Рыжик для буйного

Глава 30

– Не надо, – шепчу запинаясь. – Пожалуйста, не делай этого, Рустам. Я не хотела. Случайно вышло.

Не слушает меня, надвигается.

– Чего не хотела? В гостевую комнату селиться? Или, может, от меня дверь запирать? – произносит с яростью. Ремень из брюк вытаскивает и пополам складывает. – Совсем ты от рук отбилась, Рыжик. Пора тебя к послушанию приучать. Воспитывать.

И ремнем показательно по руке похлопывает.

– Садист, – произношу хрипло, от ремня глаз не могу оторвать.

Попа еще прошлые наказания помнит, заранее гореть начинает, пугается.

Он только бровь приподнимается, на слова мои не реагирует.

Пячусь от него испугано, спиной в стену упираюсь, дальше отступать некуда.

Смотрит на меня плотоядно, ухмыляется. Вплотную подходит, обзор собой заслоняет. Взглядом меня ощупывает. К платью тянется, сорвать хочет.

– Пожалуйста, – лепечу жалобно. – Я его в аренду взяла, вернуть надо в целости.

Рустам морщится, но руки убирает.

– Сама снимай, – требует.

Надо мной нависает угрожающе. Я сжимаюсь вся, расстояние между нами стараюсь удержать.

– Не могу, – произношу сдавленно. – У платья пуговицы сзади. Я не достаю.

Мужчина скалится. Хватает меня за плечи и разворачивает к себе спиной. Прогибает в пояснице так, что ягодицами в пах ему упираюсь. Он об меня своим возбуждением трется, внушительный размер прочувствовать позволяет. Дергаюсь, отодвинуться пытаюсь. Он не дает, одной рукой удерживает, другой пуговицы на спине расстегивает.

Платье медленно с плеч скатывается, беззащитной меня перед ним оставляет.

– Ты куда это, Рыжик, собиралась, что без нижнего белья пошла? – спрашивает вкрадчиво и грудь рукой зажимает, тискает.

Молчу. Знает, что к нему ехала. И совсем я не без нижнего белья. На мне трусики есть. Бюстик пришлось снять, он через кружево просвечивал.

Ладонями грудь накрывает. Торчащие соски мнет, не стесняется.

– Мне нравится, но чтобы только для меня так ходила. Поняла? – шепчет горячо на ухо.

Платье к ногам падает, почти голой меня перед ним оставляет.

Его руки мне в кожу впиваются, облапывают, присваивают. Я как загнанная лань в сетях охотника. Готова бежать, но вырваться не могу. За стену цепляюсь, тихо всхлипываю.

Он мои руки перехватывает и над головой ремнем фиксирует. Одной ладонью бедра удерживает, другой попу разминает.

– Расслабься, Рыжик, так легче будет.

Не слушаю его. Понимаю, сейчас удар последует, напрягаюсь вся. Только он не спешит, оглаживает. Резкий шлепок опаляет внезапно, я выгибаюсь, вскрикиваю, а он обратно руку кладет. Снова массирует.

Второй рукой грудь мне сминает, сосок между пальцев зажимает и трет. Дрожу всем телом, извиваюсь. Еще шлепок. Теперь по другой ягодице. И снова поглаживания.

Всхлипываю в голос, раскачиваюсь. Внизу живота горит все, жгутом скручивается. Между ног влага выступает, состояние мое возбужденное выдает.

Рустам мокрое кружево вниз стягивает, под трусики мне забирается. Смазку по бархатным складочкам размазывает.

– Не готова, говоришь? – шепчет, нежно целуя в шею. – Ты уже вся мокрая, моя Катенька. Не бойся. Хорошо все сделаю, аккуратно.

Я как в тумане. Слушаю его, не сопротивляюсь. Все эти ужасные вещи позволяю с собой вытворять, как заколдованная.

Еще немного, и поздно будет мозг подключать.

В дверь колотят.

– Рустам Фархадович, – зовет охранник. – К вам приехали.

Рустам рычит злобно, но меня не отпускает.

– На хер всех посылай, – кричит раздраженно.

– Это Виктор Бегунов. Говорит: срочное дело.

Рустам грязно ругается, заставляя меня морщиться, но отпускает.

Хватает с тумбочки махровый халат, заворачивает в него, не забывая облапать.

– Мы с тобой еще не закончили, – произносит строго.

Меня всю потряхивает от пережитого позора. Я обхватываю себя руками и забиваюсь в угол, пока Рустам отодвигает комод и открывает охраннику.

На лице мужчины читается любопытство, но он не позволяет себе даже взглянуть в мою сторону.

– Приехал четверть часа как. Мы вас у себя сначала искали. Потом поняли, что вы с невестой, – рапортует сдержанно.

– Иди в мою спальню, Катя. Я быстро, – командует Рустам тоном не терпящим возражений.

Я плетусь по длинному коридору, надеясь, что Виктор сумеет задержать его надолго.

В комнате пусто и чисто. Кровать стоит неразобранной, и я сажусь на самый край, боясь спровоцировать Рустама на активные действия.

Он возвращается через пять минут по-настоящему злой. Бросает на меня короткий, голодный взгляд и сообщает хриплым голосом:

– Придется тебе сегодня спать одной. Но имей в виду, завтра мы продолжим с того самого места, где закончили.

Меня сразу отпускает. Пусть недолгая, но все же отсрочка.

– У Виктора что-то случилось? – спрашиваю взволнованно, все же он мне не чужой.

Не требуется большой смекалки, чтобы понять: просто так на ночь глядя он бы не приехал.

Для Рустама мой вопрос звучит, как красная тряпка для быка.

В считаные секунды он оказывается около меня, хватает за подбородок и заставляет посмотреть в глаза:

– С какой стати тебя интересует Виктор? – спрашивает с подозрением.

– Ты уезжаешь, я волнуюсь, – шепчу я в ответ почти искренне.

Он скалится. Поверил ли?!

– Это правильно. Ты моя, Рыжик. И никаких других мужиков у тебя не будет.

В его глазах загорается лихорадочный блеск, и я не на шутку пугаюсь.

В горле застревает ком. Рустам ведь не собирается запереть меня в своем доме навсегда?

Мужчина уезжает. Я забираюсь в постель, на всякий случай не снимая халат. Долго ворочаюсь с боку на бок, не в состоянии уснуть. В голову лезут странные картинки и образы. Мне, то снится, как Рустам жестко наказывает меня, шлепая по горящей от шлепков попе, то доводит до исступления поцелуями.

Просыпаюсь я одна в пустой постели, со странным ощущением томления внизу живота. Половина Рустама не смята. Видимо, он так и не вернулся домой.

Завтрак приносит уже знакомая служанка.

– У меня в комнате ночью окно ветром разбило. Пришлось перейти сюда, – поясняю я смущенно.

Девушка даже бровью не ведет. Держится очень вежливо, но отстраненно.

– Ремонтом уже занимаются. Хозяин распорядился, чтобы вас сразу после завтрака в город отвезли за покупками, – сообщает она, напоминая о предстоящем визите дяди Рустама.