Стратег из ниоткуда. Книга вторая

Глава двадцать первая Чума и старая знакомая

Посланники рода Белого Оленя выслушали требование об объединении удивительно спокойно, без истерик и заламывания рук. У меня даже сложилось впечатление, что они заранее предполагали именно такой ответ Жёлтой Рыбы на отчаянную просьбу о помощи. Но вот реакция представителей трёх племён на предложение оказалась всё же различной. И если племя Хеша Сипухи моментально приняло моё условие, а молодой сын вождя Юш Тощий тут же поинтересовался возможностью переселения всех сорока трёх жителей, оставшихся в живых после кровавых вражеских набегов, подальше от зоны боевых действий, то вот другие посланники оказались не столь сговорчивыми.

— Мне нужно поговорить с вождём, так как сам я настолько важный вопрос решить не могу, — ответил скрипучим голосом древний, просто разваливающийся на ходу, шаман племени Рябого Уйза.

— Мы готовы сражаться бок о бок и щедро заплатить Жёлтой Рыбе за помощь в войне. Но не согласны склонить головы и подчиниться никому, будь то Борз Пожиратель Змей или Альвар Завоеватель! — таков был ответ посланников племени Оора, наименее пострадавшего от войны и вражеских набегов.

Что ж, как говорится, насильно мил не будешь, и я не стал настаивать на поглощении племени Оорза. Зато пообещал завтра же сам лично явиться к вождю Рябому Уайзу для деловой беседы и обсудить с ним перспективы сотрудничества. Племени же Хеша Сипухи, готовому прямо сегодня влиться в Жёлтой Рыбу, предложил для переселения наиболее удалённый от зоны боевых действий посёлок Сильной Девы. Да, я верил в мудрость женщины-мэра Ийи, которая не откажет сорока новым поселенцам, те же в ответ будут безмерно ей благодарны и постараются честным трудом оправдать оказанное доверие. Достойную должность прежнему вождю и его сыну мэр также найдёт, чтобы они не чувствовали себя ущемлёнными, а воинов я намеревался взять себе. В племени Хеша Сипухи после всех передряг в строю осталось лишь восемь сильных орков, но даже такая небольшая прибавка новых ятаганов для моей армии тоже была приятным итогом — курочка по зёрнышку клюёт, как гласит известная поговорка.

С Ийей же я намеревался в ближайшие дни встретиться. Не только с целью узнать, как прошло расселение беженцев, но и серьёзно поговорить на очень деликатную тему. Дело в том, что хоть мои советники и посчитали штурм крепости Борза Пожирателя Змей опасной и бесперспективной авантюрой, я всё равно не выбрасывал эту идею из головы. Меня тревожило, что если мы будем побеждать армию Борза на болотных пустошах, в чём я практически не сомневался, то хитрый и осторожный вождь просто-напросто отступит со значительной частью воинства, как уже происходило прошлой осенью, и укроется в своей неприступной крепости.

Оттуда их будет не выковырять никакой силой, припасов же моему врагу хватит, чтобы переждать даже очень долгую осаду. Возникнет дурацкая патовая ситуация, при которой окончательно победить я не могу и вынужден буду, позабыв обо всех других делах и желании расширять владения Жёлтой Рыбы по другим направлениям, постоянно держать армию возле осаждённой крепости. Причём разделив моё войско на две части, чтобы Борз не мог ни выйти с северного входа, ни спуститься на подъёмнике в лес Сильной Девы, где его бойцы способны были натворить бед. Вариант того, что Борз Пожиратель Змей сбежит ещё до боя и укроется в своём горном убежище, когда увидит реальную численность противостоящего ему воинства, тоже нельзя было допускать, так что показывать всю мощь Жёлтой Рыбы было никак нельзя.

Вот только имелась у моего врага одна уязвимость, которой я намеревался воспользоваться. Борз Пожиратель Змей до сих пор полагал племена Мудрого Филина подчиняющимися ему, и в таком заблуждении мой враг мог оставаться до очередного направления своих сборщиков дани на подконтрольные территории, а это ещё две или три седьмицы. С вождём племени Сильной Девы Борз был хорошо знаком и полагал мускулистую орчиху своей послушной подчинённой. А потому я хотел попросить Ийю, взяв с собой пяток бойцов, которых Борз и его орки также хорошо знали, под любым предлогом проникнуть во вражескую крепость — или упросив спустить для них грузовую платформу, или обойти гряду скал дальним путём.

Зачем мне вообще это было нужно? Как минимум, чтобы разузнать планы врага: срок нападения на племена Белого Оленя и направление главного удара, чтобы именно там встретить вражескую армию. А ещё я хотел попросить Ийю хитростью ослабить врага, уговорив Борза направить десяток-другой орков для охраны её посёлка Сильной Девы, которому якобы что-то угрожает. Этих вражеских бойцов встретили бы мои подготовленные ребята в количестве как минимум сотни… после чего к Борзу никто из его подчинённых уже бы не вернулся.

Минус десяток-другой берсеркеров — достаточно серьёзный удар для армии в сто пятьдесят клинков, и миссию Ийи на этом можно было бы считать успешной. Но самым идеальным вариантом я видел тот, при котором Борз Пожиратель Змей позволил бы отряду орков Сильной Девы остаться в его крепости. Хотя бы на ночь, а то и вообще оставил бы вассалов охранять свою крепость на всё время военной кампании против Белого Оленя. Под покровом ночи орки Сильной Девы обезвредили бы немногочисленных ночных патрульных, скинули бы верёвки и помогли подняться моим штурмовикам, а то и вовсе спустили бы для них грузовую платформу. Впрочем, на столь критическую ошибку вражеского вождя я не особо рассчитывал, но вот на ослабление армии Борза и утечку его военных планов всё же надеялся.

С гоблинами я пообщался в этот же день и, нужно честно признаться, произвели они на меня жалкое и удручающее впечатление. Мелкие, человеку примерно по пояс, тощие и дрожащие то ли от слабости, то ли страха перед суровым вождём орков. В откровенном рванье вместо нормальной одежды и все какие-то забитые, боящиеся даже глаза поднять, не то что лишнего слова сказать. С учётом того, что мои орки их два дня усиленно откармливали перед этой встречей, мне даже страшно было представить, какими их застал мой посланник Суэн Охотник. Я рассматривал гоблинов из своего шатра, меня же они пока что не видели, с тревогой ожидая появления сурового и могучего вождя орков, от которого будет зависеть их жизнь. И я постарался произвести должное впечатление, надев новую только сегодня полученную боевую броню, взяв в руки магическую глефу и даже разрисовав лицо чёрными полосами «боевой раскраски».

— Диасса Ловкая Лань, встанешь справа от трона. И вообще, с этого самого дня это будет твоё место во время всех официальных переговоров. Не беда, что поначалу не будешь понимать ни слова. Просто с важным видом кивай при моих словах и делай суровое лицо. Луана, обычно слева стоит травница Фелна, но старуха ушла в лес обучать свою преемницу поиску лекарственных трав, так что стой слева и изредка как бы невзначай подсвечивай свой витой магический посох. Уголёк, встанешь позади трона с тяжеленной кувалдой в лапах, скаль клыки и грозно рычи, ну и старайся в зубах во время аудиенции не ковыряться.

На гоблинов у меня были очень большие планы, а потому я боялся разочаровать пришедших, вместо огромного и могучего орка обнаруживших обычного человека. Но мои опасения оказались напрасными — стоило мне выйти из шатра и усесться в резное кресло вождя, как орки закричали «Альвар! Альвар!», а все двенадцать гоблинов дружно рухнули на колени и уткнулись лбами в землю. Похоже, я перестарался с подготовкой…

— А ну-ка быстро подняли морды и встали! Не могу же я разговаривать с вашими лысыми затылками! — приказал я нарочито суровым голосом, да ещё и Уголёк усилил впечатление своим рыком, так что гоблины поспешно вскочили, ещё сильнее дрожа от страха.

Я откинулся на спинку кресла и неторопливо осмотрел эту жалкую трясущуюся группу. Мда… трудно будет сделать из ЭТОГО бойцов. Такого же мнения придерживалась и эльфийка Диасса Ловкая Лань, которую я попросил поделиться своими впечатлениями о потенциальных новобранцах. Целительница Луана же вдруг нахмурилась и обратила моё внимание на стоящую крайней справа мелкую гоблинскую девчонку, которая шаталась от слабости и чувствовала себя похоже не совсем хорошо, судя по каплям пота, обильно проступившим на лбу и щекам.

— Не нравится мне её вид, Альвар! Это не просто слабость. У девчонки сильнейший жар и мутный пот. И неестественный для гоблина цвет кожи, как будто более светлый с жёлтым оттенком. Симптомы весьма похожи на жёлтое поветрие, эпидемии которого несколько раз проносились по территориям южнее Внутреннего моря, оставляя целые города обезлюдевшими. Преподобная мать Ванда перед поездкой в эти края особенно предупреждала нас обращать внимание на такие вот опасные симптомы.

— Это вообще лечится? — сразу же уточнил я, на что целительница неуверенно ответила, что «в принципе да, но только если действовать решительно и не терять времени». И что «теорию она знает, поскольку всех молодых жриц Матери-Живицы инструктировали перед поездкой в регион, граничащий с дикими землями, откуда в прошлом приходила чума». И что страшный диагноз нужно сперва подтвердить, осмотрев подозрительную девочку, а для этого увести её в шатёр лазарета, пока она не заразила всех вокруг жуткой смертельной болезнью или не померла прямо тут.

— Ты! — указал я рукой на эту ушастую девочку с огромными янтарно-оранжевыми глазищами, шатающуюся от слабости и едва не теряющую сознание. — Ты похоже больна, так что пойдёшь сейчас с целительницей в лазарет, где моя советница тебя осмотрит и назначит лечение. Внимательно слушай мудрую жрицу Матери-Живицы и выполняй всё, что она говорит, и вскоре выздоровеешь.

Девчонка послушно кивнула, и на её глазах проступили слёзы. Когда эта парочка удалилась, я обратился к оставшимся гоблинам.

— Вы знали, что девочка из вашей группы заражена смертельной болезнью, но всё равно привели её ко мне. Зачем? Вы хотели меня убить?

И снова гоблины рухнули на колени, склонив головы к самой земле. Один из них, не поднимая головы, принялся отвечать.

— Никак нет, владыка Альвар! Эта девочка сирота из опустевшего маленького поселения у горного ручья, зовут её Лайя. Её родственники погибли зимой от голода, а всех соседей увели в полон великаны, она одна уцелела. Но знахарь и шаман осматривали девочку, как принято в наших краях, прежде чем давать кров кому-то чужому, и не увидели никаких признаков проклятия или болезни. Да и жила Лайя вместе с другими уже давно, и не было с ней ничего странного.

— Владыка, девочку могли укусить, когда на нашу группу напала нежить у старых развалин. Плохое то место, мы обычно не ходим к старым постройкам, но твои орки настояли. И всё закончилось плохо, много гоблинов там погибло. А Лайя убежала, но наверное скрыла то, что её укусили — боялась, что её в таком случае бросят. И она сама пошла за твоими посланниками, никто её не тянул. Не было злого умысла с нашей стороны. Не убивай нас, владыка!

В это время вернувшаяся Луана сообщила, что осмотрела гоблинскую девочку и по всему её телу обнаружила набухшие и гноящиеся язвы, характерные для жёлтого поветрия. А потому никаких сомнений больше нет: в посёлок Умной Девы пришла чума, способная уничтожить тут всё живое.

Луана сказала, что отныне вход в лазарет должен быть закрыт — никто не должен входить в лекарский шатёр, а тем более потом выходить из него. Все ближайшие к лазарету шатры должны быть освобождены жителями и окурены дымом. Внутри же самого лазарета останутся только больная и лежащий в другой комнате со сломанной ногой искусанный зомби Суэн Охотник, за которым также требуется наблюдение, поскольку этот орк может быть заражён. Уход за этими двумя пациентами будут осуществлять целительница и её немая служанка Хани, которая пришла убраться и контактировала с больной. Ну и ещё возможно потребуется Фелна, поскольку без помощи опытной травницы тяжёлую хворь не одолеть, да и кто-то должен приносить еду.

— Помолись за меня, Альвар! — попросила бледная, но старающаяся держаться уверенно и даже вымученно улыбающаяся целительница. — Извини, но уроков грамоты в ближайшие дни не будет. Увидимся через две седьмицы, если Мать-Живица и её сестра Морана будут ко мне милосердны.

Вот тебе и поговорил с гоблинами… Было сильнейшее искушение выместить свою злость на группе беженцев, принёсших в племя Жёлтой Рыбы смертельную заразу и подвергших опасности сотни жизней. Хотя умом я понимал, что гоблины ни в чём ни виноваты, да и зеленокожие беженцы стояли предо мной перепуганными, похоже уже мысленно распрощавшись со своими жизнями.

— Слушайте меня внимательно! Сейчас все вы скинете одежды, и мои помощники осмотрят вас на предмет укусов и язв от страшной болезни. И если вы чисты, я забуду этот инцидент, не буду лютовать и рубить ваши головы, хоть вы и принесли в мой дом страшную болезнь.

Мои орки обнажили оружие, готовые пустить его в ход при малейшем неповиновении. Но все одиннадцать гоблинов послушно разделись донага и позволили себя осмотреть. Всё оказалось чисто — хоть шрамов на них хватало, но это были следы старых травм и ран.

— Можете одеться. Насколько понимаю, вы все из разных посёлков. Так ведь?

Быстрый опрос подтвердил мои слова, одиннадцать гоблинов представляли семь различных посёлков, в том числе два очень больших с населением более тысячи жителей каждый.

— Возвращайтесь в свои дома и объявите соседям, что вождь орков Альвар Завоеватель согласен дать голодным гоблинам кров и работу, но примет не всех. Каждый ваш посёлок должен поставить в мою армию гоблинов, умеющих хорошо обращаться с луком и стрелами, но при этом не падающих от дряхлости и готовых ежедневно тренироваться. За каждого умелого стрелка от посёлка я согласен принять ещё десять других гоблинов, которым дам крышу над головой и обеспечу работой. И вот сейчас слушайте меня особенно внимательно. Всего мне нужно не более пятидесяти стрелков и, соответственно, готов я принять до полутысячи поселенцев-гоблинов. Поэтому кто из ваших соседей не успеет прибыть ко мне, тот вынужден будет возвращаться обратно ни с чем, будь он хоть трижды прославленным лучником или умелым мастером. Вы все меня поняли? Тогда почему до сих пор стоите и теряете время? Бегите со всех ног домой, чтобы именно вы и ваши друзья смогли попасть в число счастливчиков!

Гоблины с радостным писком дружно развернулись и бросились бежать на восток. Слушавший мою пламенную речь уже оправившийся от ран Гы Безжалостный Убийца криво усмехнулся и сказал, что лично он на месте этих гоблинов поубивал бы других, чтобы для него и его друзей места гарантированно хватило. Костолом после слов Гы усмехнулся и заявил примерно то же самое.

— К счастью, не все настолько злые и кровожадные, как вы двое. Да и гоблины в целом не столь уж свирепые и жестокие, как могучие орки. Так что они будут просто соревноваться в беге, а завтра ещё до полудня мы увидим первые группы новых поселенцев.

О чуме я знал очень мало, поскольку в моём мире с такой напастью люди уже давно не сталкивались. Но всё равно понимал, что предложенных Луаной мер противодействия недостаточно, да и заражённая чумой палатка в самом центре посёлка с населением в четыреста с лишним жителей — крайне неудачное соседство. А потому велел поставить далеко в лесу, где ранее проводилась вырубка деревьев, три отдельных больших шатра и окружить их валом из колючих веток, чтобы никакой дикий зверь или любопытный ребёнок не пролез в опасное место. Приказал обеспечить этому лагерю круглосуточную охрану из четырёх орков-охотников с приказом немедленно стрелять на поражение в любого, кто вздумает нарушить карантин.

В первый шатёр велел перенести на носилках Суэна Охотника и больную гоблинскую девочку, ни в коем случае не прикасаясь к ним и укрыв по дороге тканью, морды же всех носильщиков обмотать тряпками. Эти тряпки, носилки, как и всю одежду больных и носильщиков велел непременно сжечь после транспортировки. Во второй шатёр приказал поселить троих разведчиков, вернувшихся вместе с Суэном Охотником из похода на восток, а также членов их семей и всех, с кем эти орки близко контактировали. Таких в сумме набралось одиннадцать. От Луаны я уже знал, что симптомы жёлтого поветрия проявляются в течение первых трёх-семи дней, так что если находящиеся под подозрением орки окажутся чистыми, их можно будет освободить через седьмицу.

Третий шатёр предназначался для проживания заботящихся о больных Луаны, её служанки Хани и старой травницы Фелны. Последней запрещалось непосредственно контактировать с заражёнными, но старуха должна была готовить настойки и отвары из припасов, которые станет приносить к лагерю её юная ученица-преемница. Целую гору заказанных Фелной связок трав, как и жаровню, инструменты и дрова, мои орки сразу же доставили в «карантинный лагерь».

Все эти приготовления и перемещения заняли весь остаток дня и отняли кучу нервов, так что к ночи я просто с ног валился от усталости, хоть и ощущал некоторое облегчение от того, что сделал для безопасности племени всё, что мог. Нет, имелся конечно и другой, более радикальный вариант решения проблемы, шёпотом подсказанный мне Костоломом: нет заражённой гоблинской девчонки и вернувшихся из опасного похода орков, нет и опасности чумы для всех остальных, особенно если тела сразу сжечь. Но всерьёз рассматривать это предложение я не стал, поскольку, как говорила дочь богини смерти, это «противоречило моим убеждениям».

Вечером я поговорил через колючую изгородь с Луаной и заверил храбрую девушку, что ценю её граничащее с самопожертвованием решение помогать чумным пациентам, и что буду регулярно её навещать. И уже в темноте, едва не падая с ног от усталости, добрёл до своего шатра с единственным намерением свалиться на кровать и моментально уснуть. Но… по зажжённой масляной лампе, трём кружкам чая на столе и букету цветов понял, что у меня похоже ночной гость, или скорее гостья. Неужели Диасса Ловкая Лань не ушла в тренировочный лагерь и осталась ночевать в моём шатре? Такое решение гордой эльфийской девушки резко не соответствовало её обычному поведению, но именно такая мысль первой пришла мне на ум.

Я осторожно заглянул за штору из шкур, отгораживающую дальнюю часть шатра и… закричал от счастья, не сдержав эмоций. На стуле возле моей кровати в одежде из старых тряпок и древесной коры сидела скрюченная и сухонькая фигура, которую я моментально узнал. Кирена — моя знакомая кикимора! Первое существо в мире Элаты, которое поверило в меня и признало как своего хозяина! Домовой Хельмут крутился рядом со своей давней подружкой, пытаясь ей угодить и показывая свою коллекцию украденных ножей и ложек.

— Кирена, как же я рад тебя видеть! Но как ты меня нашла за тысячу миль от королевства Брена?

— Почувствовала весн-ной твоё появлен-ние, хозяин-н. И пошла в ту сторон-ну. Долго шла. Горы пересекла, где крепость была, в которой тебя в прошлый раз н-нашла. Потом море долго обходила по берегу. Гадкие кобольды отобрали у мен-ня корзин-ну с подарками, которую для тебя русалки Лерея и Вин-нелла собрали. Теряла твою метку два раза, совсем уж было отчаялась. Н-но дошла. И вот я здесь, хозяин-н!

Я поднял на руки её сухонькое и очень лёгкое тело, крепко прижав к себе и долго не выпуская. Домовой даже заревновал и стал проявлять нетерпение, недовольно пыхтя, так что я посадил кикимору обратно на стул.

— Хельмут, даю тебе важную задачу: хорошенько откормить нашу путешественницу, а то лишь кожа да кости остались. А ещё нужно будет сшить новую одежду для Кирены, хорошую ткань завтра принесу.

Хельмут подёргал меня за рукав, привлекая внимание, и указал на рулон ткани на полу. Понятно, домовой уже украл материал для своей подруги. Ругать его я, конечно, не стал.

— Сегодня и завтра отдыхай, Кирена, а затем приступай к своим обычным обязанностям. Порядок в шатре нужно поддерживать, воды чистой приносить каждое утро, да и подстричься и побриться мне давно уже пора, а никому кроме тебя доверить скоблить моё горло острым ножом я не могу.

— Всё сделаю, хозяин-н! А если н-нужно, ещё кикимор призову помогать. Их мн-ного живёт поблизости н-на болоте, от н-них и узн-нала, где имен-но тебя искать.

Надо же! А я сколько ни смотрел, не видел ни одной кикиморы ни на обширных северных пустошах, ни на южных болотах.

— Да, зови всех, кого увидишь, найду им работу. Нечего кикиморам мёрзнуть на болотах, когда вы такие полезные, исполнительные и трудолюбивые. А ещё невидимые…

Я замолчал на полуслове, поскольку неожиданно понял, что вовсе необязательно именно орчихе Ийе и её бойцам рисковать и оставаться в крепости Борза Пожирателя Змей на ночь, чтобы скинуть верёвку. Им достаточно лишь проникнуть в крепость, узнать планы врага и провести с собой невидимый диверсионный отряд, который всё сделает в лучшем виде. И верёвку ночью скинет. И подслушает разговоры врага. Да и яд, если потребуется, кому надо в похлёбку подсыплет. Определённо с возвращением Кирены у меня развязались руки, отныне я мог действовать более решительно и с большей фантазией!

Следующую двадцать вторую главу это не затронет, но перед двадцать третьей главой будет проведён эксперимент, который был обещан читателям ещё до начала написания серии «Стратег из ниоткуда». Не может быть всегда и всё гладко, и негативные события тоже случаются. А потому чистая случайность, чем закончится лечение заражённой гоблинской девочки. Будет бросок шестигранного кубика.

Если выпадет 1. Лайя поправится без последствий. Остальные не пострадают.

Если выпадет 2. Суэн Охотник тоже заражён, но целительница справится.

Если выпадет 3. Заражённых несколько, возникнут большие сложности с лечением. Кто-то один умрёт.

Если выпадет 4. Лайя умрёт. Умрёт ещё несколько орков.

Если выпадет 5. Заразится сама целительница, хоть и выживет, множество других жертв.

Если выпадет 6. Эпидемия полностью выйдет из-под контроля. Число жертв будет измеряться десятками и сотнями. Луана умрёт, как и многие.