Магическая Служба Безопасности -1. Служебно-разыскной оборотень

Закалка клинков

Внезапно блеснули фары подъезжающей машины. Люди прижались к обочине дороги, ожидая, что это — автомобиль дачников, и он проедет мимо.

К их удивлению мощный темно-серый КамАЗ с синими полосами остановился между садами, загораживая дорогу. Из массивного кузова с решетчатыми окнами выскочили четверо оперативников с артефактами и оружием.

Белов и Бородецкий не сопротивлялись.

Глафира Валерьевна выдохнула. Всё-таки она не зря вызвала оперативников заранее. Они подлетели из Екатеринбурга вовремя. Вслед за ними подъехала машина вызванного из Ревды капитана Макаренко.

— Золотаева, что тут происходит? — резко спросил следователь вместо приветствия, выходя из машины.

Он чем-то здорового напоминал лохматую южно-русскую овчарку. У него были вечно всклоченные, белые от природы волосы, не желающие спокойно лежать на голове. Лицо он имел полное, на вид добродушное. Только характер был неуживчивый, тяжёлый. Его не очень любили в отделе, зато расколоть он мог почти любого преступника без всякой магии.

— Мы тоже рады вас видеть, Лев Аркадьевич, — сухо поздоровалась Глафира Валерьевна, перехватывая следователя на половине пути. — У Марты Максимовны только что чуть не состоялась трансформация. Она сейчас не очень адекватна. Идёмте, введу вас в курс дела…

Пока составлялись протоколы задержания и опрашивались свидетели, Витицкий тихо шепнул:

— Товарищ капитан, вы говорили, что у нас тут дело по незаконной торговле оружием? Я сфотографировал всех, кто его доставал. И записал несколько интересных разговоров подошедших чародеев. Передать следователю?

Марта взглянула на Сергея. Тот был не самым ярким представителем команды, но зато всегда помнил о поставленных целях. Капитан уже давно поняла, что в её ассоциациях Витицкий больше всего напоминал русского охотничьего спаниеля. Тот тоже не очень заметен, на рожон не лезет, но достойно выполняет функции подружейной собаки, в задачу которой вход подносить хозяину подстреленную дичь.

— Перекинь в закрытый чате Савушкину. Он знает, что с этим делать.

МСБ выдавала магом лицензии на ношения магического, холодного и травматического оружия. Таким образом можно было мотивировать чародеев помогать. Так же это помогало отслеживать магическое оружие. Правда, это все было негласно. Любой волшебник мог в любой момент лишиться этой привилегии и отправиться полгода собирать справки на ношения травматического пистолета. У тех, кто не значился в картотеках, проблемы могли возникнуть куда серьёзнее.

Впрочем, сейчас было не время для глубоких проверок. Волшебники Первоуральска нужны были Марте как союзники, а не как растревоженный улей.

Причастность Белова и Бородецкого к убийству была ещё не доказана, но это — дело Макаренко.

Золотаеву волновало: куда делся инкубатор. Это было совершенно не ясно, так как обыск машин подозреваемых ничего не дал.

Оборотень могла попробовать поискать ящик в лесу. Подозреваемые могли перепрятать ценности, в надежде забрать их позже. Но Марта очень сильно сомневалась, что затея увенчается успехом. Слишком много схожих запахов было после рассеивания Завесы.

Кроме того, злоумышленники могли передать украденный ящик кому-то ещё. Не разумно было тратить силы на поиски в тёмному лесу, но ещё раз прочесать местность требовалось.

Золотаева запросила помощи через штаб МСБ. Ей пообещали прислать через двадцать минут два наряда ППС и лейтенанта ФСБ, посвященного в Магическую Тайну. Лес собирались прочёсывать по всем правилам.

Нельзя было исключить и другой возможности. Защита могла развеяться быстрее, чем предполагала Золотаева. Люди интуитивно обходят магические места, так что можно было исключить появление в месте Хранилища обычного человека.

Бородецкого и Белова в раннем обнаружении ларца Марта не подозревала — если бы они нашли инкубатор за час до приезда МСБ, то немедленно бы покинули город с ценной находкой. Зато ящичек случайно могли найти другие маги, не понимавшие ценности содержимого.

Голова пухла от версий и догадок. Марта вздохнула и обрушилась с расспросами на первого, кто попался под руку. Им оказался Храбров.

— Ярослав Рудольфович, скажите, а зачем вы пришли на это место?

— Сегодня днём маги Дома Грядущих убили совомеда, — охотно пояснил глава «Следопытов». — Надо провести в этом месте ритуал Кресения Живым Огнём, чтобы полностью очистить это место от остатков магии убиенной твари… К тому же к нам на выходные приехали недоросли. Для них это — наглядный урок. Не так часто такую монстрятину валят почти в черте города. Если вы, товарищ капитан, не возражаете, пусть Ждана с молодёжью пройдут на то место. Она им покажет, как добывать Живой Огонь.

Марта кивнула. Она, как ритуалист, понимала, что Храбров прав. Место следовало очистить. Иначе есть риск появление призрака убитого во сне совомеда.

— Я уже дал показания вашему коллеге, — добавил Ярослав Рудольфович, кивая в сторону Макаренко. — Разрешите откланяться в сторону места, которое надо зачистить? У нас есть несколько клинков, которые мы хотели бы закалить в Живом Огне.

Ларина, которая стояла неподалёку и прислушивалась, удивлённо спросила:

— Зачем? Какой от этого толк?

Храбров бросил на «задержанную» любопытный взгляд. Он знал, что Еву хотели забрать к себе Свободные, но ему льстило проявленное любопытство к его персоне.

— Видишь ли… Живой Огонь, который добывают по-старинке, трением дерева о дерево, во время ритуала обладает особой силой… Ты думаешь, тварь магическую можно победить обычным оружием?

Ева бросила быстрый взгляд в сторону находившегося неподалеку Дмитрия Вэла. Уже было почти темно, и более удобного случая напасть на ненавистного вампира она не видела. В её представлении он не был человеком, и никаких моральных угрызений совести девушка не испытывала. То, что её саму тут же повяжут, Еву не волновало.

— А что, не любым? — спросила она.

— Нет, — ухмыльнулся Храбров. — Обычное оружие часто бессильно против магических существ…

Марта внезапно встрепенулась:

— Я хотела бы осмотреть место, где убили совомеда. Ритуал проведёте под моим контролем. За одним взгляну на ваше новый боевой арсенал.

Храбров натянуто улыбнулся:

— Так, пустяки, ножи охотничьи…

— Вот и предъявите. Надеюсь, лицензия на приобретение боевых артефактов у вас имеется?

Глава «Следопытов» еле сдержался, чтобы не выдать весь запас матерных слов, имеющийся в его лексиконе.

Задавая вопрос, Золотаева была почти уверена, что оружие у Ведающих, да и у Свободных не только зарегистрированное, но есть и артефактная «неучтёнка».

— Когда вернёмся, пока наши не уехали, всё под протокол… А после — на регистрацию… Со всеми справками и лицензиями, — без тени улыбки произнесла Марта.

Храбров помолчал, обдумывая перспективы.

— Товарищ капитан, мы что, будем по поводу каждой зубочистки к вам бегать? — с натянутой, но вежливой улыбкой поинтересовался он. — Может, договоримся?

— Конечно, Яков Рудольфович… Мы здесь по делу государственной важности. Вы помогаете следствию, а мы проверим ваше оружие, и если нет больших правонарушений, поставим известных вам артефактологов на учёт. Оформим лицензии задним числом… — она вспомнила, что Савушкин намекал на то, что Храбров падок на лесть. — Мы же отлично понимаем, что «Следопыты» очень полезная организация. Вы у нас на хорошем счету, охраняете людской покой. Когда вам бегать, бумажки оформлять?

Храбров кивнул. Он ненавидел стоять часами в очереди с простолюдинами.

Место, где убили совомеда, располагалось совсем не там, где была землянка Хранилища. Это был большой глинистый овраг у реки, по краям поросший чахлыми кустами. Насколько хватало луча фонарика, трава и стволы деревьев были слегка опалены…

— Чем выжигали? — поинтересовалась Марта. — Заклинанием?

— Нет. Насколько я знаю, Грядущие сделали это с помощью двух канистр бензина. Совомеды — ночные животные. Днём они спят очень крепко. Грядущие этим воспользовались. Облили всё бензином и швырнули несколько коктейлей Молотова в логово. Я представляю, в каком ужасе была монстрятинка… Спишь у себя дома, и тут — пожар кругом. Выбираешься из берлоги с ожогами, а там тоже всё горит. Естественно совомед метнулся к ближайшей речке. Эти твари отвратительно плавают. Наверное, там его и добили Грядущие.

Золотаева почти не сомневалась, что Храбров её не обманул. Слишком детальным и эмоциональным был его рассказ, да и следы пожара виднелись повсюду рядом с логовом. А ещё отовсюду едва уловимо пахло бензином.

Она перевела взгляд на Ждану. Вокруг той расположились ученики Дома Ведающих. Силантьева достала специально приготовленные сухие досочки и трут для того, чтобы добыть пламя с помощью трения древесины о древесину. Именно так испокон веков и добывался Живой Огонь. Шепча заговоры и напевая ритуальные песни, Ведающие начали древний обряд. Процесс был не быстрый, и, если наблюдать со стороны, совсем не интересный. Впрочем, пели красиво и душевно.

Марта отошла в сторону с одним из оперативников, дав ему приказ собрать пробы почвы на анализ.

Храбров стоял один и, скучая, наблюдал за действиями Жданы.

Из темноты к нему подошла Ева.

— Скажите, вы, правда, убиваете монстров, которые нападают на людей? — тихо спросила она.

— Не всех, а только тех, кто представляет потенциальную угрозу. Мы стоим на страже спокойствия и сохранения Магической Тайны.

Ларина колебалась. Она ещё накануне, пока Золотаева и Азарова разговаривали с волшебниками в квартире, услышала от Храброва рассказ об общине «Следопытов». Тот, похваляясь, пытался завербовать себе в бойцы Витицкого. Сергей, по мнению Евы, хлопал ушами, а ей рассказ Ярослава Рудольфовича запал в душу.

Девушку слегка бесили правила и ограничения, которые существовали в МСБ. Она не понимала, как могут те позволять существовать таким тварям, как Дмитрий Вэл.

Посадят его в тюрьму, и что? Вернёт ли это Свету Поддубную к жизни? Станет ли она сама прежней, какой была до всех тех страшных событий, в которые её втянули маньяки-кровососы? Она честно хотела найти нарколабораторию, но всё становилось безразлично, когда рядом появлялся вампир, от которого за версту, как из отделения морга, несло смертью.

Ева чувствовала себя страшно одинокой в МСБ с их многочисленными формальностями, ограничениями, и требованиями держать себя в рамках законодательства Российской Федерации.

— Возможно, я хотела бы к вам присоединиться, — сказала Ларина после длительного молчания. — Если вы позволите мне закалить в огне мой нож.

Девушка полезла в берцы и достала из голенища охотничий тесак. Брови следопыта поползли вверх. Он не ожидал у симпатичной, спортивного вида девушки, которую задержали по подозрению в фармакологических махинациях, увидеть что-то серьезнее маникюрных ножниц. Ярослав Рудольфович быстро огляделся.

Золотаева что-то обсуждала с другими эмэсбешниками, студент Витицкий с интересом наблюдал за процессом добывания Живого Огня. Рядом с ними никого не было.

— Ты собираешься кого-то убить? — спросил он негромко, пытаясь в темноте разглядеть выражение лица Евы.

Ларина не знала, доверять ли человеку, которого она видела второй раз в жизни. Только для неё важнее закалки клинка сейчас ничего не было. Где-то тут, забыв об осторожности, бродила самонадеянная мразь, существование которой надо было оборвать во чтобы то ни стало. Чтобы этой ночью голодный вампир не поймал другую жертву.

— Вы говорили, что ищите учеников, — медленно сказала Ева, поднимая на главу «Следопытов» горящий, полный боли и затаенной ненависти взгляд. — Я готова стать вашей ученицей… Да, я хочу убивать тварей, которым не место на земле.

Храбров, пусть и любивший прихвастнуть, был опытным, смелым охотником. Он почти физически ощущал бессильную ярость стоящей перед ним с ножом в руке девушки. Исходящая от Лариной вражда была не в его адрес, он интуитивно это понимал.

Возможно, она была даже храбра, но только её отвага была безрассудной и глупой. Из таких людей, которые идут на поводу своих эмоций, получаются очень плохие охотники… Они часто гибнут, потому что у них не хватает выдержки.

С другой стороны не так много людей, посвященных в Магическую Тайну, выражают желание сражаться с тварями, которые представляют реальную угрозу. Большинство магов и волшебных существ даже в армии не служили. Завидев любую магическую опасность, как и все обычные люди, они пытались от неё сбежать.

Вопрос подготовки молодых кадров, готовых выполнять боевые задачи, у «Следопытов», являющихся по сути чем-то вроде общественного объединения энтузиастов под крылом Дома Ведающих, всегда был острым.

— Я согласен стать твоим наставником, — почёсывая бородку, произнёс Храбров. — Даже позволю тебе закалить нож священным огнём Кресения. Но для начала ты мне расскажешь, кто тебя довёл до жизни такой. Не вздумай врать. Я владею Магией Эмоций и сумею понять, что у тебя на сердце. Лучше расскажи об этом сама.

Давясь от ненависти и стыда, Ева рассказала, как попала в плен к вампирам, подверглась там пыткам и надругательствам. Поведала о смерти подруги от рук Клетчатого.

Храбров слушал молча, не перебивая.

— Теперь ты хочешь мстить всем вампирам на свете? — спросил он, когда Ева закончила рассказ.

— Эти твари не достойны жить! — выпалила девушка.

— Вампиры бывают разными. Нельзя всех грести под одну гребёнку, — спокойно произнёс Ярослав Рудольфович. — Тебе не повезло, ты попала к ублюдкам… Только не все такие… Ты не можешь ходить и тыкать ножом в каждого.

Кулаки Евы сжались. Да они что, сговорились все против неё? Что они все ей мораль читают?

Над оврагом лилась песня.

Ларина смотрела, как Ждана с факелом Живого Огня обходит местность, где убили совомеда. Больше всего ей хотелось подбежать к волшебнице и сунуть свой нож в волшебное пламя. Девушка отлично понимала, что Храбров ей и шагу не даст ступить, если они сейчас не договорятся.

— Не всех, — буркнула она, заметив, что Дмитрий Вэл идёт по дороге в их сторону.

Ярослав Рудольфович, хорошо видевший в темноте, отметил, как она напряглась, задеревенело её лицо, и как напружинились колени. Ларина напоминала ему раненого зверя, который готов броситься в свою последнюю атаку.

На волшебном уровне он почувствовал, что её мишень — бывший глава Свободного Дома.

— Расслабься… — произнёс он рассудительно. — Не все вампиры — чудовища…

— Вы это мне рассказываете? — кулаки Лариной сжались, а рука согнулась в локте, как для удара. — Вот эта мразь идёт. Он наблюдал как моей подруги вырывали сердце. Он — тоже не чудовища? Тоже — хороший?

Невозмутимое лицо Храброва удивлённо вытянулось.

— Димон?

Некоторое время он молчал, но внезапно расхохотался.

Его смешок вывел Еву из себя:

— Что я такого сказала?

— Слушай… Я знаю, что он — вампир… Очень давно знаю. Димон — мой друг. То, что ты мне рассказывала — не похоже на него…

Ярость и жгучая обида наполнили глаза Лариной слезами.

— Думаете, что я — вру? Мне делать нечего? — её губы дрожали от едва сдерживаемых рыданий.

Они ей все не верят… Они думают, что ужас можно заглушить? Что она может уснуть без своих таблеток, которые вгоняют её чуть ли не в летаргию, заставляя избегать кошмаров? Она бы рада всё забыть, как дурной сон, да только не получается.

— Вы говорили, что ваша задача — защищать людей… Только где же тут правда, если вы выгораживаете своего дружка? Он сейчас пойдет и в темноте найдёт другую жертву. Ей может повезти меньше, чем мне, — выпалила Ларина.

Храбров смотрел на то, как она распаляется и думал, что предпринять. Девушка действительно, верила в то, что говорила. Страх, боль и ненависть в её сердце были неподдельными и глубоко укоренившимися.

— Успокойся, — произнёс он с вежливой насмешкой. — Ежели избрала меня своим наставником, изволь слушать внимательно. Ты очень мало знаешь о Магическом Мире. Тот, кто сотворил с тобой все эти… непотребства, очевидно, обладает или Магией Иллюзии, или Магией Разума. Тебя бы не оставили в живых, если бы ты запомнила лицо того, кто за всем этим делом стоял…

— Что это значит? — спросила Ева, откидывая назад со лба рыжую прядь волос.

— Тебе либо подменили воспоминание, либо внушили, что за этим делом стоял Вэл… Возможно, кто-то хотел его подставить. Или отвлечь от себя внимание, заменив в твоих воспоминаниях лицо.

Ева поражённо уставилась на Храброва. Он все ещё издевается или говорит серьезно?

— Не выгораживайте его! А если не хотите мне помогать, просто — не мешайте, — произнесла она со злой яростью и направилась вниз по склону оврага в сторону Витицкого, который, как завороженный, шёл в числе учениц Жданы, несущей факел.

Храбров проводил Ларину взглядом, раздумывая, окликнуть ли проводящую ритуал Ведающую, чтобы не давала девчонке подойти к Живому Огню, или не стоит. Подумав, он принял решение, что всё же займётся обучением рыжей бестии. Закаленный Кресением охотничий нож рано или поздно ей пригодиться… Если сегодня он не убьётся об Вэла.

Ждана тем временем закончила обход оврага и остановилась у разложенных учениками клинков, всё так же напевая древние песни. Оперативники МСБ им не мешали, но фотографировали имеющееся в наличие оружие.

Храбров вздохнул. Без бюрократии в даже в Магическом Мире — никуда.

Силуэт Дмитрия выступил из темноты. На вампире были черные очки. Он, как и все волшебные существа, тесно связанные с Тьмой, не мог смотреть на Живой Огонь. Тот выжигал его давно мёртвые глаза.

— Слушай, там следователь уже уезжать собирается… Бородецкого и Белова забирают… Надо ещё какие-то бумаги подписать, — сказал Вэл, отворачивая лицо от факела в руках Жданы.

Храброву нужно было закалить некоторое количество артефактных клинков и пуль, но формальности с МСБ тоже требовалось утрясти. Решив, что Ждана и ученики сами справятся, он кивнул.

Они двинулись по дороге в сторону припаркованных машин.

Ярослав Рудольфович быстро уладил все формальности и тихонько подскочил к вампиру, окруженному симпатичными ярко накрашенными девицами.

Храбров взял Вэла за локоть, извиняющее улыбнулся «куклам» и предложил вампиру отойти, чтобы поговорить.

— Слушай, Димон… Тебя тут окончательно упокоить надумали, — без предисловий начал он.

— Кто? — Вэл обернулся, вглядываясь в темноту.

— Есть у тебя одна… фанатка. Говорит, ты с ней всякие непотребства делал. Её подруге вовсе сердце вырвал и сожрал на вашей вампирской оргии.

От неожиданности Дмитрий остановился.

— Ты чё? Я не, гуль какой-нибудь, чтобы каннибализмом заниматься!

— Она тебя хорошо помнит… Димон, у меня к тебе появились вопросы… — Храбров тоже остановился, внимательно вглядываясь в темноте в бесстрастное лицо вампира.

Дмитрий обернулся в сторону оврага, где Ларина держала над огнём свой охотничий нож, распевая вслед за Жданой древние воинские песни.

— Ты про рыжую что ли? — спросил он, как будто бы догадываясь, в чём дело.

— Запомни: с этого дня она — моя ученица. Постарайтесь её не убивать. Если нападёт, просто — выруби. Как я понял, вы все-таки знакомы.

Вэл кивнул.

— Я вчера ещё подумал, что видел её раньше, но не мог вспомнить где… Сегодня дошло, что встречались мы у Клетчатого. Не смотри на меня так, я её не трогал. Понимаешь, люблю, когда цыпочки визжат от восторга по мне, а не от страха… У меня слух музыкальный, визг уши закладывает.

— Ближе к делу, Димон.

— Знаешь, Яр… Есть такой тип людей. Если висит табличка: «Не влезай — убьёт», они обязательно туда полезут, чтобы узнать: так ли это на самом деле. Рыжая и её подружка влипли потому, что обе из этой породы, — усмехнулся вампир. — Зашли «не туда» в нашем клубе. Я не знаю, что там было… Клетчатый и Айрэн такую дрянь принимают, ты бы только знал… Да ещё и мешают её с кровью или энергией. Они эту хрень у себя в Челябинске гонят…

— Ты про что?

— Штука для усиления боевых качеств и регенерации. Она крайне полезная, но столько побочек, что, может, у кого-то из той компашки башню снесло, — он взглянул в недоверчивое лицо Ярослава Рудольфовича и добавил: — Не, бро, я — чист. Ты знаешь, что с наркотой я после Становления завязал. Один раз я из-за этой отравы чуть копыта не откинул, пришлось становится вампиром, чтобы окончательно не сдохнуть. Теперь только наркоманок иногда попиваю, чтобы кайфануть. Но это не так часто, как ты думаешь… Надеюсь, ты не побежишь меня ментам сдавать?

— За кого ты меня принимаешь? — в темноте усмехнулся Храбров, запоминая сказанное вампиром.

Компромат на «друга» мог пригодиться, когда «Следопытам» что-то понадобиться от Свободного Дома или Дмитрия Вэла лично.

Всё магическое сообщество было оплетено паутиной взаимных долгов, договорённостей, старых обид и счётов. Каждый успешный волшебник знал про коллег не мало интересного, но не спешил делиться полученными сведеньями с МСБ. К делу большинство сведений не пришьешь, зато их можно использовать, чтобы добиться ответного одолжения.