Стану твоим первым

Глава 26

Яр

— Может, мир, а?

Бесов опускается на скамейку рядом со мной. Неторопливо завязываю шнурки на кроссах. Поднимаюсь.

— Не знаю. Подумаю.

— Да хорош! — он тоже вскакивает. — Не знал я об этой дичи, которую мои устроили.

— А должен был! — отрезаю. — С тебя, кстати, бабки за восстановление телефона.

— Справедливо. Отдам.

В деньгах я не сильно нуждаюсь, да и для Леры потрачу столько, сколько нужно. Но так положено. Все должны отвечать за свои косяки. В том числе и деньгами.

Выходим из спорткомплекса, направляемся к баскетбольной площадке. Пристраиваемся в хвост парней, наматывающих круги. Надо немного разогреться.

Здесь несколько человек из наших, несколько из десятого и двое из девятого. Баскетбол я люблю. Может, даже больше, чем футбик. Тренировки всего два раза в неделю, и я рад, что не пропущу. Пока Лера там рисует, смогу поиграть.

— Ну а если по чесноку, ты в курсе, что не так с этой Соболевой? — вновь подаёт голос Ян.

Пытаюсь осадить его любопытство грозным взглядом. Не осаживается.

— С ней всё в порядке…

— Да ладно? Уже начинают болтать о её… кхм… отклонениях.

— Ты чё несёшь?! — рявкнув на него, пихаю плечом и убегаю вперёд.

Он догоняет.

— Лика ведь не просто так это устроила. Шепнула моим, что вроде как у Соболевой проблемы с контактом. Типа психологической травмы, что ли. Или физической. Короче, там чёрт ногу сломит в этих травмах.

— Не гони, Бес! — отбриваю, не глядя на него. — Ничего экзотичнее не смог придумать?

Но… Есть зрелое зерно в его словах. Есть. Чёрт!

— Ладно, выкладывай! — сдаюсь.

Тренер дует в свисток и смотрит на нас.

— Бесов и Агоев, набираете себе команды.

Ян бросает:

— Потом.

Скрипнув зубами, иду за ним к тренеру. Выбираем игроков. Странно, что Феликса сегодня нет. А я бы его взял в свете последних событий. Последнее время он ведёт себя сносно. Почти как раньше. Не выделывается. Даже к Лере вроде не лезет.

Разыгрываем мяч. Подпрыгнув, дотягиваюсь до него первым, веду к кольцу, забиваю. Легко.

— Собрались! — рявкает Ян своим.

Игра становится агрессивнее, быстрее. Мяч так и летает — то в кольцо соперников, то в наше. В итоге моя команда всё же выигрывает.

Тренер заканчивает игру дежурной фразой:

— Всем спасибо, все свободны!

Расходимся. Точнее, все идут переодеваться, а я торможу Беса возле спорткомплекса.

— Рассказывай, — скрестив на груди руки, подпираю стену.

Мимо проходит один из охранников. Провожаем его взглядом.

— Зона, мать вашу! — рычит с недовольством Бес. — Короче, уж не знаю, правда или нет, но вроде бы Соболевой серьёзно досталось в прошлом году. Помнишь Гордееву?

— Кто не помнит Гордееву? — фыркаю.

Все отлично помнят бывшую королеву школы.

— Ну да, — скалится Ян. — Так вот, она нарыла какую-то инфу и, видимо, передала Вороновой. А та уже сделала свои выводы.

— И какие?

— Ну… типа кто-то эту Соболеву… Ну это… — кулаком долбит в раскрытую ладонь.

— Не понял…

— Ну типа… силой.

Я открываю рот, чтобы возразить. Да и вообще, заткнуть как-то Бесова, чтобы не гнал вот эту пургу в массы. Но в итоге молча захлопываю рот и невольно вздрагиваю.

Её братья сказали, что Леру серьёзно обидели. Она дрожит каждый раз, когда кто-нибудь к ней притрагивается. Почему-то не любит лес… Что там ещё?

Да она просто странная! Сейчас немного начала раскрываться, но в первые дни была очень зажатой. Впала в какой-то ступор, когда Феликс её лапал после линейки. Убежала, когда я впервые хотел её поцеловать. Наши поцелуи, кстати, всегда заканчиваются её побегом.

Бля… Это же может быть правдой, да?

Кто посмел?! Куда смотрели Соболевы?!

Вашу мать!

Меня наполняет яростью. Перед глазами всё плывёт.

— Агоев, не быкуй. Я не собираюсь об этом распространяться, — заявляет Бесов, видя мою реакцию.

С трудом фокусирую взгляд на его лице.

— Всё, что ты сказал — бред, — мой голос хрипит от напряжения. — Советую забыть об этом.

— Уже забыл. Больно надо связываться с Соболевыми.

— Ладно, иди.

Мне нужно переварить это. Чёрт, дайте мне минутку…

Внезапно перестаёт хватать воздуха, и я судорожно ловлю его ртом.

Как так-то?!

Мой взгляд внезапно натыкается на Леру. Она в сопровождении Феликса выходит из здания школы. Егоров хватает её за руку, пытается утянуть за собой, она вырывается…

Крышу мою окончательно сносит. Ярость, ревность, страх за Леру, непонимание того, что она может испытывать после того, что с ней случилось… — всё это накатывает и буквально взрывает меня. Срываюсь с места и за секунду долетаю до них. Кулаки сжимаются.

— Ярослав, — предостерегающе шепчет Лера, вставая передо мной. — Не надо. На нас смотрят.

— Отвали от неё! — рявкаю на Феликса.

— Ты посмотри, какой неадеквашка… — усмехается тот. — Мы просто болтали. А ты ей кто вообще? Я что-то подзабыл.

А мне вот совсем не хочется с ним болтать. Хочется ломать его, рвать на части. Да и не его, а того, кто обидел мою синеглазку.

Дёргаюсь к Феликсу, но Лера с силой давит мне на грудь.

— Яр, хватит! У нас у всех будут проблемы!

— Тебе бы успокоительного, что ли, — подливает масла в огонь Егоров.

— У нас всё нормально! — с отчаянием говорит Лера кому-то.

Да, точно… Чёртовы охранники. Уже тут.

Заставляю себя расслабиться. Хотя это чертовски сложно. Наконец отвожу полыхающий яростью взгляд от лица Феликса и беру Леру за руку.

— Пошли отсюда. Нам надо поговорить.

— Яр, остановись, пожалуйста! Ты делаешь мне больно!

И правда делаю. С таким остервенением сжимаю её руку, но совершенно не замечаю этого…

— Прости…

Отпускаю. Лера останавливается, я тоже. Меня немного отрезвляет, ярость перестаёт застилать глаза. Поворачиваюсь к Лере. Она выжидающе смотрит на меня. Ну да… Я же должен как-то прокомментировать случившееся. И спросить о том дерьме, которое только что узнал.

Бля, но как? Язык словно онемел!

Молчание затягивается… В итоге начинаем одновременно.

— Что происходит? — говорит Лера

— Что ты делала с Феликсом? — выпаливаю я.

Она хмурится.

— Мы вместе шли с рисования. Но это же не повод…

— С рисования? А Егоров у нас теперь Пикассо?

— Яр… — она устало вздыхает. — Ну что ты устроил?

А чёрт его знает… Накрыло. Но ведь так не ответишь.

Кладу ладони на её плечи, медленно провожу вниз по рукам, потом наверх. Внимательно вглядываюсь в её лицо, пытаясь прочесть эмоции. Она, кажется, ошеломлена. Наверняка считает меня сейчас неадекватным и всё ещё ждёт объяснений. Но скоро устанет ждать и просто уйдёт.

— Я ревную… — выдавливаю наконец с трудом. — И мне не хочется, чтобы кто-то, кроме меня, тебя трогал.

Она снова устало вздыхает.

— Яр… Не начинай, — положив ладошки мне на грудь, собирается оттолкнуть.

Удерживаю её за плечи. Шарю по лицу взволнованным взглядом. Мне просто нужно задать ей правильный вопрос. Очень осторожно.

— Лера, мне нужно кое-что у тебя спросить. Мы могли бы прогуляться?

Она настораживается и молчит, размышляя над моим предложением.

Мимо нас проходит завуч.

— Ребята, соблюдайте дистанцию, — строго говорит Маргарита, и Лера сразу отшатывается.

Скрипнув зубами, опускаю руки и засовываю в карманы. Укоризненно покачав головой, завуч нас отчитывает:

— Никаких объятий! Это школа, а не клуб! Займитесь учёбой. Ярослав, у тебя сейчас разве не баскетбол?

— Тренировка закончилась, — сухо отвечаю я.

Да иди ты уже…

— Лера, а у тебя? — она переключается на мою синеглазку.

— Я только что с рисования.

— Ну хорошо, — сдаётся Маргарита.

Но прежде, чем уйти, делает какой-то странный жест рукой одному охраннику, пасущемуся поблизости. Тот подходит ещё ближе.

Ясно, больше никаких касаний. Чёрт…

— Ну так что? Прогуляемся? — вновь устанавливаю зрительный контакт с Лерой.

— Хорошо, а куда?

— В рощу. Только ты иди первая. Я переоденусь и тебя догоню. Заодно собьём со следа эту ищейку, — стреляю взглядом в охранника.

— Хорошо, — внезапно она лукаво улыбается. — Я нам кофе возьму. А ты даже можешь принять душ.

Изящным пальчиком указывает на ворот моей футболки, мокрый от пота. Ну да, я взмок на тренировке.

Вроде секунду назад повода для улыбки у меня не было вовсе, но, глядя в синие глаза, брызжущие весельем, невозможно не улыбнуться в ответ. Продолжаем неловко топтаться на месте и просто смотреть друг на друга. Раз уж нельзя дотрагиваться, я взглядом ласкаю её лицо: глаза, щёки, подбородок, губы…

— Ну ладно… Увидимся, — Лера делает шаг назад.

— Да, примерно через пять минут.

Она уходит в сторону столовой. А я по другой дорожке несусь к спорткомплексу. Залетаю в раздевалку, скидываю спортивный костюм. Буквально за минуту смываю под душем пот. Быстро вытираюсь и натягиваю школьную форму. А когда выбегаю в коридор, сталкиваюсь с Феликсом.

— Воу! Только не начинай! — выставляет он перед собой руки в защитном жесте.

— Я уже более-менее стабилен. Иди, куда шёл.

Феликс протискивается мимо меня к двери раздевалки. Не свожу с него хмурого взгляда.

— У нас вроде пари, ты не забыл? — не собирается он затыкаться.

— Возможно, его придётся отменить, — цежу сквозь зубы.

— Его невозможно отменить. Ты сливаешься, что ли? — усмехается этот придурок.

— Я не сливаюсь. У тебя просто нет ни одного шанса!

Как и у меня, походу…

— Рано ещё говорить о шансах. Всё может измениться, — дерзко заявляет Феликс. — Лера со мной хорошо общается. Не идеально, но… На фоне тебя, неадеквашка, я выгляжу пушистым зайкой. Так что, продолжай в том же духе, братан, и она выберет меня.

Многозначительно дёрнув бровями, скрывается в раздевалке.

Сука!

Скрипя от гнева зубами, замираю на месте на несколько секунд и заставляю себя выйти из спорткомплекса, чтобы не ввязываться в очередную драку.

Тороплюсь в рощу. Лера меня уже ждёт. Расстелив на траве свой пиджак, сидит, подставив лицо полуденному солнцу. Откидывает волосы назад, проводит по ним изящными пальчиками.

Кто посмел обидеть этого ангела?

Прокашливаюсь.

— Господи!.. Напугал! — прикладывает ладошку к груди.

— Прости, — опускаюсь рядом.

— Твой кофе, — протягивает мне стаканчик.

По аромату понимаю — латте.

— Спасибо, — отставляю напиток в сторону.

Лера сразу напрягается. Похоже, ей уже передалось моё состояние полного внутреннего раздрая. Смотрю ей в глаза, а она отводит свой взгляд.

— Яр… Ты меня пугаешь.

— Не хотел. Просто не знаю, как начать.

— С начала, — отвечает довольно резко. — Или совсем не начинай.

— Со мной связались твои братья! — не дав себе шанса передумать, выпаливаю я.

Она недоумённо моргает.

— И?

— И… я всё знаю.

— Окей. Ты всё знаешь. А что именно? — пытается улыбнуться, но улыбка получается натянутой.

— О тебе. О том, что тебя обидели. Близнецы просили за тобой присмотреть.

— Хм… Так вот, значит, как… — поджимает губы, качает головой. — Ну тогда передай им, что миссия выполнена.

Решительно встаёт. Я следом.

— Лер…

— Не-не-не! — выставляет руки. — Дальше мне неинтересно…

— Лера! Послушай…

— Не хочу.

Поднимает с травы пиджак, и я хватаюсь за него. Трогать саму Леру боюсь.

— Не уходи, пожалуйста! — с мольбой смотрю на неё.

— А зачем мне оставаться?

Внезапно она отпускает пиджак, закрывает лицо руками и начинает плакать. Нет. Буквально рыдать. Так душераздирающе, что у меня всё внутри скручивается.

— Лера… Лерочка! — всё-таки обнимаю её. Очень осторожно, как фарфоровую статуэтку. — Не плачь, пожалуйста. Я не хотел…

— Чего ты не хотел? За мной присматривать? Так не делай этого!

Отпрянув от меня, отворачивается, отходит в сторону. Вижу, как стирает слёзы с лица.

— Нет, наоборот, я рад, что они меня об этом попросили. Уже и не представляю, чем бы занимался, если бы не опекал тебя.

Подхожу к ней, утыкаюсь носом в макушку и сжимаю хрупкие плечи.

— Чего ты хочешь, Ярослав? — теперь в её голосе звучит сталь.

— Тебя, — произношу тихо. — Быть с тобой. Защищать. Пылинки с тебя сдувать.

Именно об этом меня и просили Соболевы, но теперь я сам этого хочу. Но они совершенно точно не просили меня вступать с ней в романтические отношения… Но мне пофигу.

— Я не могу, Яр, — Лера поворачивается ко мне лицом. В синих глазах стоят слёзы. — И не знаю, смогу ли когда-нибудь. Найди себе нормальную девушку.

— Мне ты нужна. И я же не собираюсь давить, — говорю поспешно. — Понимаю, что для тебя это сложно.

Хотя я всё ещё не понимаю… Одно ясно — Бесов был прав. Но всей истории Леры никто из нас не знает.

Синеглазка морщится и опускает взгляд.

— Ты ведь никому не скажешь? — произносит шёпотом.

Осторожно беру её за подбородок, вынуждаю посмотреть на меня.

— Никому. Ты можешь мне доверять.

Она облизывает пересохшие губы, и я, не удержавшись, прижимаюсь к ним своими.

Чёрт, я идиот! Но мне словно понять необходимо, что у нас всё нормально… Что она попробует… Чёрт! А что она попробует? Забыть о том, что с ней случилось? А это вообще возможно? Как это, вашу ж мать, работает?

Сначала Лера импульсивно отвечает на поцелуй, а потом, словно опомнившись, отшатывается.

— Я пойду, — говорит она, уже не глядя на меня.

Поднимает свой пиджак и покидает рощу.

А я за ней не иду. Мне нужно переварить всё это.

Глава 28

Лера

Одно неловкое движение — и всё летит с полки. Баночка с румянами попадает в раковину и разбивается вдребезги.

Чёрт!

— Господи, что случилось? — заглядывает в ванную Кристина.

— Сегодня просто не мой день, — пытаюсь улыбнуться.

Девушка подходит ко мне, помогает поднять всё, что упало с полки, и расставить обратно. Вместе отмываем румяна с раковины и пола.

Мы с ней сегодня в основном молчим. После вчерашнего урока рисования Кристина на меня вроде бы дуется. А я после разговора с Яром не готова копаться в этом. У меня других проблем по горло.

Ярослав всё знает! Спасибо близнецам, чёрт возьми!

Ну и что мне теперь делать?

— Спасибо, — благодарю Кристину, когда заканчиваем с уборкой.

— Да не за что, — бросает она, покидая ванную.

Досушиваю волосы феном, меняю пижаму на удобный спортивный костюм. Довольно мешковатый. Сегодня мне особенно не хочется демонстрировать свою фигуру. Хочу быть дурнушкой. Не нравиться Яру. Никому не нравиться.

Хочется забраться под панцирь и сидеть там, пока не успокоятся нервы. Мне кажется, что вновь повторяется то, что было в школе в прошлом году.

Сначала об изнасиловании узнала подруга, через пару дней — все остальные. Ещё через пару дней Денис всех заткнул. А через неделю сам попытался меня изнасиловать. А потом лечение, лечение, лечение… В школу я не вернулась. Десятый класс закончила дистанционно.

Собираю волосы в высокий хвост и смотрю на своё отражение в зеркале. Ни грамма косметики. Лицо худое и бледное. Отлично. Я дурнушка.

Выхожу из ванной, собираю небольшую спортивную сумку. Полотенце, сменное бельё, зубная щётка и паста, тёплая толстовка оверсайз и джинсы, пара футболок и шорты. По рекомендации Кристины беру ещё и купальник.

Погода предполагается переменчивая. Сейчас пасмурно, но на вторую половину дня вроде обещают жару. А завтра, скорее всего, будет дождь, и мы, возможно, не пойдём в горы. Зато наш учитель по ОБЖ будет рассказывать про охоту на зверушек. И про линчевание этих несчастных.

— Нам пора выходить, — подгоняет меня Кристина.

— Я готова.

Взяв сумки, выходим из общежития и направляемся к воротам. Проходим через КПП под пристальными взглядами охраны. На парковке стоят два огромных автобуса. Рядом — куча народу. Подходим к своим.

Яра я пока не вижу, но уже научилась ощущать его присутствие. Уверена, что парень где-то рядом.

К нам подходит Жанна:

— Кристина, помоги девятиклашкам занять свои места в автобусе.

— Девятый класс? — недоумённо оглядывается Кристина.

— Да, в этот раз ещё и девятый, — кивает Жанна. — Возьми с собой несколько человек в помощь. И не забываем: в походе наш класс следит за порядком.

— Надо было выбирать организацию выставки, — негромко бубнит Крис. — Теперь следи за этими, — указывает она на ребят помладше.

— Да что они могут вытворить? — пытаюсь её подбодрить.

— Ооо… Ты ещё увидишь! — недобро усмехается девушка.

После чего забирает с собой Милу и Тину. А ещё Костю с Матвеем. Они уходят ко второму автобусу присматривать за девятиклассниками.

Мы же поедем с десятым классом. И те, кто так настойчиво «приветствовал» меня недавно в спорткомплексе, будут всё время рядом. Я уже заметила пару знакомых лиц из тех парней. Они держатся в стороне, но время от времени на меня поглядывают.

В автобусе открывают отсек для багажа, и толпа смещается к нему. Меня буквально сносит этой волной. Забросив сумку, пытаюсь выбраться из давки, но это невозможно. А в следующую секунду кто-то толкает меня сзади, и я врезаюсь в широкую грудь какого-то парня.

— Эй, полегче! — придерживает он меня за плечи.

А сзади кто-то давит и давит, буквально припечатывая меня к его груди. Против воли утыкаюсь носом в его шею. От запаха его парфюма всё переворачивается у меня внутри. Кто-то сжимает моё бедро, кто-то проводит по задней стороне шеи. Липкие руки всё трогают и трогают… А парень просто держит. А я просто стою, потому что уже впала в свой коматозный ступор. Я снова жертва. Снова.

— Лика, это чё за херня?!

Голос Яра. Очень близко.

— Мне тоже интересно, чё это за херня! — это голос парня, к которому я прижалась совсем не по своей воле. — Она нормальная вообще?

Говорит явно обо мне, ведь за моей спиной уже свободно, но я всё ещё прижимаюсь к нему.

— Слышь, овца! Отвали от него!

Какая-то девчонка толкает меня в плечо. Наверное, его подружка. Я наконец отшатываюсь. Сильные руки разворачивают меня к себе. Тёплые пальцы ложатся на подбородок. Задрав голову, смотрю в лицо Агоева.

— Ты в порядке? — шепчет напротив моих губ.

Качаю головой. Нет, я не в порядке.

Яр смотрит за мою спину на того парня и его девушку.

— У неё клаустрофобия. А что? — отчеканивает с вызовом.

Рядом кто-то фыркает. Поворачиваю голову. Лика.

— Это так теперь называется? Клаустрофобия от толпы? Интересненько…

Господи, она что-то знает?

— Лика, тебя Жанна ищет, — говорит ей Феликс.

— Зачем?

— Сходи и узнай, — сухо отвечает парень. Потом грозно рявкает, посмотрев по сторонам: — Десятый класс, в автобус! Но сначала настоятельно рекомендую выбросить всё, что может повлечь за собой проблемы!

— Это что, например? — спрашивает кто-то.

— Бухло, курево, — отвечает Феликс.

Пара человек, и правда, подходят к урне и что-то выбрасывают.

— А презики? — усмехается ещё один парень из десятого.

Егоров отвечает с издёвкой в голосе:

— Тебе они точно не понадобятся.

Яр молчит и просто держит меня в своих объятьях. Наконец толпа расступается.

— Соблюдайте дистанцию! — рявкает подошедший охранник.

Очень вовремя, блин! А раньше где вы были?

Нехотя отстраняюсь от Ярослава. По странному стечению обстоятельств только его прикосновения меня почти не пугают.

Парень с беспокойством смотрит мне в глаза и вновь беззвучно спрашивает:

— Ты как?

— Лучше.

Десятый класс наконец заходит в автобус. Почти все учителя садятся вместе с девятиклассниками. Сосчитав всех по головам и раздав всем бутылочки с водой, наш класс тоже поднимается в автобус. Задняя его часть занята десятым, мы рассаживаемся в передней.

Ярослав вновь оказывается рядом. Подталкивает меня к окну, сам опускается на соседнее кресло. Кристина заходит в автобус последней. Осталось одно свободное сиденье, и оно рядом с Феликсом.

— О нет… Только не ты! — закатывает она глаза.

— Потерпишь, — скалится парень.

Староста нехотя садится. Двери закрываются, автобус плавно трогается с места. Смотрю в окно. Второй автобус тоже отъезжает. За ним — легковая машина. Я успела увидеть, как туда село несколько охранников. Значит, конвой будет и в походе.

Внезапно Яр берёт меня за руку и переплетает наши пальцы. После чего негромко спрашивает:

— Можно?

Ничего не отвечаю. Ведь он уже это сделал.

Господи… Ну попросила же его найти себе нормальную девушку…

Глава 29

Яр

Пока Лера бездумно смотрит в окно, я наблюдаю за ней.

Сказать, что я так и не сумел осмыслить до конца произошедшее с ней — ничего не сказать. Всё моё естество отвергает это. Я не принимаю того, что какие-то ублюдки могли надругаться над моей синеглазкой. Я в ярости. Мне хреново. И я постоянно об этом думаю…

Почти все остальные проблемы отошли на второй план. Братья Соболевы и их угрозы… директор, который грозился меня отчислить… все эти охранники, следящие за каждым нашим шагом… Это всё пофигу… А вот Лика с её местью всем Соболевым — это уже серьёзно.

Внезапно на мои колени падает какая-то скомканная бумажка. Перевожу взгляд на переднее сиденье. Шульгина, сидящая вместе с Ликой, игриво мне улыбается.

— Что это? — спрашиваю одними губами, взяв свёрнутый из бумаги шарик.

— Любовное послание, — довольно громко отвечает Марина. — На сообщения ты не отвечаешь, решила по старинке писать тебе письма.

— Мне это неинтересно, — отрезаю я.

Швыряю комок обратно. Он попадает в её плечо и рикошетит к Феликсу. Тот не брезгует его поднять и сразу разворачивает.

— Эй! — вскакивает Марина. — Это для Яра, вообще-то!

— Я как-то не заметил, что Ярик оценил твоё послание, — ехидно парирует Феликс. — Но мы все теперь оценим.

— Марина, сядь на место! — говорит Жанна довольно строго.

Наша класнуха, конечно, едет с нами. И классный руководитель десятиклашек тоже.

— Но Жанна Альбертовна!.. — начинает канючить Шульгина, пока Феликс пробегает глазами по тексту.

— Сядь! — буквально рявкает Жанна на девушку.

Та недовольно плюхается обратно и, обернувшись, шипит Феликсу:

— Дай сюда! Быстро!

Я вновь смотрю на Леру. Кажется, разборки одноклассников привлекли её внимание. Она смотрит то на Марину, то на Егорова. А тот внезапно становится серьёзным и кидает записку обратно владелице, брезгливо выплюнув:

— Ты идиотка!

Марина демонстрирует ему средний палец, после чего подмигивает мне. А я встречаюсь взглядом с Феликсом. И в его глазах что-то такое… странное. Словно он только что узнал какую-то страшную тайну обо мне.

Что она там написала, чёрт возьми?

Лера вновь отворачивается к окну. Я по-прежнему держу её за руку. Ласково провожу по костяшкам большим пальцем. Сегодня она выглядит как-то не так… Бледная, замученная. И мне ещё больше хочется оберегать её. Но пока я даже поговорить с ней нормально не могу. В горле стоит ком из страха, что сделаю что-то не то.

Тридцать километров по трассе мы преодолеваем почти час. Наконец автобус сворачивает на просёлочную дорогу. Ещё через пять минут останавливается на поляне. Все начинают выходить из автобуса.

Я не двигаюсь с места. Чтобы избежать давки, лучше подождать, чтобы все вышли. Лера тоже покорно сидит рядом. Между нами всё ещё чувствуется напряжение.

Последними выходим из автобуса, забираем свои вещи. Второй автобус тоже тут, как и машина с охраной. Увидев охранников, Лера сразу забирает свою руку.

— Сейчас выдадут палатки. Я поставлю вам с Кристиной.

— Спасибо, — говорит она негромко.

Получаем палатки и быстро ретируемся, потому что Жанна уже начала запрягать наших помогать мелким.

Я ставлю палатку для Леры с Кристиной, а Феликс — для нас с ним, выбрав при этом очень удачную локацию — совсем рядом с девочками. Крис убежала по какому-то поручению Жанны, Лера помогает мне.

На самом деле она просто присутствует рядом, находясь в какой-то прострации. Просто стоит и с каким-то непонятным выражением лица смотрит на лес.

— Эй, ты как? — пытаюсь привлечь её внимание.

Не глядя на меня, она как-то неоднозначно ведёт плечом.

— Яр, помоги мне! Подержать надо! — выкрикивает Феликс.

— Давай сам как-нибудь.

— Сам я не смогу! — настаивает он.

Чертыхнувшись, подхожу к нашей почти готовой палатке. Не свожу взгляда с Леры.

— Где держать? Давай только быстро.

— Забей на палатку, меня беспокоит записка Шульгиной.

Я напрягаюсь.

— Что там было?

— Эмм… Сейчас, дословно вспомню… «Я, конечно, не могу соперничать со студенткой, но с этой белобрысой очень даже могу. Выбери меня, Ярик. Скучаю…»

Звиздец!

Феликс раздражённо шепчет:

— У тебя что-то было с Жанной? Ты вообще, что ли, не в себе?.. Воу! Подожди! Та фотка от Лики! Ты на ней с нашей класнухой?

Твою ж мать!..

Феликс по моему лицу видит, что попал в точку. На смену шоку приходит брезгливость.

— Это уже перебор, Яр! Какой-то сюр! Фу! Зачем? — неконтролируемо повышает он голос.

— Тише будь! — грубо осаживаю его. — Это долгая история. Похоже, твоя Лика всем растрепала. Ты должен её заткнуть. А заодно всех остальных!

Он нервно усмехается.

— И почему я должен это делать?

— Потому что я так сказал!

Сверлим друг друга глазами. Давно Феликс не видел меня в гневе. Потому что я был чертовски занят Лерой. И мой гнев — это не размахивание кулаками и беспонтовая драка. Нет, в нашей школе всё решает буллинг. Я по щелчку пальцев могу Егорову это устроить.

— Ладно, поговорю с Анжеликой — сдаётся он. — Но ты и Жанна…

Цокает языком, пытаясь подобрать слово.

— Зашквар, — подсказываю ему.

— Точно! — самодовольно усмехается он.

Мне хочется хорошенько ему двинуть, чтобы стереть с его лица эту гадкую улыбку. Но я просто возвращаюсь к Лере. Она важнее.

Заканчиваю с палаткой, заношу сумку девушки внутрь. Помогаю ей со спальником. Мы садимся на него напротив друг друга. Наконец-то мы одни. И если будем говорить тихо, нас никто не услышит. Правда, времени у нас совсем немного, скоро заметят наше отсутствие.

Беру её холодные руки в свои.

— Почему именно лес? Что с ним не так?

— Меня привезли к лесу, — отвечает она дрожащим голосом. — Я попыталась сбежать. Даже из машины выбралась. Но сразу заблудилась среди деревьев, упала… и быстро попалась.

А вот к такому я не был готов… Не ожидал таких откровений. Сглатываю.

— Сколько их было?

— Двое.

В ушах начинает звенеть. Пульс барабанит в горле.

Мрази…

— Я это уже вроде как переварила, Яр, — говорит она уже более расслабленно.

Но я отлично вижу, что это напускное.

— Просто никаких отношений я не хочу. А тебе благодарна за поддержку. Очень…

Резко двигаюсь к ней ближе. Лера замолкает, так и не закончив свою душещипательную тираду.

Чёрта с два я от неё отстану!

— А мне что делать? — спрашиваю с обидой. — Что мне делать со своими чувствами?

— Какими чувствами, Яр?

— Сильными! Самыми сильными из всех, что когда-либо испытывал!

Она хлопает ресницами. Ошеломлена, почему-то напугана. И, кажется, наконец засомневалась в правильности своих решений.

Не должна она меня гнать! Я же без неё уже не смогу!

— Господи… Вас там уже потеряли, — заглядывает в палатку Дружинина.

Хочется её послать. Вообще всех.

Тут же отодвинувшись от меня, Лера выбирается наружу. А я ещё несколько минут остаюсь внутри. После чего тоже выхожу и направляюсь к общей куче.

Все облепили учителя ОБЖ. Он рассказывает девятиклассникам про фильтр для воды из подручных средств. Встаю подальше от всех, прислонившись к стволу дерева. Леру держу в поле зрения. Лику — тоже. Мимо проходит Марина и проводит ладонью по моей груди. Ловлю её руку, с яростью сжимаю.

— Ай! Мне больно! — вскрикивает она.

Сразу отпускаю её и развожу руками.

— Ты в себе? Я тебя даже не трогал, — говорю громко, так, чтобы услышал обративший на нас внимание охранник.

— Ты офигел? — шипит Марина мне в лицо. — Ты чё такой злой?

— Я злой? — изображаю шок. И тут же оскаливаюсь: — Я пока даже не начинал злиться!

— Ой, как страшно! — фыркает девчонка, собираясь уйти.

Останавливаю, прихватив за локоть.

— Помнишь, в прошлом году Лика висла на Марате из одиннадцатого?

— И что? — выплёвывает она, вырвав руку.

— А я знаю, что ты делала с ним на реке. Собственными глазами видел. Вы же втроём тогда гуляли. Лика ушла, её Феликс позвал, а вы с Маратом остались… Помнишь?

— Не помню, — Марина упрямо вскидывает подбородок.

Я расплываюсь в улыбке.

— Окей. Тогда ты не против, если твоя дорогая подружка узнает о твоей маленькой тайне?

Марина сверлит меня недобрым взглядом, потом нехотя выдавливает:

— Чего ты хочешь?

— Чтобы ты навсегда закрыла свой рот о Жанне. И об отношениях со мной тоже захлопнись. Поняла?

— Вполне, — злобно цедит сквозь зубы.

— Всё, вали.

Она уходит, и я тут же теряю к ней интерес.

Не надо меня вынуждать быть злым, я этого совсем не хочу. Но ради Леры… Короче, всех накроет!

Глава 30

Лера

Почти всех девочек собирают вокруг импровизированного стола готовить обед. Мальчишки занимаются всем остальным. Кто-то разводит костёр, кто-то идёт за водой, кто-то всё ещё ставит палатки. Наш физрук забрал Матвея и Костю помочь ему растянуть сетку для волейбола. Учитель ОБЖ повёл десятиклассников на рыбалку. В общем, все при деле. И я чувствую себя довольно хорошо. Особенно от постоянного присутствия Яра. От его внимательного взгляда, который постоянно ощущается почти физически.

Мы с Кристиной чистим картошку, пристроившись на складных стульях. Она что-то напевает себе под нос, а я невольно улыбаюсь от её приподнятого настроения. Нашу идиллию нарушает Лика. Пнув ведро с водой, в которое мы складываем очищенный картофель, недовольно ворчит:

— Вот вы болезные… Кто так чистит? С вами мы от голода помрём.

Кристина в долгу не остаётся и сразу парирует:

— А тебе полезно поголодать. Набрала, похоже, немного.

Я прыскаю от смеха, но тут же зажимаю рот ладонью. Воронова переводит на меня хмурый взгляд.

— Лучше быть с формами, но не такой тощей, как ты.

— Лика! — доносится до нас голос Феликса. — Иди сюда.

— Да, иди. Тебя твой дружочек зовёт, — фыркает Кристина.

— Завидуй молча, тебя-то он не зовёт, — не остаётся в долгу Лика.

И тут же уходит к Феликсу. Крис провожает её испепеляющим взглядом. Вопрос слетает с моих губ прежде, чем я успеваю хорошенько всё обдумать.

— Он тебе нравится?

— Кто? — Крис обращает на меня ошалелый взгляд.

— Феликс.

— Нет, конечно! — выпаливает возмущённо. — А почему ты так подумала?.. Боже… Нет!

Пожимаю плечами.

— Слишком остро вы друг друга цепляете.

Других объяснений у меня нет.

Кристина берёт очередную картофелину и больше ничего не говорит. Дочистив её, швыряет в ведро с водой и…

— Окей. Давай, чтобы было по-честному, ты мне один вопрос, а я тебе. Твой уже был. Я могу ответить.

Задумываюсь. Что она может у меня спросить? Смогу ли я ответить честно?..

— Хорошо. Ответь.

— Феликс меня бесит. Потому что между нами кое-что было. Того, что не должно было быть.

— Что? — спрашиваю шёпотом.

— Не могу сказать, — качает головой Крис. — Я обещала.

— Ясно. То есть, не очень. Так он тебе нравится или нет? — продолжаю я шептать.

— Не знаю. Может быть, — задумчиво отвечает Кристина. — Временами Егоров меня просто бесит. Но иногда, когда не так много общается с Вороновой и не стремится выглядеть идиотом, он вполне нормальный парень.

Она находит взглядом Феликса и Лику. Те идут по берегу вдоль реки, Анжелика нервно жестикулирует и что-то ему втирает.

— Вот смотрю я на них и не понимаю, — продолжает Крис. — Они не парочка, вроде как просто дружат. Но что их связывает? Феликс ведь намного добрее её. И совсем не псих. Да, любит постебать, иногда его заносит. Но Лика… Она порой просто неадекватна! А он её всегда выгораживает.

— Ну меня-то можешь не спрашивать, я вообще новенькая, — усмехаюсь.

Кристина хмыкает в ответ и тут же становится серьёзной.

— Ну а ты и Ярослав? Скажешь честно, что между вами?

Но ответить я не успеваю. К нам подходит Яр и садится рядом на траву, скрестив ноги в позе йога.

— Вообще-то, тут кухарки собрались. Кыш отсюда! — брызгает в него водой из ведра Кристина.

— А я на замену. У Леры вон пальчики уже красные от ледяной воды, — невозмутимо заявляет Ярослав и забирает у меня нож.

Я просто молча хлопаю глазами, не в состоянии что-то выдавить из себя в ответ. Кристина свои закатывает. Яр берёт картофель из пакета, моет его в одном ведре, крайне неумело чистит и кидает в другое.

— Тебя сейчас побьют за такую картошку! — отойдя от шока, начинаю хохотать.

— Меня — не побьют, — отвечает он важным тоном. — Лучше скажи, что делаешь после обеда. Какие планы?

— Ты что-то хочешь мне предложить? — понижаю голос до шёпота и, кажется, флиртую.

Я флиртую? Да быть не может!

Но, судя по всему, так и есть, потому что Яр расплывается в довольной улыбке, а Кристина едва сдерживает свою.

— Да, хочу предложить тебе прогуляться, — тоже шепчет Ярослав. — В лес не пойдём. Покажу тебе классное место чуть ниже по реке.

— Оо… Там, и правда, место классное, — подтверждает Крис.

— Хорошо, — с ходу принимаю приглашение.

Потому что я действительно хочу прогуляться с ним. Просто прогуляться. От Яра я не чувствую никакой угрозы. И совершенно уверена, что он никому ничего не расскажет. Так уж вышло — он единственный здесь, кому я доверяю.

— Всё, договорились, — он дочищает вторую картофелину. Складывает нож. — Не чисти больше, ещё поранишься…

Потом встаёт и идёт к костру, который, кажется, собирается потухнуть. Заставляет десятиклассников собирать хворост и распевать при этом гимн школы.

— Чтоб не расслаблялись, — усмехается Яр, глядя на нас. Потом орёт на мальчишек: — Давайте сначала! Песню за-пе-вай!

Девчонки рядом со столом хохочут. Вполголоса обсуждают Ярослава. Десятиклассницы пуляют в него томными взглядами. Особенно, когда он снимает футболку и начинает рубить толстую ветку для костра.

— Подберите слюнки, девочки! — рявкает на них Шульгина и смотрит на меня. — А ты чего молчишь? Твоего парня обсуждают!

Взгляды десятиклассниц обращаются ко мне. Но смотрят они теперь далеко не так, как на Ярослава. На меня они смотрят с ненавистью. И я почти уже говорю вслух, что Яр не мой парень, но меня перебивает Кристина.

— Спасибо, Марина, дальше Лера сама. К тому же она своему парню доверяет. Так что отдыхайте, девочки, — подмигивает девчонкам из десятого. Повернувшись ко мне, с негодованием заявляет: — Хватит уже от него отбрыкиваться, Лера. Я даже снимаю свой вопрос. И так понятно, что между вами.

— Да? И что же? — мой голос невольно дрожит.

Мне непонятно, а ей понятно. Как это?

— Он влюблён в тебя, а ты в него. Между вами прям искрит. Даже я это чувствую, а ведь я просто наблюдатель.

Опускаю взгляд. Как между нами может искрить, если я в принципе не могу испытывать таких эмоций? Я не способна на страсть, на вожделение. Меня тошнит от одной лишь мысли о физической близости!

Но всё же между мной и Ярославом что-то есть. У меня к нему что-то есть… И дело не только в моей благодарности. Возможно, это моё глубинное желание, в котором я даже себе не признаюсь. И это желание — излечиться.

Ребята из десятого поймали рыбу, а нам с Кристиной поручили её разделывать. Потому что все остальные с визгом убежали от стола, когда физрук с огромным ножом пришёл добивать эту несчастную рыбёху. И как же я была благодарна Яру, когда и тут он решил сделать всё за меня. Точнее, за нас с Крис.

— Всем слабонервным просьба удалиться, — с ухмылкой сказал он и принялся за дело…

Рыбный суп на костре получился довольно вкусный. Огромный котёл ухи был в одночасье съеден вприкуску с поджаренным хлебом. Потом каждый помыл свою тарелку в речке самостоятельно. А на костёр водрузили чайник. К чаю были припасены сладости и выпечка.

О тренинге по выживанию в дикой природе и речи не шло. Ну или это было что-то типа сурперлайт-версии для мажоров. Отказ от всех благ цивилизации не предполагался.

После обеда температура поднимается уже, наверное, градусов до двадцати восьми. Во всяком случае, на солнце очень жарко. И даже тень от деревьев и прохлада реки не помогают.

Неуверенно разглядываю свой купальник. Это бикини, хоть и чёрного цвета. И я о-очень сомневаюсь…

— Может, искупаться получится, — говорит Кристина, надевая купальник цвета хаки.

Он раздельный, и его верх выгодно обтягивает красивую грудь девушки. Волосы она собирает в пучок, перехватив его резинкой. Надевает очки-авиаторы, которые сразу поднимает на лоб, и оглядывает меня с ног до головы.

— Ты так и будешь преть в спортивном костюме?

— Да как-то нет настроения загорать.

Хотя ребята уже видели меня в купальнике. В ужасном красном купальнике в бассейне. Но всё же моё бикини ещё ужаснее.

— Да брось! Когда ещё удастся понежиться на солнце. Последние тёплые дни, как обещают синоптики.

С этими словами она выходит из палатки, оставляя меня одну.

Крис права, если верить прогнозу, то уже в понедельник зарядит ливень. И будет идти всю неделю. А потом температура упадёт почти до ноля.

Ладно… Я же хочу излечиться, да? Хочу быть нормальной? Ведь я для этого сюда приехала?

Прислушиваюсь к своему внутреннему я и отчётливо слышу положительный ответ.

Облачаюсь в купальник. Но всё же сверху натягиваю шорты и майку. Волосы сначала распускаю, расчёсываю пальцами, а потом собираю в высокий хвост. Большого зеркала катастрофически не хватает, приходится довольствоваться маленьким, в котором видно только лицо и немного макушку. Вроде без петухов получилось…

Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, выбираюсь из палатки и застёгиваю её на молнию.

Прогулку с Яром пришлось перенести на вечер, потому что сейчас у нас лекция учителя ОБЖ об оказании первой помощи пострадавшему в лесу.

Как только оказываюсь снаружи, мои глаза непроизвольно отыскивают Яра. Он возле волейбольной сетки. В данный момент, подпрыгнув, с силой ударяет по мячу, вколачивая его в поле соперника.

Одиннадцатый против десятого… Мальчишки играют, девчонки болеют.

Ярослав отбивает «пять» по ладони Матвея. Игра продолжается…

Я наблюдаю за ней издалека. На самом деле просто смотрю на Агоева. Мне кажется, что если делать это с достаточно большого расстояния, то не так заметно, что я пялюсь…

Он тоже успел переодеться. Ну или просто раздеться. Спортивные шорты до колен, кроссовки и… всё. Прекрасно развитая грудная клетка, широкие плечи, крепкие бицепсы — всё блестит от пота. Изящно подпрыгнув, он ударяет по мячу, пасуя Косте. Тот подкидывает повыше, и Яр вновь зверски лупит и снова зарабатывает очко. Бедный парень из десятого аж отпрыгивает, побоявшись принять мяч. Их лидер, кажется, его зовут Ян, с недовольством вмазывает ему кулаком по плечу.

— Слабак! — доносится до меня его недовольный возглас. А потом гневная тирада летит уже в Агоева: — Ты спецом в его сторону лупишь?

— Да. Нашёл твоё слабое звено, — отбривает Ярослав.

И нет, он совсем не дружелюбен с этими ребятами. Со мной он таким тоном не разговаривает.

В самом начале наших отношений в его тоне была насмешка. Один раз он был даже взбешён. Но так грубо… Нет, никогда. В нём будто бы живут два разных Ярослава Агоева. Один из них лидер, которому приходится постоянно доказывать своё лидерство. Второй — парень, который сказал, что у него ко мне сильные чувства.

Я до сих пор это перевариваю.

— Эй, новенькая! — раздаётся сзади.

Нехотя оборачиваюсь. Лика собственной персоной. Машинально ищу глазами Феликса. Он единственный, кого она слушает. Но он тоже играет в волейбол. Кажется, что все, буквально все сгрудились возле поля. И учителя, и девятиклашки, которых в игру не взяли.

— Чего ты хочешь? — мой тон невольно звучит прохладно.

Она встаёт рядом со мной, скрестив руки на груди.

— Феликс попросил меня быть с тобой милой, — гаденько усмехается Лика. — Мне, конечно, не хочется, но… — замолкает, поджимает губы. — Но ты ведь не виновата, что тоже Соболева, да? Может, твоя фамилия — это не всегда клеймо, верно?

— Какое клеймо? — не понимаю я.

— Стервы. Конченой сволочи. Беспринципной мажорки, — перечисляет она, загибая пальцы.

Усмехаюсь.

— Ну пока что подобное клеймо я вижу на тебе.

Она тоже усмехается. Подставляет лицо солнцу, щурится.

— Возможно…

Пару секунд молчим.

— В общем, раз уж я решила быть милой, то должна предупредить тебя.

Лика наконец переходит к сути. Ведь не просто же так она подошла.

Напрягаюсь.

— Ты же слышала про отношения Яра и Жанны Альбертовны?

— Не слышала, — вру я.

Крис сказала, что это бред. Я склонна ей верить.

— Да все уже треплются об этом, — пожав плечами, говорит Воронова. — В прошлом году они мутили, сейчас вроде разбежались. Но Жанна — ревнивая сучка. Может тебя завалить, если что. Предупредила бы дядю, а?

Молчу, перевариваю. Не верю Лике, но в груди всё равно довольно мерзкое чувство. Как из-за учительницы, так и из-за Яра.

— Это всё? — бросаю холодным тоном.

— Пока да, — усмехается Лика.

— Спасибо за информацию, — безэмоционально роняю я и двигаюсь к полю.

— Не веришь? — прилетает мне в спину.

Замираю. Не оборачиваюсь и просто жду, что же ещё она скажет. Какой ещё нездоровой хренью хочет заразить мой мозг.

— А ты просто спроси у Яра, — продолжает Лика. — Сама поймёшь по его реакции.

Ничего не ответив, иду дальше. Воронова сказала, что Соболевы — это клеймо. Ясно, она ненавидит меня за фамилию. Ожидаемо. У братьев наверняка было много врагов. Но они умели держать удар, а я вот не умею… Ну или разучилась это делать.

Нахожу глазами Кристину. Она взяла раскладной стульчик, поставила его чуть поодаль от всех и развалилась на нём.

— Лера, идём загорать! — кричит Крис, увидев меня.

Да так громко, что чуть ли не все оборачиваются. И Яр тоже.

Невозмутимо подхожу к Крис, раскладываю стул, ставлю рядом с ней.

— Купаться нельзя, — бормочет она недовольно.

Через стёкла очков видно, что глаза у девушки закрыты.

— Почему?

— Вода ледяная. Ночи уже холодные, остыла. Учителя запретили.

Стягиваю майку, шорты снять не решаюсь. Сажусь на стул и… И тону в глазах Агоева. Игра идёт полным ходом, а он словно этого не замечает. Повернувшись ко мне лицом, удерживает мой взгляд. И смотрит так, словно увидел впервые. И я тоже на него смотрю. И всё, что происходит вокруг, становится таким неважным…

Тут вообще никого нет. Только я и он. И чёртов лес, который сейчас не пугает.

Мне хочется дотронуться до этого парня. И чтобы он тоже меня потрогал.

В нашу зрительную идиллию врезается мяч. Точнее он врезается в голову Яра. Испуганно вскакиваю со стула. Но всё нормально. Физрук Фролов дует в свисток, засчитывая очко не в пользу нашего класса. Костя и Матвей угорают над Яриком. Он с улыбкой потирает макушку, не сводя с меня игривого взгляда.

А у меня в душе так тепло… Даже горячо. И как-то тесно в груди. Словно там, по соседству с моим внутренним я, теперь появился кто-то ещё…