Шахтёрская дочь

У Марии был дом – занавески и витражи,

был отец, который ей говорил: «Ложи!»

Был берёзовый шкаф, и была кровать,

вот такое счастье: ковать – не перековать.

А теперь у Марии что? На окошке скотч,

за окошком ночь и в окошке ночь,

где бесшумные призраки – конвоиры снов –

не находят для этой девочки даже слов.

Всё сплошное лязганье, грохот, треск,

у Марии есть мать, у матери есть компресс,

а ещё икона, на которой позолоченный Николай

обещает Марии тихий небесный рай.