Стратег из ниоткуда. Книга вторая

Глава двадцать третья Ловушка захлопнулась

Ни один из корявых и ошибочно кажущихся медлительными древней разговаривать не умел. Тем не менее, с ними удалось легко договориться, и огромную помощь мне в этом оказала кикимора Кирена, которая каким-то непонятным образом их понимала. Вообще удивительно покладистыми оказались эти неказистые, но очень сильные и крепкие создания. К людям древни относились спокойно, не считая нас ни врагами, ни едой. Разве что увязшего в трясине путника или неосторожно уснувшего в лесу пьянчужку древни могли оплести ветвями и схарчить, но в большинстве случаев древни людей попросту игнорировали, люди же их не замечали, принимая за обычные деревья.

Из всех соседей древни контактировали разве что с лешими и кикиморами, ну ещё может быть с лесными феями-пикси. Наверное именно поэтому возможность расширить крайне ограниченный круг общения и поработать на человека за награду была воспринята лесной нечистью с большой радостью. По моей просьбе вся эта «живая роща» принялась перемещаться в обход Бездонного озера в сторону посёлка Борза Пожирателя Змей, где должна была затаиться до поры до времени, слившись с обычным лесом. Причём конечной точкой маршрута я назначил не крепость, а именно что жилой посёлок в северо-западной долине, в которой вскоре ожидались военные действия, а потому поддержка сильной нечисти там мне бы очень пригодилась.

На следующий же день после традиционной тренировки бойцов я занялся распределением по посёлкам полутора сотен орков мирных профессий, второй день без еды и воды томящихся в каменоломне возле посёлка Горбуна. Тут всё прошло по уже отработанной схеме: я объявил, что мне интересны «лишь ценные мастера некоторых профессий, которые останутся живы, в отличие от всех остальных», а мэры четырёх посёлков стали предлагать пленникам варианты. Уже основательно напуганные и павшие духом орки легко соглашались на предложенные профессии и переселение целыми семьями в посёлки Однозубого, Сильной Девы или Горбуна. Некоторых особо ценных специалистов согласилась принять даже Умная Сова в свой самый крупный «столичный» посёлок, занимающий сейчас всю ограждённую высокой стеной излучину Безымянной реки и с трудом вмещающий шесть сотен проживающих на этой ограниченной территории жителей. Другие же мэры не были столь привередливыми и соглашались на всех новых поселенцев, и останавливала лишь нехватка шатров для размещения, поскольку лагерь Яго-Курильщика мои бойцы действительно спалили. Но всё же, пусть и с некоторыми сложностями, место в итоге нашлось для всех орков, и каменоломня вновь опустела.

После этого я отправил Ийю на опасную миссию в логово врага, поскольку от Борза поступило согласие принять женщину-вождя — горластый орк огласил это решение утром со скалы, и для неё даже начали собирать подъёмник. Вместе с Ийей с её бойцами незаметно отправилась кикимора Кирена и даже, насколько я понял, соскучившийся по серьёзному делу леший Хрын, хотя там в далёких скалах были вовсе не его территории, но видимо с соседом-лешим мой знакомый как-то договорился.

Я же заслушал доклады разведчиков, всю ночь и утро следивших за посёлками Оора, Хитрого Сяпы и крепостью Борза Пожирателя Змей. В крепости на скалах наблюдалось непривычное оживление: ночью там не погасили фонари и жгли факелы, до полуночи звучали кузнечные молоты, на краю обрыва то и дело мелькали тени, да и подъёмник действительно начали восстанавливать. Подозреваю, что причиной оживления стал не только ожидаемый сегодня визит послушной данницы, но и прибывшие из посёлка Хитрого Сяпы перепуганные посланники, сообщившие о появлении полусотенной армии врага и разгроме союзного посёлка Яго-Курильщика.

Посёлок Хитрого Сяпы этой ночью тоже не спал, и орки наспех собранного ополчения простояли на стенах до самого утра, с тревогой ожидая ночного нападения. Что ж, это было предсказуемо, и как раз на такую близкую к панике реакцию я и рассчитывал. Чем больше страха жители будут испытывать перед скорым нападением «объединённой армии Оора и Рябого Уйза», тем более убедительными будут их просящие срочной помощи посланники, направляемые к Борзу Пожирателю Змей.

А вот поведение Оора в формально нейтральном посёлке меня удивило и насторожило. На ночь глядя вождь направил группу из шести орков на восток, в том числе обоих своих советников-дипломатов, знакомых моим оркам по переговорам с Жёлтой Рыбой. Утром вернулось трое: один дипломат и два незнакомых орка не из числа той шестёрки, что выходила вчера за ворота. Вождь Оор вёл тайные переговоры с родом Неуловимого Бекаса? Не этим ли объяснялась его просьба недельной отсрочки перед принятием важного решения об объединении с Жёлтой Рыбой? За этой подозрительной активностью стоило внимательно следить, что я и велел делать своим разведчикам.

И наконец, на сегодня у меня было запланировано ещё одно важное дело: встреча с гоблинами, со вчерашнего дня большими и малыми группами прибывающими с далёких восточных холмов. Гоблинов в десятках спонтанно разбитых ими лагерей по берегам Бездонного озера и Безымянной реки собралось уже несколько сотен, в чём я лично смог убедиться, проехав в сопровождении Диассы Ловкой Лани вдоль берега. Оборванных, грязных, голодных, не знающих наших строгих порядков и бродящих везде, в том числе по только что засеянным полям, и при этом совершенно не приученных к чистоплотности. Орки, при всей их кровожадности, первобытности и неприхотливым условиям проживания, всё же не гадили там, где спали и ели, не употребляли в пищу откровенную тухлятину, да и мылись хоть иногда. С гоблинами же в этом плане всё было совсем запущено. Признаться, у меня едва не опустились руки от увиденного, но я всё же постарался успокоиться и приказал своим оркам согнать гоблинов на большое собрание в чистом поле неподалёку от посёлка Горбуна, где я собирался решить их дальнейшую судьбу.

Пригнали всех, мои орки подтвердили, что ни одного гоблина в лагерях на берегу не осталось. Я же первым делом представился собравшимся и объявил, что намерен разрешить заселение гоблинов в двух местах обширных территорий Жёлтой Рыбы. Причём оба поселения гоблинов будут до конца года освобождены от любых форм налогов и податей, чтобы жители могли крепко встать на ноги и освоиться на новом месте. Лишь с будущей весны гоблины станут отчислять мне как вождю единого племени какую-то часть добытого, причём точный размер подати будет согласован с каждым посёлком отдельно. Но в любом случае для жителей налог не станет непосильным бременем, поскольку я заинтересован в процветании всех своих поселений, и гоблинские посёлки исключением не являются.

Первым местом заселения я назвал заброшенный лагерь Фиолетовой Рыбы на юго-восточных болотах. Там много лет проживали орки, и сохранились все условия для нормальной жизни, даже кузница имелась, амбары и склады материалов. Имелись подготовленные для возделывания поля, укрепления вокруг лагеря с дозорными вышками, мостки меж крупных речных проток и даже вполне нормальные рыбацкие лодки, а также навесы для сушки пойманной рыбы. Сами же болота по весне представляли из себя достаточно спокойное место, полное съедобных грибов и растений, к тому же в ручьях и малых озёрах там водилось достаточно рыбы. По моему замыслу, возрождённый посёлок Фиолетовой Рыбы должен был стать автономным поселением, обеспечивающим сам себя пищей, звериными шкурами и торфом для обогрева в холодное время года, излишки же обменивающим в других посёлках племени на нужные товары.

Вторым местом заселения гоблинов я видел пустующий лагерь Чёрной Рыбы меж покрытых густым лесом холмов на северо-востоке. Там круглогодично всё было хорошо с охотой, произрастало великое множество грибов и ягод, имелась в неисчерпаемом количестве древесина для постройки крепких капитальных домов и их обогрева в холодное время года. Но главной особенностью этого посёлка были обнаруженные поблизости залежи железа и меди, добыча которых и должна будет стать основной задачей посёлка. Весь добытый металл орки будут у гоблинов скупать, обменивая на другие товары.

По мере того, как я говорил, расписывая преимущества безопасного проживания на территориях Жёлтой Рыбы, растерянные и напуганные поначалу гоблины постепенно успокаивались, а под конец уже с нетерпением ждали распределения по посёлкам. Выглядело же само распределение следующим образом: очередная группа гоблинов выталкивала вперёд своего волнующегося представителя, а тот старался продемонстрировать умение обращения с луком. Ростовую мишень установили в двадцати шагах от черты, что по мнению эльфийской лучницы Диассы было просто унизительно малым для любого нормального стрелка, поскольку с такой задачей справился бы даже ребёнок. Сама эльфийка перед началом испытания показала, насколько легко с такого расстояния класть стрелы в самый центр круга, за три секунды вогнав пять стрел с пёстрым чёрно-жёлтым оперением настолько близко друг к другу в самом центре, что между их древками трудно было вставить даже лезвие ножа.

В большинстве случаев гоблинский лучник действительно попадал, пусть не в центр, но хотя бы в саму мишень, после чего получал из рук своей длинноухой командирши вычеканенный из меди медальон с изображением лука и пучка стрел, означавший зачисление в армию Жёлтой Рыбы. После этого и сам лучник, и каждый гоблин из соответствующего десятка поселенцев, проходил в специальном шатре осмотр моих шаманов, внимательно искавших на теле новичков следы опасных болезней и другие подозрительные отметины, а одежду проверявших на наличие вшей и прочих паразитов. Опасных заболеваний ни разу выявлено не было, но в большинстве случаев гоблинов отправляли вымыться в ближайшей реке и выдавали им крохотные куски мыла, старую же грязную одежду тут же сжигали на костре.

Не всегда даже купание помогало, и некоторых особо грязных нерях отправляли мыться повторно и даже в третий раз. И когда при проверке замечаний больше не оставалось, новый житель племени Жёлтой Рыбы получал деревянную бирку на шнурке, которую нужно было закрепить на руке или повесить на шею. Бирки мирных поселенцев выдавались двух цветов: фиолетовые, означавшие разрешение на проживание в ныне заброшенном лагере Фиолетовой Рыбы, и чёрные, позволяющие поселиться в пустующем лагере Чёрной Рыбы.

Также бирка давала право гоблину на получение «стартового набора»: безрукавки и грубых штанов или юбки прикрыть наготу, мешочка с парой лепёшек, сушёным мясом и рыбой утолить голод, отреза ткани для пошива нормальной одежды, а также набора инструментов вроде простенького ножа и кирки или топора. Обладатель бирки также получал право на бесплатный обед в походной кухне, которая станет раз в несколько дней навещать новые посёлки для поддержки жителей. Также гоблины получали право работать на общих стройках племени Жёлтой Рыбы за предлагаемую всем работникам плату, торговать добытыми или произведёнными ими товарами, проходить в посёлки орков и находиться там до наступления темноты.

Проблему «нелегальных мигрантов» я сразу постарался пресечь, заранее предупредив гоблинов, что с завтрашнего дня любой лопоухий поселенец, обнаруженный на территориях Жёлтой Рыбы без бирки, будет немедленно доставлен для разбирательства к мэру ближайшего посёлка, где будет или сурово наказан за неношение или утерю «документа», или казнён, если бирки у него не имелось изначально. Также для разбирательства будут направляться все гоблины, давшие нелегалу приют или немедленно не сообщившие о появлении чужака на территориях племени. Наказанием для таких будет изгнание без права на возвращение или даже казнь, если нелегал успел сотворить на территориях Жёлтой Рыбы что-то противозаконное. Слушали меня новые подданные предельно внимательно, и я очень надеялся, что после такого предостережения нарушений не случится, и сами гоблины станут следить за охраной восточных границ наравне с дозорными и патрульными орков.

Испытание достаточно долго проходило гладко, но потом всё же всплыли две проблемы. Во-первых, некоторые горе-лучники всё же умудрялись промахиваться даже по такой достаточно детской мишени. Давать им второй шанс? Или отправлять восвояси всю группу потенциальных переселенцев, выставивших в армию Жёлтой Рыбы настолько бесталанного стрелка? Вот только не всегда второе было возможно, поскольку опростоволосившиеся гоблины быстро растворялись в толпе таких же тощих и худых соплеменников, и отделить тех, кто ещё не проходил испытание, от тех, кто его провалил, было весьма проблематично. Во-вторых, я велел заготовить пятьдесят жетонов стрелков и по двести пятьдесят бирок фиолетового и чёрного цвета. И жетоны, и бирки, уже заканчивались, а нераспределённых гоблинов на поле оставалось ещё порядка трёх сотен. Гнать всех лишних в шею? Но это как бы не самый рациональный подход…

И тогда, когда последний гоблинский лучник в отряд Диассы был определён, я объявил оставшейся угрюмой толпе оборванцев, что нашёл место для ещё одного лагеря гоблинов, вот только оно не такое спокойное и удачное, как два предыдущих. Этим местом я посчитал обширные пустоши севернее Бездонного озера — сейчас вполне пригодные для жизни, а летом и вовсе благоприятные, но в зимний период весьма суровые, да и в начале весны представляющие из себя сплошное грязевое месиво. Если гоблины-поселенцы готовы построить там «с нуля» лагерь на возвышенности, оградить его защитной стеной и самостоятельно проложить дорогу через этот неспокойный край на север и на юг, то я обеспечу их материалами, едой и защитой. Как и два предыдущих лагеря, этот будет освобождён от любых податей до конца года. Задачей же третьего поселения станет своим присутствием закрепить притязания Жёлтой Рыбы на эти ничейные сейчас земли, а также соединить хорошей дорогой две ныне разделённые территории моего племени.

Согласились не все, примерно треть оставшихся предпочла вернуться в родные края, пусть даже там было голодно и неспокойно. Но где-то полторы сотни гоблинов из тех, кому нечего было терять, согласились поселиться на ничейных пустошах. Для таких я велел к завтрашнему дню изготовить красные бирки, а сегодня накормить храбрецов до отвала из продуктовых запасов Горбуна, а также обеспечить инструментами и строительными материалами на будущее.

Общение с гоблинами и решение всех хозяйственных вопросов затянулось до заката, и я просто с ног валился от усталости. Но перед сном всё же решил проведать целительницу Луану, чтобы узнать новости о состоянии заражённой гоблинской девочки, а то на сердце у меня было что-то неспокойно. И нужно сказать, предчувствие меня не обмануло. Гнойные язвы появились ещё и на спине руководителя экспедиции Суэна Охотника, а также на плечах одного орка из тех, кто ходил с ним к восточным руинам. Супруга же Суэна хоть и не имела чумных отметок на теле, но жаловалась на жар и серьёзное недомогание. Да и немая служанка самой целительницы Хани тоже выглядела нездоровой и едва стояла на ногах. Всех больных целительница поместила в один шатёр с чумной гоблинской девчонкой, которая весь день металась в бреду и не узнавала окружающих. Сама Луана чувствовала себя неплохо и даже вымученно улыбалась, хотя и было заметно, насколько же непросто даётся целительнице эта показная весёлость. Сил и нервов моя знакомая потратила за эти два дня изрядно.

Я постарался приободрить молодую жрицу в столь трудный час испытания и пробыл с ней не менее часа, общаясь через колючую изгородь, рассказывая новости и просто смешные истории, чтобы отвлечь девушку от тревог. По возвращению же в свой шатёр вождя подозвал домового Хельмута, скучающего по своей отправившейся на задание подруге Кирене и сидящего у входа. И велел ему заварить крепкий чай из того травяного сбора, что был собран в местах силы многих миров руками самой богини жизни Матери-Живицы. Себе я тоже налил в свою чашку немного ароматного напитка, и эффект от его употребления тут в мире людей оказался совсем не таким, какой ощущал в доме Мелисенты. Там я испытывал волну жара, моментально отогнавшую страхи и холод, здесь же меня окатило волной радости и эйфории, я почувствовал такой прилив сил, что готов был свернуть горы.

Пойдёт! Не уверен, что этот напиток лечит опасную чуму, но сил моей знакомой целительнице он точно добавит. Да, я посчитал, что так будет правильно. Какой бы безумно редкой и дорогой ни была эта священная для церкви реликвия, жизнь Луаны для меня была намного дороже. Я вышел из шатра, нашёл юную помощницу травницы Фелны, собирающуюся как раз нести поздний ужин своей наставнице и всем обитателям «карантинного лагеря», и вручил ей горячий металлический чайничек.

— Передай целительнице Луане. Жрица сама поймёт, что с этим делать.

Спать совершенно не хотелось. Я посидел у вечернего костра с орками, послушал их рассказы и пообщался с Умной Совой наcчёт планов на будущее и нужд её «столичного» посёлка. Искупался в реке, предварительно убедившись, что никакие русалки мне на этот раз не помешают. И уже вытирался на берегу, когда увидел переплывающую Безымянную реку лодку с одиночным бойцом-орком, усиленно гребущим и спешащим к посёлку Умной Совы. По чёрной повязке через левый глаз я этого орка даже узнал — Яха Глыба, телохранитель Сильной Девы и один из тех пяти бойцов, кто отправлялся вместе с Ийей в крепость Борза Пожирателя Змей. Увидев вождя, орк изменил направление и прибил лодку к берегу возле меня.

— Альвар, Ийя послала меня со срочным сообщением. У нас серьёзная проблема. Борз Пожиратель Змей, пусть и упирался поначалу, но согласился выделить своих берсеркеров для охраны посёлка Сильной Девы. Причём сразу три или четыре десятка! Их прибытие ожидается уже этой ночью. И если эти орки обнаружат отсутствие в посёлке собственного воинства, поговорят с жителями и узнают, что племя Сильной Девы объединилось с Жёлтой Рыбой, а их вождя Борза обманывают, то будет кровавая резня!

Да, это действительно могло стать проблемой. Вообще-то я и надеялся, что враг разделит армию и направит какой-то небольшой отряд в южный лес. Но всё же полагал, что чужих орков будет поменьше, и что я узнаю об их прибытии заранее и успею подготовиться, прислав туда армию Жёлтой Рыбы. Впрочем, мы ещё могли успеть это сделать, если поспешим.

— А где сама Ийя? — спросил я с тревогой, уже одевшись и направляясь к посёлку, и получил ответ, что мудрая женщина забалтывает сейчас Борза, давая мне время прислать армию для защиты её посёлка. Но Ийя тоже вскоре прибудет, возможно даже вместе с отрядом вражеских воинов, поскольку остаться до утра чужакам в своей крепости на скале осторожный вождь не позволил.

К моему облегчению, в посёлке Умной Совы находился сейчас один из людей Мансура, прискакавший на лошади по каким-то личным делам. Я реквизировал у него скакуна и сам помчался в тренировочный лагерь будить бойцов своей армии.

Мы успели, хоть и пришлось бежать со всех ног, не жалея сил. Во многом помогло то, что на месте будущего моста через Безымянную реку строители положили уже настил поверх вбитых свай, так что заморачиваться с лодками и плотом не пришлось, и мои бойцы перебрались на другой берег по этим шатким доскам. Разместив в посёлке Сильной Девы большую часть стрелков, остальную армию я разделил на две части и отвёл от ведущей на север тропы, велев затаиться и ждать приказа.

И не прошло пятнадцати минут, как вдали показалась длинная цепочка факелов. Я пересчитал огни и с сомнением покачал головой. Приближалось сорок орков. И пусть даже часть из них была телохранителями Ийи, всё равно врагов было достаточно, чтобы относиться к предстоящему сражению со всей серьёзностью. Враги подошли к закрытым ночью воротам посёлка и остановились. Я тоже мешкал, поскольку мэр посёлка и её телохранители находились в самом центре вражеского отряда, и был серьёзный риск задеть их при обстреле.

— Открывайте ворота, сони! — громко прокричала Ийя, и на дозорной вышке показался одноглазый Яха Глыбы в компании нескольких арбалетчиков.

Я даже с далёкого расстояния увидел, как облегчённо выдохнула женщина-орчиха, когда обнаружила бойцов армии Жёлтой Рыбы в её посёлке. Ийя и её одноглазый телохранитель негромко о чём-то переговорили, и мэр посёлка попросила чужих бойцов немного обождать, сама же в компании четырёх охранников проскользнула внутрь через слегка приоткрытые для них створки ворот. Едва Ийя оказалась внутри, как ворота снова закрылись.

Пора!

— Хуго, стена щитов вокруг вражеского отряда! Фадир, прикрывай наших копейщиков! Диасса, можно больше не прятаться, показывайтесь на стенах и косите всех без разбора!!!

На этот раз обошлись без барабанного боя и громких выкриков, чтобы звуки битвы не достигли расположенной не так уж далеко вражеской крепости, да и приказы я отдал ментально с помощью своего нового навыка. В полной тишине щитоносцы выбежали из темноты леса и образовали полукруг, ощетинившийся направленными внутрь копьями. Вторым рядом за ними встали берсеркеры с ятаганами, а сильные головорезы усилили фланги.

Ловушка захлопнулась!

И пока растерявшиеся враги хлопали глазами, наблюдая за неожиданным появлением большого количества неизвестных орков, на стенах появились эльфы и гоблины, сразу же начавшие сверху засыпать врагов градом стрел, причём помогали им и арбалетчики с двух вышек. Семьдесят стрелков на убойной дистанции — это тот лом, против которого нет приёма. Орки массово падали, большинство даже не успели обнажить клинки. Некоторые враги от безысходности попытались было прорваться сквозь стену щитов, но лишь повисли на копьях. Всё закончилось очень быстро, не прошло и трёх минут.

Я велел Костолому и его отморозкам пройтись меж валяющихся вповалку тел и без малейшей жалости прикончить всех, кто ещё подаёт признаки жизни. Да, жестоко, но на войне как на войне, и нельзя было давать врагам даже малейшего шанса сбежать и предупредить остальных. Меж тем ворота снова открылись, и побледневшая Ийя вышла на залитую кровью площадку. Осмотрела тела врагов и «Головорезов» Костолома, сейчас полностью оправдывающих название своего отряда и собирающих связки отрезанных голов, затем нашла взглядом меня и подошла ближе.

— Я очень надеялась, Альвар Завоеватель, что ты успеешь, и такая участь, — женщина кивком указала на мёртвые тела, — минует мой собственный посёлок.

Я обнял огромную орчиху, всё ещё бледную и трясущуюся от переживаний, и велел шаману Злыдню Йорго плеснуть женщине немного той крепкой настойки из мухоморов, которой старик хвастался недавно перед моими орками — мол, «с одного глотка валишься с ног и спишь потом под столом без задних ног». Ийя старика-шамана сильно недолюбливала, но стаканчик мутного пойла из его лап всё же приняла и моментально одним глотком осушила. Отдышалась, потрясла головой и произнесла уже своим обычным голосом.

— Борз Пожиратель Змей вывел свою армию из крепости, направившись в посёлок Хитрого Сяпы, где у него возникли какие-то проблемы. В крепости на скале остался лишь десяток охранников, следящих за подъёмником, да и те по большей части наверняка ночью будут спать. Так чего мы ждём, Альвар? Самое время захватить эту крепость, которая все эти годы для меня была словно кость в горле!