Спокойный Ваня – 5

Глава 9

— Не слишком ты их круто решил напрячь? — Задал лекарь вопрос, когда мы оказались внутри.

— Они люди взрослые. Пусть сами решение принимают. Вместе напакостили, пусть вместе и выпутываются.

— Ама вроде как ни при чём. Жертва обстоятельств.

— Кто сказал, что жертва не должна платить? Я вообще не представляю, чем ещё занять Ама, кроме утренних тренировок. Теперь у него занятие точно будет. А Александру нужно повзрослеть. Если ему Аберрация не помогла, может, у Ама получится. Физическая нагрузка хорошо мозги вправляет. Как ты относишься к наколкам? — Без перехода спросил я.

— Ты хочешь парней наколками разрисовать?

— Не их, а тебя.

— Давай с этого места поподробней. — Всерьёз заинтересовался Мэнни.

— Я предлагаю наколоть тебе татуировку. Она будет весьма замысловатой и скроет содержащиеся в ней рунные цепочки. Татуировка позволит напрямую использовать энергию накопителя. Получится почти тот же эффект, как с моей помощью.

— Ты уверен, что предложенный тобой способ сработает? — Мэнни уже был готов и спрашивал больше для профилактики.

— Процентов на девяносто девять и девять десятых. — Честно признался я. Раньше в своих расчётах нейросеть не ошибалась, но всегда есть сомнения и допуск на ошибки.

— Непременно нужно делать татуировку?

— А как иначе ты хочешь получить постоянную возможность использовать усиление? Только татуировкой. Для наибольшей эффективности руны должны быть нанесены с использованием пурпурного золота. Но в мелкодисперсном виде золото — металл токсичный. Можно отравиться, причём с весьма печальными последствиями. Поэтому татуировку сделаем обычную. На первом этапе рисунок нанесём водостойкой тушью. Для проверки его хватит.

— Где будет располагаться рисунок?

— Спина и живот. Нижняя часть. — Ответил я.

Мэнни начал расстёгивать рубашку.

— Куда лечь? Не стоя же рисовать будешь.

— На стулья. — Я бросил взгляд на столы. Освободить их будет непросто. — Сдвигай их вместе.

К сожалению, кожа живого человека — это не хорошо выделанный пергамент. Любые чернила на ней пытаются растечься. До приезда Мэнни у меня было немного времени для экспериментов. Кроме времени, в моём распоряжении оказался набор дорогой косметики моей жены. Хотя она ей не сильно пользуется, но в своём арсенале имеет полный комплект боевой раскраски. У неё я и подобрал подходящий краситель.

Про пурпурное золото я много думал. По идее, можно и им татуировку набить, только для этого придётся каждую микрочастицу золота заключить в биологически инертную оболочку. Тонкую и стойкую к весьма агрессивному воздействию организма. Как это сделать даже с использованием магии, я не представлял.

Рунами можно описать довольно сложный процесс, но сомневаюсь, что получится правильно расписать все тонкости нанесения оболочки на микрочастицы. Нейросеть молчала, а у меня опыта недостаточно, чтобы ставить такие эксперименты на живых людях.

Разрисовывал я Мэнни тонкой кисточкой, но линии делал потолще, ориентируясь на будущую татуировку. Какой бы краситель ни был внедрён в кожу, со временем линии немного расплываются. Этот момент следовало сразу учесть.

Без использования нейросети я бы провозился не один день. И то не факт, что рисунок сразу бы получился таким, какой нужен. Но нейросеть учла все факторы, включая окружность талии лекаря. Узор я нанёс в два приёма. Сначала на спине, а потом на нижней части живота. Маскировка получилась отличная. Набор штрихов и извивающихся линий нейросеть подобрала так, что разглядеть среди них руны мог только я, потому как знал, где искать.

— Ну вот и всё. Сейчас с накопителем разберёмся и можно пробовать. — Обрадовал я Мэнни. — Можешь одеваться. На пару дней краски хватит, но потом лучше не пытайся использовать руны.

— Краску я тебе хоть сейчас сниму вместе с кожей. С татуировкой я могу сделать то же самое, только заживление времени займёт побольше. Главное, дай мне возможность убедиться, что твои рисунки работают. — Лекарь сел и внимательно осмотрел свой живот. — На спине такая же красота? Отдаёт чем-то южноамериканским. У тех дикарей наколки выполнены в похожем стиле.

— Может быть. — Меньше всего меня интересовала экспертная оценка моего «художественного» творчества. — Придумай для своих поклонниц красивое объяснение, откуда они у тебя появились. Мол, спас принцессу ацтеков, а тебе вместо золота наградную татуху набили. — Предложил я. — Всё. Не отвлекай.

Большие кристаллы горного хрусталя у меня были, так же как и разнообразные алмазы. Спасибо сокровищнице турецкого султана.

В качестве накопителя я взял крупный необработанный алмаз, варварски срезав ему выступающие части. Мне нужен был камень с минимально возможной толщиной. Мелкие дефекты и необработанная поверхность на ёмкости алмазного накопителя никак не сказывались. По этой причине дополнительно его облагораживать я не стал.

Срезав острый конец на кристалле кварца, я отрезал от него две толстых пластины, диаметром немного больше алмаза. В одну аккуратно вдавил алмаз до половины. В получившуюся выемку вклеил камень, используя местную эпоксидку. Оставил конструкцию в покое, ждать, пока клей хоть немного схватится.

— Тебе не говорили, что ты варвар? — Поинтересовался Мэнни, который внимательно наблюдал за моими действиями.

— Тебе шашечки или ехать? В смысле, тебе нужен удобный и ёмкий накопитель или интересует его стоимость? — Переиначил непроизвольно вырвавшуюся шутку. Шашечек здесь, как и такси, я не встречал.

— Одно другому не мешает. Нельзя быть настолько расточительным. Ты этими срезами значительно снизил цену камня. — Упрекнул меня Мэнни.

— Зато повысил удобство его использования. Ценность неудобной вещи не оправдывается её ценой.

Лекарь подвис, пытаясь осмыслить, что я ему сказал. Но вместо возражения использовал мой любимый приём со сменой темы.

— Кстати. Хорошо, что мы заговорили о деньгах. — Начал он. — Я предложил Фаруку должность твоего министра финансов. Ты с деньгами совершенно не умеешь обращаться.

— Фарук? Неплохой выбор. — Согласился я. Меня этот вопрос давно интересовал. Вести бухгалтерию самому у меня не было ни времени, ни желания. — Он сам согласен?

— Обещал подумать. После начала обучения Билги он будет полностью свободен. Чем ему ещё заниматься? С биржей он решил совсем завязать. У тебя иной раз интереснее, чем не то что на бирже, возле Аберрации такие приключения не всегда бывают.

— Я надеюсь, это временно. Потихоньку всё утрясётся, и наша жизнь станет спокойнее. — Вздохнул я.

Уставший майор сел на берег. Вода давно кончилась, и очень хотелось пить. Купание доставляло удовольствие в детстве. Сейчас это была работа, хотя тоже выполняемая не без удовольствия. Кроме нагрудника золотого доспеха, он нашёл поножи и один наруч. Для комплекта нужен был второй наруч и шлем.

Куча оказалась неравномерной по своему составу, как предполагал майор сначала. Всё самое тяжёлое оказалось в нижней части. То, что он доставал сверху, было лишь малой долей, непонятно откуда вытащенного князем добра. Горка добытых ценностей на берегу росла, а вещей в куче меньше не становилось. Ветерок, дующий с моря, не давал куче уплыть, что облегчало задачу майора.

Он размеренно разбалтывал кучу сверху, лишь иногда доставая вещи со дна, чтобы их не повредить и самому не пораниться. Иной раз попадались весьма острые предметы, вроде ножей и вилок. К счастью, битой посуды и осколков от бутылок на дне пока не было.

— Маша, сходи за водой, и Татьяне Павловне объясни, что люди нужны, чтобы все ценности унести. — Решился наконец майор.

Не хотелось ему чужих звать, пока он весь комплект не найдёт, но иного выхода не было. Один, он ещё три дня это добро доставать будет, а ведь его ещё унести отсюда надо.

Второй кварцевый диск я точно так же вдавил в алмаз с другой стороны и обработал эпоксидкой. Дождавшись, когда немного схватится вторая половинка «бутерброда», я аккуратно обстругал острые края получившегося диска. Клей держал за счёт поднявшейся вязкости, но до конца не полимеризовался.

— Держи. — Протянул я почти готовый накопитель Мэнни. — Постарайся не уронить его на пол.

— Выглядит замечательно и интригующе. — Бережно принимая в прямом смысле драгоценную поделку, заметил лекарь. — Только что мне с этим накопителем делать? Глотать?

Идея с глотанием заслуживала внимания, но у неё были свои сложности, решать которые совершенно не хотелось.

— Приложи к пупку. — Усмехнулся я. — Именно там расположено место для запитывания всего рисунка. Можешь на лейкопластырь приклеить, чтобы руки не занимать.

Мэнни быстро расстегнул рубашку и прижал накопитель к указанному месту.

— Ох, ты ж! — Выдохнул он поражённо. — Мне срочно нужен больной, чтобы убедиться в работоспособности твоего шаманства!

— Иди Сазонову ногу отрасти. Заодно остатки яда из его организма выведешь. — Посоветовал я.

Радостный лекарь еле дождался, пока я выведу его из палатки. Вернувшись к рабочему столу, я, не откладывая, решил заняться следующей проблемой. Мне предстояло сделать машинку для набивки татуировок. Здесь нет электрических тату-машинок. Набивают их старым способом. Вручную. Негигиенично и долго. Потому и не распространены татуировки у местных, так широко, как у нас.

Первоначально я хотел сделать шприц и выдавливать чернила прямо в кожу микродозами, используя сумеречное состояние. Но даже маленькие дозы, переходя в обычное состояние, сильно повреждают окружающие ткани. Проверил на сыром сале, взятом на кухне. Микродозы вызывали микровзрыв. На их фоне прокол иглой выглядит более щадящим. Поэтому собирал тату машинку по классической схеме, заменив электропривод механизмом на основе силового толкающего поля.

Оторвал меня от работы вызов от деда Степана.

— Привет, чем обрадуешь? — Приложил я переговорник к скуле.

— Я сейчас в Висловском нахожусь. Здесь у нас шахты. Железную руду добывают. Добывали, точнее. — Вздохнул дед. — Шахта глубокая, но всё оборудование изношено. Надо вкладываться. Не знаю, что делать. И стоит ли.

— Руда хорошая?

— Отменная! Вот в том-то и дело. Как умудрились разориться, ума не приложу. Есть смысл её восстанавливать или закрыть шахту, чтоб мужики не угробились зря. Недостатка железа в России нет.

— А где это, Висловское?

— Недалеко от Белгорода.

— Так это совсем рядом. Подожди, а рудное тело не к Курскому месторождению относится? — Вспомнил я географию того района и примерный район залегания Курской магнитной аномалии.

— Курск далеко. Хотя там руда тоже хорошая. — Ответил дед, не совсем понимая смысл вопроса. — Так что делать будем?

— Шахту консервируй. Мужикам выплати долги предыдущего хозяина и заплати аванс, чтобы семьи нормально жили. Мужики пусть едут сюда. Будут строить и осваивать новую технику для работы под землёй.

— Понял. — Коротко ответил дед Степан. — У вас там всё нормально? Мужики мои хорошо работают?

— Всё в порядке, дед Степан. Не переживай. Слушай, а кто у нас изготавливает самые лучшие металлообрабатывающие станки?

— Немцы естественно. Только совсем хорошие стоят, словно из золота сделанные. В них магии много используется. Соответственно, в эксплуатации они тоже дорогие.

— Магии говоришь? — Я непроизвольно посмотрел в сторону угла палатки, где у меня на ткани была нанесена руна неразрывности или целостности, по-другому. Я ведь знаю множество подобных рун. — Степан, закажи-ка для нас весь перечень станков. Не немецких, естественно, а отечественных, но самых лучших. Пока приедут, пока на место установим. Надо было сразу заказать, да что-то из головы вылетело.

— На днях буду в Белгороде, закажу. — Не стал возражать Степан. — Оснастку и расходники тоже заказывать или свои делать будем?

— Закажи на первое время. Неизвестно, как у меня со свободным временем будет. Загружают работой со всех сторон.

Отключив телефон, я продолжил работу. Мысль про станки и впрямь была запоздалой. Едут же мастера на все руки. Имея своё производство, не мучился бы сейчас с тату машинкой. Отдал бы чертежи мастерам и получил на руки почти готовое изделие.

Майор довольный выбирался из воды. В руках он держал шлем от золотого доспеха. Очень хотелось его примерить, но какое-то тревожное чувство глубоко внутри мешало осуществить желание.

Держа шлем перед собой, он вышел на берег. Прямо напротив него из воздуха проявился медведь. Он, оскалив зубы, смотрел на шлем. Но не рычал.

— Тебе он тоже не нравится? — Спросил майор, хотя и так всё было понятно.

Медведь словно понял его вопрос. Он поднял голову и упёрся взглядом в глаза майора. Яркие картины замелькали у того перед внутренним взором.

Измученные бойцы везли на телегах разделанную на куски большую тушу. На одной из телег лежали большие перепончатые крылья, стянутые верёвкой. Последняя телега везла огромную голову рогатого ящера. Майор уже понял, что воины завалили дракона, но не понимал, зачем они везут всю тушу. Неужели они собрались эту ящерицу жрать?

Потом была сцена, где драконью голову долго вываривали в большом котле и очищали череп от мяса и кожи. Затем за него взялись маги. «Расплавив» череп уже знакомым майору способом, они отлили из него доспехи. По виду такие же, как он нашёл. Только те были ярко-белые, как и положено кости. Никакого золота и близко не было.

Последним действием стало переселение души. Маг выдернул её из артефакта. Мишка показал явственно, что это именно душа дракона. Туманная дымка, принявшая его форму, повинуясь действиям магов, впиталась в доспехи. После внедрения души весь комплект брони приобрёл насыщенный золотой цвет.

Вывалившись из видений, майор задумчиво посмотрел на медведя.

— Ты это видел сам? — Тот никак не отреагировал на вопрос. — Конечно, сам. С тобой почти то же самое сделали. Уговорил, мишка, не буду я этот шлем одевать. Посоветуюсь сначала с Иваном.

С сожалением майор отнёс шлем в сторонку и положил шлем к остальным частям доспеха. Их он на виду не хранил. Спрятал между камнями. Мишка, убедившись, что его поняли правильно, также незаметно растворился в воздухе, продемонстрировав ещё одну свою способность.

— Демьян! — Раздался голос Маши.

Майор, собравшийся заходить в воду, оглянулся. От кустов, кроме девочки, спускались Татьяна Павловна и её дядя. Следом шли работники деда Степана. С собой они тащили носилки и мешки. Теперь майору стало понятно, почему Маша так долго задержалась.

— Откуда это всё? — Татьяна указала на гору вещей и ряды бутылок, составленные за камнями в тенёчке, часть бутылок была прикрыта одеждой, изредка попадавшейся в сгнившей куче. Про вонь она ничего не сказала. Только морщила нос, от запахов, приносимых дующим с моря ветром.

— Иван сказал, что это его наследство от призрака Иванова. Судя по возрасту вина и коньяка, так и есть. — Майор благоразумно не стал подходить ближе. — А воняет потому, что долго лежало в тайнике и продукты сгнили.

— Прямо в море наследство хранилось? — Пётр Николаевич указал на приличный кусок гнили, плавающий в воде.

— Сейчас оно в море, Пётр Николаевич. Где лежало до этого, сказать не могу. Татьяна Павловна, вы проследите, чтобы бутылки не побились при переноске. — Попросил майор. Про пропажу ценностей он даже упоминать не стал. — Среди них попадаются очень редкие и уникальные экземпляры.

— Много там ещё этого наследства? — Пётр Николаевич кивнул в сторону моря, но дожидаться ответа не стал. — По-настоящему ценных вещей нет? — Явно намекая на что-то магическое, спросил он.

— Пока не попадалось, Ваше Императорское Высочество. В любом случае все вещи принадлежат князю Иванову.

— Я просто поинтересовался. — Примиряюще улыбнулся Танин дядя.

— Прокоп, выдели людей, чтобы мы эту кучу смогли быстренько разобрать. — Майор демонстративно перестал обращать внимание на бывшего начальника. — А остальное начинайте сносить в лагерь.

— Таня, может оставить золото и серебро, а остальное выкинуть? — Пётр Николаевич не скрывал своего скепсиса по отношению к наследству Ивана.

— Как муж решит, так и будет. Тут Демьян полностью прав. Пойдём, дядя. Мужики сами управятся.