Спокойный Ваня – 5

Глава 17

Константин пребывал в смятении. Хорошо Ивану. У него всё просто и понятно с женщинами. Секс без обязательств? Никаких проблем. Пришлось взять принцессу в жены? Тоже никаких сомнений. Иван с ним не делился своими чувствами, но Костя видел, что к Тане он относился достаточно прохладно. По крайней мере, в первое время. А после Костя не приглядывался. Был занят своей вспыхнувшей любовью.

Но любовь, как вспыхнула, так и погасла. Захотелось чего-то нового. Результат закономерен, учитывая, что Костя не сильно-то и скрывался. Хорошо хоть расставание без скандала прошло. Как всякий нормальный мужчина, Константин их не переносил.

Вставал извечный вопрос: что делать дальше? Катя может остыть и вознамерится вернуться. Но это наименьшая из проблем. Гулять по девкам он может нагло и демонстративно. Хотя это против правил, но при необходимости он может так поступить, чтобы окончательно отбить у Кати желание вернуться.

Хуже другое. Катя действительно дорога Ивану как сестра. Как бы их ссора с Катей не послужила причиной размолвки и с Иваном. У того очень своеобразное понятие о чести. Нужно с ним поговорить напрямую и всё объяснить. Должен понять. Только мчаться в Крым желания нет. Катя наверняка к Ивану поехала утешения искать.

Через дядю контакт установить? Можно попробовать. Тот хоть и будет подтрунивать над ним, но в помощи не откажет.

Приняв решение, Константин отдал распоряжение, чтобы готовили машину и собирали вещи. Ехать в столицу он решил на автомобиле. В конце концов, у него путешествие!

Патриарх решил поехать к Ивану без сопровождающих. Мало кто знал, но он часто выходил 'в народ", переодевшись в мирскую одежду. Сбрить бороду несложно. Именно по этой причине он никогда сильно не отращивал её. Обходился аккуратной бородкой. Обходиться совсем без неё не позволяла традиция. Пигментацию оголившихся участков кожи выравнивал его личный лекарь. Он же и отращивал бороду обратно. Нудная процедура, но в бороде патриарх оставался легко узнаваем. Отсутствие растительности на лице кардинально преображало его внешность.

Перед поездкой Патриарх проделал большую работу в архиве Церкви. В отличие от мирской власти Церковь предпочитала сохранять свои знания по старинке. Тем более, не всю информацию можно было доверить посторонним. Патриарха заинтересовали возможности Ивана. Он использовал руны, но не применял жертвоприношения для активации рунных записей. Можно было предположить, что Иван расходует свою жизненную силу, но подтверждения этому не наблюдалось.

Магия рун, не зря считалась магией смерти. Наибольший выброс энергии выделялся в момент перехода живого в неживое. За ту кроху, что можно забрать у живого человека, придётся заплатить стремительным старением. И всё равно энергии получится очень мало. Её не хватит для активации серьёзного конструкта. Иван же, вливал энергию не скупясь. Как он при этом оставался не просто не магом, а абсолютно нейтральным к ней человеком, было совершенно непонятно. Если не сделать одно допущение.

При всём обилии книг и древних рукописей в архиве Патриарх не нашёл ничего похожего на случай с Иваном за последние триста лет. Везде активированные руны шли бок о бок с жертвоприношениями. Началось это задолго до того, как появились «Книги Бездн». Мало того, ритуалы с массовыми убийствами и использованием рун отмечались даже в те времена, когда на Земле магии не было вовсе! Выходило, что рунная магия — это отдельное направление, независимое от обычной магии мира.

Рунные знаки, надписи и целые списки часто находили в захоронениях таинственного народа этрусков. При грабеже могил, разборки между гробокопателями закономерно приводили к человеческим жертвам. Если кого-то убивали возле рунной надписи, та могла активироваться. Дальнейшее развитие событий понять несложно.

Случайный эффект убийце захотелось повторить и появлялись новые жертвы. Как всякий тёмный ритуал, такое убийство обрастало невероятными слухами и домыслами, которые собирали новые толпы последователей и бесчисленное количество жертв.

В конце концов, Церкви пришлось вмешаться. Руны объявили запретной магией, а всех последователей тёмного культа преследовали и уничтожали. Уничтожали жестоко, не допуская расползания слухов и намёков на ритуальные убийства. Но, как и всякая зараза, полностью рунная магия побеждена не была. В далёких уголках тлели мелкие группки культистов, мечтающих о призрачном могуществе. За границей власть Церкви не везде была настолько большой, чтобы подавить зародыши тьмы. Поэтому время от времени появлялись новые очаги.

На самом деле этруски не приносили людей в жертвы, хотя широко использовали рунную магию. По крайней мере, следов массовых жертвоприношений в районах древних захоронений обнаружить не удалось. У этрусков не было традиции отправлять в загробный мир вместе с усопшим его любимых животных, не говоря уже о представителях рода людского. Они чтили жизнь.

Патриарх одно время думал, что Иван — это потомок тех самых этрусков. Но пораспрашивав Петра Николаевича понял, что история его появления сильно запутана и непонятна. Версия об иномирном происхождении Ивана выглядела более реалистично. Вариант, что Иван — выходец из Аберрации тоже не подтвердился. Служба Государственной Безопасности тщательно изучила и эту версию.

Сойдя с обычного поезда в Симферополе, никем не узнанный Патриарх, не спеша, пошёл в сторону горки, на которой стояла часовня Святого Луки.

После разговора с Татьяной, на душе у Кати стало намного легче. Давящее на неё непонятное чувство вины пропало. При этом девушка никак не могла понять причину появления этого чувства. Это ведь не она виновата в произошедшем. С другой стороны, подспудно Катя ждала только повода, чтобы закончить отношения с Костей.

Она знала о своей влюбчивости, но не думала, что её чувства так быстро остынут к настоящему принцу. Возможно, сказалось общение с Иваном. Катя легко переняла его манеру не обращать внимания на титулы. Тем более что сейчас она была не той бедной дворянкой, которая от безысходности отправилась в Аберрацию. И выжила в ней.

С хандрой Катя боролась довольно необычным способом. Запершись в комнате, она через потайной ход, проложенный в стенах, уходила в родовую сокровищницу.

Дом в имении дед Степан строил сам, когда был молодым. Большое каменное строение имело большие подвалы и небольшую сеть, хорошо скрытых, тайных ходов и комнат. Долгое время пустовавшая сокровищница постепенно наполнялась золотом. Причиной притока благородного металла были не деньги, полученные Катей с Аберрации. Те ушли на выкуп земель, отобранных прихвостнями Орловых. Золото Катя делала сама.

Маленький флакончик, якобы найденный Иваном в Аберрации, оказался артефактом, делающим золото из любого твёрдого вещества, помещённого внутрь. Несмотря на то, что с виду он был маленький, за раз в нём получалось до двухсот грамм чистейшего золота. Об этой тайне знали только Катя и дед. Степан, переплавив немного золота, свозил его к ювелиру. Тот подтвердил, что это именно золото и при этом самой высокой пробы.

Сейчас необходимость в создании золотого запаса остро не стояла. Но Кате нравился сам процесс. Или та уверенность в себе, которая незримо увеличивалась с каждой новой порцией золота, высыпающегося из флакончика.

Артефакт хранился не в сокровищнице. В тайном ходе, недалеко от личной комнаты Кати, дед сделал отдельный тайник. За одним из камней находилась небольшая ниша, в которую помещался ларец из каменного дерева, выложенный внутри толстым и мягким бархатом. Именно в нём хранился обычный с виду пузырёк. Как пояснил дед, случиться может всякое. Если понадобится быстро бежать, то проще захватить с собой маленький артефакт, чем вывозить полученное с его помощью золото.

Зайдя в сокровищницу, Катя поставила шкатулку на обитый таким же мягким бархатом стол. Дед и здесь подсуетился. Не только стол покрывала мягкая ткань. Почти всё вокруг было обклеено ею, а на полу лежал ковёр с толстым ворсом.

Артефакты намного прочнее обычных предметов. Разбить или уничтожить их не так-то просто. Но рисковать дед не хотел и постарался уберечь флакончик от всех неожиданностей.

«Что бы ни случилось, а с этим артефактом ты не только с голоду не помрёшь, но сможешь нормально жить, ни в чём себе не отказывая. — Говорил он. — Имения и земли могут отнять. Счёт в банке арестуют по надуманному предлогу. А золото — оно всегда высоко ценится. Пока о твоём артефакте никто не знает, ты в безопасности. Но его могут украсть или разбить. Пусть наши враги сами не смогут получать золото, но и тебя лишат такой возможности. Помни об этом. И даже Ивану не говори об артефакте!»

Усевшись в кресло, Катя взяла маленькую воронку и засыпала в бутылочку обычный речной песок. Артефакт окутался непрозрачной белой дымкой и находился в таком состоянии полминуты. Кате нравился этот момент: держа бутылочку на весу, она чувствовала, как та с каждым мгновением становится тяжелее.

Дымка развеялась. Песок принял настоящий золотой цвет, так как золотом и являлся. Высыпав содержимое бутылочки в небольшую жестяную банку, Катя повторила операцию.

Артефакт преобразовывал любой твёрдый материал в золото. Быстрее всего реакция происходила со свинцом. Тот сам был тяжёлым металлом, и артефакт тратил на него меньше энергии. Но свинец трудно накрошить. Мягкий металл быстро забивал напильники и точильные камни, а вручную много свинцовой крошки не нарежешь.

Рассудив, что торопиться некуда, Катя использовала песок. Каким бы крошечным ни выглядел пузырёк, но редкий прииск мог сравниться добычей с количеством золота, которое производил артефакт. Проблема была с легализацией драгоценного металла. Золото, которое регулярно берётся ниоткуда, сразу вызовет множество вопросов.

Именно по этой причине дед Степан настаивал, чтобы золото копилось в сокровищнице. Авось подвернётся удачный способ легализовать накопленное. Сейчас они, слава богу, в деньгах не нуждались. Работа у Кати не отличалась сложностью, так что у неё хватало времени на размышления.

Она надеялась, что из их ссоры с Костей Иван, как всегда, найдёт выход. Но что ей делать дальше? Пользы от неё никакой. Она, конечно, не дура и любую работу может потянуть, кроме требующей физической силы. Но нужна ли она Ивану? Архитектору помогла с вычислениями. Может, по его совету пойти учиться в Университет? А потом? Выйти замуж? После недавнего расставания на замужество Катю точно не тянуло.

Мысли прыгали с одного на другое, пока не остановились на совершенно безумной идее спросить совета у Святого Луки. Обдумав эту мысль со всех сторон, Катя пришла к выводу, что ничего не теряет. Даст совет — хорошо. Не даст, значит, съездит развеется. Сидение в четырёх стенах до добра не доведёт. Это она понимала точно.

Заполнив очередную банку золотым песком, благо до завершения оставалось совсем немного, Катя убрала её в тайник, сделанный в полу. Дед Степан был знатным перестраховщиком. Тайники в полу открывались весьма сложным запирающим механизмом, и найти их банальным простукиванием было нельзя.

В стенах тоже находились тайники, содержащие на первый взгляд ценные ювелирные украшения, но специалист сразу определит, что это дешёвые поделки из полудрагоценных камней. На виду лежали ещё менее ценные вещи. Ну что поделать. Каменевы — род бедный.

Положив артефакт в шкатулку, Катя поспешила покинуть сокровищницу. Выйдя из своей комнаты в коридор, Катя столкнулась с Прокопом. Тот был босиком, с закатанными до колен штанами, улыбался во весь рот и явно направлялся к ней.

— Что с тобой, Прокоп? — Подозрительно спросила Катя. Очень уж ненормально выглядел этот здоровенный мужик.

— Я нашёл! — Радостно заявил тот. — Золотую жилу нашёл на нашей земле! Она правда в скале идёт, но если у Ивана инструмент взять, то с её разработкой проблем не будет!

— Действительно, радостная новость. — Согласилась Катя. Она помнила про легализацию золота, а здесь такая удача. — Насколько богатая жила?

— Если с князем договоримся, то несколько тонн золота добыть сможем. — Уверенно сказал Прокоп. — У князя инструмент режет скалы словно масло! У него в этом месторождении тоже интерес есть.

— Не заметила, чтобы Иван копил золото.

— Не в золоте дело. Он для своих нужд использует горный хрусталь. — Начал объяснять Прокоп. — А золото в скалах соседствует с кварцевыми жилами. Точнее, оно в них образуется. Именно такую жилу я нашёл. На глубине большие кристаллы хрусталя встречаются, так же, как и самородки золота.

— Ясно. — Катя действительно вспомнила про эту особенность соседства золота и кварца. — Нужно ведь зарегистрировать месторождение? Пошлина, налоги и прочие дела, а деда нет. — Задумчиво добавила она.

— Я могу подать заявку на рассмотрение, а окончательно её дед Степан оформит. Только надо ехать в Симферополь. В земельный департамент и казначейство поставить в известность.

Золото раньше на землях Каменевых не добывали, поэтому Катя не знала всех тонкостей, связанных с добычей драгоценных металлов.

— Надеюсь, надсмотрщиков на шахту нам не поставят? — Такой поворот событий мог разрушить все планы на легализацию артефактного золота.

— Конечно, нет. — Удивился Прокоп. — Что от него толку? Если горняк захочет украсть, он обязательно украдёт, и никак ты это не проконтролируешь. Только клятву с каждого брать, а на это даже казначейство не пойдёт.

— Собирайся. Мне тоже в Симферополь надо. Хочу к Святому Луке заехать.

— Это я мигом! — Ещё шире расплылся в улыбке Прокоп и, развернувшись, быстро пошёл к выходу.

Он был рад не только нахождению золота, но и тому, что Катя не выглядела зарёванной. Наоборот, девушка была настроена решительно и ни о каких глупостях не думала.

Вместе с охраной у нас получилось четыре машины. Две ехали впереди, а одна позади нас. Я не вмешивался, хотя понимал, что в случае очередного нападения на нас, охрана не поможет. Все последующие покушения на меня становились более опасны для окружающих, чем предыдущие. Так и до ядерного заряда недалеко.

Насчёт последнего большой уверенности не было. Ядерная бомба — устройство очень сложное. Попав в наш мир, она или сразу взорвётся, или окажется неработоспособной. Второй вариант, по-моему, наиболее вероятен.

Встряхнув головой, прогнал мрачные мысли и начал смотреть в окно. Ближайшая деревня оказалась полностью оккупирована солдатами. Гражданских не было видно вообще.

— Майор, это у нас что за нашествие?

— Гвардейцы Его Императорского Величества. Тебя охраняют. Там дальше ещё два полка стоят, но уже обычные войска. Под них все ближайшие деревни выкупили вместе с землёй. — Меланхолично ответил майор. — Слишком много от тебя хлопот, Иван.

Мы как раз проехали ещё один КПП. Сторожка у него была сложена из пенокамня.

— Они так и собираются в домах жить? — Спросил я.

— Вряд ли. Полки регулярной армии должны быть на казарменном положении, а значит, жить в казармах. Построят со временем. Они ведь совсем недавно прибыли. Гвардия вместе с Петром Николаевичем, а остальные на следующий день подтянулись.

— Ты мне об этом не говорил.

— А оно тебе надо? У тебя и так забот хватает. Зачем тебе знать, что творится за пределами твоей земли? — Вроде как справедливо заметил майор.

— В том то и дело, что эту землю мне тоже обещали. — Я решил при первой возможности поговорить с Петром Николаевичем. Похоже, он наши предыдущие договорённости напрочь забыл. — Если вояки здесь отстроятся, их потом хрен с места сдвинешь.

— Сдвинутся. Получат приказ и перейдут на другое место. — Таня положила мне голову на плечо. — Я сама с дядей поговорю. Не переживай.