Солдаты Родины: Юристы - участники войны [сборник очерков]

Сибирский характер

На долю Ивана Павловича Гущина, как и большинства его сверстников, выпало немало испытаний. Были и утомительные фронтовые дороги, и тяжелая контузия, и нелегкий послевоенный труд. Но все это как будто только умножало его силы, закаляло. И сегодня он, как всегда, энергичен, деловит, по-военному подтянут.

Иван Павлович — интересный собеседник: говорит размеренно, аргументированно и убежденно. В споре, дискуссии горяч, но чутко прислушивается к мнению оппонентов. Наиболее наглядно этот его дар проявляется, когда речь заходит о работе возглавляемой им прокуратуры Алтайского края. И особенно — о людях, из которых он по-отцовски заинтересованно, умело растит настоящих следователей, прокуроров. О них может рассказывать подробно и вдохновенно. А о себе говорит скупо.

Но цель моей сегодняшней встречи с Иваном Павловичем — дополнить материал для очерка о нем самом. Выясняется, что мы земляки, алтайцы. Да и в биографиях немало общего. И это, наконец, помогает мне настроить разговор на нужную «волну».

— Так это же замечательно, Иван Петрович, — широко улыбается Гущин, — моя жизнь настолько сходна с вашей, что ясно все и без рассказа.

И, как говорится, лед трогается. Постепенно вырисовывается портрет этого сильного, умного человека.

Ваня Гущин родился и вырос в сибирском селе Вострово, что верст на десять размахнулось по кромке соснового бора, протянувшегося от Восточного Казахстана до Новосибирска. А с запада к селу подступают ковыльные Кулундинские степи.

Жили бедно. Физический труд Иван познал с детства. Осенью и зимой ходил в школу, а весной и летом работал в колхозе на прополке посевов, поливал овощи, уничтожал саранчу. Кроме того, помогал по дому.

22 июня 1941 года Ваня присутствовал на митинге у сельсовета. Видел, как приуныли мужчины, плакали женщины. В августе проводили в армию отца. Обняв убитую горем, причитающую мать, тот наказал беречь детей, пообещал к новому году разгромить агрессора и вернуться домой. А потом стиснул крепкими ручищами плечи Ивана:

— Ну, сын, тебе уж, почитай, пятнадцать. Вон вымахал под самое притолоку. Теперь ты первейший помощник матери. И штоб без озорства. Возвернусь с войны — отчет дашь.

Вскоре от отца стали приходить долгожданные солдатские «треугольнички». В них Павел Захарович коротко сообщал о своих фронтовых буднях, давал подробные указания по хозяйству. Ване советовал пойти в трактористы. Он так и сделал: окончив курсы сельских механизаторов, работал в колхозе трактористом и комбайнером.

В октябре сорок третьего пришло извещение о том, что отец пропал без вести. И только через сорок лет пионеры-следопыты установили, что он погиб в боях под Херсоном, похоронен в братской могиле. Выслали Гущиным документы и фотокарточку обелиска.

Вскоре за извещением пришла повестка Ивану — явиться на призывной пункт. В райцентр — село Волчиху ехали по зимней дороге на санях. За плечами «сидоры» с сухарями, салом и калачом, подсоленным материнскими слезами. Потом повезли в Рубцовск, где впервые он увидел заводские трубы и паровоз. А через неделю, уже по железной дороге, прибыли в Красноярск, в полковую школу. Определили Ивана в артиллерийский дивизион «сорокапяток».

Жили в землянках, спали на матрацах, набитых соломой. И ежедневно до изнеможения — военная подготовка. Пушки на полигон и обратно тянули сами: лошадей берегли для отправки на фронт.

Учился курсант Гущин прилежно. Лишь про себя роптал на то, что долго не отправляют на фронт.

Наконец, учеба окончена. В новеньком обмундировании, вместе с такими же, как и он, парнями, сержант Гущин отправился в теплушке на Запад «добивать врага». Выгрузились в Смоленске, а дальше — пешеходные марш-броски, порой по 30―40 километров в сутки.

Боевое крещение Иван получил в районе Полоцка в составе 274-го полка 90-й стрелковой дивизии. Позже он узнал, что их полк выполнял особую задачу — вел отвлекающие бои в период подготовки фронта к предстоящей наступательной операции. Поэтому приходилось совершать неожиданные броски к передовой, передвигаться вдоль линии фронта, наносить дерзкие фланговые удары.

Через месяц командир полка вручил награды воинам, отличившимся в этих отвлекающих маневрах. Среди них был и Гущин — он получил медаль «За отвагу».

И сегодня он помнит тот волнующий момент, вызванный похвалой Героя Советского Союза полковника Павлова:

— Хорошо начинаешь, сибиряк! — сказал тот, крепко пожимая руку награжденному. — Слышал, и за Родину, и за отца поклялся бить фашистов. Молодчина! Надеюсь, это первая, но не последняя награда!

— Служу Советскому Союзу! — произнес Гущин ломающимся баском, и на обветренных щеках его проступил юношеский румянец.

И вот началось повсеместное наступление наших войск, освобождение Советской Белоруссии от немецко-фашистских оккупантов.

Летом 1944 года Ставка Верховного главнокомандования осуществила грандиозную Белорусскую операцию. Силами четырех фронтов советские войска прорвали глубоко эшелонированную оборону противника на шести участках, окружили и уничтожили ряд его крупных группировок, в том числе основные силы группы армий «Центр». В результате была очищена от оккупантов вся Белоруссия, освобождена часть Прибалтики. Наши войска вступили на территорию Польши и подошли к границам Восточной Пруссии.

В этой операции получил применение новый метод артиллерийской поддержки пехоты и танков — двойным огневым валом. Свой вклад в применение этого метода вносил и артдивизион, в который входила батарея Гущина. Артиллеристам порой приходилось на руках тянуть свое орудие по заболоченным полям и перелескам, вести огонь чуть ли не в упор, отражать танковые контратаки противника.

— Ну и характер у тебя, Гущин, поистине сибирский, — не раз говорил командир батареи. — Покоя ни себе, ни подчиненным не даешь. И где только у тебя сила прячется. Длинный, как жердь, а прямо-таки семижильный.

— Отдыхать и жир наедать, товарищ старший лейтенант, будем после победы, — отвечал Иван. — А сейчас надо расквитаться с фашистами и за разрушенные ими города, и за миллионы сирот, и за материнские слезы.

В сентябре сорок четвертого в день своего рождения Иван Гущин подал заявление в партию. И вскоре собравшиеся во фронтовой землянке коммунисты артдивизиона приняли его кандидатом в члены ВКП(б).

В ходе стремительного летнего наступления советских войск 90-я стрелковая дивизия была передана в состав 1-го Прибалтийского фронта. Почти полгода ее полки вели бои в Прибалтике.

Гущин вспоминает такой эпизод.

При наступлении на Шяуляйском направлении одно из стрелковых подразделений вынуждено было залечь: на пути оказалась долговременная огневая точка (ДОТ), оборудованная в каменном пристанционном здании. Неоднократные попытки выбить врага не привели к успеху. От пулеметного и орудийного огня гибли наши солдаты.

Смеркалось. Накрапывал осенний дождь. В этот момент на батарее появился начальник артиллерии полка. Поздоровавшись с бойцами, он распорядился подтянуть ночью орудие поближе к ДОТу и к утру прямой наводкой подавить этот объект.

— Думаю, что выполнение этой задачи следует поручить расчету сержанта Гущина, — обратился он к командиру батареи. — Не подведет.

Ночью, соблюдая особую предосторожность, расчет подкатил свою 76-миллиметровую пушку на расстояние около 300 метров от цели, вкопал ее и оборудовал укрытие под снаряды.

Как только забрезжил рассвет, из-за станционного здания показался тяжелый танк «тигр». Ударила по позиции артиллеристов пушка, установленная в ДОТе. Расчет бросился к своему орудию. В ту же минуту рядом разорвался очередной снаряд. Гущин увидел, как, неестественно запрокинув голову, стал медленно оседать на землю наводчик Иван Землянов. Ранение оказалось смертельным.

— Давай бронебойный, Игорек! — скомандовал сержант заряжающему Ларину и сам прильнул к панораме орудия. Уловив в перекрестие прицела приближающийся к артпозиции танк, он выстрелил.

— Горит фашистский «тигр», горит! — радостно закричал Ларин и тут же, издав протяжный стон, присел около лафета, зажимая обеими руками правый бок, из которого через гимнастерку проступила кровь.

Гущин сделал еще несколько выстрелов по танку и амбразуре ДОТа. И тут поднялись в атаку наши автоматчики. Еще одно укрепление было отбито у противника.

За этот подвиг на груди командира орудия Ивана Гущина засверкал орден Славы III степени. Получили награды и другие артиллеристы.

Потом были упорные, кровопролитные бои в Померании. Иногда приходилось сутками, без сна и пищи, отбивать вражеские атаки, переходить в оборону, закапываясь в подтаявшую днем и подмерзшую за ночь землю.

В марте сорок пятого в результате прямого попадания снаряда в блиндаж Ивана Павловича завалило бревнами и землей. Пока откопали и привели в сознание, прошло не менее двух часов. Доставили в армейский госпиталь с общей контузией: сотрясение мозга, потеря речи и слуха. В часть он вернулся только к концу апреля. Здесь ему вручили вторую медаль «За отвагу» и объявили о присвоении звания старшины.

День Победы Гущин отметил на территории Польши. Там он прослужил еще два года в должности старшины дивизиона. А летом 1947 года поступил в Ленинградское дважды Краснознаменное имени Ф. Энгельса военно-политическое училище. Учился жадно, с вдохновением. Но фронтовая контузия давала себя знать, и через год он был демобилизован по состоянию здоровья.

Вернулся в родные края, в город Рубцовск. Здесь более семи лет проработал инструктором и заведующим отделом горкома партии. Окончил вечерний Университет марксизма-ленинизма, потом — Всесоюзный юридический заочный институт. С тех пор — на прокурорских должностях.

Я поинтересовался у Ивана Павловича, почему он пошел именно в юридический институт.

— Почему? — улыбнулся он. — Отвечу не задумываясь. Еще на фронте мне как-то пришлось присутствовать на заседании военного трибунала, судившего солдата за членовредительство. И мне очень понравился прокурор. Этот подтянутый эрудированный майор юстиции, произнесший страстную, логически обоснованную речь, произвел на меня неизгладимое впечатление. С тех пор запала мне в душу мечта стать юристом, прокурором.

Я побеседовал с многими из тех, кто хорошо знает Ивана Павловича по совместной работе. Мнение у всех однозначное: не ошибся Гущин в выборе профессии. С первых же шагов проявил недюжинные организаторские способности, умение добиваться высокой исполнительской дисциплины и ответственности за порученное дело. Сторонник детального планирования работы и строжайшего контроля. К подчиненным требователен, порой даже суров. Но предельно справедлив и добропорядочен.

Гущин — постоянно ищущий прокурор, неутомимый новатор. Член Алтайского крайкома КПСС, депутат краевого Совета народных депутатов, он активно участвует в работе этих органов, ищет и проводит в жизнь наиболее эффективные методы дальнейшего укрепления правопорядка, повышения трудовой, производственной и государственной дисциплины.

С 1 августа 1983 года, как известно, вступил в силу Закон о трудовых коллективах. Многие его положения определяют роль и полномочия трудовых коллективов в борьбе с расточительством, бесхозяйственностью, отступлениями от принципов планирования социалистического производства.

Это потребовало определенной перестройки и деятельности прокуратуры края. Разработан и рассмотрен на расширенной коллегии план мероприятий по осуществлению надзора за применением требований закона на практике.

— Теперь, — говорил И. П. Гущин на коллегии, — проводя проверки соблюдения государственной дисциплины на предприятиях и в организациях, непременно надо выяснять, в какой мере трудовые коллективы используют предоставленные им права по обеспечению сохранности социалистической собственности, рационального использования материальных ресурсов, выполнения государственных планов. Раньше в этих, да и других вопросах мы недорабатывали. А резервы здесь немалые.

И вот результат. При проверках на автотранспортных предприятиях края были выявлены, например, факты нарушения планов автоперевозок, приписок, незаконного начисления зарплаты и премий, списания нефтепродуктов. И что настораживало: во многих случаях обман государства совершался открыто и безнаказанно. А трудовые коллективы проявляли пассивность, не ставили вопросов о привлечении к ответственности виновных лиц. Кое-где укоренилась обстановка круговой поруки как следствие того, что отдельные коллективы за счет приписок сами незаслуженно пользовались льготами и преимуществами. По этим фактам в соответствующие государственные органы были внесены прокурорские представления. Приняты меры по устранению выявленных нарушений.

Предмет особой заботы прокурора края — работа с письмами и устными обращениями граждан. Только в 1983 и начале 1984 года он провел три заседания коллегии и координационное совещание правоохранительных органов края по вопросам совершенствования порядка рассмотрения писем, заявлений и жалоб граждан. В подчиненные прокуратуры направлены указания «Об улучшении организации личного приема трудящихся», «Об устранении недостатков в реагировании на выступления печати, радио и телевидения». Для личного приема трудящихся, занятых в сфере материального производства, предусмотрено максимально удобное время.

Заслуживает внимания сложившаяся на Алтае практика участия прокуроров в сельских сходах. На этих сходах труженики села обсуждают множество самых разных вопросов — о производстве, об укреплении правопорядка и т. д. Пьяницам, дебоширам, тунеядцам и прогульщикам бывает на сходах очень жарко.

— Эта форма воспитания, — утверждает Иван Павлович, — часто куда эффективнее административных и лечебных мер. Поэтому мы обязали прокуроров самым активным образом участвовать в подготовке и проведении сельских сходов.

Успех в борьбе с правонарушениями предопределяет профилактика. Формы ее разнообразны. Одна из важнейших форм, по мнению прокурора края, — создание в трудовом коллективе и по месту жительства нетерпимого отношения к нарушителям правопорядка. А в формировании общественного мнения огромную роль играет правовоспитательная работа. Поэтому И. П. Гущин — частый гость трудовых коллективов, радио и телевидения, регулярно выступает в печати со статьями на правовые темы. Он умеет удачно выбрать тему, интересно ее подать, применить наглядную агитацию. Равнодушных слушателей или читателей у него нет. Сам человек высоких нравственных убеждений, Гущин невольно заставляет и их мыслить его категориями, сопереживать вместе с ним.

Вот какими словами, например, закончил Иван Павлович одно из своих выступлений на морально-правовую тему: «Настоящее счастье не определяется материальным благополучием и физическим здоровьем. Есть еще одна, очень тонкая и, я бы сказал, безошибочная мерка — духовное удовлетворение собой. А оно может быть только у человека с чистой душой, с чувством исполненного долга».

Можно лишь добавить: в этих словах как нельзя лучше выражена сущность самого Ивана Павловича Гущина, его жизненная позиция. За большой вклад в укрепление социалистической законности и правопорядка Иван Павлович награжден орденом «Знак Почета», удостоен звания «Заслуженный юрист РСФСР».