S-T-I-K-S. Адская Сотня Стикса – 2

Глава 23

То ли жизнь Бати из чёрной полосы потерь и проигрышей перешла, наконец, в белую, то ли что, но ночь прошла относительно спокойно. Твари, конечно, появлялись, но это было явление совершенно обычное для этого мира, и настораживаться стоило бы только в случае, если их нет. Но укрывшиеся в административном здании люди мутантов, занятых своими обычными поисками пищи, не заинтересовали – стены и закрытые окна не позволяли запахам человечины вырваться наружу и привлечь ненужное внимание.

Под утро Кола подзарядил аккумулятор покорёженного электромобиля, так что Батя, Винт и женщины отправились в путь, едва только рассвело. Где-то поблизости начались сразу два обновления, так что путь был почти свободен – везение, в которое Батя уже почти поверил, не оставляло командира.

Вера во внезапно повернувшуюся к нему передом удачу исчезла так же быстро, как и появилась – когда Батя подъехал к цеху и в том самом месте, где вчера останавливался Дед, всё-таки обнаружил очередную надпись:

«Обмен, брат?»

Сердце Бати, сделав громкое «бух», замерло, пальцы вцепились в руль так, что побелели, и хрустнули костяшки.

– Мля... – только и произнёс Винт.

Батя молча вжал педаль газа, уже не очень заботясь о скрытности. Притормозил только перед воротами цеха. Выскочил из машины и помчался к ним.

Внутри было пусто. Ни людей, ни техники. Исчезла даже Монстроломка, сама по себе весьма монструозная, исчезли канистры, в которых Батя возил сюда слитый из машин бензин для генераторов. Которых, кстати, тоже не было. Остался только конвейер, который Горелый использовал, чтоб собрать Монстроломку, да куча пакетов из «Троечки», набитых пустыми консервными банками.

– Итить твою налево... – протянул вошедший следом Винт.

Батя несколько раз сжал и разжал кулаки, зажимая гнев и заставляя сердечный ритм выровняться. И медленно пошёл вдоль стен, внимательно изучая обстановку. Изучая взглядом профессионала военного дела, а не человека, который не имел сил поставить дело выше жизней своих людей.

Следов боя нигде не было видно. Но Батя знал – его парни не сдались бы Деду добровольно. Тогда как? Что вообще произошло тут? Выглядит так, словно бойцы сами организованно покинули цех. Но надпись – она чётко демонстрировала, что Дед срисовал это убежище. Он не стал оставлять свой автограф сразу, дав себе время продумать действия.

Чёрт знает, как он понял, что за ним следят. Но, убедившись в этом, Дед принялся действовать. Заминировал MRAP и удрал, дав себе фору больше полусуток. Их хватило, чтоб убедить Сотню организованно покинуть цех вместе со всей техникой и припасами, не забыв даже канистры. И предложить провокационный «обмен».

На что? На ополченцев? Так они у Деда. На освобождённых женщин? Зачем они двойнику? По его мнению они – обуза, не более. На технику, спрятанную в том парке? А зачем она уже Бате, лишённом бойцов?

«Что-то тут, мля, не чисто».

Батя наматывал круги вдоль стен, пытаясь понять, что тут произошло. Но ответа не находил. Наконец, он вышел на центр цеха и просто уселся на полу.

Может, Сотня ушла вовсе не с Дедом? Например, началось обновление лоскута – а ведь один из новичков стал обладателем Дара предсказывать её. Это было бы самым лучшим вариантом, но...

Тогда не было бы аккуратно сложенной в углу груды пакеты из «Троечки» с жестяными банками, ведь обновление не оставляет после себя ничего старого.

Батя сидел на полу и ничего не понимал. Однако время шло, и он постепенно приходил к выводу, что продолжать гадать нет никакого смысла. Если с бойцами всё в порядке, то надо просто вернуться к Водиле, и пусть найдёт их при помощи своей метки. Есть, конечно, очень не нулевая вероятность, что метка потеряна, но попробовать в любом случае стоит.

А если нет...

Думать об этом Бате не хотелось, но он заставил себя рассмотреть все варианты. В этом случае план остаётся прежним – выслеживать Деда. Снова – с нуля. Просто колесить по лоскутам в надежде внезапно пересечься и опять присесть двойнику на хвост. Только на этот раз учесть все моменты, в которых он, Батя, мог проколоться.

Винт и испуганно прижавшиеся друг к другу женщины молча ждали решения.

– Возвращаемся! – решительно поднялся Батя.

– Куда? – не понял Винт, для которого отсутствие в цехе бойцов тоже оказалось шоком.

– В тюрьму, к нашим. Если Водила не потерял метку, то мы их найдём.

– Думаешь, Дед их?

– Не знаю. Боя не было, уходили парни организованно. Не знаю.

Больше вопросов не последовало.

На выходе из цеха стало ясно, что удача снова не просто отвернулась от Бати, но и, задрав юбку, недвусмысленно продемонстрировала ему место чуть пониже поясницы.

Пока командир пытался понять, что произошло, их машину, брошенную перед воротами цеха, разделывал на запчасти молодой элитник. И разделывал весьма успешно, в данный момент он активно пережёвывал оторванный багажник вместе со всем его содержимым, включая запасы консервов, алкоголя, воды, виноградин и горошин.

Но главное – делал это непривычно молча, из-за чего его появление и осталось незамеченным находившимися внутри цеха людьми.

«Не увидишь!» – холодея, пробормотал про себя Батя фразу, которая включала его Дар становиться невидимым.

Элитник, унюхав живую еду, выплюнул багажник и принялся шевелить носом и крутить головой. Но, ничего не увидев, продолжил разделывать машину. Батя, взяв за плечи Винта, успевшего уже вскинуть автомат, и Марту, испуганно прижавшую к себе одного из мальчишек, и медленно отступил назад. На вопросительный взгляд Винта одними губами произнёс:

– Аккумулятор.

Элитник, взявшись за задние стойки, растянул кузов электромобиля в стороны и сунул морду в салон. Целиком башка не влезла – помешали растущие рядами витые рога. Но монстр быстро понял, что в салоне ничего интересного нет, отпустил машину, обошёл её по кругу и принюхался к капоту.

Что-то его насторожило. Элитник не стал с жадностью и злостью набрасываться на капот. Походил вокруг него, наконец-то уркнул – задумчиво и тихо. И потерял к машине интерес.

Батю это не устраивало. Запах человечинки, не заметный для самих людей, но более чем отчётливый для твари, заманчиво витал в воздухе, и элитник намеревался выяснить его источник. Ворота цеха были ему что кузов той же машины, их размер вполне позволял проникнуть внутрь и схарчить людей, которым негде было прятаться в пустом помещении.

Оглядевшись, командир зацепился взглядом за валявшуюся на полу гайку. Поднял её и, прицелившись, кинул в машину. Попал – гайка звонко стукнула о раскуроченный кузов и отскочила в сторону.

Элитник взревел, показав, наконец-то, свой истинный голос, и рванул к машине, забыв о цехе. Подскочил к ней, занёс лапы с когтистыми пальцами и с размаху опустил их на капот.

Заскрежетал раздираемый металл. Элитник, сорвав капот, отбросил его в сторону, раззявил пасть с иглоподобными зубами в три ряда и сомкнул её вокруг содержимого капота. В течение пары секунд элитник активно пережёвывал то, что попало к нему в пасть, а затем рвануло так, что у Бати о его людей, заранее отступивших ещё глубже в цех, заложило уши, а в расположенных под потолком окнах со звоном повылетали стёкла.

Голову элитника в буквальном смысле разорвало пополам. Раскрыло, словно орех. Уже гарантированно мёртвый элитник от взрывной волны отлетел к воротам и приложился о них всей своей тушей. Ворота столкновение выдержали, но заметно прогнулись и мелко-мелко завибрировали.

Тварь, на инерции простояв некоторое время, начала медленно съезжать на асфальт. При этом умудрилась притереться к воротам одним из своих рогов и всё-таки с противным скрежетом прочертила в них длинный разрез.

Дождавшись, пока всё затихнет, Батя с «Калашом» наперевес выглянул из цеха.

Всё вокруг был заляпано расплескавшимися мозгами, морда твари, несмотря на броню, превратилась в кровавое месиво с пустыми глазницами и частично выбитыми зубами. Однако нарост, полный жемчужин, горошин и виноградин, как ни странно, не пострадал. Более того, теперь к нему можно было легко подобраться, ведь изогнутая в виде капюшона защитная пластина прикрывала его только со спины, но уж никак не изнутри.

Ресурсы Бате сейчас, после уничтожения электромобиля, в багажнике которого хранился весь имевшийся запас, были нужны, как никогда. Однако следовало торопиться, чтоб успеть их забрать. На грохот взрыва и остальной шум вот-вот должны были нагрянуть новые твари – они, как никто, знали, что такой грохот в большинстве случаев происходит по вине вкусной, свежей и пока что живой человечинки.

Убедившись, что пока вокруг никого нет, Батя закинул автомат за спину и решительно полез на тушу дохлого элитника. Штанами и камуфляжной курткой старался развороченных внутренностей не касаться. Не из брезгливости – твари отлично чувствовали запахи, и кровь, пусть даже и уже мутировавшая, была для них словно сахарная косточка для голодного бездомного пса.

На вскрытие нароста не ушло много времени. Упругая оболочка была плотной, но качественный армейский нож из арсеналов Адской Сотни справился с ней пусть не играючи, но вполне уверенно. Командир, сделав надрез, запустил внутрь нароста пятерню и принялся прямо в карманы выгребать содержимое. Старался брать только шарики, но частично попадалась и паутина ярко-янтарного цвета. Её Батя сразу отбрасывал в сторону – Док умудрялся варить из неё что-то вроде лекарства, помогавшего раненым быстрее восстанавливаться, но конкретно сейчас она была не нужна.

Закончив, Батя спрыгнул на асфальт, вытер заляпанные ошмётками мозга элитника руки об его же тушу, и обернулся к ждавшим его Винту и женщинам.

– Уходим!

Вовремя – вдалеке послышалось многоголосое урчание нескольких крупных тварей. Батя тут же врубил невидимость, пробормотав про себя сакраментальное «Не увидишь». Винт тоже напрягся.

– Пока далеко, – резюмировал он. – Не могу определить направление.

Батя вспомнил карту и расположение тюрьмы относительно цеха.

– Туда, – рукой показал он. – Держимся рядом. Если скажу прятаться, немедленно заскакиваем в ближайшее укрытие. Подъезды, подвалы, любые ближайшие помещения. Ясно?

Объяснения предназначались исключительно женщинам и чернокожим мальчишкам – Винт в них не нуждался. Те послушно закивали и предусмотрительно прижали детей к себе.

– Двинули, – выдохнул Батя.

Путь к тюрьме был похож на помесь фильма ужасов и дурной сон, который всё никак не хотел заканчиваться. Командир, уже привыкший рассекать по Пеклу как по Бродвею, на боевых машинах, с мощными Дарами и в компании своих хорошо обученных и вооружённых до зубов бойцов, успел забыть, как выживал в первые месяцы после того, как попал в этот мир – без оружия и без припасов. Вспоминать пришлось на ходу, да ещё и учитывая тот факт, что отвечает он сейчас не только за себя. Правда, наличие Даров у него и у Винта всё-таки облегчали задачу, но не настолько, чтоб можно было хоть немного расслабиться.

Подходящих укрытий на пути оказалось очень мало. А количество тварей, спешащих навстречу, увеличивалось с каждой секундой. Батя попробовал было сменить маршрут, но монстры были везде. В какой-то момент он своим чутким носом унюхал лёгкую кислинку в воздухе, обернулся и увидел позади поднимающийся в небо туманный столб аккурат там, где располагался цех. Беззвучно выругался – твари спешили именно туда, и в ближайшее время их количество должно было увеличиться настолько, что пройти мимо незамеченными стало почти невозможно даже под Дарами командира и Винта.

Пришлось быстро спрятаться в здании кинотеатра, оказавшемся поблизости, и переждать, пока вал тварей, наконец, спадёт. Заняло это порядка двух часов. Сверившись с картой, на этот раз бумажной, извлечённой из рюкзака, который Батя никогда не оставлял в машине, командир пришёл к выводу, что надо остаться в укрытии до утра.

– А наши? – уточнил Винт.

– До завтра продержатся, – отрезал Батя. – День в запасе до обновления у них есть. Если начнётся раньше – знают, что делать. Не маленькие.

На лице Винта отразилось сомнение, но спорить с командиром он, разумеется, не стал – ситуация не располагала. А Батя и вправду был полностью уверен, что если не Водила, то Кола точно сообразит, как не попасть ни под кисляк, ни под толпы тварей. Тем более, территория тюрьмы – та её часть, что скопировалась в этот мир, – находилась на самой границе лоскута, и уйти с неё было не настолько сложно.

Конечно, при условии, что парни вовремя унюхают кислый запашок.

Батя, как опытный боец и командир, не видел смысла переживать о том, на что не мог повлиять. Поэтому все эмоции загнал глубоко внутрь, заперев на семь замков, чтоб не мешали. У него сейчас своя цель – защитить женщин и детей и сберечь Винта. А если продолжить путь сейчас, то до темноты они не доберутся. А ночь, как известно, время тварей. Время, в которое у них появляются дополнительные преимущества, а вкусные людишки, наоборот, становятся максимально лёгкой добычей.

Разделив между всеми остатки пойла, Батя вытащил из кармана переломанную и слегка расплавившуюся от тепла его тела шоколадную плитку. Тоже разделил, детям выдав немного больше, чем взрослым.

Мальчишки, кстати, держались отлично. Не шумели, женщин слушались беспрекословно. Одним словом – дети Пекла, мать его за ногу!

Лоскут с цехом оказался не таким уж и питательным, так что твари начали разбредаться ещё ночью. Однако спрятавшихся в разгромленном кинозале людей они всё-таки не обнаружили. Утром Батя, проверив обстановку, скомандовал выход.

Прятаться и пережидать снова пришлось довольно часто – неподалёку началось ещё одно обновление. Однако лежавшие на пути лоскуты были уже более пригодны для этого, так что особо волноваться не пришлось. Действовали чётко и спокойно, поскольку все были уже привычны к опасностям этого мира.

Водила с Колой встретили их прямо у двери, ведущей в здание самой тюрьмы. Несмотря на то, что Батя не вернулся в заявленное время, парни не стали паниковать и отправляться на поиски. Вместо этого они окопались в самой тюрьме, обустроив наблюдательный пост и распределив дежурства. Так что пешего Батю, Винта и женщин они заметили издалека.

Рассказ о том, что бойцы Сотни пропали, а машину сожрал элитник, не занял много времени.

– Водила, что с меткой? – закончив, спросил Батя.

Тот только покачал головой.

Батя сжал кулаки и молча выругался, внешне постаравшись остаться бесстрастным. Водила, разумеется, не был ни в чём виноват. Он новичок, его Дар развит ещё слишком слабо, да и, как выяснилось, постоянно происходящие вокруг обновления сильно мешают ему отслеживать тех, на кого наложена метка. Попробовать, конечно, стоило. Но вот сильно надеяться, что сработает – нет.

Теперь оставалось только ждать. Если с бойцами всё в порядке, и они почему-то ушли сами, то Батя встретится с ними уже на Африке. Если нет...

О «нет» Батя думать не видел смысла.

– Что будем теперь делать, командир? – тихо поинтересовался Винт.

– Найдём другую машину и переместимся в квартиру, где оставили Мокрого, – вздохнул Батя. – Потом будем искать магазин – нам надо продержаться до обновления Африки. Виноградин мы с того элитника набрали прилично, но нет ни еды, ни воды, ни алкоголя. К тому же, мы остались без оружия. Придётся выживать.

– Деда искать не будем? – расстроился Кола.

– Специально – нет, – принял решение командир. – Нет ресурсов. Но если наткнёмся случайно, надо будет постараться за ним проследить, – и тут же добавил персонально для гонщика:

– По возможности. Мы не имеем права подвергнуть опасности женщин и детей.

Собрав оставленные на складе досмотровой припасы, приготовились выдвигаться на поиски подходящей машины. О тихом электрическом двигателе никто даже не заикался, вместимость и запас хода сейчас имели намного большее значение.

Минивэн тёмно-синего цвета с тремя рядами сидений, полным баком и ключом в замке зажигания отыскали спустя час прямо в окрестностях тюрьмы – правда, не с той стороны, где обычно в неё заезжали. Уселись. Водила потянулся было к ключу, чтоб завести новое транспортное средство, но не успел – откуда-то послышался звук другого двигателя. А вскоре из-за угла неожиданно показался хорошо знакомый Бате белый «Форд». Его «Форд».

А за рулём вместо Деда оказался новичок-амер – видимо, один из тех, кто добровольно согласился работать на батиного двойника.