Скромница и Сердцеед

Глава 6. Маленький темный секрет

Элис

В моей голове царил хаос.

Я не хочу... Точнее, мне нельзя попадать в зону внимания законников.

Я не преступница в классическом понимании этого слова, нет. Но поступков на грани в моей жизни полно, одни оборотни чего стоят. И самое главное, в моей биографии есть темные пятна. Вот они и могут привлечь пристальное внимание законников, заставить ворошить прошлое.

После войны с рептилоидами и образования таких магических городов, как Новый Вавилон, появилось множество разумных существ с «серыми» документами: паспорт, налоговый номер и медицинский полис, которые были зарегистрированы недавно. И это считается нормальным.

Ненормально, когда сверхи упорно стараются не попасть в базу данных, ни разу не обращались к врачам. Увы, я из числа последних.

Работа в агентстве Иванович меня частично легализовала, но все же этого мало, я не смогу ответить на некоторые вопросы магполиции. И нет, я не боюсь обвинений в убийстве несостоявшихся насильников из моего прошлого.

Я опасаюсь, что меня найдет тот, кто их убил.

— Спасибо, я могу выйти сама.

Вздохнув, Черемет вышел из салона и протянул руку.

Отказываться от такой помощи не стала.

Ладонь у законника оказалась твердой, теплой и... надежной, но я не стала наслаждаться этими ощущениями — быстро выдернула пальцы из его руки.

Оглядела парковку, на треть заставленную авто, и, повернувшись к зданию, увидела белые буквы: Центральная больница Нового Вавилона.

Повернулась к полковнику и вскинула брови.

— Вы потеряли сознание на парковке, — ответил он на невысказанный вопрос.

— И вы привезли меня в больницу из-за этого? — Я указала на пятна крови на худи. — Не стоило, это не мое, а человека, которому я помогла в парке.

Я говорила правду, помня, что Черемет видит ложь благодаря артефактам.

— Я всего лишь испугалась, поэтому и стало дурно. Ну, я тогда пойду? — Я сделала незаметный шажок назад.

— Вас должен осмотреть врач, — нахмурился полковник.

Покачав головой, продолжила пятиться.

— Не стоит, я в порядке.

Я сделала еще один шаг — и земля ушла из-под ног.

Когда темнота отступила, осознала, что нахожусь на руках полковника.

— В порядке? Я вижу, как вы в порядке.

Больше не слушая моих возражений, он понес меня в больницу. Когда взбежал по ступеням, дверь открылась и нам навстречу вылетел запыхавшийся шатен в бирюзовом халате.

— Демьян?.. Неси девушку в смотровую!

— Я в порядке, не надо, — попыталась запротестовать в энный раз.

Разумеется, тщетно, меня никто не услышал.

Как только полковник опустил меня на накрытый белой простыней топчан, я попыталась приподняться.

— Лежите. — Прохладная рука целителя коснулась моего лба. — А ты, Демьян, выйди.

О чудо! Черемет молча починился, хлопнув дверью.

Заглядывая в глаза, целитель деловито поинтересовался:

— Суккуб-полукровка? Давно кормилась, да?

Кажется, вся кровь прилила к лицу от стыда.

Что-либо произнести не успела — целитель послал волну энергии, и я чуть не застонала от облегчения. Закусила губы, чтобы не издать ни звука.

— Ты приглянулась Демьяну, но не обольщайся: ему нравятся многие, и уж точно он не снизойдет до девицы из рода сидхе. Но знаешь, что самое главное? Связаться с суккубом ему не позволит семья, он наследник клана.

Теперь у меня пылали уши и шея. От гнева больше, чем от стыда.

В момент уязвимости, когда я не могу толком стоять на ногах, некий тип пытается приписать мне то, чего нет! А еще старается сделать больно, тыкая носом в то, что не зависело от меня — в мою суть.

— Сдался мне ваш…

Не дав договорить, целитель мазнул пальцем по моим губам, вызывая временную немоту.

— Считается, что суккубы — самые порочные, беспринципные существа на планете. И не сверкай своими красивыми глазками, девочка, я тебе не враг, понимаю, что это твоя суть, она дает тебе энергию для жизни. Для твоего же блага лучше сразу уяснить, что многие в клане считают суккубов грязью, которой не место в семье Черемет. А знаешь, почему? Однажды такая, как ты, чуть не разрушила клан, стравив его влиятельных членов между собой.

Я почти не слушала целителя.

Грязь… обидное слово всколыхнуло воспоминания, отправляя мысленно к одному из самых черных дней в моей жизни.

Элис

Четыре года назад…

— Добегалась, дурочка?

Визгливый вопль, до оскомины знакомый, выдернул из тихой истерики.

Тетя?!

Я не поверила своим глазам: позади маньяка, шагах в четырех, стояла Марья. Дородная темноволосая женщина, растившая меня в последнее время в строгости и придирках.

Тетя стояла рядом с вооруженным мужчиной, неподалеку мертвые тела, и это ее совсем не волновало...

Я брежу?.. Это так нереалистично, странно, может, я сплю?

— Тетя...

— Поднимай свой зад, Элеонора, и шуруй в автомобиль, — приказала Марья.

— Тетя, что происходит? — Я смотрела на единственную кровную родственницу, лишь бы не видеть маньяка.

Его не существует, мне кажется, что он зарезал парней, кажется... Они живы...

— Не тетькай, Элеонора! Иди в машину! — рявкнула тетя. — Мне еще тут подчищать после тебя.

Подчищать после меня?.. Почему из-за меня? И как подчищать?

Горло перехватило, я не смогла спросить вслух, да и уже не требовалось: тетка достала из сумочки пакет с черным порошком и принялась сыпать на тела. Легкое мерцание указало на магию.

Она собирается зачистить место преступления! Я о таком только читала... А запрещенный порошок она откуда взяла? Сама где-то купила или маньяк дал?

Так, не о том думаю! Надо сориентироваться, что делать.

Маньяк схватил меня за локоть и потащил к автомобилю. Сопротивляться психу с ножом, я не рискнула.

— Пастор мой, благословите, — смиренно попросила тетка вдогонку.

Мужчина остановился и прямо ножом начертил в воздухе какой-то знак.

— Благословляю, младшая садовница. Верно служи Яхве, пропалывая человеческий сорняк в его садах!

В голове будто щелкнуло. Пастор! Точно, именно этого жутковатого типа я видела в том месте, куда меня пару раз таскала тетка!

— Пастор, а когда станет понятно, Элеонора суккуб или все-таки чистая девочка?

Чего-о?.. Суккуб?!

Я так изумилась, что на несколько секунд словно выпала из реальности.

Я — суккуб?! Что за бред? Хотя... Если это так, то парни напали на меня, неосознанно потянувшись к сути. Сверхъестественная тяга к сидхе страсти — не оправдание, но хоть что-то логичное во всей темной истории.

Нет-нет, это бред! Моя мама — человек, магическая пустышка, не унаследовавший дар от своих родителей. Отец тоже простой человек, умер до моего рождения. Или не он дал мне жизнь? А какой-то случайный инкуб?

Так, опять не о том думаю. Это шок, раз я не могу концентрироваться на том, что действительно важно — на собственном спасении. Надо дышать равномерно и собирать силы для побега.

— Увы, младшая садовница, надежды почти нет. Твоя племянница — суккуб.

— И все же, пастор, а вдруг вы ошибаетесь? — проскрипела тетка.

В душе воскресла надежда, а через мгновение маньяк грубо схватил меня за подбородок.

— Посмотри на ее лицо, а затем достань зеркало и взгляни на свое.

Тетка помрачнела, явно обидевшись.

Зря. Она симпатичная женщина, другой типаж красоты, только желчная и вздорная, и это отталкивает потенциальных поклонников.

— Уже сейчас твоя племянница пленяет мужские взгляды, а что будет, когда она войдет в силу? Ты правильно поступаешь, не сомневайся. Ты отдаешь ее тому, кто может очистить от скверны.

— Чем же мой род прогневил Бога? — сокрушенно произнесла тетка. — Почему в моей семье родилась эта грязь?

Грязь... Коротенькое слово, как удар наотмашь по щеке. Обжигающе больно и горько.

Втолкнув меня в машину, на заднее сиденье, маньяк еще немного поговорил с теткой.

Я почти не обращала внимания на их беседу. Запомнила только его слова, что она должна немного выждать и не появляться в молитвенном доме несколько собраний. А еще... Еще он завтра переведет ей деньги на счет. И эти деньги за меня.

Получается, тетка не только предала, она меня продала!

Физически ощутила, как обрываются нити родства между мной и женщиной, которую я, несмотря на ее самодурство, уважала и даже любила...

Пастор сел в водительское кресло, автомобиль заурчал.

— Отпустите меня, — попросила я, и слезы сами побежали из глаз. — Пожалуйста, молю вас, отпустите...

— Не могу, цветочек, — равнодушно отозвался маньяк.

— Пожалуйста, отпустите... Я же вам ничего не сделала! Я исчезну и никому ничего не расскажу!

Я молила так, как никогда в жизни, но... Ему было все равно.

— Ты и так никому ничего не расскажешь, — хмыкнул он, не отвлекаясь от дороги.

— Я не суккуб. Почему вы так решили?

В этот раз он не ответил. Оглянувшись, швырнул в лицо горсть сверкающей пыли.

— Спи, Элеонора…

И я уснула.

Очнулась, уже когда машина проезжала по широкой дороге в поселке, окруженном мрачными старыми елями. Частная территория, красивые дорогие особняки.

Дом, возле которого остановился маньяк, располагался за высоким каменным забором, среди молодых фруктовых деревьев.

Нас встречали. Два дюжих, больше двух метров ростом, охранника в черной униформе и невероятной красоты брюнетка в синем мини-платье на умопомрачительных каблуках и с алыми, будто кровавыми губами. Все признаки беспринципной стервы налицо, как сказала бы школьная подружка.

— Садовник, с возвращением! — в унисон произнесли все трое, склоняя почтительно головы.

— Алла, я привез новый цветочек и отдаю в твои заботливые руки. Отведи ее на женскую половину.

Маньяк толкнул меня в спину и, кажется, потерял интерес.

— Пойдем, тебя нужно помыть и переодеть, — с отвращением произнесла Алла.

Я застыла, ощущая, как на меня накатывают волны осознания. Как же я влипла...

Непонятно где... Непонятно с кем... Меня едва не изнасиловали... Я стала свидетельницей убийства… Родная тетя продала меня религиозному маньяку, который почему-то считает, что я суккуб.

Что дальше?.. Он убьет меня? Или обещанное очищение будет хуже смерти?

Я оглянулась.

Пастор о чем-то говорил с охранниками, они не обращали на нас внимания.

Забор высокий, но недалеко от ворот рос плющ, по которому можно вскарабкаться на ограду. Бегаю я быстро, уж точно быстрее массивных охранников и уставшего маньяка, который провел много часов за рулем...

— Даже не думай!

Мне прилетел неожиданный подзатыльник от Аллы.

— Вы не понимаете... — Как не крепилась, из моих глаз хлынули слезы. — Он меня похитил.... А перед этим убил одноклассника и его друзей... Он же больной! Нужно сообщить в полицию!

Алла грубо развернула меня лицом к себе.

— Все я понимаю, я очень понятливая, — процедила она сквозь зубы. — Территория охраняется не только людьми, но и магически измененными собаками, тебе не убежать. А за ослушание Зиновий страшно наказывает, и тебе лучше не знать, как именно.

— Послушайте, он псих! Он думает, что я суккуб!

Брюнетка криво улыбнулась.

— Зиновий никогда не ошибается. Добро пожаловать домой, цветочек!

Ее темные глаза засветились холодным серебром.

***

— Девушка!..

Из прошлого выдернул оклик целителя. Точнее, я среагировала на тревожную интонацию в голосе.

— Вы бледны, сейчас проведу более глубокую диагностику.

— Не надо, я в порядке, — заверила целителя и, сухо поблагодарив, отвела его руку в сторону. — Я ухожу, мне не нужна ваша помощь.

Слишком резко поднялась с топчана — перед глазами потемнело.

Целитель поделился энергией, но без особой щедрости. Наверное, такой порции хватит, чтобы зарастить царапину, но не заткнуть голодную дыру, образовавшуюся во мне после лечения мужчины из парка.

М-да, я, случайный свидетель, оказалась щедрее, чем профессиональный целитель. Но, если хорошенько подумать, это правильно — у него много пациентов, копыта можно отбросить, если всех латать полностью.

Решив оставить за собой последнее слово, я остановилась посередине смотровой.

— Знаете, что, Иван? Во-первых, вблизи я вижу полковника Черемета второй раз в жизни, и знакомство продолжать не планирую, поэтому не стоит переживать, что я влезу в благородное семейство. Во-вторых, называть разумных существ «грязью» даже в пересказе — это недостойный поступок для мужчины и целителя. И, в-третьих, вы ошиблись, я не полукровка, я — человек!

Не дожидаясь возражений, вышла из комнаты.

Черемет подпирал стену точно напротив двери, и лицо у него было такое... Такое странное… Кажется, впервые в жизни я не затрудняюсь расшифровать, что думает сверх. Растерянность, гнев, разочарование... светлые глаза Черемета потемнели и напоминали сейчас небо в ненастный день.

Он все слышал, да? И слова целителя, и мой обличительный монолог. Неудобно вышло.

А впрочем, мне все равно!

— Благодарю за помощь, полковник Черемет! И до свидания!

Надеюсь, не скорого, а в идеале — желательно с ним больше никогда не пересекаться!

Я летела по коридору, почти не видя дороги, погрузившись в полные злости мысли, и не сразу поняла, что зовут меня.

— Элис! Подождите, Элис!

Уже имя мое знает? Пробил номер автомобиля, принадлежащего агентству Саши?

Полковник Черемет догнал и легонько коснулся моего плеча.

Если он что-то скажет по поводу полукровок или суккубов, я взорвусь от возмущения.

— Элис, выход в другой стороне, — тихо произнес мужчина.

Я развернулась и невозмутимо пошла обратно.

Подумаешь, перепутала! С кем не бывает?

— Элис, прошу прощения за недостойное поведение моего целителя...

— Не стоит извиняться за то, что сделали не вы! — отрезала я и ускорила шаг.

Ему неловко от того, что целитель клана — шовинистическая свинья? Как же, непогрешимый полковник с кристально чистой репутацией и вдруг порекомендовал хама! Поэтому попросил прощения? А фигушки ему! Не прощу, пусть мучится!

По-детски наивное решение вмиг подняло настроение. Глупо придавать значение этому событию, знаю, проще принять извинения и забыть неприятные слова, но...

— Элис, подождите! Позвольте загладить вину.

Полковник шел рядом, не отставая. Вот ведь банный лист...

Слева открылась дверь какого-то кабинета.

— О, наша героиня из парка! Все-таки пришли проведать своего спасенного? Он недалеко отсюда, в двадцать восьмой палате.

Появление целителя из скорой помощи стало полной неожиданностью и совсем не радовало, но я быстро переключилась из режима «обиженная гордость» в «круговую оборону».

— С Денисом все хорошо?

На самом деле, меня это волновало мало, он в больнице, априори в порядке. А вот у меня дела не очень.

— Зайдите обязательно, узнайте сами! — Все такой же резкий и скорый на решения, целитель беспардонно подтолкнул меня в нужном направлении. — А я возьму из комнаты отдыха свою запасную футболку для вас, нехорошо такой милой девушке ходить окровавленной.

И как в такой ситуации отказаться? Да и зачем, если можно помочь Денису? Сама судьба дает шанс, не привлекая агентство, позаботиться о случайном знакомом и заодно безопасно щелкнуть по носу детектива Вербицкого.

Обернувшись к идущему по пятам полковнику, ехидно заявила:

— Как здорово, что вы не ушли по своим делам, можете посмотреть на жертву подчиненного!

Черемет нахмурился.

— О чем вы?

— Сейчас все увидите и услышите сами!

Коротко постучав, открыла дверь палаты под номером «28».

Денис был в ней один, еще три койки пустовали.

Молодой мужчина все еще бледный, но явно не собирающийся умирать от потери крови, приподнялся на локте и несмело улыбнулся.

— Элис?..

— Да, это я. Денис, как вы себя чувствуете?

— Я жив вашими стараниями, остальное поправимо. Как же я рад, что могу поблагодарить вас за спасение! А еще, представляете, у меня...

Что у него пробудился дар, я уже знала и не хотела, чтобы на этом делали акцент. Пусть разбирается, как это вышло, не впутывая меня.

— Денис, я привела к вам начальника вашего обидчика, детектива Вербицкого, жалуйтесь без стеснения! — невежливо перебив, я посторонилась.

Черемет все еще ничего не понимал, но и бросить без выяснения не мог. Этим-то я и воспользовалась, зная, что за мной он не пойдет.

Пока Денис рассказывал о своей семейной драме, я беспрепятственно покинула палату.

В коридоре меня поджидало очередное препятствие.

— А вот и девушка, о которой я вам говорил, господин Маевский.

И что же такого сказал этот балабол-целитель?..

Холеный брюнет с изумрудно-зелеными глазами в ослепительно-белой рубашке и таких же брюках окинул меня внимательным взглядом.

— Май Маевский, АБЗ, — представившись, брюнет протянул ухоженную руку. — Позвольте задать вам пару вопросов?

Очень не хотелось позволять! Но с Агентством безопасности Земли не ссорятся, чревато проблемами.

— Элис Миллер. Задавайте вопросы, если смогу, отвечу.

Я пожала руку ушлому магу, который, несмотря на рисковые, часто незаконные эксперименты, устроился работать в столь серьезную организацию, и перевела подчеркнуто печальный взгляд на целителя. Ну же, осознай, какая я уставшая, испуганная после парка… и посочувствуй! Подставил со своими дифирамбами — помогай выбраться!

— Элис, — целитель взволнованно сжал черную футболку, которую держал в руках. — Вы ведь не сильно устали? Такой стресс пережили…

— Девушка держится отменно, а вопросов немного, собственно, он один, остальное детали, — жестко отрезал Маевский. — После нападения в парке Денис Агапьев стал магом. И это не активация спящего дара, согласно ранних тестов, у него нулевые способности. Итак, Элис, что вы с ним сделали?

Вот же я попала…

— Я сделала? — переспросила растерянно, решив потянуть время и придумать, как избежать допроса и возможного копания в моей биографии.

Маевский поджал губы от недовольства.

— Вы, Элис, последний человек, с которым контактировал Агапьев перед смертью.

— Да как я могла что-либо сделать? — Я добавила в голос побольше растерянности. — Я ведь не Создатель, чтобы наделять кого-то магией! Ох… Неужели вы решили, что я провела какой-то запрещенный ритуал?..

— Не защищайтесь, Элис, я вас ни в чем не обвиняю, — резко произнес Маевский.

Мне тотчас захотелось возразить, что защищаться надо всегда, иначе сожрут, такие, как он, и сожрут.

Маг поменял тактику и уже без давления, просительно произнес:

— Мне необходимо понять, что стало толчком для столь редкого феномена, я о таком лишь читал. Агапьев умирал, вы поддержали в нем искру жизни до появления скорой помощи. Что использовали для этого?

Я пожала плечами. Врать нельзя. Никогда не знаешь, использует ли собеседник артефакт правды, и насколько он силен. Себе я не льщу: вру плохо, обойти амулет не смогу.

— У меня есть стандартный набор артефактов, в него входит также и для исцеления.

Не солгала, но направление задала неверное. Пусть думает на амулет.

Маевский протянул руку.

— Я могу посмотреть на ваши артефакты?

И взгляд такой требовательный, что просьбой здесь и не пахнет.

Я захлопала ресницами.

— Ага, сначала посмотреть, пощупать, затем экспроприировать для тестов, а мне потом новый комплект покупать! Не дам без официального запроса. Как говорят дети, в чужих руках теряет блеск.

Целитель от удивления издал смешок, больше похожий на кряканье гундосой утки. Кстати, а у птиц бывает насморк? Так, не о том думаю.

— И вообще, почему сразу я виновата? Там еще нападавший был! Проверяйте его!

— Элис, я вас ни в чем не обвиняю, — терпеливо, но уже сквозь зубы произнес Маевский. — Если благодаря вам пробудился дар в пустом человеке, вы прославитесь, станете героиней для всей Земли!

Угу, только посмертно. Пастор обещал вырезать своему самому «любимому» цветочку сердце, когда найдет. Но прежде сделать такое, что мне и самой жить не захочется…

Да и в чем будет заключаться героизм? В том, что стану подопытной мышкой в лаборатории Маевского? И уж, конечно, вся слава достанется ему.

Спасибо, мне такого добра и даром не надо.

— Элис, давайте разберемся вместе, что произошло с Агапьевым?

— Вы меня не слышали? Почему считаете, что это случилось из-за меня? Нападавшего на Дениса вы уже нашли? О, а это мне?

Я выхватила из рук целителя футболку.

— Спасибо вам огромное! Где здесь туалет? Хочу поскорее переодеться.

Весело скалящийся целитель, которому только попкорна не хватало, указал направо.

— Метров через десять, по левой стороне.

— Элис, я не закончил! — возмутился Маевский.

— Ваши проблемы, хотя это иногда плюс, — ляпнула я, уже не думая, что говорю. — А у меня окровавленная одежда присохла к коже, срочно надо переодеться.

Я бы недалеко сбежала от взявшего след раззадоренного мага, но из палаты вышел Черемет.

И широкий больничный коридор внезапно стал меньше, целитель серьезнее, а Маевский — бледнее.

— Что здесь происходит? Господин Маевский, опять нарушаете закон, теперь уже приставая к девушкам?

Я бы с удовольствием послушала, но пора бежать. Мы на первом этаже, в туалетах обычно есть окно.

Вот оно и стало моей целью.

Уходить через дверь нельзя — возле туалета, сто пудов, моего возвращения будет дожидаться Маевский. Так что опять попробую себя в роли скалолаза. Один раз не получилось, ну а сегодня, уверена, мне повезет!

Мои планы вмиг перечеркнул вид плачущей девушки возле зеркала. С длинными каштановыми кудряшками, полноватая, но с гармонично ладной фигуркой, мужчины называют такую аппетитной, в желтом сарафане и такой же шляпе с цветком подсолнуха, она напоминала солнце. Только очень печальное, огорченное солнце.

Всхлипывая, девушка пыталась оттереть салфеткой потеки туши под красными глазами.

Ох ты ж засада… Я не могу пройти мимо женских слез.

— Парень? — спросила я участливо.

— Он ногу сломал за неделю до свадьбы. — Очередная порция всхлипываний. — Принесла ему домашней еды, кстати, я очень хорошо готовлю... А он...

Девушка закрыла глаза, пытаясь удержать потоки слез за частоколом из длинных ресниц, красивых настолько, что грех красить тушью подобное богатство.

— А у него в палате другая? — подсказала я и коснулась ее локтя.

Послала крохотный луч силы, лишь бы она успокоилась — сердце рвется при виде ее горя. Ни один парень-предатель не стоит девичьих слез.

— А он с медсестрой целуется, — вздохнула шатенка. — Сказал, что между нами все кончено, он встретил свою любовь, а я, толстуха, должна быть благодарна, что он со мной, вообще, встречался.

— Мерзавец, — вынесла я вердикт.

— У его семьи кафе, они несли убытки… Так я заменила все меню, понимаешь? Я профессиональный повар-кондитер, спасла их от разорения, а он со мной так...

Повезло найти любовь, от которой сорвало крышу? Отлично. Но зачем же топтать чужие чувства? Неужели сложно было извиниться и расстаться без оскорблений?

Не понимаю таких мужчин. Использовал, предал, а затем и оскорбил, нанося рану в сердце, чтобы больше не нашлось там места для другого. Это низко и подло!

Подчиняясь импульсу, я крепко обняла девчонку.

— Это пройдет. Тебе повезло, что суть бывшего прояснилась сейчас. Ты прекрасная, талантливая и теплая, как солнце. Отпусти мерзавца, его сама судьба накажет. И помни, что в этой ситуации виноват тот, кто предал....

Я шептала и шептала, пытаясь достучаться до разума и сердца девушки, опутывая ее легкими чарами. Немного, чтобы унять боль, а вот флер очарования применять не стану, ей не нужно сейчас внимание других мужчин.

Отпустив девушку, отошла на шаг и заглянула в глаза.

В них ни возмущения, ни паники, только удивление и благодарность.

— Спасибо за утешение, мне стало легче, — прошептала шатенка удивленно. — Ты ведь сидхе страсти?

Ого, откуда столь глубокое понимание природы суккубов? Большинство женщин уверено, что мы соблазнительницы, разлучницы, блудницы и прочие нехорошие дамы.

Я покачала головой.

— Захочешь пообщаться, приходи на девичьи посиделки в кафе «Каблуки и кеды», там, кажется, сейчас второй повар требуется.

Все, солнышку помогла, теперь себя бы спасти. Мне нельзя сейчас общаться с Маевским, не то состояние здоровья, да и морально не готова.

Я быстро сменила худи на футболку.

В дверь нетерпеливо постучали.

— Элис, вы скоро?

Вот же попала... Нетерпеливый какой! Еще сюда ввалится.

Я бросила взгляд на окно, открытое на проветривание. Пролезу легко, проблемы нет. Жаль, Маевский быстро поймет, что я сбежала.

— Ты не хочешь с кем-то встречаться? — догадливо прошептала девушка, о которой я уже успела забыть. — Тебя преследуют? Хочешь, я их задержу?

Какое неожиданное и своевременное предложение! Приятно удивлена.

— Если сможешь, я буду признательна.

— Смогу, не сомневайся. А это для маскировки. — Бесшабашно улыбнувшись, девушка надела на меня свою шляпку.

— Я, кстати, Лариса.

— Элис, — представилась я в свою очередь.

Чтобы не тратить время, я открыла окно, а затем на время спряталась в кабинке.

— Удачи!

Застучали весело каблучки, скрипнула дверь, и пока она не закрылась, я услышала радостный вопль Ларисы:

— Андрюха! Ты вернулся!..

Пока маг, перекрещенный в Андрюху, не пришел в себя и опять не забарабанил в дверь, я поспешила к окну. Взяв в одну руку худи и шляпку, легко забралась на подоконник.

Огляделась. Задворки больницы, плавно переходящие в ухоженный сад. Пациентов на прогулке нет, и это здорово, мне свидетели не нужны.

Ох, а спрыгивать-то высоковато!..

Ладно, если что-нибудь сломаю себе, больница рядом. Шутка.

Выдохнув, я спрыгнула в заросли крапивы.

Приземлилась удачно, даже не обожглась, спасибо джинсам.

Так, шляпку на голову, худи на локоть — и бежать отсюда подальше!

Позади затрещал кустарник.

На плечо опустилась тяжелая рука.

— Наконец-то, я нашел тебя, цветочек...