Шахтёрская дочь

Приходила зима – снежная, белая –

и дерева стояли сказочные, звенящие.

Умирали воины – юные, смелые-

умирали стоя, умирали по-настоящему.

Эх, донецкие ветры – вольница, житница,

а теперь безлюдье – лишь псы да вороны.

И моя Мария – степей защитница,

а вокруг зима на четыре стороны.

И в блокноте крестики в столбик синие,

на погостах новых крестов тьма-тьмущая.

И моя Мария – ресницы в инее,

и тоска на сердце, тоска гнетущая.

По отцу тоска, кровью не смываема,

и слезами тоже она не смоется.

И моя Мария – доченька Николаева –

полушепотом молится Богородице.