Настроение в момент повышается. Не могу долго взаперти сидеть, а тут Рустам сам добро выйти дал. Пусть только по магазинам, но кому-то и шопинг терапия.
Спускаюсь в гараж, там меня уже охрана поджидает. На спорткар смотрю, слюну пускаю.
– На этой ехать хочу, – произношу капризно, а у самой от волнения ноги подгибаются.
Неужели позволят? Охранники между собой переглядываются. Явно не ожидали такой наглости. Рустама набирают. Я тихо стою, прислушиваюсь.
Похоже, добро дал. Только вот незадача: нас трое, а мест в машине два. Помогаю мужчинам разобраться с проблемой: сама за руль сажусь. У них лица вытягиваются. Бледнеют оба. Я только плечами пожимаю. Мол, не хотите ехать, я не настаиваю, сама справлюсь. И показательно двигатель завожу.
Приходится одному из них рядом сесть. Ремень нервно пристегивает, на меня косится с сомнением. Понимаю, сама бы в такой ситуации психовала, но помочь ничем не могу. Рустам сказал купить симпатичное платьице, а слово жениха для меня закон.
На дорогу выруливаю аккуратно, сомневаться во мне как в водителе не позволяю. А дальше даю себе волю по полной. Впереди свободная дорога, под попой пятьсот лошадиных сил. Жму на газ и ухожу в отрыв. У съезда на шоссе притормаживаю, второго водителя жду. Он на внедорожнике за нами едет.
– Екатерина Егоровна, – запинаясь выдает охранник. – Нам бы потише ехать.
Поворачиваю к нему голову. Что-то бледный совсем. Не случилось бы чего с человеком.
– Не беспокойтесь, – говорю. – Я правила дорожного движения знаю, и права у меня имеются.
Только мои слова его несильно успокаивают. Зря он обо мне плохо думает. Я машину прочувствовать хотела, дальше размеренно еду, нервы мужчине берегу. Они ему на такой работе еще понадобятся.
В центр города заезжаем, мимо бутиков разных и магазинов проносимся, нигде не останавливаемся. Мне не абы какое платье нужно, а чтобы на Рустама неизгладимое впечатление произвести.
Сворачиваю во дворы и останавливаюсь у неприметного подвала. Здесь костюмером подруга работает. Охранников машины сторожить оставляю. Что-то они на меня уже волком смотрят. А сама спускаюсь.
– Катя, привет! Как дела у тебя? Все полы драишь? – незлобно поддевает меня подруга.
– Временно безработная, – сообщаю со вздохом.
Вдаваться в детали не планирую.
– Мне на вечер платье нужно симпатичное. Поможешь? – прошу подругу.
Описываю подробно, что требуется. Маша слушает внимательно и вдруг спрашивает:
– Обалденный, наверное, мужик, раз ты для него так стараешься?
Замираю в растерянности. С тем, что Рустам обалденный, поспорить трудно. Этого у него не отнять.
– По глазам вижу, влюбилась, – заявляет подруга.
Смущаюсь вся, украдкой в зеркало на себя смотрю. Глаза проверяю. Вроде обычные. Ничего особенного. И вовсе не влюбилась я.
– Не говори глупостей. Он меня нервирует, – отмахиваюсь от нее.
– Вот! Это верный признак. Пойдем, ради такого случая сногсшибательное платье тебе подберем.
Наряд мы выбираем долго, основательно. Меряем, спорим, почти на час задерживаемся.
– Ой, не жалеешь ты своего мужика, Катя, – выдает мне в итоге подруга вместо напутствия.
Я выбегаю к машинам. Охранники оборачиваются, застывают в изумлении. Пока в машину усаживаюсь, даже не шевелятся.
– Рустам ждет, – тороплю я их. – Поедем уже.
В руки себя берут, рассаживаются. Я улыбаюсь, реакцию Рустама представляю.