Тайное чудо для магната. Вернуть любовь

Глава 11

Оля.

— Привет, малыш.

Обнимаю малышку, тут же бросившуюся ко мне.

Слезы на глаза наворачиваются. Кроха сидит в коридоре, прямо под дверью и ждем меня!

— Мам! А мы со всеми тебя ждали! Настоящий плинцессный ужин сделали! И тетя Маррришка нам помогала!

— Даже не сомневаюсь! Все основное сделали вы, конечно!

— Дааааааа!

Марточка счастливо блестит глазами.

— Все мы! Я же волшебница! А волшебницы все-все умеют!

— Ты самая лучшая моя волшебница! Ну-ка. Что вы тут наколдовали?

— Вот! Блинчики!

Малышка гордо показывает мне кукольный столик.

За ним уже разместилась вся честная братия. Принцессы, большое солнышко. Ну, и на почетном месте, конечно, огромный белый медведь от самого Рогожина! Слегка кривлюсь, глядя на него. Раньше на почетном месте была любимая Марточкина фея. А теперь вот медведь.

Хотя…

Ну, при чем здесь Рогожин? Она просто хотела его давно!

— Чем кормят? Ооооооо? Мариш!

— Я кухню убираю, — Маришка выглядывает из-за двери кухни, вытирая руки.

— Масштаб разрушений?

— Нуууу… Сама глянешь или не будешь травмировать свою крепкую материнскую психику?

Кажется, все понятно. Судя по тому, что в тарелки и даже в чашечки наплюхано тесто.

— Очень вкусные блинчики, мам. Всем понравились! Жалко только… Уф. Не всех смогли угостить!

— А кого ты хотела, малыш?

— Нууууууу…. Тебя. И снеговика еще, а мы его не слепили…

Мне становится стыдно. Совсем нет времени на малышку! А ради кого же мне так стараться? Только ради нее, ведь она моя жизнь!

Но и насущные проблемы решать тоже надо. Куда ж без них! Вот, все наладится, и тогда…

— И дядю еще. Которрррый медведя мне подалил! Он же хоррроший, да, мам? А он не плишел! Когда он плидет?

— Малыш…

Растерянно глажу Марточку по волосам. Густым. Черным, как смоль. Таким же, которые совсем недавно лицезрела на самом оригинале!

Вот же черт! Ну, про снеговика-то ладно! Но про Рогожина она должна была уже забыть!

— Дядя не придет к нам. Он уже давно уехал. Но ведь он нам и не нужен! У нас столько друзей есть! Вон Витьку твоего позовем. Ирочку Олеговну. Даже Василия! Все соберемся. Когда выкроим время. И обязательно всех угостим твоими блинчиками! Уверена! Они получились высший класс!

Марточка окидывает меня своим фирменным ледяным взглядом. Серебрянные глаза вспыхивают, лицо становится чистым льдом, а бровка летит вверх.

Оххххх…

И этот взгляд я сегодня уже видела! Как же она все-таки на него похожа!

— Ладно, малыш. Пойду оценю, как вы тут похозяйничали, — вздыхаю, проходя на кухню.

— Оххххх…

Усаживаюсь на табурет, расстегивая дубленку и стягивая шапку.

— Мариш? Ты давно убираешь?

— Да с час уж.

Кошмар. Вся кухня в тесте! Даже плитка на стене!

— А ты где была?

— Задремала. Всего-то на пару часиков! Как вышла, а тут…

— Выходит, Марточка правда сама блинчики решила нажарить!

— Ага. Со всей своей братией¸ что за столом там сидит. Ты только глянь!

Все тарелки в кухне заняты блинами. До самого верха!

— Она пачку муки с молоком размешала, Оль. Пачку! Три килограмма!

— Ой, мамочки. Сейчас, Мариш. Я разденусь только. Будем вместе убирать. Зато теперь нам точно надо гостей звать! Сами мы со всем эти добром не справимся!

— Оль. Иди к Марточке. Я уберу. Малышка сегодня весь день в окне сидела. Тебя высматривала. И… Кажется, кое-кого еще. А у твоей малышки глаз с детства правильный! Влюбилась и сразу же в миллиардера!

— Ой, Мариш. И со мной сразу начала о нем. Надеюсь, скоро вылетит у нее из головы.

— Она папу себе намечтала. Так что не выбросит. Ты бы подумала, Оль. Получше. Ребенку нужен отец. Особенно девочке! Я тебе на Василия уже и не знаю, как намекать! Он и малышку нашу обожает!

Ага. Только вот ждет она почему-то совсем не Василия, который с самого рождения с ней возится и все время подарками и сладостями балует!

Совсем не его!

Даже спрашивала меня пару раз, не собирается ли он поселиться с нами! С явным нежеланием, между прочим!

По- собственнически всегда меня от Василия за руку оттягивала.

А Рогожин! Один раз появился, ну надо же! А она уже готова блинами его кормить! Собственного производства! Так-то раньше я такой тяги к кулинарии в доче не видела!

Нет! Ну, как ему удается?

— А знаешь, что, Мариш? К черту Бурыкина. Не пойду я уже сегодня никуда! В конце концов, имею полное право! Даже по закону полагается непрерывный отдых. Так что давай. Собираемся! Пойдем лепить снеговика, а с кухней после разберемся!

— Уллллааааааа!

Хитрюга, оказывается, все подслушала! И уже летит за своей шубкой.

— Не так быстро, малыш! Ну, должна же я хоть блинчик попробовать, пока вы все не смели!

Решаю плюнуть сегодня на все.

Мы радостно лепим с Маришкой и Марточкой снеговика.

Носимся по хрустящему снегу.

— Ангел!

Марточка с хохотом тянет нам обеими руками вниз.

Мы валимся в снег, а малышка хохочет.

Ну… Ангелом это трудно, конечно, назвать!

Но как иногда мало нужно для счастья!

Причем, и маленьким и совсем взрослым!

— Ну что? Твоя душенька довольна?

Я осматриваю то, что у нас вышло.

Нуууу…

Не то, чтобы такого снеговика на выставку можно было бы отправить, но…

— Я блинчиков ему принесу!

Марточка вихрем уносится в квартиру, наверх.

— Оххх… Сколько же у нее заряда! Мне бы такие батарейки!

Выдыхаю, усаживаясь рядом с Маришкой прямо в снег.

— Ты сегодня что? Решила бойкотировать работу? Совсем? Смотри, Оль. Бурыкин твой озвереет!

— Ты представляешь, что он сегодня удумал?

Рассказываю Маришке, как было дело у нашего дома.

— Я даже не знаю, Оль.

Качает головой, прижимая пальцы к губам.

— Сволочь он, конечно. Однозначно. Но… Чует моя чуйка, не просто так он эту недостачу на тебя повесил! Может, сам ее и придумал, гад! Только ведь не отстанет! А что, если и органы опеки это он на тебя натравил! Не трогали же раньше. Не интересовались!

Киваю, потирая замерзшие даже в перчатках руки.

Я и сама уже обо всем этом думала.

— Оль. Он ведь, считай, местный олигарх. Может, тебе уехать куда-то лучше?

— Да куда? Сама уже думала. Здесь хоть свои. Ты. Ирочка Олеговна. И за Марточкой есть, кому присмотреть. А там? Я одна не справлюсь. И чужим доверять не могу. Особенно дочу!

— Да и отпустит ли, Мариш?

Растираю снегом горящее лицо.

— Если Бурыкин вцепился, то уже не знаю, что и делать. Он в полицию еще заявить догадается. Тогда я не то, что выехать не смогу! Я дочери лишусь! Ладно. Пойду за Марточкой. Спать хочется аж искры из глаз. А нам кухню еще в божеский вид приводить!

— Оль? Может морду ему набить? Васька точно вызовется!

— Это вариант. Хоть какое-то удовлетворение получу! Хоть дела это, конечно, не поправит…

Ставлю телефон на беззвучный режим, когда мы, накормив снеговика остатками теста, разлитого для принцесс и медведя, возвращаемся домой.

Оттираем кухню до стертых ногтей.

— Спи, малыш.

Пытаюсь уложить свою непоседу на бесконечных батарейках.

Все. Не буду думать. Завтрашний день может все изменить, мне ли не знать?

Только вот малышка спокойно так и не укладывается.

Тащит за собой в постель своего нового медведя. Хоть я ее и отучила спать с игрушками.

Да и я сама.

Вот не лучше.

Зачем-то забираю с собой телефон.

А вдруг что-то срочное?

Ага Оль. Вот обманывай себя.

Что срочное? Может, ВИП-клиенту станет плохо? Ему срочно понадобится искусственное дыхание или чашечка сладкого чая?

Чертыхаясь откладываю телефон в сторону. Полностью отключаю.

В конце концов, моя малышка рядом, а больше ничего такого срочно-важного для меня не существует!

И вообще.

Я давно не та, что почти четыре года назад. И Фила того тоже больше нет. И номер я давно сменила!

Только почему во мне вдруг просыпается та, прежняя Оля? Которая вдруг с чего-то решила, что ее первый и любимый мужчина обязательно ну… хотя бы пришлет сообщение с пожеланием спокойной ночи и смайликом?

Глупости какие!

Я просто устала! Еще бы! Почти сутки не спать!