Спокойный Ваня – 5

Глава 8

Мэнни был первым, кого я встретил в лагере. От меня он старался держаться подальше и даже руки, поздороваться, не протянул.

— Иван, а Таня сказала, что ты купаться пошёл. Но, по-моему, она ошиблась, упомянув море. — Ехидно заметил он.

— Тебе ли не знать, что жизнь частенько макает нас в дерьмо там, где мы ожидаем райские кущи? — Удивлённо ответил я. — Вот и со мной так получилось. Погоди, сейчас душ приму и пообщаемся.

Из палатки, в которой располагалась кухня, выглянул Ама и вежливо кивнул. Вслух он ничего произносить не стал, хотя от Татьяны я знал, что Ама выучил русский язык с помощью мага разума.

Тёплый душ и большое количество мыла избавили меня от запаха и мерзкого ощущения. Наскоро вытершись полотенцем, я представил сферу хранилища и засунул в неё руку. Фух! Рука частично исчезла из поля зрения. Внутри я ожидаемо ничего не нашарил. Вытащив руку, придирчиво её обнюхал. Чистота!

Как вывернутый карман выполняет свои функции, я не представлял. Так же, как не представлял его функционирование до того. Работает и ладно. Кстати. Я взял полотенце и засунул его в карман. Вытащил руку и подождал несколько секунд. Потом повторил действие в обратном порядке. Полотенце осталось целым и чистым. Вот теперь я точно уверился в работоспособности пространственного кармана.

Накинув халат, отправился переодеваться.

— Иван, ты уже накупался? — Заинтересованно глянула на меня Татьяна.

Я почему-то проникся желанием призрака, и про пространственный карман не рассказывал даже ей. Хотя почти обо всех остальных моих тайнах жена знала.

— Можно и так сказать. Добрый день, Пётр Николаевич. — Поздоровался я с главой ГБ. — Пойду переоденусь. Чуть не забыл. — Замер я на пороге, отделяющем спальню от гостиной. — Таня, скажи Маше, пусть майору на берег воды отнесёт. Медведь её проводит.

— Демьян тоже решил искупаться?

— Ему нырять понравилось. Вот и задерживается. — Туманно ответил я.

Пётр Николаевич переводил взгляд с меня на Таню, пытаясь понять, о чём мы не договариваем. Только моя жена находилась в том же положении. Зайдя в спальню, я быстро переоделся и вернулся к гостю. Моё кресло было свободным и стояло немного наискосок. В него я и уселся.

— Иван, я смотрю, ты совсем поправился. А Таня расписывала ужасные дыры на твоей груди. Которые она же и наделала. — Пётр Николаевич с интересом смотрел на меня, ожидая ответа.

— Я всегда отличался хорошим здоровьем. Тем более здесь воздух свежий и питание приличное. — Ходить вокруг да около мне надело. Поэтому я перешёл к делу. — Таня поделилась моими подозрениями про кукловода? — Глава ГБ кивнул, не отрывая от меня взгляда. — Читал показания Нобеля?

— Скажем так, пробежался поверхностно. Сейчас их изучают мои люди. — Он немного наклонил голову, выражая неподдельный интерес. — Ты опять лишил человека магии?

— Нобеля, что ли? — Новость меня удивила. Не помню, чтобы откачивал у него энергию. — Я здесь точно ни при чём. Возможно, это работа мишки. Мы о его возможностях мало знаем.

— Не боишься связываться с духами этрусков?

— Я боюсь с любыми духами связываться, так как ни черта о них не знаю. Кстати, передай Патриарху от меня приглашение в гости. Когда ему будет удобно. Хочется поговорить с умным человеком. Думаю, и у него ко мне вопросов много накопилось.

— Передам. — Кивнул Пётр Николаевич.

— Я тоже передала твою просьбу Маше. — Сообщила вошедшая в палатку Таня. — А вы о чём говорите?

— Иван Патриарха Российской Православной Церкви в гости пригласил.

— Вань, как-то неудобно сейчас Патриарха к нам приглашать. Не в палатке же его селить. — Неожиданно заволновалась Таня.

— Я его не прямо сейчас приглашаю, а вообще, когда у Патриарха желание появится. Что касается палаток, эту проблему мы решим в ближайшее время. — Успокоил я жену. — Пётр Николаевич, я надеюсь, не только мне надоели проблемы с желающими отправить меня на тот свет, но и вы не в восторге от последствий этих покушений. Говоря «вы», я имею в виду правительство Российской империи. — Пояснил я, чтобы он не возгордился.

— Может, я тебя удивлю, но на твои действия император смотрит скорее благосклонно, чем с осуждением. Неизвестно, чтобы он сам вытворял, окажись на твоём месте. Что касается проблем, то, к сожалению, без них жить не получается в любом случае.

— А ведь и вправду удивил. — Искренне признался я. — Думал, вы уже прокляли тот день, когда я появился на горизонте.

— Не без этого, Иван, не без этого. — Ухмыльнулся Танин дядя, пристально на меня глядя. — Ты хочешь что-то предложить?

— Хочу взвалить на Россию все вопросы, связанные с безопасностью моей семьи. И княжества в целом. — Добавил я.

— Наглец! — Восхищённо произнёс Пётр Николаевич. — Но, ты же понимаешь, раз мы отвечаем за твою безопасность, то и правила диктуем тоже мы?

— Во всём, что касается безопасности, но находится за пределами моей территории — это ваше право, покушаться на которое я не намерен. Я, вообще-то, и так окружён Россией. Даже с моря ваши корабли патрулируют.

— Значит, ты не будешь против, если и со стороны суши мы разместим усиленную группу войск?

— Я только 'за". — Подтвердил я. — Больше всего мне хочется заняться нормальной работой и своими исследованиями. От постоянной беготни с разборками я порядочно устал. Тишины хочется и покоя.

— Император и я, очень рассчитываем на твои разработки. Думаю, ты понимаешь, что после инцидента с Нобелем, доступ к двигателям для России закрыт надолго, если не навсегда? А ведь это не только автомобильные двигатели, но и морские суда.

Как мягко стелет. Он точно знает, что свой аналог двигателя у меня есть, но прямо не говорит. И не требует немедленно их производить. Про море тоже упомянул не просто так. Наверняка просчитал, что передвигался на катере я намного быстрее, чем позволяла его конструкция.

— Решим мы эту проблему. И многие другие решим. — Кивнул я. — Кстати, если бы не этот придурок, Нобель, то первая партия разговорников была бы готова.

— Дядя, вы спустите Нобелям нападение, ещё и согласитесь на их ограничение? — Таня никак не хотела отказаться от мести. Сколько бы мы с ней ни говорили на эту тему, всё равно всплывает в ней это желание.

— Танюша, вспомни, чему вас учили. Мгновенный ответ не означает, что он самый эффективный. Тем более здесь замешана политика…

— А политика дело долгое. — Закончила она.

— Таня, успокойся. Пусть эти проблемы решает твой отец, а мы ему поможем сделать Россию самым сильным государством на планете. Правильно я говорю? — Обратился я к Петру Николаевичу.

— А тебя, соответственно, самым богатым. — Поддержал он мой тон.

— С вами разбогатеешь. Как же. — Хмыкнул я. — Пётр Николаевич, мне бы очень хотелось узнать, с какой радости Нобель примчался меня убивать, да ещё весьма наглым образом? Надеюсь, поделитесь выводами?

— Главное, чтобы ты не вмешивался в нашу работу, получив эту информацию.

— Мы вроде договорились, а слово я привык держать. — Заверил его.

— Дядя, ты обещал привезти кого-то из архива мне на растерзание. — Припомнила Таня недавний разговор.

— Он лично не связан с нападением на Ивана. Кстати, Иван, Марк Германович ведь сам собирался к тебе ехать. Именно его назначили ответственным для переговоров с тобой.

— У них нет чёткой вертикали власти. — Я быстренько обдумал новую информацию. — То, что Марк не замешан, ещё не значит, что не замешан кто-то другой. Достаточно вспомнить того же Потёмкина. Чем обширнее и разветвлённее организация, тем больше вероятность появления индивидуума, желающего прибрать в ней власть в единоличное пользование. Поэтому версию с кукловодом из Архива я бы со счетов сбрасывать не стал.

— Мои люди работают. Вероятно, придётся повторить допрос упомянутого тобой Потёмкина в свете вновь появившейся информации. — Задумчиво произнёс Пётр Николаевич. — Раньше вроде тоже без работы не сидели, но с твоим появлением… — Он многозначительно не закончил предложение.

— Есть и положительные стороны. Выбивать плюшки из Архива предстоит тоже вам. Со своими возможностями я тебя ознакомил. Если появится что-то новое, сообщу дополнительно.

— Договорились. — Танин дядя явно приготовил для Архива весьма непростые условия. Пусть развлекаются, я свою прибыль с другого планирую получить.

— Если очередной катастрофы не случится, завтра к вечеру переговорники будут готовы. — Улыбнулся я как можно наивнее и добавил. — Цену я позже скажу.

— Может сразу решим этот вопрос? — Почувствовав неладное, предложил Пётр Николаевич.

— Я использую весьма редкие материалы, а цена на них мне неизвестна. Как только выясню её, сразу сообщу вам. Со связью у нас в будущем проблем не предвидится. Не переживай, Пётр Николаевич, первые партии будут идти с нулевой прибылью для меня. Наживаться на вас я начну позже.

— Какие-то сложности с зарядкой?

Специалисты ГБ наверняка исследовали конструкт, который у него был. Принцип действия они не поняли, и накопителя не обнаружили. Вот откуда возник этот вопрос. Я расход энергии контролировал по конструкту, оставшемуся у Татьяны. Он был настолько мал, что даже при её способности долго вести беседы заряда хватит надолго. До замены на нормальные переговорники точно. О чём я и сообщил:

— Энергии, которая есть в конструкте, вам хватит надолго. А новые разговорники вообще не требуют дополнительного питания. У них другой способ снабжения энергией.

— Надеюсь, ты не пошёл по пути Нобеля? — Серьёзно спросил глава ГБ. — Никаких запретных конструктов, для отбора жизненной энергии не применяешь?

— Вы своему Патриарху церкви верите? А святому Луке? Тогда хватит дурацких вопросов. Каждый раз одно и то же. — Я понимаю подозрительность у него в крови, но не при каждом же разговоре о запретной магии спрашивать.

— Но как ты решил проблему снабжения конструктов энергией?

— Ты не поверишь! Это магия! — Радостно осклабился я и поднялся со своего места. — Таня, Пётр Николаевич в твоём распоряжении, я пойду с народом пообщаюсь.

Воодушевлённый подарком, майор начал отрывать куски вонючего месива и разбалтывать их в воде. Он справедливо рассудил, что тяжёлые предметы опустятся на дно, даже если он их не заметит. Потом эти предметы собрать будет не так сложно.

В основном ему попадалась разнообразная посуда и бутылки с напитками. Посуда была разной. Много серебряной, золотые ложки и вилки тоже попадались, но редко. Даже керамика и фарфор выглядели богато, поэтому майор её собирал, полоскал наспех в воде и выносил на берег.

Как назло, больше элементов от доспеха ему не попадалось. Но пока он смог разгрести лишь малую часть кучи. К запаху он быстро притерпелся, а на склизкость субстанции почти сразу перестал обращать внимание.

— Демьян! — Раздался с берега знакомый голос. — Вода. Пить. — По-русски позвала Маша. Рядом с ней замер светящийся мишка. Он с интересом наблюдал за действиями майора.

Вытащив давно примеченные бутылки из верхушки массы, майор поспешил на берег. Пить и правда хотелось. Во рту, после полоскания его морской водой, остался стойкий привкус соли.

— Тебя Иван прислал? — Спросил он напившись.

— Таня говорить. Ты пить хотел. Зачем? Фу! — Маша показала на вонючую кучу, смешно сморщив нос.

— В большой куче дерьма, всегда есть шанс найти большой золотой самородок! — Смешивая языки, пояснил майор.

— Помощь? — Маша упорно старалась говорить на новом для неё языке.

— Я буду на берег выносить вещи, а ты аккуратно складывай их в одну кучу. — Не стал отказываться майор от помощницы. — Вдвоём мы быстрее управимся. Здесь не так много этой гадости, как выглядит на первый взгляд.

Медведь, следивший за их разговором, послал обоим волну одобрения и убежал на гору, быстро скрывшись в кустах.

— Охранять идти. — Важно заметила девочка.

— Охранять пошёл. — Поправил её майор и вернулся в воду.

Лекарь с Ама и ещё одним парнем сидели на кухне. Ама что-то упорно записывал в блокноте. Парень предавался унынию.

— Мэнни, поговорить надо. — Обратился я к задумавшемуся лекарю.

— Ты с Ама реши вопрос, а то извёлся мужик весь, хоть и не показывает этого. — Кивнул тот на араба.

— Уговор был, что учить начну, когда он русский более-менее понимать станет. Ты же меня понимаешь, Ама?

— Да, Ваше Величество. — Коротко ответил он.

— Ну и прекрасно. Тренируемся мы по утрам. Сначала посмотрю, что ты умеешь, а там решим, чего тебе не хватает.

— Я бы хотел освоить технику, которой меня Маша уе…ла так, что я чуть лапти не отбросил. — Вежливо ответил Ама.

— Экстренное изучение языка произошло с небольшим осложнением. — Улыбнулся Мэнни.

— Я исправлю эту херню со временем. — Пообещал араб, сверившись с блокнотом.

— Не надо со временем. Лучше общайся, как можно больше, но проси собеседников называть тебе недопустимые в приличном обществе слова. — Посоветовал я. — Так дело быстрее пойдёт.

— Я так и делаю, Ваше Величество. — Ама помахал блокнотом.

— Молодец. Главное при женщинах не ругайся, а мужики поймут. — Похвалил я. — Преподавать какую-то конкретную технику я тебе не буду. Сделаем, как сказал. Сначала посмотрю на твои умения. — Я кивнул на парня. — А это, что за молодой человек?

— Тот самый маг разума, который помог Ама с изучением русского. Александр, рассказывай сам свою историю. Я за тебя постоянно отдуваться не намерен.

— Ваше Величество, меня зовут Александр Холмогоров. Я маг разума среднего уровня. Прошу принять от меня клятву верности.

— Причина? — Коротко спросил я. Менталист мне нужен был позарез, но брать первого встречного и посвящать его в свои тайны я не хотел.

— Он игрок. Из-за этого постоянно попадает в неприятности. — Не выдержав, когда разродится речью замявшийся юноша, сказал Мэнни.

— Я хочу его услышать. — Прервал я лекаря.

— Это правда. Я получил срок из-за очередного проигрыша, мутная история. — Ещё сильнее потупив взгляд, произнёс парень. — Попал в Аберрацию. Там мы с командиром познакомились. В Аберрации выжил и получил дар мага разума, но от игорной зависимости так и не смог избавиться.

— Опустим твои последние прегрешения, хотя среди них наверняка есть невыплата долга. — Ама поднял руку, привлекая внимание. — Что?

— Здесь немного я виноват. — Тщательно обдумывая каждое слово, произнёс он. — Долг он хотел вернуть, но я убил… — Ама быстро глянул в блокнот. — одного из ростовщиков.

— Господин Ама в тот момент не отошёл от сеанса переноса знаний и действовал, руководствуясь рефлексами донора. — Теперь Александр вступился за араба.

— Подведу итог. У меня ищет защиты организованная… — Я махнул рукой. — Короче. Ты, Александр, парень умный. Но жутко ленивый. Твоя страсть к игре равносильна пристрастию к наркотикам. Для тебя это лёгкий способ получить удовольствие от жизни. И ты решил также легко от него избавиться, дав мне соответствующую клятву. Я нигде не ошибся?

— А ведь верно. — Поддержал меня Мэнни. — Любитель лёгких путей — это как раз про Александра.

— Напомнишь мне позже рассказать тебе про гормоны, особенно гормоны «счастья». Начнёшь намного лучше понимать поведение некоторых людей. И в лекарском деле пригодится. — Сказал я лекарю. — А тебе, Александр, предстоит пройти через ад, прежде чем я приму у тебя клятву. От ростовщиков и правосудия Российской империи я вас прикрою. Обоих. Ама будет тебя тренировать. — Посмотрев на араба, я пояснил. — Пусть радуется тому моменту, когда можно присесть. А о вечернем отдыхе пусть мечтает, как о высшей награде. Поставить тебе блокаду на игры — дело не хитрое, но ни к чему хорошему это не приведёт. Ты быстро найдёшь другой способ получать лёгкое счастье.

Не дожидаясь их согласия, а тем более отказа, я подхватил Мэнни под руку и потащил в сторону своей рабочей палатки.