Стану твоим первым

Глава 23

Лера

Никак не могу сосредоточиться на уроке. Монотонный голос учителя и сегодняшняя тема «Экономический кризис» будто бы проходят сквозь меня, не задерживаясь. Взгляд невольно вновь и вновь возвращается к камере над дверью.

Чувство вины за это всё буквально пожирает меня. Наверняка не обошлось без моей матери. У неё много подруг в разных кругах. Есть одна и в министерстве образования. Не удивлюсь, если мама нажаловалась ей.

Бедный дядя! Угораздило ему иметь таких родственничков!

Но помимо угрызений совести меня раздирает от беспокойства за Ярослава. Они с Феликсом ушли на перемене и до сих пор не вернулись. Ни Кристина, ни Костя не знают, куда они отправились. И почему-то я сомневаюсь, что парни стали бы просто прогуливать…

С трудом высиживаю до конца урока и со звонком начинаю быстро собирать рюкзак. Подхожу к поджидающей меня Кристине.

— Ты не узнала, где Яр? — спрашиваю её прямо.

И мне плевать, как это выглядит. Да, я беспокоюсь за него.

Боже! Почему я беспокоюсь?!

Кристина качает головой, и мы переводим взгляд на Костю.

— Я в таком же неведении, — он тоже разводит руками.

А Матвея и спрашивать бесполезно, он весь в испанском. Кажется, ему нравится соседка по парте. Ну или нет. Это не моё дело, в общем-то.

— Ладно, давайте выясним, где Яр. Телефон у него отключён, — говорит нам Костя и выходит из класса.

Однако когда мы собираемся покинуть школу, два новых охранника преграждают нам путь.

— Эй, какого хрена? — Костя прёт на них, оставив нас за своей спиной.

— Какой класс? — спрашивает один из них со сталью в голосе.

— Одиннадцатый, а что? — Костя продолжает хорохориться.

У одного из охранников в руках планшет, и он что-то в нём изучает.

— Сейчас у вас география. На улице вам делать нечего, — заявляет категорично.

— Вы чё, угораете?! — ошеломлённо выпаливает Костя.

— Мне в столовую надо. Я есть хочу, — подключается Кристина.

А я в таком шоке, что даже сказать ничего не могу. Да это явный перебор, чёрт возьми!

— Давайте, детишки, марш на урок, — усмехается второй охранник.

Обоим парням не больше двадцати двух-двадцати трёх, а мы для них, значит, детишки?

Костя явно не хочет сдаваться, а Кристина отступает, осознав наше поражение. Мы уговариваем Костю идти на урок и не связываться с охраной. Нехотя, но он подчиняется.

На географии сидим как на иголках. У меня нет номера Яра, но, судя по всему, друзья звонят ему постоянно. И безрезультатно. Этот урок, к счастью, последний, и мы наконец покидаем школу. Сразу направляемся к общежитиям, возле которых тоже стоит охрана. Тормозим в нескольких метрах от входа общежития для мальчиков.

— Ты позвонишь, когда что-то узнаешь? — Кристина с мольбой смотрит на Костика.

— Да, сразу же, — он согласно кивает и заходит в здание.

Постояв пару минут, мы с Кристиной идём в свою общагу. Она явно вся на нервах. Скинув рюкзак и сняв пиджак, начинает ходить туда-сюда по комнате, а я сижу на кровати и просто наблюдаю за её беспокойным мельтешением.

— Блин!.. — выплёвывает она, наконец замирая. — А вдруг их отчислили?

— Да за что их могут отчислить?! — восклицаю с возмущением.

— Да не знаю я, за что! — разводит она руками. — Мало ли всяких грехов им можно приписать.

Крис в который раз проверяет телефон, но, видимо, от Кости так и нет сообщения.

— Может, мне попробовать узнать? — нерешительно беру свой айфон. — У дяди…

— А он скажет? — староста подходит ко мне, садится рядом.

— Не уверена… Надо что-то придумать…

— Например?

Кусаю губы. Не знаю, как именно сформулировать свой вопрос, чтобы не разозлить нашего директора. Мой взгляд скользит по пространству. Кресло, стол, учебники… На глаза попадается учебник испанского.

— Ну конечно! — вскакиваю. — Наш диалог! Мы же ещё даже не читали его вместе!

Подхожу к столу, хватаю учебник и демонстрирую Кристине листок с заданием от Жанны Альбертовны.

— Тебя не пустят в их общагу, — соседка по комнате разочарованно качает головой.

— Пустят! Нам надо заниматься! Что в этом такого?

— Ну типа это неправильно — торчать в комнате пацанов. Твой дядя это не позволит. Формально и раньше нельзя было, но за нами никто не следил. А теперь вон — тотальный контроль, как за заключёнными.

— И всё равно надо попробовать! — настаиваю я.

— Что это даст? Раз Костя до сих пор не написал, что с Яром, значит, не знает. А не знает потому, что Яра, скорее всего, нет в общаге.

Я согласна с её логикой, но всё же хочу попытаться. Сняв школьную форму, влетаю в джинсы и футболку. В этот момент на телефон Кристины прилетает сообщение. Прочитав его, она возмущённо выпаливает:

— Он что, блин, издевается?!

— Что случилось?

— Костя… Он пишет, что завтра Яр всё объяснит.

Завтра? Он что, серьёзно? Мы тут места себе не находим!

— Ну так что? Я иду, или ждём до завтра? — уточняю я и, кажется, уже знаю её ответ.

— Да, иди. Только не пропадай так же, как Яр.

— Я сразу тебе напишу.

Она кивает, провожая меня взволнованным взглядом. За кого она так волнуется? Только за Агоева? Или всё же за обоих?

Мне почему-то кажется, что Егоров ей нравится, но она тщательно скрывает эти чувства.

Да Боже! Почему я вообще думаю о них?

Хотя ответ очевиден — мне не хватает подруг. Не хватает лёгких незатейливых разговоров о парнях, о чувствах к ним… Последнее время я чувствую себя какой-то постаревшей, что ли.

Выйдя из общаги, шагаю к соседней. На ходу набираю дяде.

— Лера? Что-то случилось?

Похоже, он напрягается от моего звонка.

— Ничего не случилось, разве что… — в этот момент я пытаюсь зайти в дверь мальчишеского корпуса, и охранник предсказуемо преграждает мне путь. — Разве что новая охрана пансиона не даёт мне заниматься.

— Не выдумывай.

— И не собиралась, Влад Сергеевич. У всего класса парные задания по испанскому. Как делать подобное задание, если меня даже не подпускают к моему напарнику?

— А кто твой напарник?

— Костя Старцев, — с ходу решаю соврать. — Мы с ним договорились, что сегодня будем заниматься в его комнате, а меня не впускают в общежитие мальчиков. Где мы должны это делать? В учебный корпус возвращаться? Или на улице торчать?

Дядя какое-то время молчит, потом тяжело вздыхает.

— Передай трубку охране. И у тебя ровно два часа.

— Хорошо.

Передаю телефон охраннику, который не сводит с меня профессионально-тяжёлого взгляда. Он прикладывает айфон к уху, слушает указания директора и возвращает телефон мне. Молча открывает передо мной дверь. Я захожу в фойе, держа учебник и листок с диалогом под мышкой. Охранник, к моему сожалению, входит следом. Видимо, будет провожать… А я понятия не имею, в какой комнате живет Костя.

Мы поднимаемся по лестнице. Едва переставляя ноги, я иду чертовски медленно, потому что не знаю, что придумать. Однако мне сегодня явно везёт, потому что у моего сопровождающего оживает рация. Он останавливается и, прежде чем ответить, бросает мне:

— Чтобы через два часа тебя здесь не было.

— Поняла.

Проводив охранника взглядом, направляюсь к комнате Агоева. Я хорошо запомнила, где она. Нетерпеливо стучу в дверь. Почти уверена, что у меня будет куча проблем после этой выходки. Враньё дяде, проникновение в общагу мальчишек… Но уже поздно что-либо менять.

Почему я это делаю?

Ответа на вопрос у меня нет. Или я просто не готова его принять…