Стану твоим первым

Глава 12

Яр

Братьями меня пугает… Ну вообще огонь! Лучше бы эти братья объяснили мне, что не так с их сестрой. Почему её так и швыряет из стороны в сторону — от зажатости, скованности, трясущихся от страха губ до неприкрытой агрессии?

— Сейчас раздам вам диалоги, — проникает в уши голос Жанны.

Оказывается, она стоит рядом с нашей партой. Обращается к Лере:

— У тебя всё нормально? Хочешь, чтобы я тебя пересадила?

А вот это я сейчас не понял… Кажется, Лера тоже. Потому что она переспрашивает с недоумением:

— Пересадить?

Метнув строгий взгляд на меня, Жанна признаётся:

— Мне сообщили, что Ярослав тебя достаёт.

Ну и кто, блин, такой бессмертный?

Оглядываю класс свирепым взглядом и натыкаюсь на ухмылку Феликса.

— Да нет, — неуверенно пожимает плечами Лера.

— Так пересадить? — настойчиво переспрашивает Жанна.

Напряжённо жду ответа. Аж дыхание спёрло.

— Нет, не надо. Всё нормально, — отвечает новенькая.

Жанна вновь смотрит на меня коршуном. Я в ответ невозмутимо произношу:

— Наговаривают на меня, Жанна Альбертовна.

Она наконец отходит от нашей парты и начинает раздавать задания. Вновь смотрю на ухмыляющегося Феликса. Тычу пальцем в свою щёку, в то место, где у него фингал.

— Хочешь ещё? — говорю одними губами.

Он стучит факом по своей губе в ответ.

Вот попадается же в стаде один баран, который прёт против системы и никак не хочет подчиняться правилам!.. Закон здесь Я! Придётся и дальше вколачивать эту простую истину в его пустую голову.

— Яр, подвинься немного, — шепчет Лера, пихнув меня плечом.

Отодвигаюсь. Не знаю, почему, но постоянно придвигаюсь к ней ближе. Рука вообще приклеилась к спинке её стула.

Жанна кладёт на нашу парту листок. Диалог на испанском. Склоняемся с Лерой над текстом.

— Ты учила испанский раньше?

Кивает. И тут же бросает с вызовом:

— А ты?

Очень смешно. Типа я профан? Не учил испанский с восьмого класса, как она?

— Я с училкой занимался. И произношение у меня нормальное.

— Это радует, — без энтузиазма отвечает Лера, снова отодвигаясь от меня подальше.

Иногда она сама забывает держать дистанцию. Бывает…

— Давайте прямо сейчас попробуем, — вещает Жанна. — Кристина и Егор, начинайте.

Дружинина и её сосед по парте начинают читать свой текст. На испанском, само собой. Крис — продавщица в ювелирке, Егор — покупатель, который ищет подходящие серьги для своей девушки. В их диалоге много непонятных для меня слов — скорее всего, это названия драгоценных камней.

Отключаюсь от их сценки, перевожу взгляд на листок. А мы-то с Лерой кем будем? Так… Она, по всей видимости, потерявшаяся туристка. А я, вероятно, местный. Который должен объяснить, где именно она свернула не туда. И в итоге проводить до отеля, в котором поселилась девушка.

Символичненько…

Лера тоже немного заблудилась в нашей школе. И только я могу ей помочь и показать правильный путь.

У меня уже не получается относиться к заданию Соболевых серьёзно, без иронии. Потому что Лера меня подбешивает.

— Яр, отодвинься, — звучит уже привычная фраза новенькой.

Вздохнув, убираю руку со спинки её стула. Когда я успел положить её обратно, ума не приложу. Когда умудрился снова придвинуться вплотную — тоже!

Вибрирует мобильник. Достаю из кармана. Там сообщения в общем чате с Костяном и Мэтом. Пишет Матвей.

«Механизм запущен. Скинул инфу, сам знаешь куда, о том, что вы с новенькой были замечены в твоей комнате».

Строчу в ответ: «Спасибо, бро».

Он разместил эту «новость» с левого акка с девичьим никнеймом. Там он Юлька. И эта Юлька смогла добавиться в чат девчонок нашей школы. Они до сих пор не въехали, что мы пасёмся в их переписках. Хотя в основном там скучно. Шмотки, видосики из тик-тока, против кого будем дружить сегодня… Весело, только когда обсуждают нас.

Вновь сообщение от Мэта.

«И ещё кое-что… Лика чё-то мутит против новенькой».

Лики в этом девичьем чате нет, а значит, это болтовня остальных.

Пишу в ответ: «Скинь мне переписку».

«Позже».

Вижу, как Мэт убирает телефон в карман и тут же натыкается на строгий взгляд Жанны.

— Матвей, вы следующие.

Друг вздыхает, начинает читать свой текст. Произношение у него просто ужасное. Все тихо посмеиваются, а его соседка по парте, бюджетница Мила, сто процентов за него краснеет. Она у нас впечатлительная.

На диалог Матвея и Милы Жанна тратит весь оставшийся урок. После звонка все бесцеремонно вскакивают с мест. Ну не получилось из нашей молодой преподши авторитета для учеников.

— Диалоги отрабатываем к следующему уроку. Кристине и Егору ставлю зачёт. Молодцы, ребята.

Класс уже почти опустел, а Лера в своём репертуаре — до сих пор неторопливо складывает вещи в рюкзак.

Мэт, похоже, забыл про обещанный скрин переписки и куда-то испарился. Подзываю Кристинку.

— Присмотри пока за Лерой.

Схватив рюкзак, вылетаю в коридор. Всё-таки надо выяснить, что там мутит Лика. Вижу удаляющуюся спину Мэта и Милки. Ясно, работают над испанским… Разворачиваюсь, хочу вернуться в класс и дождаться Леру, но неожиданно мне преграждает путь Воронова собственной персоной.

— Яр, минутка есть?

Проводит чёрным ногтем по пуговицам на моей рубашке. Во взгляде вызов. Улыбка гаденькая. Точно что-то задумала. Стерва!

— Есть, идём.

Схватив её под локоть, увожу на лестницу. Спускаемся на третий, сворачиваем в левое крыло и идём до самого конца коридора. Тут всего два кабинета, и почти безлюдно.

Она запрыгивает на подоконник, сверкнув трусиками, когда задирается юбка. Встаю напротив, сверлю её лицо тяжёлым взглядом.

— Выкладывай.

— Заинтриговала? — веселится Лика.

Молчу, игнорируя её выпады. Лика ненормальная, с ней надо аккуратно, как психиатр с пациентом.

— Короче, ты должен оставить Соболеву в покое. Точнее, Феликсу отдать, — заявляет она сходу.

Напрягаюсь.

— И почему я должен это сделать?

— Потому что я тебя об этом прошу.

Логика — огонь! Да уж…

— А если я не хочу выполнять твою просьбу? — скрещиваю руки на груди, подпирая плечом стену.

— Тогда будет очень-очень плохо, Яр. Всем! Тебе, ей, Жанне.

— Жанне?! — фыркаю. — При чём тут Жанна?

Лика внезапно спрыгивает с подоконника, вновь сверкнув трусами. Приближается ко мне вплотную, встаёт на носочки и шепчет в ухо:

— Но ведь у вас с ней был поцелуй…

Сглатываю. Тяжело, болезненно. Словно комок игл проглотил, и они поползли по гортани.

— Не было, — резко выдыхаю я.

— Не ври, — смотрит мне в глаза Лика. — Был. Я видела.

— Проверь зрение, — стою на своём.

Никого в тот момент в кабинете не было.

— Можешь всё отрицать и дальше, — бегает пальцами по пуговицам моей рубашки. — Но если будешь и дальше впрягаться за Леру, то…

Ловлю её руку, стискиваю.

— Ай! — выдирает. — Ты совсем?

— Вот угрожать мне не надо!

Нависаю над девчонкой, прижав к подоконнику. Она пихает меня в грудь.

— Я не новенькая, Агоев! — рычит Воронова. — В обморок не упаду от твоих натисков. Я всё сказала! Пошёл вон!

Вновь пихает меня, и я отшатываюсь.

Твою мать! Девчонок я не бью… Но эта! Это просто Сатана в женском обличье!

Лика салютует мне и уходит. Окликаю. Нехотя оборачивается.

— Почему?

— Что почему? — закатывает глаза.

— Почему ты до неё докопалась?

— Это очевидно. Она — Соболева! Ненавижу эту семейку!

С этими слова Лика уходит, оставляя меня в полном бешенстве. Достаю телефон, пишу в чат друзьям.

«Мэт, мне нужен скрин. Костян, дело есть».

Отвечает Костик.

«На физру дуй. Тут проблемы. У новенькой».

Твою ж мать… Срываюсь с места.

Глава 13

Лера

Я слышала, что сказал Яр Кристине. Чтобы она за мной присматривала. И это прозвучало так унизительно…

Парень вылетает из класса. Посмотрев ему вслед, надеваю рюкзак.

— Идём? — спрашивает меня староста.

— Слушай… Тебе совсем не обязательно со мной возиться.

— Перестань, — отмахивается Кристина. — Мы же соседки по комнате. И мне приятно общаться с тобой. Будем считать, что сейчас мы просто идём вместе на следующий урок. Другое дело, если тебе не нравится моё общество.

— Что ты! Я в восторге от твоего общества! — говорю с улыбкой.

Не устаю утверждать, что Кристина — очень хорошая девушка. Она дружит со всеми. Даже с Ликой не конфликтует, предпочитая просто не связываться. И Феликса никогда не осуждает. Она мягкая, но не мягкотелая. Да и лидер нашего класса её явно ценит.

— Не обращай внимания на слова Яра, — продолжает она. — Я и так за тобой приглядываю, и без его приказов.

— Спасибо, — благодарю совершенно искренне.

Почему то опека Кристины меня совсем не задевает. Мы выходим из здания школы, и направляемся к спорткомплексу.

— Кстати, форма для физры менее провокационная, — смеётся староста, припоминая купальник.

— Это радует.

Вообще-то, я уже всё изучила на сайте. Форма чёрного цвета. У девочек лосины и кофта на молнии с вездесущей вышитой совой. И красная майка. У парней почти то же самое, только штаны вместо лосин, конечно. И не майка, а футболка. Даже кроссовки у всех одинаковые.

— Вам какой диалог достался? — спрашивает Кристина, когда мы заходим в холл спорткомплекса.

Вспомнив про испанский, неминуемо вспоминаю и о Жанне.

— Слушай, у меня тут вопрос назрел…

Притормаживаю. Не хочу говорить на эту тему в раздевалке. Кристина тоже останавливается.

— Спрашивай, что хочешь.

Мимо нас пробегает Тина — девочка-гот.

— Девчонки, вы идёте?

— Да, сейчас, — отвечает староста.

Следом за Тиной — поток одноклассников. С каждой секундой ожидания теряю уверенность. Могу ли я спрашивать о Жанне Альбертовне и Ярославе? Но когда холл пустеет, всё-таки решаюсь.

— Я тут случайно услышала… Вообще-то, это какой-то бред… Ну-у… В общем, кто-то ляпнул, что «студентка» будет ревновать Агоева. Из-за меня. А Яр сказал, что «студентка» — это Жанна.

Господи… Неловко-то как!

Кристина смотрит на меня сначала обескураженно, а потом начинает хохотать.

— Боже, — вытирает выступившие от смеха слезинки. — Кто придумал такую чушь?! Хотя не говори, сейчас отгадаю. Марина?

Киваю. Правда… не только она…

— Да бредит она. Это от ревности. Марина ревнует Яра ко всем. В прошлом году к Жанне, в этом году к тебе.

Мне почему-то становится легче. Хотя это вообще не должно меня касаться!

— Ясно… А Марина и Яр?..

— Да бегала она за ним в прошлом году. Хотела отношений. Напридумывала себе чего-то. Но Яр ни с кем не встречается, — осекается и продолжает сбивчиво: — То есть… раньше не встречался… Ты первая.

Да, только это всё фикция, которая мне не нужна. Но я об этом умалчиваю. Идём дальше. Навстречу — толпа парней. Кажется, десятиклассники. Мы с Кристиной расходимся в разные стороны, чтобы нас не смело этим потоком. Коридор довольно узкий. Она прижимается к одной стене, я к другой.

В кармане пиджака вибрирует телефон — мама. Улыбнувшись, прижимаю трубку к уху.

— Ты как там? — обеспокоенно спрашивает она.

— Совершенно так же, как и утром. Мамуль, ну ты чего?

Она звонит постоянно, много раз в день. Не хотела отпускать меня в пансион, мы теперь слишком далеко друг от друга.

В коридоре — шум и гам, поток парней, идущих из мужской раздевалки, никак не заканчивается.

— Мама, я перезвоню потом…

В этот момент какой-то парень басит мне прямо в лицо:

— Ты новенькая?

— Лера, что там у тебя?! — взволнованно восклицает мама.

— Эй, пацаны, мы новенькую не приветствовали ещё! — горланит этот парень.

— Эй! Отстаньте от неё! — кричит Кристина.

Но уже поздно… Разгорячённые мальчишеские тела сдавливают с двух сторон. Телефон вылетает из рук. Меня накрывает густым и резким запахом: пот, гель для душа, хлорка… В ушах многоголосье: «Привет, новенькая!.. Какая красотка!.. Ну чего ты как неродная?.. Давай, обнимай в ответ, не стой как истукан!»

Звуки смешиваются, превращаясь в белый шум. И я слышу лишь стук собственного сердца. Тук… тук… тук… Зажмуриваюсь, дыхание спирает…

Липкие руки, масленые взгляды, тяжёлые флюиды похоти…

Машина… Лес… Резкая остановка…

Забиваюсь в угол. Не трогайте меня!

Гнусный смешок… Шёпот в самое ухо: «Просто расслабься и получай удовольствие…»

— Да какого хрена! — прорывается в мозг разъярённый голос. — Отвалите от неё! Костян, звони Яру!

Дымка воспоминаний рассеивается, но уже поздно. Меня трясёт. Обнимаю руками плечи, сползаю по стене и оседаю на пол. Слёзы обжигают щёки.

— Эй, ты в порядке? — голос Кристины, кажется…

Всё смешалось, всё вокруг вращается…

Качаю головой. Нет, я не в порядке. И тут же киваю, потому что обещала себе не быть слабой.

— Тоже мне трагедия! — фыркает кто-то. — Мы просто вежливость проявили. Она же Соболева!

— Я сейчас эту вежливость тебе в глотку запихаю! — голос Яра.

Какая-то возня. Мат. Звук ударов.

Ничего не вижу…

Рука. Кто-то бережно сжимает предплечье.

— Лера, ты как?

Голос этого парня поражает неподдельной нежностью и заботой.

Ярослав.

Смаргиваю слёзы, смотрю в его лицо. Он вкладывает в мою руку телефон. Провожу пальцем по экрану — разбит.

— Давай, я тебя подниму, и мы уйдём отсюда, — шепчет он.

Киваю.

Да, пусть уведёт меня. Сейчас — хоть на край света.