Спрятанная

Глава 17. Исса

Исса сидит, прижившись спиной к груди Ворона. Камень под ним горячий, кажется, что и в нем струится кровь. А может так и есть… Обжигающее дыхание щекочет затылок, одна рука обхватила ее за плечи, другая играет прядями волос.

…Все тропинки слизнула темнота, словно кошка языком, и до утра спешить им больше ненужно. Уполз куда-то лунный паук, истаяла его паутина. Ярче проступили созвездия, но неправильные, чужие. Тут перевёрнутые, а там точно отзеркаленные. А одно… знакомо ей до боли.

- Тоже видишь его, Исса?

- Что это?

- Созвездие Большой Медведицы, - ладонь ложится ей на бедро, и Исса вздрагивает, накрывает руку Ворона своей, не то пытаясь убрать, не то… - Не бойся, я же сказал, что не сделаю тебе ничего плохого.

- Я не боюсь.

- Ты вся дрожишь, - в бархат его голоса хочется завернуться.

- Мне холодно, - врет Исса и понимает, что Ворон это знает. – Почему это созвездие так похоже на мое родимое пятно?

- Скорее наоборот. И это знак принадлежности к императорскому роду.

- Магия?

- Нет, я же сказал, что в нашем мире ее не существует. Это… наука. Когда вернешься в наш мир, поймешь.

- Я не вернусь….

Молчание. Скручиваются водоворотом созвездия.

- Мне сказали, что эта метка духов, и она несет несчастье.

Луны смотрят прямо на них. Они висят так низко, что можно рассмотреть, как на их поверхности водят хороводы духи. А может это бесы? Ведь там, где ступали их ноги, остаются круглые вмятины. Исса читала, что если напиться воды из такого следа, то можно приобрести силу оборачиваться любым животным. Но с каждым превращением человеческого в тебе будет оставаться все меньше и меньше…

- Ян найдет меня, я знаю.

Ворон тяжело вздыхает, и его ладонь соскальзывает с ее бедра.

- Так сильно любишь его?

- Я же сказала, что дело не в этом, - и как объяснить, когда сама не понимаешь того, что их связывает.

- Опять усложняешь? Тут или да или нет: или да, Ворон так сильно люблю или нет, Ворон, не так сильно. Ну, или еще как вариант: не твое, Ворон, дело.

Не его. Но почему ей так хочется ответить? Хочется, чтобы он понял. Только вот что?

- Чем Ян дальше, тем меньше я о нем думаю, тем мне проще. Когда мы вместе бежали от Дувафа, Яном была занята каждая моя мысль. Когда жили в поселке неподалеку, в фантазиях я раз за разом заговаривала с ним… После нашей случайной встречи, казалось он незримо присутствовал в моей жизни.

И сейчас Исса ощущала тепло его пальцев на своем запястье. Но едва уловимо, будто оно готово вот-вот истаять.

- Типичная женщина, - Ворон фыркнул и попытался отстраниться. – Пока мужик рядом – он нужен, он дорог и любим, а стоит скрыться из виду – уже и забыла.

- Ты так хорошо разбираешься в женщинах? - Исса мазнула по нему взглядом и тут же отвернулась.

- У меня их было много. Хочешь, не хочешь, а начнешь разбираться.

И почему от этих слов так колет в груди? Какая Иссе разница, что там у Ворона было в жизни.

- И ты их всех любил?

Ворон хохотнул, вспугнув стайку бабочек-теней, что притаились в расселине рядом. Они взвились в небо и истлели, разошлись порвавшимся кружевом.

- Ни одну из них.

- Ты даже лиц их не запоминал… - всплыло в памяти недавнее видение. – Проводил с ними ночи и забывал. Они ничего для тебя не значили…

Исса облизала губы и тут же устыдилась этого инстинктивного движения. Она не должна больше вспоминать этот поцелуй. Ни его, ни Ворона. Она забудет его лицо с наглой усмешкой и холодными серыми глазами, с родинкой над бровью и тонкой полоской шрама.

- Для того чтобы спать с женщиной, любовь не обязательна, Исса. Чувства тут не при чем. Это ради удовольствия, напряжение снимает хорошо…

Она его ненавидела. С самого первого взгляда, когда он танцующей походкой вошел на полянку, где она пряталась. Теперь Исса четко это понимала.

- А для того, чтобы целовать тоже? – спросила и тут же пожалела о своих словах. Щекам стало жарко. И, приложив к ним ладони, она вырвалась из кольца его рук. Хотела вырваться… Ворон не дал.

- Эй! – Развернул лицом к себе. - Я не про тебя говорил, Исса.

Конечно, она бы с ним по доброй воле никогда не легла. А если он захотел принудить ее силой, то она бы выцарапал ему глаза… сражалась бы до последнего…

- Я поцеловал тебя, потому что ты мне нравишься, - он повел плечами, будто ему было неудобно. – Твою же мать… И нет, я не целуюсь со всеми бабами подряд. Все, хватит! - Уголок его рта дернулся в раздражении. – Мы не обо мне говорили, а о тебе и этом Яне.

- Отпусти.

Ей было тяжело смотреть на Ворона, но и отвести взгляд она не могла. Щеки горели огнем.

- Пожалуйста, - он разжал пальцы.

Из-за его спины на Иссу осуждающе взирали два янтарных лунных глаза.

- Если я тебе нравлюсь, то почему ты делаешь то, что делаешь? Неужели ты действительно считаешь, что помогаешь мне?.. Это ложь, Ворон. Опять ложь.

Он сцепил добела губы и ничего не ответил.