S-T-I-K-S. Адская Сотня Стикса – 2

Глава 19

Времени до обновления Африки было ещё предостаточно, а найденная квартира оказалась комфортабельной и безопасной, так что Батя решил дать Коле и Винту день отдыха. Те, хоть и попытались уже в два голоса запротестовать – дескать, нихрена они не устали, – но командир остался непреклонен. В итоге оба бойца, наотдыхавшись утром, после обеда дружно свалили к припаркованной во внутреннем дворе машине – Кола намеревался потренировать свой Дар единственно возможным и максимально полезным способом.

Водила развалился на диване с книгой – в квартире обнаружилась целая библиотека классической литературы со всего земного шара. Батя от нечего делать занялся чисткой оружия. Расположился на кухне, разложил на столе чистую тряпку, шомпол, смазку и приступил к делу.

Время от времени он выглядывал в окно на пробегающих внизу тварей – те сегодня были уж больно деятельны и сновали туда-сюда даже не стаями, а стадами.

«Уж не к Орде ли дело?» – даже заподозрил Батя.

Но к вечеру движуха поутихла до обычной.

Вернулись Винт с Колой, усталые, но довольные.

– Бабку с тремя рядами зубов и наростом сбил? – лениво поинтересовался с дивана Водила. – Звёздочку будем рисовать?

– Да там сам чёрт не разберёт, кто бабка, а кто дед, – весело отмахнулся Кола. – Командир, я её зарядил! Полностью!

– Кого? – затупил Батя. – Машину?

– Её, – кивнул Кола и умчался на кухню за пойлом.

– Командир, а может, звёздочки всё-таки будем рисовать, а? – напомнил о своей идее Водила. – Ну, мало ли кого придётся бампером давить...

– Бампер пожалей, – тут же отреагировал батин внутренний Петросян. – Тут бабки покрепче него будут. А сервисов и магазинов автозапчастей – чёрта с два найдёшь.

– Тогда на Монстроломке рисовать, – не сдался Водила. – Чё мы, хуже твоего двойника, что ли, малевать умеем?

– На ней через два дня цвет краски придётся менять и вторым слоем идти, – в тон ему ответил Батя.

Петросян хмыкнул – специфический юмор Водилы нравился ему всё больше и больше.

Поужинав и накормив Мокрого, легли спать. Дежурить особо не требовалось, но Батя всё равно распределил смены. Во-первых, они в рейде и расслабляться сверх меры не должны. Во-вторых – обновления имеют свойство случаться неожиданно, и времени, чтоб убраться, дают не так чтобы много.

Утром под прикрытием невидимости отправились на лоскут, где, предположительно, окопался Дед. Потёкшего крышей Мокрого, предварительно накормив и напоив, заперли в одной из комнат. Саму квартиру тоже заперли от греха подальше. И двинулись в путь.

Тварей было чуть меньше, чем вчера, но всё равно постоянно приходилось то менять маршрут, объезжая крупные стаи по параллельным улицам, то пережидать, спрятавшись во дворах и подземных гаражах.

От двух стай, выскочивших поперёк внедорожнику, уйти не удалось. Одну из них возглавлял матёрый элитник. Он не обладал Даром подобно тому элитнику, от которого Батю спасло только своевременное появление Седого. Но умел, как сам Батя, становиться невидимым. И точно так же не брезговал этим умением пользоваться. Поэтому, когда он внезапно оказался прямо перед капотом внедорожника, даже Водила с его навыками, не уступающими талантам Колы, смог только с глухим матом вывернуть руль, превращая прямой удар в столкновение по касательной.

Заскрежетал раздираемый когтями металл. Батя на звериных рефлексах отодвинулся от борта, прижимаясь к Коле и радуясь тому, что сегодня с ними нет Мокрого, и вовремя – бочина внедорожника по всей своей длине прогнулась внутрь и ощетинилась острыми ошмётками.

От переворота через крышу внедорожник спас вовремя подвернувшийся бордюр. Подпрыгнув на него правым передним колесом, машина, уже опасно накренившаяся, кое-как выровнялась. Водила не растерялся и дал по газам, закрепляя эффект – благо, двигатель от когтей элитника не пострадал. Но невидимость пропала, и элитнику вместе со всей его свитой, состоящей в основном из моллюсков и топтунов, открылось прекрасное зрелище пахнущей адреналином и потом человеческой консервы. Которую, к тому же, было совсем не сложно выковырять.

Но вот догнать консерву оказалось совсем непросто. Водила быстро понял, что маскировка слетела, и вдавил педаль газа в пол, переключаясь на более мощную пониженную передачу. Одновременно Кола снова вцепился в ручку двери со своей стороны и начал подзаряжать аккумулятор автомобиля.

Батя, спохватившись, восстановил невидимость, но элитник был не глуп и не собирался упускать законную добычу. Он уже сообразил, что тихий-тихий звук, который никогда раньше не привлёк бы его внимание, издаёт именно она – ароматная, лакомая и живая еда, запертая в корпусе из тонкого металла, который так легко вскрыть. И бросился в погоню, а вместе с ним – и вся стая.

– Винт! – окликнул Батя, недоумевая, почему тот всё ещё не взял элитника под контроль.

Боец не отозвался. Он, обмякнув и уронив голову на грудь, болтался по сиденью, словно безвольный куль. У Бати похолодело под сердцем.

– Башкой приложился, – вовремя подсказал Кола. – Сам видел. По ходу, в отключке.

– Ясно, – сцепил зубы Батя. – Водила, гони, гони! Вся надежда на тебя. Кола, подвинься!

Схватив Винта за плечи, Батя попытался втянуть его на заднее сиденье, но помешал ремень безопасности. Бросив затею, прикоснулся к шее бойца.

Пульс был нормальный, умирать Винт явно не собирался. И то ладно!

Осторожно, чтоб не напороться на торчащие внутрь салона обрывки кузова, Батя вернулся на своё место и обернулся. Элитник не отставал. Быстрый взгляд по сторонам показал, что обновлений поблизости тоже нет.

Твою налево! Надо придумать, как отвадить этот мутировавший ядрён-батон от внедорожника! И срочно, пока дорога ещё позволяет выжимать из машины всё, на что она способна!

– Гони! – повторил Батя, берясь за «калаш».

Открыл окно и, высунувшись в него, принялся расчётливо поливать преследователя свинцом.

Стандартная «семёрка» была элитнику не чувствительней комара – доставляла дискомфорт, выбивая дробь по пластинам биологической брони. Элитник ярился, его стая недовольно урчала, когда выстрелы рикошетили по ним.

– Да отвалишь ты или нет, урод ходячий?! – не выдержав, заорал Батя.

Выщелкнув опустевший магазин, сменил его на новый. Удивился, услышав, что стрельба не прекратилась. С удивлением покосился на Колу – гонщик тоже взялся за ствол.

Навыков стрельбы у него не было, где находится переключатель, отсекающий два патрона, он благополучно забыл, хотя уж это-то Батя объяснил ему ещё в цеху, когда вручил парню АДС. Но, несмотря ни на что, Кола пытался работать в команде, и Бате это нравилось. Тем более, что, пусть гонщик делал это неумело и пользы почти не приносил, вреда от его действий тоже не было.

Перезарядившись, Батя снова принялся стрелять, на этот раз – по свите. Удачно попал в промежуток между ещё не покрывшими всё тело пластинами брони молодого моллюска, свалил топтуна, практически отстрелив ему одну из ног.

Грохот выстрелов не мог не привлечь внимание других тварей – слух у них был отменный. Предводитель ещё одной стаи, матёрый моллюск – сам уже без пяти минут элитник, – вылетев из узкого проезда между двумя высотками, только чудом не задел внедорожник. Но зато удачно налетел на преследующего добычу соперника, которого даже умудрился сбить с ног.

Элитник, расстроенный подобным обращением, переключился на моллюска. Взмахнул лапами в попытке ударить, но когти, способные раздирать железо, только скрежетнули по бронепластинам соперника. Обезумев от ярости, элитник окончательно забыл про «консерву» и сцепился с моллюском. Тот не остался в долгу и тоже замолотил элитника лапами. Стаи одного и второго, злобно заурчав, последовали примеру предводителей.

– Прекратить стрельбу! – сориентировался в ситуации Батя. – Уходим, пока они заняты друг другом! Кола, в машину! Окна закрыть!

Гонщик, прекратив стрельбу, торопливо выполнил приказ. Батя тоже забрался обратно в салон и шумно выдохнул.

Пронесло! Просто чудом, мля, пронесло!

Глухо застонал, приходя в себя Винт.

– Твою...

– Отдыхай уже, – протянул ему флягу с пойлом Батя. – Нашёл время отключаться...

– Вообще-то удачно выбрал, – нервно усмехнулся Кола. – Даже не почувствовал бы, как его переваривают.

– Захлопнись, – тяжело посоветовал ему Винт. – Мля, угораздило же об какую-то хрень приложиться...

– Главное – живы, – разом прекратил все подколки и сожаления Батя, которого и самого потряхивало от адреналина. – Водила, зарули куда-нибудь в спокойное место. Надо Винта осмотреть. А вы с Колой хоть передохнёте.

– Лишним не будет, – как-то бесцветно согласился с командиром Водила.

Удачно разминувшись с ещё несколькими стаями, зарулили в закрытый со всех сторон домами двор какого-то элитного жилого комплекса. Твари тут побывать явно успели и даже схарчили пару несчастных местных жителей, чьи скелеты с ошмётками подгнивающей плоти виднелись возле одного из подъездов. Но в целом не лютовали, так что двор остался в почти первозданном виде – весь заставленный машинами и с окружённой липовой аллеей современной детской площадкой в центре.

Травма Винта оказалась плёвой – всего-то шишка чуть повыше бритого виска. Судя по самочувствию, боец, приложившись о стойку, даже сотрясение умудрился не получить, хотя по меркам Пекла и оно являлось так себе повреждением, восстанавливающимся само собой.

А вот с Водилой дела обстояли куда серьёзнее. Бывший водитель не стал сообщать сразу, но, как оказалось, у него, в отличие от Бати, не было возможности отодвинуться от взрезаемого когтями элитника борта, и один из обломков вошёл ему в бок.

Повреждения были серьёзными, но не фатальными. Обломок из Водилы вытащили, рану промыли водкой, обработали антисептиком и перебинтовали. Будь с ними Док – ничего из этого бы не потребовалось, но в его отсутствие Батя предпочитал не брезговать никакими средствами, хоть и помнил, что в этом мире убить человека гораздо сложнее, чем в прежнем.

После короткого отдыха за руль вместо Водилы сел Кола. Батя хотел было сменить машину – мало ли что, вдруг у электрического внедорожника повреждено что-то жизненно важное, и он внезапно вздумает превратиться в сверхновую. Но гонщик уверил его, что ни двигатель, ни ходовая не пострадали. В ответ на вопрос, почему он так уверен, Кола просто пожал плечами и с мечтательной улыбкой заявил:

– Вижу.

Батя сразу догадался, что у Дара парня просто открылась новая грань, и настаивать не стал. Хотя местонахождение двора на всякий случай отметил на карте – машины в нём были одна другой дороже, а значит, почти бесшумные электромобили тоже могли отыскаться.

Уже на выезде вынуждены были переждать волну заражённых, спешивших на обновление неподалёку – его было хорошо заметно по столбу тумана, поднимавшемуся над крышами домов. Батя за это время сделал пометку на карте.

Двинулись дальше и спустя час добрались, наконец, до нужного лоскута.

Он представлял собой район с длинными и многоэтажными типовыми панельными домами, тянущимися вдоль улиц, чем сильно напоминал Монстродом. Но тот был построен явно не для простых людей. А здесь все эти однотипные панельки невыносимого мышино-серого цвета сразу давали понять, что это место – гетто для низших слоёв населения.

Об этом говорили и необустроенные дублёры вдоль домов, которые жители приспособили под стихийные парковки, и неухоженные автобусные остановки, и редкие вялые деревца, закованные корнями в бетон.

– Чёрт, – поёжился Винт. – Депрессивное место. Не хотел бы я тут жить.

Батя не ответил, внимательно разглядывая дома. Да, для жизни место крайне неприятное, но в этом мире критерии выбора жилья сильно отличаются от тех, что были в прежней жизни. А вот для целей Деда лоскут удобней некуда – унылый и однообразный настолько, что даже если знаешь, что искать, запросто не увидишь из-за замыленного взгляда. Бесконечные ряды бюджетных, в основном чёрных седанов, бесконечные ряды серых окон и ржавых автобусных остановок... Бесконечная одинаковость, от которой клонит в сон, и в голову лезут мысли о бессмысленности человеческого существования в целом.

Батя помотал головой, сбрасывая наваждение. Крепко его проняло от всего-то какого-то гетто. Куча трупов, включая детские, разорванные на части (видал он и такое), оставшиеся после подрыва террористами торгового центра – вот испытание для психики обычного человека, но уж точно не бойца Адской Сотни. А тут всего лишь мрачноватые и неухоженные панельки. Не слишком ли сильная реакция, а?

– Командир, давай свалим отсюда, а? – неожиданно едва ли не простонал Кола. – Не могу на этот мрачняк смотреть.

– Да уж, – поддержал его Винт. – Хочется пулю себе в голову пустить от безысходности...

– Отставить пулю! – резко бросил Батя. – Это просто дома!

И ошарашено замолчал, сообразив, что «просто дома» так на психику давить не могут. Даже у Колы реакция на них слишком сильная, но они-то с Винтом чего вдруг?

И вдруг понял.

– Внимание! Рядом мощный элитник с Даром!

– Не чувствую, Бать... – начал было Винт.

– Значит, с двумя Дарами! – сообразил Батя. – Сопли подобрали! Депрессуха – это его влияние на нас! Заманивает в надежде, что поддадимся и даже сопротивления не окажем. И, наверное, предполагает, что мы можем и невидимыми быть, но не выдержим и из-за апатии её снимем.

Кола с силой лупанул себя ладонью по щеке. Водила только устало вздохнул – он был сейчас не у дел и потому оказался единственным, кому не нужно было бороться с наведённым депресняком.

– Так, Кола, – взял дело в свои руки Батя, – вон туда езжай. Да, где большое свободное пространство – там элитник нас точно ждать не будет.

– А дальше что?

– А дальше – глушим машину, сидим тихо и не отсвечиваем.

– Долго?

– Пока элитнику не надоест, и он не свалит в другое место.

Ощущение давящей безысходности стало слабеть только в сумерках. До этого Бате приходилось непрерывно тормошить находящихся в машине парней и заставлять приунывшего внутреннего Петросяна вспоминать все анекдоты, которые он когда-либо слышал. Винт, понятное дело, держался лучше других – сказывалась выучка Сотни. К тому же, невозможность ощутить элитника и, соответственно, применить к нему свой Дар, он воспринял как вызов и всё это время упрямо пытался. Кола тоже старался держаться, хоть и с переменным успехом.

Сложнее всего оказалось со спокойным с виду Водилой. На него Дар сидящего в засаде элитника подействовал сильнее всего. Бывший водитель, ослабленный раной, вдруг принялся хлюпать носом и хлопать по карманам штанов. Вытащил из них портмоне, раскрыл и с тоской уставился на содержимое. По лицу его полились слёзы.

Батя с трудом отобрал портмоне и тоже заглянул внутрь.

– Жена?

– И дочки, – без стеснения размазывая слёзы по щекам, разревелся Водила. – Как же я без них.

– Радостно, – отрезал Батя. – Твою семья дома была? Дом далеко? Значит, обновление их не затронуло. Живут своей жизнью и знать не знают ни о каком Пекле и ни о каких тварях.

– Как же они без меня-то теперь? Жена в декрете, кто её...

– Ты и будешь! – поднажал Батя. – Настоящий ты, который так и остался в том мире, и у него всё хорошо.

Кое-как удалось Водилу успокоить, после чего Батя и принялся травить анекдоты.

Первым отступление элитника заметил, как ни странно, Кола.

– Командир, вроде легчает. Не чувствуешь?

Батя прислушался к себе. Да, состояние психики стремительно улучшалось, голова очищалась от суицидальных мыслей.

– Бр-р! Вот же мерзкий урод, мля, – подал голос и Винт.

Водила, так и сжимавший всё это время портмоне, с удивление посмотрел на него и стыдливо спрятал обратно в карман.

– Ну всё, собрались, – навёл порядок Батя. – Хлебнули пойла. Ждём.

– Чего ждём? – не понял Кола.

– Деда. Если он окопался здесь, то рано или поздно мы его увидим.

– До утра придётся сидеть, – вздохнул Винт.

Батя ничего ему не ответил, внутренне приготовившись к бессонной ночи.

Но ожидание, как ни странно, было не долгим. Вскоре послышался звук двигателя, а вслед за ним на дороге показался хорошо знакомый как Бате, так и Винту белый «Форд».