнате, где он играет, — «удушельники, утопленники, передратые ихние кожи висят»[2545]. Особенным образом наказан мужик, который осмелился сжечь в печи иконы: его жена рождает чёрта.
Знаешь Дуняшкина деверя? Так вот он ходил к себе в Ярославскую губернию.
У них, говорят, это было в Романово-Борисоглебском уезде. Бросил мужик иконы в печку, все сгорели, одна только осталась.
— Вот, — говорит баба, — чудо то!
А в брюхе у ней отвечает (брюхатая она была):
— Нет, через три дня так будет чудо!
Через три дня и родила баба чёрта — как есть чёрт: мохнатый, с хвостом и рогами. Баба померла со страха, а чёрт как родился, так сейчас и убежал под печку — чёрт свое место знает. Достали его оттуда и отправили в музей[2546].
Иногда считается, что чёрт доводит человека до сумасшествия: «душевные болезни, сопровождающиеся истерическими припадками психические расстройства, в частности кликушество, крестьяне нередко объясняли тем, что в человека проник или “посажен” чёрт»[2547]. Так, в рассказе из Новгородской губернии женщина, повстречавшая чёрта под видом своего отсутствующего мужа, начинает «дурить» и в конце концов отправляется в «богоугодное заведение на излечение»[2548].
Нередко встреча с чёртом представляет для человека смертельную угрозу. В рассмотренных выше рассказах о нечистых духах на вечеринке девушки, которым не удалось спастись, оказываются передушены[2549], с них содраны шкуры[2550]. В бывальщине из Мурманской области к девушке, ночующей в одиночестве, является «дьявол». Он берет девушку в зубы, однако ей удается вырваться и, всей в крови, убежать[2551]. В вологодской быличке мужик после встречи с чёртом «целый месяц болел и едва не умер»[2552]. Из двух сестер, спасшихся от чертей, одна «через пять дней умерла, а сестра ее болела шибко»[2553].
Особый сюжетный тип образуют истории о том, как на собрание молодежи являются черти в облике парней. Они заваливаются вечером в избу, где работают девушки, играют музыку, устраивают игры и пляски. Поначалу это не кажется подозрительным, но в какой-то момент кто-то из людей (часто — попавший на развлечение старших ребенок) замечает у парней демонические признаки (рога на голове, копыта, огонь во рту и т. п.). Ребенок говорит старшей сестре о своем открытии, они скрываются, в то время как остальные девушки становятся добычей чертей, от них остаются только «косьё да волосья»[2554], а на том месте, где была вечеринка, образуется озеро[2555].
Рассказывала одна, что вроде в Святки, когда девчата ворожат [гадают — В. Р.], уехали они от деревни подальше, в зимовье, чтоб ребята им не мешали. Вдруг откуда ни возьмись ребята их подъехали! С гармонями, хохочут. Входят в избу.
— Никуда вы от нас, — говорят, — не уйдете. Мы вас везде найдем.
Стали они танцевать под гармонь, петь… Вот сели ужинать. А одной девки сестренка была малая. Дома-то одна боялась остаться, ну она и взяла ее с собой.
Вот сидят они за столом, а у маленькой девчонки ложка-то под стол упала. Ну полезла она за ней, смотрит: а у всех ребят-то вместо ног копыта. Выглянула она из-под стола-то: а у них на голове рога. Вот сидит она и говорит сестре:
— Няня, няня, у меня живот болит.
Ну ребята-то ей и говорят:
— Своди ее на улицу.
Вышли оне на улицу. Она сестре-то все и сказала. А дети-то, они же ведь как ангелы: на них грехов-то нету, вот они и видят всяку нечисть.
Сразу-то убежать они не решились. Зашли они обратно. Посидели чуток. А маленькая-то эта опять к сестре:
— Няня, няня, у меня опять живот болит.
Парни ей говорят:
— Выведи да побудь там подольше.
Вышли они — и как давай бечь! Бежали, бежали… Смотрят: скирда [стог — В. Р.] стоит. Добежали до скирды. Сестра молитву прочитала и круг сделала. Зачертила себя. А черти-то эти догоняют их со свистом. Все кругом закружило, завертело. А они, черти-то, кричат:
— А-а, догадались! Убежали! Скрыться от нас хотите! — Тут петух закричал, и исчезло все.
Девочка-то дней через пять умерла, а сестра ее болела шибко[2556].
Черти также являются во время гаданий. Они принимают облик мужчин, одетых в ту же одежду или имеющих при себе то же оружие, что и будущие мужья девушек. Гадающие девушки отстригают лоскут одежды или подбирают оставленную саблю, ружье, фуражку. Позже, уже после замужества, выясняется, что на одежде мужа выстрижен именно такой лоскут или что он потерял именно такой предмет.
В селе одном было, рассказывали.
Ворожили девки. В баню стол унесли, закуски наставили и по одной сидят в бане, дожидаются[2557], [2558]. Петуха принесли и иголку… В двенадцать часов ночи колокольцы загремели. Заходит в баню мужчина. Девка одна его за стол позвала, а сама остригла у него кусочек от костюма. Долго он сидел. Слышит: дверь открылась, а вокруг черти, вроде как люди, а хвосты есть. Испугалась она, что удавят, взяла и кольнула петуха иголкой. Он запел. Жених как побежит! …А потом они где-то познакомились и поженились. Он однажды надел костюм свой, а там кусочка нет. Взяла да все мужу и рассказала, а он с ней жить не стал. Говорит, что «ты меня через чёрта доставала»[2559].
Бывает, что напрямую к чертям обращаются с помощью словесных формул, произносимых во время гаданий. Например, в Вологодской губернии девушки, гадающие на Святки, выходили с огарком лучины в поле и говорили: «Черти с нам, водяныё с нам, маленьки чертяточьки все по-за нам, из черты в черту и девки х чёрту». По звукам, которые слышались после этих слов, угадывали будущее (звон колокольчика предвещал замужество, стук топора — смерть). Для завершения гадания следовало сказать: «Черти от нас, водяныё от нас, маленьки чертятки все от нас, девки от чёрта, и чёрт от девок»[2560].
В некоторых рассказах чёрт загадывает человеку загадки. В сибирской быличке нечистый является из подпола во время гадания и задает девушке вопросы. Парень, который хотел подглядеть за гаданием и заранее спрятался на печке, выдает правильные ответы, после чего чёрт исчезает.
Пошла, говорит, одна девка ворожить на Святках. Поставила зеркало, колечко опустила в стакан с водой и сидит. А ее парень знал, что она собирается ворожить, и в эту избу пришел ране ее, залез на печку, лежит. И вот девка пришла, сидит. Вдруг западня [крышка над лазом в подполье — В. Р.] поднимается, из нее появляется чёрт (а она не видит) и спрашивает ее:
— Девка, что на свете три косы?
Она испугалась, молчит, не шевелится. А парень не растерялся, с печки говорит:
— У речки коса, у девки коса да литовка [сельскохозяйственное орудие — В. Р.] коса.
Тот снова спрашивает:
— А что на свете три дуги?
Парень опеть же:
— В печке дуга, в упряжи дуга и радуга — дуга.
— А что на свете три матери?
— Мать-родительница, мать-сыра земля да мать Пресвята Богородица.
Только сказал: «Мать Пресвята Богородица»-то — сразу чёрт исчез, западня захлопнулась. Девка ни жива ни мертва.
А если бы не парень, то он, чёрт-то, девку задавил бы. Она же испугалась. Не может ничё сказать[2561].
В некоторых текстах черти сторожат клады или цветок папоротника.
Согласно ряду фольклорных свидетельств, черти охраняют скрытые богатства, клады. Например, в свидетельстве из Вологодской губернии такие нечистые духи называются «кладовыми бесами». Считается, что «кладового» черти выбирают «из своей среды» в ночь на Ивана Купалу, после чего устраивают пляски до утра[2562]. В рассказе из Тульской губернии чёрт сторожит клад с мечом в руке и поражает всякого, кому клад не предназначен[2563]. В других историях людей, стремящихся добыть клад, черти обманывают, морочат. Так, в вологодской быличке чёрт предлагает мужику указать место, где зарыт клад. Мужик роет землю до изнеможения, но не может достичь желаемого. Тогда чёрт предлагает ему испражниться, чтобы «запятнать», отметить то место, где спрятано сокровище. Мужик снимает штаны и тут слышит недовольный голос жены — оказывается, что он испражняется, лежа в постели[2564]. Иногда считается, что черти-охранители следят за выполнением условий, назначенных теми, кто зарыл клад. Например, он должен достаться человеку из той или иной категории (пьянице[2565], носителю определенного имени[2566] и т. п.) и (или) в определенный срок[2567].
По поверьям, цветок папоротника расцветает только в ночь на Ивана Купалу всего на несколько минут и дает своему обладателю способность становиться невидимым[2568] и особую прозорливость[2569], возможность обнаруживать скрытые в земле сокровища[2570] и вообще «все знать»[2571]. В фольклорных рассказах люди либо заполучают его случайно, либо специально отправляются на поиски. Чтобы его найти, человек проводит особые ритуалы: садится в начертанный на земле круг, читает Евангелие[2572], расстилает белую простыню, на которую должны упасть цветы[2573]. Считается, что в это время его будет смущать и пугать нечистая сила, но если выстоять перед всеми кошмарами, то получится завладеть волшебным цветком. Однако иногда он достается человеку по счастливой случайности, например просто заваливается в обувь. Неважно, как добыт цветок папоротника, нечистая сила обязательно попытается заполучить его себе с помощью прямых требований, угроз, обмана. В читинской быличке чёрт является владельцу цветка во сне и спрашивает, где он. Как только человек показал чудесное растение, чёрт «выхватил его, захохотал и убежал»[2574]. В некоторых историях нечистый, чтобы заполучить цветок, прикидывается родственником (братом[2575], свекровью[2576], женой[2577]), просит показать диковинку, затем хватает ее и исчезает. В одном из рассказов чёрт является обладателю цветка под видом барина и предлагает с помощью него искать сокровища вместе. Мнимый барин забирает цветок, который подал ему крестьянин, и исчезает[2578].
В ночь на Ивана Купалу цветет в лесу папретник [папоротник — В. Р.]. Кто найдет этот цветок и сорвет его, для того откроются все клады. Но найти цветок от папретника нелегко, еще труднее завладать им, так как нечистая сила ревниво оберегает его.
Раз пошел мужик вечером на Ивана Купалу лошадей искать. Побродил там до темных, лошадей не нашел и повернул назад. Только что вышел из лесу на лог, как слышит, что назаду у ево хто-то едет на тройке.
— Посторонись! — кричит с тройки.
Мужик свернул с дороги и шапку снял, думая, что господа едут.
— Снимай лапти! — кричат с тройки. — А то худо будет!
Мужик снял лапти.
Глядь — а тройка-то с седоком пропала, бытто скрозь землю провалилась. Тут толь догадался мужик, что верно, ходя по лесу, он нечаянно зацепил лаптем за папретник, сорвал с ево цветок и заронил ево в лапоть.
А седоки-то были не кто, как сами нечистые. Снял мужик лапоть, цветок выпал оттуда, а нечистые ёво и подхватили[2579].
Вообще мифологическое представление о богатствах и ресурсах, находящихся в распоряжении нечистой силы, но потенциально доступных человеку, можно понимать в самом широком смысле: «иной», демонический мир оказывается источником возможностей, которых человек лишен в своей обыденной, «профанной» жизни. Такая «нехватка», напоминающая сказочную «недостачу»[2580], [2581], служит завязкой для целого ряда рассказов. Так, в бывальщине из Самарской губернии тридцатилетний холостяк сетует: «Ах, хоть бы чёрт меня женил!»[2582] Мужчина, у которого не получается найти работу, говорит: «Хоть бы <…> черти наняли, поработать с куска хлеба!»[2583] В другом тексте успешный, «ославленный» гармонист как бы сожалеет: «Везде я был, во всем белом свете, только у чертей не был!»[2584] В рассказе из Иркутской области старуха сетует: «Господи, хоть бы чёрт меня к своей родильнице созвал!»[2585] В бывальщине из Мурманской области старушка также хотела оказаться в роли повитухи: «До старости дожила, а ни у кого не бабила». Однажды в лесу она повстречала беременную лягушку и в шутку сказала ей, чтобы та позвала ее, когда придет время родить. Ночью старухе явился чёрт и позвал ее к своей рожающей жене[2586].
Среди быличек и бывальщин о чёрте часто встречаются истории о том, как черти нанимают повитух или музыкантов.
В таких сюжетах чёрт является специалисту и уводит с собой в особое, демоническое пространство. На первый взгляд, там ничего не вызывает подозрений: повитуху ведут в баню, истопленную для родов[2587], музыканта — в богатый дом, где все приготовлено для танцев[2588]. Однако в какой-то момент становится очевидным, что героя-человека окружают черти, а сам он оказался в их логове. Это обнаружение осуществляется при помощи разных мотивов и иногда даже в одной и той же истории «проигрывается» разными способами. Часто речь идет о том, что человек приобретает особое зрение, помывшись водой в бане чёрта[2589], намазав один собственный глаз снадобьем, которым велели смазать глаза новорожденному[2590], помазав собственную бровь или глаз мазью, которой танцующие мажут брови или глаза[2591], или вытерев вспотевшее лицо занавеской[2592]. Благодаря этому зрению человек видит окружающих его чертей (ранее невидимых или скрытых под человеческой личиной), понимает, что жилище украшено не занавесками, а ободранными шкурами удавленников, утопленников и приспанных матерями детей, замечает, что в качестве платы под видом денег предлагают уголь, под видом угля — деньги, а вместо угощения — конский и заячий помет, обнаруживает себя не на вечерке, а в лесу на пеньке.
У нас был гармонист, в нашей деревне. Очень хороший гармонист. Его звали на свадьбы, проводы. А ему привиделося. Ночью дома спал, приходют, стучат: «Гриша, пойдем с нами в клуб!» Ну он собирается. Как привезли в клуб: посередь стол стоить, тут танцують все, а на столе, говорит, стоить тарелка. Они танцуют, он играет. Они, говорит, возьмут, подойдут к тарелке и мазнут пальцем — раз-раз себе по глазам! А я, говорит, все играю, а думаю: дай себе мазану хоть один глазик. А как мазнул — все стали рогатые такие, и женщины, и мужчины рогатые. Я подхватил гармошку и уходить. Они за ним, а тогда он стал молитву читать, а они в ладоши забили и говорят: «Догадался!». А то б они его разодрали[2593].
Яркий эпизод в таких историях — момент расчета демонов со специалистами. Согласно общему правилу, «благо» в демоническом мире оказывается в мире людей дрянью, мусором, вещами, не имеющими ценности; в то же время плохие, непривлекательные вещи, взятые у демонов, становятся сокровищами. В соответствии с этой логикой, расплачиваясь с людьми за работу или просто снабжая «гостинцами», чёрт норовит подсунуть под видом ценностей уголь, снег, мусор и т. п. Однако иногда у человека есть шанс выбрать награду «с умом». В воронежской бывальщине черти подводят музыканта к куче угля и куче денег. Благодаря тому, что музыкант уже приобрел особое зрение, вытершись занавеской, он различает подвох и делает правильный выбор[2594].
Подобно некоторым другим демонам, чёрт во многих рассказах связан с музыкой и танцами. В текстах черти часто уводят к себе в логово музыканта-человека: он поет, играет, а черти пляшут[2595]. Нечистые духи-музыканты фигурируют в разных рассказах. В брянской быличке чёрт является мужику и говорит: «Давай петь песни»[2596]. В читинской быличке невидимые нечистые духи беспокоят, пугают хозяйку и в числе прочего разговаривают, играют музыку и поют в доме[2597]. В другом тексте из того же региона черти уводят парня в лес, вовлекают в танец[2598]. Во многих рассказах черти под видом парней являются в избу, где находятся девки, играют музыку, пляшут[2599]. Считается также, что черти могут научить человека играть на музыкальном инструменте. В читинской быличке парень, не умеющий играть, приходит ночью в пустую избу, ему являются черти под видом парней и девок и учат его играть на гармони[2600]. В рассказе из Архангельской области нечистый дух является мужику в облике красивого парня, усаживает человека себе на колени. После этого нечистый достает большие рукавицы, засовывает туда одновременно свои руки и руки мужика и начинает водить по клавишам. Таким образом мужик за одну ночь выучивается игре[2601]. В рассказе из Воронежской губернии, напротив, музыкант забрасывает занятия музыкой после того, как сыграл на вечеринке у чертей: «малый страсти набрался и гармонь свою побил, и по теперь не играет; боится — черти разорвут»[2602].
Как и другие представители нечистой силы, чёрт часто является людям, нарушающим традиционные нормы поведения. Считается, что он приходит к тем, кто, вопреки существующему запрету[2603], работает в особо отмеченные православной церковью дни. Так, в новгородской быличке мужику, который накануне Пасхи гнал деготь, является чёрт[2604]. В рассказе из Орловской губернии чёрт беспокоит сапожника, также работающего накануне Пасхи. Нечистый визжит, смеется и предлагает, чтобы тот отрезал ему нос. Сапожник выполняет просьбу, чёрт тут же исчезает. При этом работа оказывается испорчена: у сапога, который тачал мастер, отрезан носок[2605].
В крестьянском быту разных регионов России принято на ночь закрывать, благословлять, осенять крестным знамением все сосуды с водой, питьем или пищей. Считается, что еду из непокрытого сосуда черти едят[2606], кормят ею похищенных людей[2607]; или даже что они входят[2608], плюют[2609], испражняются[2610] в воду, питье, пищу. Человек, употребивший такое, заболевает[2611], становится пьяницей[2612] или одержимым[2613]. Согласно свидетельству из Калужской губернии, крестьяне вообще избегали пить по ночам. Если же их сильно мучила жажда, то сначала они откашливались, чтобы «дать чёрту знать, что в доме находишься якобы не один, и поэтому не боишься его»[2614]. Кроме того, считается, что чёрт может испражниться в пищу или посуду, если смеяться во время трапезы[2615].
Одна разгневанная мать крикнула на свою дочь 6–7 лет: «Чтоб тебя черти взяли». Девочка исчезла в тот же вечер: сели ужинать, а девочки нет. Подошло утро, девочка также не являлась. Розыски по деревне и по окрестностям также не привели ни к чему. Прошло несколько недель. Раскаявшаяся мать день и ночь молилась со слезами Богу, чтобы он возвратил ей дочь. И вот, проснувшись однажды утром, она к великой своей радости увидела, что пропавшая дочь мирно спит на своем прежнем месте. Когда девочка проснулась, ее стали спрашивать, куда она исчезла, она ответила, что ушла с каким-то дедушкой, который давал ей сладкие пряники и янтарные бусы; с этим дедушкой она жила все время в болоте, в шалаше, в верстах трех от селения. «Чем же ты была сыта?» — спрашивают у девочки. «А меня дедушка кормил, — отвечала девочка. — Как только у вас заснут на деревне, он и поведет меня по домам, и как только в каком доме не накрыт горшок, а в горшке есть что-нибудь, дедушка и приказывал мне это есть, а накрытых горшков мы не трогали. Сам дедушка ничего не ел, а все меня угощал». Девочка отчетливо указывала, когда именно и в каком дворе и что именно она ела. Спрошенные по этому поводу хозяева сознавались, что действительно они в означенный девочкой день готовили то самое кушанье, которое она ела. «Как же ты назад вернулась?» — спрашивали у девочки. «Не знаю, — отвечала она, — только, когда ложилась спать, дедушка сказал мне: “Пора тебе, девочка, домой, а то мать по тебе больно заскучала, Богу покоя не дает”». «Не обижал ли тебя этот дедушка?» Девочка ответила на это отрицательно, а, напротив, с большой похвалой отозвалась о неведомом ей старике[2616].
Другой распространенный запрет — не следует ругаться, поминая имя чёрта. Согласно свидетельству из Олонецкой губернии, слово «чёрт» крестьяне употребляют редко, поскольку считается, что чёрт может вселится в того, кто часто произносит его имя. Окружающие люди, которые слышат такого рода брань, крестятся и «предупреждают накликающего чертей, что, мол, много их накличешь, то как с ними справишься»[2617]. Закономерно, что крестьяне разных регионов России для именования чёрта использовали другие слова: «враг», «черный», «нечистый»[2618], «нехороший», «лукавый»[2619], «несветик», «рогатый»[2620] и др.
Особыми запретами могло быть окружено поведение при непогоде. Так, согласно сообщению из Вологодской губернии, во время грозы или вьюги крестьяне избегали садиться обедать или ужинать. Считалось, что в это время по земле носится нечистая сила, «ищет себе пристанища и, где будто завидит обед или ужин, тут и останавливается»[2621]. Согласно новгородскому поверью, во время грозы «окна и двери надо зааминить [осенить крестным знаменьем, благословить — В. Р.], чтобы чёрт не вошел». Следует также завесить зеркало, «а то чёрт в нем объявится»[2622]. Согласно поверьям, от молнии нельзя прятаться под осину, поскольку там прячется чёрт[2623].
Чтобы черти не проникли в жилище, на порог дома клали нож и топор[2624], выжигали крест на двери[2625], перед растопкой трижды крестили дымовую трубу[2626]. В разных рассказах человек, прячась от чертей в помещении, закрывает дверь и «благословляет» ее[2627], крестит стены от нижнего бревна до верхнего[2628]. В Вологодской губернии считали, что накануне Крещения следует окропить святой водой все жилые и нежилые помещения, а также домашнюю утварь, «чтобы чёрт не свил себе гнезда»[2629]. Чтобы обезопасить от чёрта то или иное пространство, нередко прибегали к рисованию круга. В сибирской быличке девочки, спасаясь от чертей, добегают до стога сена. Одна из них читает молитву и очерчивает стог кругом, который черти не могут пересечь[2630]. Согласно брянскому поверью, чтобы спастись от преследования чертей, нужно мизинцем правой руки нарисовать вокруг себя круг, в нем — крест. Чёрт будет стоять или скакать на границе круга, но не сможет проникнуть внутрь[2631].
Миниатюра из Апокалипсиса с толкованием Андрея Кесарийского. XVI в.
Апокалипсис с толкованием Андрея Кесарийского. РНБ. Сол. Анз. 1/1369
При встрече с чёртом помогают классические отгоняющие средства: молитва, крестное знамение. В московской быличке чёрт пытался столкнуть человека в реку. Мужик стал креститься и молиться, чёрт отступился от него со словами: «А, догадался, старый!»[2632] В рассказе из Вологодской губернии солдат выгоняет чёрта из бани при помощи иконы и святой воды[2633]. Помогают отогнать чёрта матерная брань, звуки выстрелов: «выйдешь с винтовкой, выстрелишь, сругаешься — он [чёрт — В. Р.] и прекратит»[2634].
Спастись от явившегося чёрта можно при помощи уловки, хитрости. В новгородской быличке чёрт является девушке в виде красивого парня и велит напрясть сорок веретен. При этом он утверждает, что если она выполнит задание, то он возьмет ее в жены. Девушка наматывает на каждое веретено только небольшой отрезок нитки в форме креста — если бы она не сделала этого, чёрт бы ее «задавил»[2635]. Другая уловка, спасающая от нечистой силы, — непомерно длинный рассказ, обычно посвященный тому, как изготавливается ткань. В тексте из Новгородской области девушки убегают с посиделок, куда явились нечистые под видом парней, и прячутся в бане, среди заготовленного для прядения льна. Черти подходят к двери, а девушка (в некоторых подобных историях — сам лен человеческим голосом)[2636] описывает им этапы изготовления льняной одежды. Рассказ затягивается до петухов, черти оставляют девушек в покое[2637].
Рассказывала мне одна бабка, что пришла на супрядки, сидят, прядут, а парней-то и нету вовсе. Одна девка-то возьми и скажи: «Хоть бы чёрт пришел заместо парней». Сидят, прядут. Вдруг входят двенадцать парней, садятся на лавку супротив их, сидят. Вдруг упало веретено, наклонилась одна поднять-то его, смотрит, а под лавкой-то хвосты у них. А их [девушек — В. Р.] две сестры было-то. Как побежали они к дому-то. Прибежали домой-то, а двери-то закрыты. А на дворе лен постлан был, ну, настелен лен. Вот побежали черти к дому-то, а лен встает и говорит человеческим голосом: «Слушайте меня, меня с земли собрали, в землю насыпали, ухаживали, лелеяли, сжали, потом постлали». Так он и рассказывал, и вот закончил, и на последнем слове петух пропел, они [черти — В. Р.] и исчезли[2638].
В некоторых текстах описывают способы убить чёрта. Например, считается, что нечистого может поразить молния. Согласно другим текстам, его можно застрелить из ружья, однако вместо пули следует использовать пуговицу[2639]. Погребение чёрта — это отдельная проблема: сколько ни сыпь на него земли, все будет мало[2640]. Здесь следует запрячь в повозку петуха — тогда удастся натаскать достаточно земли.