Сильнее меня

Глава 15

Эларин

— Принести тебе чего-нибудь? Ты что-то побледнела, Эла.

Я вроде бы слушаю Керрая, но его слова пролетают мимо, сливаясь с шумом знатной толпы, с голосами и негромкой музыкой вокруг.

Спиной я по-прежнему чувствую взгляд Траяра. Между лопаток. На оголённой коже. Я знала, что старший из Шеров здесь, в городе. Догадывалась, что могу увидеть его на приёме — но искренне надеялась, что он в мою сторону даже не посмотрит.

Надеялась, да?

Что ему от меня нужно?!

Два месяца назад я бежала от него как от огня — по желанию высшего аристократа. То, что для него стало блажью, каким-то нездоровым желанием доказать свою правоту и значимость, действительно обернулось для меня почти катастрофой.

Это были… возможно, самые трудные два месяца в моей жизни.

Лаэм не скупился на обвинения, когда мы встретились в последний раз. Я понимала, что у него были все права разочароваться во мне, прийти в ярость, но он просто сказал, что я предала его. Услышав о магии, не хотел верить. Восклицал, что я с самого начала была с ним ужасно черства, что если бы пожелала, то переборола бы и чары. Что теперь ему не увидеть наследства, потому что одобрения Траяра он искать больше не намерен.

Непривычно жёстко сказал, что нам лучше не видеться, поскольку после случившегося он обязан меня прогнать. И… кажется, и на меня, и на Траяра он действительно был обижен смертельно.

Вот только о сделке так и не рассказал.

Что до самого старшего Шера — тот дал понять, что ему всё равно.

Уехать из Рейты, от столичной жизни, мне пришлось быстро. Потому что любая работа, которую я могла найти там, так или иначе слишком тесно соприкасалась бы с семейством Шеров. Рано или поздно вынудила бы нас пересечься. Хвала портальным магам, наладившим снабжение между городами, за неделю я объездила десяток мест. И в этот раз потенциальным нанимателям ситуацию обрисовывала чётко.

У меня есть способности и желание работать. Мне нужны деньги.

Керрая Олейна я нашла… после такого не сказать, что случайно.

Он недавно обосновался здесь, в Нироле — цветущем и, если сравнивать со столицей, довольно тихом южном городе. Керрай не слишком знатен. У него умные глаза, манера броско одеваться и репутация дельца, сколотившего приличное состояние собственными руками. Деньгами распоряжаться он умеет, и это для меня сейчас очевидный плюс.

Он и предложил мне новую сделку.

Долгосрочный контракт. Десять лет я работаю на него за сумму, которую он выдал моей семье.

Это отнюдь не просто: я должна буду следовать за этим человеком, куда бы он ни подался. Как работник, я теперь принадлежу ему. Все мои успехи достаются Керраю; если я изобрету что-то ценное или совершу какие-нибудь открытия — они тоже к нему перейдут. Если выйду замуж, заведу детей и буду с ними сидеть, это время не засчитается в общий срок. Мой единственный шанс разорвать контракт досрочно — выплатить весь долг и приличную сумму сверху.

На что я, если честно, рассчитываю однажды. Хотя подработку в таких условиях искать непросто.

Сделка не из самых выгодных. Но, в отличие от той, что я заключила с Лаэмом, хотя бы честная — если не считать, что я попросила скрыть её от чужих глаз.

Разумеется, главное, что я прописала в контракте — Керрай не вправе требовать от меня близости, как и ничего порочащего честь, репутацию или нарушающего закон. Условий было много, в этот раз я проработала их тщательно.

Зато моя семья вздохнула свободнее. Мы перебрались сюда же — во временный дом, арендовать который выходит дешевле, чем содержать особняк. Отец постепенно приводит в порядок дела, даже продал часть треклятой лидийской соли. Сёстры готовятся к учёбе. У мамы были проблемы с сердцем — но Керрай оплатил её лечение у хороших врачей. В дополнение к контракту.

Если честно, я думала, что будет хуже.

Но лорд Олейн показал себя разумным человеком. Он вовсе не прост: повадки дельца сочетаются в нём с вежливостью и манерами, обязательная улыбка — с проницательностью и способностью проявлять… заботу. Кажется, за два месяца он во мне отнюдь не разочаровался, наоборот, начал ценить. Дал интересные задания и группу из четырёх помощников. А теперь позвал на этот приём к градоначальнику — как он сказал, развеяться, выйти в свет.

Всё налаживалось! Пока, древние боги, здесь не появился Траяр Шер.

Что он забыл в чужом городе? Что?

Самое худшее — что какая-то часть меня хочет обернуться прямо сейчас. Рассмотреть его. Скользнуть взглядом по чёрным волосам, по статной фигуре и знакомым чертам. Сердце тяжело стучит и тянет. Мне было больно с ним разговаривать. Смотреть на него, привыкать к новым ощущениям. Понимать, что он всё такой же — бесконечно красивый, уверенный, ничуть не изменившийся.

Ни капли не пострадавший из-за нашего знакомства!

Это я просыпалась в поту, сгорая от жара и стыда… Это я вспоминала ночами всё, что натворила. Как целовала его и готова была умолять, чтобы он взял меня прямо там — в тёмной комнате, на диване. Осознавая вновь и вновь, насколько это дико. Нереально. Меня сжирал этот стыд — перед Лаэмом, пусть даже прогнавшим меня без сочувствия. Перед магами с работы, которым я не смогла толком объяснить свой побег. Перед всеми знакомыми, которых я оставила, перед собственным разумом.

Я не знаю, испытывала ли что-то хуже, чем это чувство: беспомощности, бессилия рядом с собственными желаниями. Рядом с мужчиной, который отделался от меня без сожалений. Мысль, что Траяр Шер иногда мне нравился, что не так уж плохо он со мной обошёлся, помогала слабо. Как и мысль, что он всё-таки испортил собственные отношения с братом.

Я всё же поддаюсь: поворачиваю голову и вижу, через весь зал вижу, как высший аристократ следит за мной. Зачем?!

От вынимающих душу мыслей отвлекает Керрай:

— Эла, — в его серых глазах блестит азарт, — Выше нос, девочка. Пойдём, лорд Янис там скучает.

С трудом вспоминаю, что лорд Янис — племянник градоначальника. То есть. чтоб мне пусто было, высший аристократ.

Как выясняется скоро, ещё у лорда Яниса громкая речь и наглые глаза, которыми он практически ощупывает мою скромную персону.

— Эларин, моя сотрудница, — представляет Керрай.

— Просто сотрудница?

— Скорее, особая помощница.

Может, общение с высшей знатью раздуло мою самооценку. Но что-то вдруг шепчет, что не должность моя интересует Яниса, а скорее личные отношения. За его спиной стоят двое громил, которых он тоже представляет как помощников — хотя больше они похожи на охрану.

Мне приходится отвечать на их вопросы. Улыбаться. Рассказывать о работе.

А затем — повторять примерно то же с новыми и новыми знакомыми Керрая.

Я хотела бы сказать, что забываю о Траяре, но увы. Даже когда мы идём в соседние комнаты, даже когда бродим по поместью градоначальника, кажется, что грозовая туча следует за мной по пятам.

Вечер длится и длится. Одни беседы сменяют другие — но я не чувствую азарта. Не получаю удовольствия от новых знакомств, от выхода в свет. Хотя должна бы! Я привлекаю внимание, мужчины делают мне комплименты, с женщинами удаётся найти общий язык, но в груди ноет.

— Керрай. Уже поздно, — наконец, стараюсь улыбнуться как можно вежливее. — Если ты не против, я поеду домой.

Об этом мы с ним договорились. Всё-таки, день выходной, и я по-прежнему живу с семьёй.

— Ах, Эла, — сетует он. — Я надеялся, что ты ещё немного со мной побудешь. Хотя ты мне очень помогла сегодня.

— Правда?

— Заметила, как ты понравилась Янису? — улыбается Керрай. — Я слышал, что в присутствии красивых женщин он становится сговорчивее, а ты красивая женщина, которая к тому же может говорить по делу. Из твоих уст любые условия звучат слаще.

Звучит так бесхитростно, что у меня вырывается нервный смешок.

— Ты серьёзно?

— О, — вдруг поднимает руки компаньон, оценив мой долгий взгляд — Я не имел в виду ничего оскорбительного. Тебе и правда лучше идти, уже поздно. Нил тебя довезёт.

Я с благодарностью киваю, решая оставить спорную тему.

Разворачиваюсь, направляюсь к выходу.

Большой особняк градоначальника Нироля залит светом, а вот во дворе довольно темно. Ближе к стенам прогуливаются гости — кто-то пьёт, кто-то уединился в тени кустов. Дорога по саду и вовсе тонет во мраке — особенно если идти к дальней площадке для экипажей не самых влиятельных лиц.

— Леди, — окликает низкий голос.

Я не сразу понимаю, что меня.

— Леди Эларин.

Разворачиваюсь — и с удивлением смотрю на обоих “помощников” Яниса.

— Уже уходите? — интересуется один.

— Да, меня ждут родные, — отвечаю, стараясь не поддаться странному дурному предчувствию. Особенно когда эти двое не останавливаются, а идут и идут. Подходят почти вплотную! — Я чем-то могу помочь?

— Задержитесь, пожалуйста, — выдаёт первый.

— Что случилось?

— Лорд Янис не желает, чтобы вы так быстро покидали нас. Если у вас закончились дела, он приглашает вас продолжить вечер с ним.

Я с удивлением оцениваю их вид. Двигаю губами.

— Вы вдвоём пришли чтобы передать это лестное послание?

Я… знаю, конечно, что в Нироле нравы попроще. И племянник градоначальника показался мне кем угодно, но не страдающим от скромности бедолагой. Но чтобы меня задерживали вот так? Его прихвостни, в саду, на вечере, устроенным его же дядей?

Дыхание сбивается.

— Передайте лорду Янису, наше знакомство с ним ограничится исключительно деловым, — говорю жестковато. — Всего доброго.

На этом я пытаюсь сделать шаг в сторону.

И едва не утыкаюсь в грудь шагнувшего вместе со мной мужчины. Он преграждает мне путь. Стоит дёрнуться в другую сторону — тоже.

— Что вы себе позволяете?!

Вместо ответа меня прихватывает за плечо широкая рука.

— Леди, вы же недавно в городе, — шепчет пугающий тип неожиданно чётко. — Не стоит начинать с ссор с влиятельными людьми. Тем более, ваша ссора с лордом Янисом может отразиться и на господине Керрае — думаете, он будет рад? Проявите благоразумие. Идёмте с нами, выпьете с лордом вина, он покажет вам поместье и… не обидит.

Этот вечер отвратителен.

Ярость вспыхивает в груди. Они совсем меня за дуру держат?! То, что даже обнаглевший лорд не будет ссориться со своим подельником из-за мелкой прихоти, я не сомневаюсь! И Керрай — не из тех, кто подложит меня под первого встречного. Вот если меня уведут, опоят какой-нибудь крепкой дрянью…

— Что именно приказал вам лорд Янис? — шиплю, пытаясь скинуть руку придурка. — Схватить меня на глазах у всех? Вы уверены, что так стоит…

— У вас здесь особые светские правила? Принято на женщин давить числом? — Резкий голос врывается в наш разговор, и я чуть не задыхаюсь.

Меня обдаёт жаром — стоит развернуться, стоит упереться взглядом в Траяра. Его тёмный силуэт быстро двигается к нам. Даже в полутьме огни очерчивают сжатые руки, злое лицо, взбешённо сверкающие глаза.

— Лорд… — начинает громила.

— Отошли от неё! Оба, сейчас же!

В следующий миг вспыхивает свет.

Сияние закрывает руки аристократа. Волна дрожи пригибает ветви кустов. Взгляд Траяра вдруг кажется мне совершенно диким, даже для этой дикой ситуации. Он с таким убийственным видом наступает на двух громил, что они разом пятятся — и мне вдруг кажется, что вовсе не от титулов или магии.

Один из прихвостней Яниса поднимает руки:

— Мы просто разговаривали…

— Ты. Сейчас. Уберёшься отсюда. Если я увижу ещё кого-нибудь из вас или вашего придурошного лорда рядом с леди — в порошок сотру.

Мне кажется, у него зубы скрипят, когда он смотрит вслед спешно удаляющимся придуркам.

Слова у меня пропадают. В горле першит, в голове воцаряется пустота.

— Смотрю, нездоровое мужское внимание ты привлекаешь везде, — слишком быстро нарушает молчание Траяр.

— Вы что, преследуете меня?!

Потому что по-другому объяснить его присутствие я не могу!

— А не надо? — огрызается высший аристократ. — По-моему, тебе нужен кто-то, кто бы ходил за тобой днём и ночью. Приключения ты находить умеешь.

Я тяжело дышу. Да, действительно, умею — как с ним познакомилась, так ни дня отдыха! Мысли вьются, я прикладываю руки к лицу — потому что он появился так внезапно и резко, что ничего дельного не приходит на ум.

“Вообще-то, его стоит поблагодарить”, - робко предлагает часть сознания.

“Что он здесь забыл?!” — орёт другая.

“Он должен был забыть о тебе в ту же минуту, как увидел!”, - паникует третья. — “Вы встретились случайно. Ты его не интересуешь!”

А какой-то кусочек сердца снова бунтует. Готов запрыгать при виде этого мужчины. Почти пищит: смотри, как он напугал этих идиотов! Он по-прежнему сильный. Красивый. Восхитительный.

По-прежнему ужасно любит лезть в чужие дела.

Я тяжело вздыхаю, зажмуриваюсь, пытаясь прийти в себя.

— Спасибо, вы сейчас… избавили меня от неприятного конфликта, — говорю, кое-как возвращая выдержку. — А теперь объясните, пожалуйста, почему вы оказались у выхода в ту же минуту, что и я? Это счастливая случайность?

— Нет. Нам надо поговорить. Нормально.

Я едва не открываю рот. Реакция Траяра мне не понятна — а он подходит ко мне вместо громил. Причём как-то резко, рубленно.

Я вскидываю голову. Думаю, что раз до этого не отступила, то и сейчас не буду.

А потом не выдерживаю:

— Траяр, я уехала в другой город. Не будем делать вид, что по причинам не связанным с тобой. Ты счёл меня авантюристкой. Избавил от меня Лаэма… что ещё тебе нужно?

— Почему ты так холодна? Где хвалёная магия, пропала?

Я моргаю.

Выдержка даёт одну трещину за другой. Немного же она стоит! Такое ощущение, что я купила дорогой зачарованный сосуд, а он оказался фальшивкой из плохо обожжённой глины.

— Почему я не бросилась тебе на шею, это ты хочешь спросить?! Я нашла настойку, Траяр. Больше никакого влечения — ни к тебе, ни к какому-нибудь ещё случайному аристократу.

Чёрные глаза расширяются. А я пытаюсь убедить себя, что видеть удивление в них должно быть приятно. Что этим удивлением нет чего-то другого, почти болезненного. Что мне самой хорошо.

Траяр Шер вдруг прикрывает глаза.

Запускает руку в чёрные волосы. И произносит — произносит то, что окончательно выбивает меня из колеи:

— Эларин. Я думаю о тебе. Все эти два месяца ты не выходишь у меня из головы. Я знаю, между нами всё так по-дурацки началось, сложилось, но ты меня зацепила. Сильно. Я не хочу, чтобы ты пряталась от меня. Растрачивала свои таланты в чужом городе. Возвращайся. Я дам тебе место в лаборатории, дам всё, что тебе нужно.

У меня окончательно пропадают слова.

И даже остатки боевого настроя.

В последнее время я получала немало разного рода предложений. Но это, это…

— Это не то, чего я ожидала, — признаюсь потерянно.

Траяр смотрит на меня пристально, его глаза сверкают в полутьме сада. Всё тело напряжено. Знакомый запах мёда и ягод разливается вокруг.

— Но так не должно быть, — с огромным трудом скидываю оцепенение я.

— Не должно?

— Траяр… чего ты хочешь, ещё раз? Чтобы я вернулась? Бросила и свою нынешнюю работу, вновь из-за тебя? А потом что?

— Что бывает между мужчиной и женщиной, которые интересны друг другу? — почти рычит высший аристократ.

Я набираю воздуха в грудь.

— Ты только что отогнал от меня мужчин, которые мне не нравились, — усмехаюсь. — А до этого Войера. И Лаэма. И… что, решил занять их место?

Чёрные брови дёргаются.

— А ты не видишь совпадений? — продолжаю я в ответ на горячий взгляд. — Конечно, я не ожидала, что ты вновь появишься передо мной, скажешь вдруг, что не забыл меня. Но что это для тебя? Ты ведь пытался соблазнить меня, чтобы спасти Лаэма!

— Это было в самом начале!

— Для тебя всё это прихоть! — почти вскрикиваю я, не в силах держаться. — Блажь, которая пройдёт, не оставив следов. Ты привык управлять чужими судьбами, менять мир под себя. А я? Мне пришлось пожертвовать… — Ногти вонзаются в ладони, я закусываю губу, чтобы прервать то, что вот-вот выльется в поток жалких стенаний. Нет! — Я слабее тебя, Траяр, во всех смыслах! Ты не понимаешь, что по мне всё это бьёт куда больнее? Ты винил меня за то, что я необдуманно связалась с Лаэмом, и был прав. И я расплатилась за свою глупость. Больше я такого не повторю — у меня нет и не должно быть к тебе нормальных чувств, между нами ничего кроме нездорового влечения.

Он молчит.

Продолжая обжигать меня чернотой глаз.

Глядя на меня как-то невыносимо, выворачивая наизнанку. Мне хочется отвернуться, уйти — и я почти готова. Но останавливает резкое:

— Тогда помоги мне с этим разобраться.

— С чем?

— Ты говоришь, что тебя ко мне тянет одна магия. И ты нашла против неё средство — правда, временное. Во-первых, ты же не собираешься пить его всю жизнь? Такие препараты нельзя принимать постоянно, ты женщина, будущая мать в конце концов! Во-вторых, мне тоже нужно избавиться от этой страсти. Давай разберёмся вместе, раз этого ты хочешь.

Я моргаю — потому что он снова ставит меня в тупик.

Его голос звучит знакомо — так раздражённо, так горячо… И я смотрю на него недоверчиво. Это именно то, что у него на уме? Почему мне кажется, что он… то ли недоговаривает, то ли даже врёт?

Но в то же время его слова оставляют меня безоружной.

Я сегодня вспоминала, как это паршиво — не принадлежать себе. Когда чувства в разладе с головой, с душой — даже не поймёшь, с чем именно! Его не должно тянуть ко мне с той же силой, что меня к нему. Но что если тянет? Он мужчина, они мыслят по-другому.

— Я оплачу твоё время и расходы, — добивает Траяр.

— Прекрати всюду приплетать деньги!

Он замолкает. Я глубоко вдыхаю — борясь с новым приступом боли.

— Хорошо, — произношу наконец. И тут же добавляю поспешно: — Только у меня плотный график.

— Ты работаешь на Керрая? — он даже не удивляется. — Я договорюсь с ним.

Всё это так внезапно, так ненормально. Прямо как наши предыдущие встречи.

Но в его словах есть смысл: избавиться от тех нитей, что мучают нас. Больше не чувствовать к нему ничего, даже отголосков страсти. Больше не попадать в подобные ситуации. Не обходить стороной любых носителей древней крови.

— Хорошо, — повторяю я, сдаваясь.

— Тогда пойдём, — кивает Траяр.

— Куда?

— Хочу убедиться, что хоть до экипажа ты доберёшься без проблем.

Он выглядит… по-прежнему раздражённым.

Но немного спокойнее, чем раньше.

И я невольно начинаю шагать — рядом с ним. Темнота скрывает очертания сада, лицо высшего аристократа. Я не знаю, что у него на уме, но сердце наконец немного отпускает.

Правда, мне кажется, что зря.

Не к добру всё это.