Магическая Служба Безопасности -1. Служебно-разыскной оборотень

Легенда Витицкого

Вернувшись в участок, Глафира Валерьевна с прежним рвением принялась за поиски платка. Более важных дел у психолога не нашлось.

— Да где он может быть? В этой квартире и тайников нет. Марта Максимовна, вы же у нас служебно-розыскная овчарка. Вы можете найти его по запаху?

— Не могу. Меня с детства приучали к поискам определенных Духов Местности. На другое я не реагирую… Ты, кстати, за шкафом в прихожей глянь.

Золотаева прошла на кухню и стала выгружать из пакета продукты, купленные по дороге.

— Как бы он туда попал? — раздалось сердитое бурчание из коридора.

— Куда домовой мог бы его ещё утащить?

Глафира Валерьевна полезла за шкаф, и через некоторое время раздались её радостные возгласы, извещающие, что она нашла свой платок.

— Точно… домовой, — сказала Марта стажеру. — Ева приедет из Екатеринбурга, не забудь напомнить, чтобы я показала вам ритуал Дома Ведающих на задабривание домашних духов.

Витицкий удивлённо оглядывался, словно бы не верил, что кроме них троих в квартире ещё кто то есть. К домовым он относился как к персонажам фольклора, не имеющих никакого отношения к действительности.

— Задабривать? — возмутилась Глафира, возникая на пороге кухни. — Он у меня таскает платки, а я его буду задабривать? Изгнать его! Не будь я магом, я бы сказала, что платок в угол сам упал. Это же логично!

Она прошла на кухню, выгнала всех оттуда и стала заниматься приготовлением ужина. Золотаева со стажёром ушли в комнату.

— Надо обязательно на ночь угощенье для домового оставить на столе или в укромном месте, где тарелочку или кружку не увидит никто из посторонних, — начала Марта первый урок по ритуалистике. — Самый простой вариант: низко поклониться и обратиться к Духу с вежливыми словами. У него нет ни глаз, ни ушей, есть он ничего не будет, поскольку не материален, но в некоторых случаях продукты или питье за ночь могут исчезнуть. На вид этот простой старинный обряд кажется глупостью, но на самом деле обычай задабривания Духа Местности существует во многих странах мира. Действителен он не только для домовых, но и для леших, и водяных, особенно в городской черте. Если по какой-то причине Дух не принимает постороннего, можно его вызвать и попытаться спросить, что ему не нравится.

— Я ему не нравлюсь! — раздался голос с кухни. — Я же из Грядущих. Попробуй тут объяснить, что я вышла из Великого Дома.

Сергей вежливо кивал. Происходящее казалось ему розыгрышем. Витицкий был завербован, но пока ещё ни разу не видел настоящей нечисти. Ему случалось слышать захватывающие рассказы отставного офицера МСБ из патриотического клуба о том, как тот уничтожал тварей Хаоса, ликвидировал опасные секты, расстреливал упырей и истреблял монстров. Всё потому, что первый наставник Витицкого семнадцать лет отслужил в отряде быстрого реагирования и занимался исключительно боевыми миссиями. Только по старой чекисткой привычке рассказывал он о своей работе очень мало и неохотно.

С кухни тем временем аппетитно запахло жареной курочкой. Марта решила проверить, как дела у Азаровой.

— Домовой — это Дух Местности, не человек и не магическое существо. Плевать он хотел на Великие Дома, — усмехнулась она, голодными глазами поглядывая на сковороду на плите.

Глафира Валерьевна обернулась к ней:

— Кстати, про еду. У меня уже все готово. Пока мы предоставлены сами себе, давайте нормально поедим. За одним обсудим дальнейшие планы. Ларина скоро подъедет, а Соколов…

— Он сегодня на дежурстве в ППС, — вспомнила Марта. — У него есть обычная работа. Илья уже известил, что будет патрулировать район мечети и «Хромпика», возможно, разузнает что-то про призраков. К нам присоединиться завтра.

— Что же, зачёт по поеданию куриных крылышек, видимо, тоже будет завтра, — усмехнулась Азарова и стала накрывать на стол.

— Сергей, вы любите копченые крылышки? — спросила Золотаева.

— Нет. Я вообще курицу… не очень, — робко признался Витицкий.

— Ты что, пустые макароны будешь? — удивлённо поинтересовалась Глафира Валерьевна. — Они, конечно, с маслом… но всё-таки.

Сергей кивнул.

— А ты, Марта Максимовна, нормально приготовленное мясо будешь? Или ты только крылышки?

— Нормальное мясо? Буду конечно. И копчёные крылышки — тоже!

Кухня была тесноватой, поэтому они расположились в гостиной.

— Пока Лариной нет, рассказывайте, стажёр, свою легенду. Подробно, — приказала Марта, накладывая на тарелку макароны, заботливо приготовленный окорочок и купленные в магазине копчёности.

Сергей, интеллигентно наматывая спагетти на вилку, начал:

— Что говорить? Я — студент профессионально технического училища Сергей Витицкий. Увлекаюсь оккультными науками, много играю в компьютерные игры. Верю, что магия существует.

Золотаева и Глафира переглянулись. Звучало не убедительно.

Внезапно Сергей вжал голову в плечи, и, поглядывая взглядом затравленного зверька, произнёс:

— А чё я? Я же ничё не сделал… Купил у какого-то неизвестного артефакт. Мой друг, Толик, утверждал, что эта штука — магическая. Она должна сделать меня всемогущим, — юноша указал на браслетик на руке, которым заранее запасся. — А потом тот лох с «Жигулями» объявился. Вообще — «ведро», а не машина. Мы его оболванили. Точнее, Толян это сделал… Товарищи следователи! Сам не знаю, как это произошло. Толик в тот же день смылся, но куда — не знаю. Честно!

Марта даже жевать перестала. Сергей, до этого момента казавшийся слишком простоватым, показал неплохие навыки актёрской игры. Правда образ неудачливого мошенника плохо вязался с приятным и открытым лицом Витицкого, но внешность может быть и обманчивой.

— Любой нормальный человек сказал бы, что это — ложь. На наше счастье, маги не совсем здравомыслящие люди. В такую чушь они могут поверить. — Глафира Валерьевна была хорошим психологом, а потому часто судила о людях по себе.

— Не забудь, что ты должен быть достоверен на все сто. Адрес училища знаешь? Факультет? Имена преподавателей? — строго спросила Золотаева.

Стажёр кивнул.

— Насчёт легенды не обольщайся. Опытные чародеи сразу поймут, что на руках у тебя не артефакт, — сказала Марта. — На наше счастье, сейчас в интернете слишком много всяких «белых и чёрных колдунов», которые торгуют ерундой, не имеющей ни малейшего отношения к вещам, сделанным опытными артефактологами. На одного реального мага десяток шарлатанов или психически нездоровых людей приходиться.

— Ничего не знаю, — набычился Сергей. — Я его за бешеное бабло купил. Мне сказали: подлинный.

— Маги решат проверить тебя на волшебные способности.

— Меня уже проверили ваши. Сказали, что нет их.

— Ты, главное, будь к этому готов. Не подписывай Магических Договоров и не соглашайся ни на какой ритуал, который позволяет залезть тебе в голову. Ни при каких обстоятельствах. Ни с волшебниками, ни с магическими существам.

— Что, они и в черепушку залезть могут? — удивился стажёр.

— Если в их Доме есть чародей, обладающий Магией Разума, такое может произойти. Например, я могу таким образом проводить допросы или внушить мысль, — призналась Азарова.

— Защититься простому человеку от мага её уровня нереально, — задумчиво подтвердила Марта, кивая на напарницу. — Да и не каждый волшебник способен закрыть свой разум от вмешательства.

Она проверила все личные дела группы, отправленной на стажировку. Ни один из ребят не обладал даже самыми минимальными способностями к волшебству.

— Если что, вали все на скрывшегося приятеля. Думаю, в вашем преступлении с «Жигулями» магом мог быть он. Доказать, что Толяна не существует, не забравшись в твою голову, никто не сможет. Да и забравшись, в ворохе мыслей не всегда есть возможность выловить ту самую. Особенно если события произошли давно, — объяснила Глафира Валерьевна.

Марта, расправившись с мясом и макаронами, отодвинула тарелку.

— Сергей, чтобы у тебя не создавалось ложного впечатления зачем эти предосторожности, слушай. Волшебники — не плохие люди, но себе на уме. Очень трудно оставаться нормальным человеком, понимая, что у тебя есть способности, превышающие обычные человеческие. Магическая Тайна запрещает их демонстрировать открыто, но осознание собственного могущества — великое искушение. Представь, что может получить чародей, умеющий незаметно изменять мысли окружающих или вызывать сердечный приступ касанием руки?

Азарова согласно кивнула. Человеку, осознавшему, что он не такой, как все, загнанному в рамки закона, часто бывает трудно удержаться. Одни считали, что обязаны спасать мир, другие пытались пользоваться способностями во вред другим людям, третьи начинали разглашать Магическую Тайну, в борьбе за «демократию».

— Глафира Валерьевна, пожалуйста, отправьте на «Магический Форум» Первоуральска статью о преступлениях наших «задержанных». Лариной позвоните, уточните её легенду. Я сейчас свяжусь с Савушкиным, и сообщу, что дезинформация — наших рук дело. А то неприятности будут и у нас, и у руководства местного, посвященного в Тайну, СМИ.

Марта вздохнула, вспомнив рассказы Федота Максимовича об умении пользоваться информационным пространством в собственных целях.

«Наш брат — чекист, Маня, должен быть честным… Но если надо применить военную хитрость для дела, действовать надо, как в разведке!» — говорил он.

— На сайт? Зачем? — удивился Сергей.

— Люди верят СМИ, — тонко улыбнулась Азарова, склоняясь над планшетом.

— Привыкай, чекист! — ободрила его капитан.