Спрятанная

Глава 5. Исса

Утро не принесло облегчения. Кошмар, что развеивался с первыми лучами солнца, в этот раз не спешил исчезать. Вчерашний вечер, свадебное платье из бледного шелка, скисшее молоко и увядший букет в горшке – все было. И сейчас еще не выветрился несвежий дух и чужая, тягучая сила ощущалась в воздухе.

Колдун был здесь, пока Исса ходила на холм, и о чем-то договорился с Корой. Та не выглядела удивленной и обескураженной – заранее знала о том, кого мать прочила Иссе в супруги. Ее продали уже давно.

Бежать. Куда угодно – лишь бы подальше из этого места. Время еще есть, а способ она найдет. Обязательно.

Данное себе обещание позволило немного успокоиться. Колдун никогда не коснется ее. Никогда.

Кора, слишком хорошо знавшая свою подопечную, не спускала с Иссы глаз даже дома. Тянулись дни, однообразные и беспросветные. В первый девушка сожгла письма, что присылала мать. После этого у нее отобрали свечи и зачарованный искристый камень. Боялись, что она подожжет дом?

- Смирись, девочка, - только и сказала Кора, когда Исса отказалась есть. – Ты выйдешь за колдуна. Он вовсе не стар и не так страшен, как тебе кажется. В городе к ним относятся с уважением и очень ценят. Это селяне суеверны и боятся собственной тени. И он защитит тебя.

Девушка только качала головой. От кого ее было защищать колдуну? Глупая ложь.

Кора ушла.

А вечером к ним пришел гость. И Иссе пришлось выйти из комнаты.

- Меня зовут Дуваф.

Колдун все-таки был стар, но не дряхл. В сухом неказистом теле чувствовалась сила – такой проживет еще десяток лет, так что стать счастливой вдовой Иссе не грозило. Он был невысок и узок в плечах, плавен в движениях, но суетлив. И чем-то неуловимо колдун напоминал девушке змея.

Длинные волосы заплетены в косицы и стянуты на затылке желтым шнурком, одет он во все желтое, с вкраплением коричневого. Ткань лоснится. Дорогая. Из завернутых манжет торчат тощие запястья и узкие ладони, с тыльной стороны которых тянутся вены-змеи, и шевелятся, ползут куда-то при каждом движении пальцев. Ногти желтые - лаковые, как у девицы.

Иссу передернуло от одной мысли, что эти руки могут коснуться ее тела. Нет-нет, никогда.

Молчание затягивалось.

- Исса! – Кора нахмурилась, а в пухлых руках задрожал платочек. Она боится.

Иссе тоже страшно. С колдуном пришли тени и расселись, как зрители в круг сцены – по углам. И по полу тянуло холодом и сыростью, запахло землей и сухими цветами.

- Вы знаете мое имя, - наконец, тихо произносит она, не поднимая взгляда. Смотреть на Дувафа почти больно. И так хочется пить, что в сухом горле першит.

- Вижу, ты не рада мне, - голос у колдуна чистый, красивый даже. Таким бы песни петь. Колыбельные, убаюкивающие. – Ничего, понимаю. Я старик, а ты… такая молодая, такая красивая…

- Зачем вы приходили в мои сны? – Исса сжала кулаки и все-таки подняла взгляд. Не выдержала и отвела.

- В твои сны? – смешок. – Разве так можно? Я простой колдун, живу на отшибе у самого леса, немного разбираюсь в травах, умею задаривать духов… Только и всего. Твоя наставница сказала, что ты много читаешь. Легенды, мифы, сказки… Реальный мир он не такой. И я не умею ходить в чужие сны.

Против воли Иссе хочется верить этим словам. Да и разве такой голос может обманывать? Он обволакивает, дурманит…

Она тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Сглотнула сухим ртом. Голодовка – это правильно, но от глотка воды вреда ведь не будет.

А Дуваф уже пододвигает к ней полную кружку настоя. Он сладок и пахнет яблоками и медом. Только на языке остается полынная горечь.

- Я уже был женат. Давно. Моя жена ушла после долгой болезни, и я никак не мог ей помочь. Тогда я покинул большой город… Мне хотелось покоя.

Желание заесть горчинку было раздражающе настойчиво, и Исса потянулась к ягодной лепешке. Вкусная. Аж пальчики оближешь.

- Я не выйду за вас.

Ахнула Кора. Зашипели возмущенно тени.

- В мое время слово родителя не обсуждалось, - колдун склонил голову набок. – Кому, как не произведшему на свет человеку знать то, что будет правильно для его дитя?

- Самому дитя.

В узких глазах под нависшими веками плескалась тьма – ледяная, безжалостная. По спине Иссы пробежали мурашки, дрогнули руки, сжимавшие лепёшку. Потек по тонким пальцам красноватый сок.

- Твоя дерзость пройдет, - Дуваф поднялся и тени скользнули к его ногам, как верные псы. – Я научу тебя быть покорной женой. Если ты откажешься есть – то я накормлю тебя силой. Решишь сбежать – путами стяну руку и ноги. Вздумаешь еще раз мне дерзить… - ледяные пальцы обхватила ее подбородок. – Вырву язык. Женщине он ни к чему. – Колдун медленно повернулся к Коре и та отпрянула. - Я думал сыграть свадьбу через несколько недель, в Ночь полных лун, но вижу, что тянуть не стоит. Подготовь ее, у тебя три дня.

Он покинул их дом сопровождаемый звенящей тишиной. Исса еще долго сидела не в силах даже пошевелиться. А потом терла и терла лицо в том месте, где ее коснулись пальцы Дувафа, в надежде избавиться от ощущения склизкого холода. Тщетно.