Скорпион

Глава 26

Не открывая глаз, Бейли повернулась на спину. Она чувствовала, что солнце уже взошло и в комнате светло. Чувствовала она и это теплое тело, лежащее в постели рядом с ней. Расслабившись, она думала о том, как жаль, что между ними не могло быть чего-то большего. Как здорово бы было подхватить Марти на руки, обнять ее… Испуганная собственными мыслями, она резко открыла глаза. Да, Марти была симпатичной, и на этом — точка. Даже если бы обстоятельства их знакомства были иными, здесь ей ловить было нечего. Вне зависимости от ее ориентации, Марти отчетливо дала понять, что это ее не интересует.

Бейли повернула голову и удивилась, обнаружив Марти так близко. Она задержала взгляд на ее лице — гладкая кожа чудесного оттенка, маленький шрам на подбородке. Она внезапно почувствовала острое желание коснуться этого шрама губами и перевела взгляд на губы Марти, ее слегка приоткрытый во сне рот. Она была так красива.

Бейли заставила себя отвернуться, недовольная направлением своих мыслей. Осторожно, чтобы не разбудить Марти, выбралась из кровати. Собрала свою одежду и обувь и бесшумно проскользнула в ванную.

Позже, после долгого горячего душа, она бросила грязные джинсы в стирку и отправилась на поиски кофе. Она нашла его — а также и Рико — в кухне.

— Ты выглядишь лучше, — отметил он, не отрываясь от ноутбука.

— Спасибо. Спала как убитая, — она наполнила свою чашку, добавила сахар и сливки и присела за стол рядом с ним.

— Выбирай: Керри Томпсон или Эрика Джонс?

— Керри.

— Мелани Нельсон или Аманда Рэйнес?

— Аманда.

— Пэтти Стоун или Эмили Мэннинг?

Она поморщилась:

— А нельзя придумать что-нибудь получше?

— Просто выбери.

— Эмили.

— Спасибо. Сейчас оформлю кредитки.

— Как это работает?

— Я взломал их систему и создал новые счета. Три для тебя, три для Марти, — он усмехнулся. — На всех картах вместе у вас будет лимит в 10 тысяч долларов.

— Отлично. И надолго?

— На три месяца. Все настроено так, чтобы счета пополнялись каждый месяц, и система будет думать, что они настоящие. А когда они будут в конце квартала подводить баланс, то скорее всего найдут поддельные счета и аннулируют карты.

— А если они обнаружат это раньше?

— Ни в коем случае. У них миллионы счетов. И это — законная регистрация, с кредитной линией. Каждый раз, когда ты воспользуешься карточкой, компьютер магазина свяжется с банковским компьютером. Это будет выглядеть так, будто у тебя есть доступный кредит и ты оформляешь сделку. Все просто.

Бейли склонилась к экрану:

— Откуда ты все это знаешь, Рико?

— Я знаю только то, что мне нужно. Думаешь, я сам написал программу, чтобы провернуть это? Нет. Я нанял хакера.

— Это безопасно?

— Конечно. Он живет в Гонконге. Школьник. Он не знает, кто я и откуда. В киберпространстве любой может скрыться, надо только знать — как.

— Хорошо. Как насчет всего остального?

Он кивнул:

— Водительские удостоверения, паспорта.

— Какой автомобиль?

— Джип. Красивый, черный. Супертяжелый. Тебе понравится.

— Хотелось бы знать, откуда он взялся?

Он засмеялся:

— Даже не спрашивай. Но он чистый. Зарегистрирован на имя Керри Томсон.

— А что с деньгами моей матери?

— Да, я нашел этот счет. Снял с него 10 тысяч, как ты просила. Деньги переведены за границу. Я настрою местный счет на имя Аманда Рэйнес. Как тебе?

— Прекрасно.

— Тот заграничный счет используй, если понадобятся наличные деньги. А в основном пользуйся кредитками. Они безопасны.

— Мне еще понадобится оружие, которое нельзя проследить.

Рико уставился на нее:

— Может быть, ты все-таки объяснишь мне, что происходит?

Она откинулась на стуле, вспоминая все, что случилось за эти месяцы:

— Марти появилась в Браунсвилле, чтобы исследовать нераскрытое преступление, которое произошло 10 лет назад. Был убит подросток, старшеклассник. Полиция определила это дело как бандитскую разборку и не стала его расследовать. Но его семья настаивала, что парень не состоял в банде — он был отличником, спортсменом, собирался поступать в институт.

Бейли отпила кофе и продолжила:

— Так или иначе, моего лейтенанта деятельность Марти очень обеспокоила, и он поручил мне следить за ней. В нас дважды стреляли. Они отправили нас на конспиративную квартиру — и подстроили так, что и там кто-то попытался убить Марти.

— Ты меня не разыгрываешь?

— Появился внезапно, приставил ей нож к горлу. Я его застрелила. Марти уехала из города. И опять — никакого расследования, они просто закрыли дело. Я начала шпионить, и они снова обеспокоились. Отправили меня в Галфпорт, чтобы я привезла Марти. Сказали, что она хочет вернуться, чтобы дорасследовать дело. Долго рассказывать — в общем, нас ждала засада. Нам удалось выбраться, но обратиться в полицию мы не могли. Я имею в виду — очевидно, за всем этим стоят люди из моего отдела.

— И каково твое место в этой картине? Что ты вообще думаешь об этом деле?

— Думаю, что все началось со случайности. Мое предположение: этот мальчик увидел что-то, чего не должен был видеть, за что и поплатился. И что бы это ни было — увиденное им — оно как-то затрагивало полицию. Это — единственная причина для укрывательства преступления, какую я только могу придумать.

— И они взбесились, когда Марти начала шпионить?

— Да.

— Значит, ты хочешь вернуться? И что ты хочешь сделать, Бейли?

— Расследовать это чертово дело. И вычислить, кто покрывает преступников.

— Как думаешь, насколько высоко это прикрытие?

— Уверена, что замешан лейтенант моего отдела. И капитан. Есть ли кто-то еще выше — я не знаю.

— Ты собираешься провернуть все это одна? Никто из отдела не поможет?

— Я не знаю, кому из них могу доверять, Рико.

— А что насчет твоего напарника?

— Я в нем не уверена. Мы с ним не сблизились. Не было такого, как в Хьюстоне.

Рисо наблюдал за ней несколько секунд, потом встретился с ней глазами. Бейли заметила, что он тревожится за нее, но другого пути у нее не было.

— А как Марти собиралась справиться со всем этим?

— Я просто пытаюсь помочь ей, Рико. Вот и все, — Кристен внезапно встала. — А что, по-твоему, я должна была сделать? Отправить ее домой в Атланту и пожелать всего хорошего?

— Нет. У нее нет никого, кто мог бы ей помочь. Я это знаю. Но ты точно уверена в том, что собираешься сделать? Расследовать преступление и раскрыть коррупционную сеть — это серьезное дело. Но если это твоя личная вендетта против коллег по отделу…

— Конечно, это личное, — резко ответила Бейли. — Я стала чертовой пешкой в их игре, — она махнула рукой в сторону спальни. — А Марти просто наткнулась на неподходящее дело для расследования. Она хотела помочь семье, которая все еще страдает, несмотря на то, что прошло десять лет, а закончилось все тем, что она сама чуть не стала жертвой. Да, теперь для меня это личное, — она прищурилась. — Не люблю быть мишенью.

Наконец он кивнул:

— Хорошо, Бейли. Тебе решать. Почему бы тебе не разбудить Марти для начала? Мне понадобятся ваши фотографии.

Бейли отнесла свою чашку к раковине и ополоснула ее:

— Еще нам надо пройтись по магазинам. Мы уезжали второпях и остались практически без одежды.

— К югу отсюда есть старая аллея, а там — магазин «Саратога». Заодно испытаешь свои новые кредитные карты.

— Да, так и сделаем. Пойду разбужу ее.

Она нашла Марти почти в той же позе, в какой оставила ее, за исключением того, что теперь она притянула к себе обе подушки. Крис улыбнулась, глядя на нее, затем присела на край кровати:

— Эй, пора вставать, — сказала она негромко, похлопав Марти по локтю. В ответ прозвучал глубокий вздох. — Нам нужно кое-что купить.

— Ненавижу шоппинг, — пробормотала Марти, не открывая глаз.

— Думаю, нам потребуется какая-нибудь одежда, м? Кроме того, Рико должен нас сфотографировать для документов.

Марти перевернулась и открыла глаза, снова закрыла их и потянулась. Бейли не могла отвести взгляд от плавных изгибов ее тела под одеялом.

— Значит, нам пора придумать себе новые имена?

Бейли засмеялась:

— Слишком поздно. У него было шесть вариантов. Я выбрала три лучших, — она встала, все еще глядя на Марти. — Кажется, одним из твоих имен будет Пэтти Стоун.

— «Пэтти» пишется как «пирожок»? Я не похожа на пирожок. Лучше уж «Патрисия».

Бейли отвернулась, когда Марти отбросила одеяло со своих длинных ног:

— Можешь пойти в душ, если хочешь, — сказала она, выходя из комнаты. — И на кухне есть кофе.

Марти взяла со стойки пару светлых летних брюк, но Кристен покачала головой:

— Темный верх — темный низ.

Марти нахмурилась:

— Это немного не в моем стиле.

— Нам придется передвигаться ночью. Поэтому лучше гармонировать с окружающей средой и не выделяться.

— Что ты имеешь в виду под «ночью»?

— Это значит, что все наши расследования и наблюдения будут происходить ночью. В основном.

— Поверь мне, Крис, с такой панковской прической тебя никто не узнает, — засмеялась она.

Крис склонилась к ней поближе и сказала шепотом:

— Надеюсь, что эта панк-прическа поможет мне при покупке наркотиков.

Глаза Марти расширились:

— Ты будешь покупать наркотики?

— Да.

— Но зачем?

— Потому что это связано с нашим делом. Где наркотики — там деньги. И я думаю, что Карлос Ромеро видел что-то, связанное именно с такой сделкой. И это стоило ему жизни.

— И ты хочешь ввязаться в это?

— У нас нет другого выхода.

Марти знала об этом не так много, чтобы сформулировать свои опасения, но любые заигрывания с торговлей наркотиками представлялись ей слишком опасными. Даже несмотря на весь тот опыт, который был в этом деле у Кристен.

Она взяла со стойки темно-синюю рубашку и приложила ее к плечам Крис:

— Симпатично бы выглядело на тебе!

— Марти, симпатичное мне не подходит.

— Я просто хотела сказать, что смотрится очень изящно.

Крис засмеялась:

— «Изящное» — это точно не про меня.

Тем не менее, рубашку она взяла. Марти прошла вглубь отдела, увидев витрины с джинсами.

— Знаешь, этот твой Рико, похоже, действительно хороший человек. Уже жалею, что считала его преступником.

— Да, он отличный парень. Я стараюсь не думать о его профессии. И о том, что произошло бы, если бы его поймали, — добавила она.

— Он немного рассказал мне о том, как пришел в этот бизнес.

— Неужели рассказал?

Марти улыбнулась, взглянув на Кристен:

— Да, и рассказал, что было до этого. Как в тебя стреляли, — она удивилась тому, что Крис покраснела.

— Это было давно, — она пожала плечами. — Я была молодой и глупой. Вряд ли я поступила бы так сегодня.

Марти подошла к ней и взяла за руку:

— Теперь я знаю, какая ты. И не сомневаюсь, что ты бы сделала это снова. Не относись несерьезно к тому, что ты сделала, Крис. Это такая вещь, которую большинство людей даже не способны понять.

Говоря это, Марти снова удивилась реакции Крис, заметив слезы, появившиеся в ее глазах.

— Когда я поняла, что подстрелена, когда почувствовала, как кровь бежит по моим пальцам, я думала, что умираю, — почти шепотом сказала она. — И тут я увидела, что Рико ничего не делает, чтобы мне помочь, что он уже далеко. Сбежал. Я ненавидела его в этот момент. Я думала о том, как мало я для него значу, что он оставил меня там умирать, после того, как я приняла на себя пулю, предназначенную ему.

— Но…

— Я знаю. Знаю, что он нашел мою мать. Она рассказала мне, что произошло. Но это произошло уже спустя несколько дней, она рассказала мне об этом примерно через неделю. Так что у меня было достаточно времени, чтобы подумать об этом, — Крис опустила глаза. — Я никогда не говорила Рико об этом. Мы вспоминали об этом выстреле, но я не говорила ему, как плохо мне было. Как я чувствовала, что меня предали.

— Сочувствую, — сказала Марти, крепко сжав ее руку. — Ты ведь никому об этом не рассказывала, да?

— Нет. Но мама понимала это, я уверена, — Кристен расправила плечи и глубоко вздохнула. — Извини. Не хотела грузить тебя всякими эмоциями.

— Я бы не назвала это «всякими эмоциями», Крис, — Марти только сейчас осознала, что держит ее за руку и разжала пальцы. — Хотелось бы надеяться, что со мной ты не будешь так все скрывать. Меня-то ты уже видела в истерике, — она подмигнула. — Я имею в виду ту сцену в душе.

Как бы ей этого ни хотелось, события того вечера по-прежнему лежали тяжелым грузом на ее памяти. Но Марти обнаружила, что ей легче справиться с воспоминаниями, если сконцентрировать свои мысли не на образе парня с ножом, а на Крис, которая раздевает ее, помогает смыть кровь, и которая в итоге вымокла под этим душем не меньше, чем она сама.