Тень прошлого (СИ)

Часть 3. Выбор

Ветхая хижина со старой прохудившейся крышей едва спасала от пронизывающего ветра, но внутри, среди запаха сырости и старой соломы, Лира наконец решилась заговорить. Её голос дрожал, пока она описывала безумие отца, жаждущего божественного могущества ценой человечности. Её отец, одержимый силой, начал ритуал, но она сбежала, чтобы предупредить кого-нибудь.

— Они собираются завершить обряд на закате, — прошептала она, сжимая в ладонях края поношенного плаща. — Если это случится, тьма поглотит эти земли.

Зена замерла и задумалась, вглядываясь в серые сумерки за окном. Её пальцы судорожно сжали эфес меча. Прежде чем она успела произнести хоть слово, Габриэль подошла со спины. Её ладонь, тёплая и нежная, легла на напряжённое плечо воительницы.

Прислонившись щекой к доспеху Зены, сказительница негромко произнесла:

— Мы справимся. Вместе. Как и всегда. Мы не можем позволить этому произойти.

Зена медленно повернулась, и лёд в её голубых глазах на мгновение растаял.

— Знаю, — произнесла Зена и её взгляд скользнул по трещинам в стене, где ветер заносил пыль. — Лира, ты знаешь, где они проводят ритуал?

Девушка утвердительно кивнула, хотя по её телу пробежала дрожь.

— Да. В древнем храме на вершине холма. Там… там есть алтарь. Он питается страхом.

Габриэль, чувствуя нарастающую тревогу, на секунду прикрыла глаза.

Королева воинов коснулась лица Габриэль, заправляя выбившийся золотистый локон за ухо.

— Путь к храму на холме опасен, — прошептала Зена, глядя прямо в глаза подруге. — Лира, ты сможешь провести нас к этому алтарю страха?

Габриэль успела предложить:

— Может, мы просто заберём её и уйдём? Не все битвы нужно выигрывать.

Зена резко ответила:

— Если не остановить ритуал, тьма пойдёт за нами. Всегда. От тьмы невозможно убежать, Габриэль. Если мы не вырвем это семя сейчас, оно прорастёт и настигнет нас, где бы мы ни спрятались. Ты ведь знаешь это. — Воительница горько усмехнулась и, притянув Габриэль к себе, коротко, но властно поцеловала её в губы, словно пытаясь передать свою решимость.

Габриэль тяжело вздохнула и ответила на поцелуй, прижимаясь к Зене. В этом жесте была и печаль, и безмолвное обещание идти до конца.

После поцелуя взгляд Габриэль говорил:

“Ты снова бежишь от прошлого”.

Лира, стараясь не смотреть на них, вертела в руках амулет.

— Мама говорила, что древние знаки — это ловушки, — тихо произнесла она. — Но отец сказал, что это путь к силе. Кто из них лгал? Или оба говорили правду?

Девушка потянулась к импровизированному чертежу храма, который Зена набросала углём на досках пола. Как только её дрожащие пальцы коснулись рисунка, в этот момент свечи в хижине погасли, а затем загорелись с синим пламенем. Огонь мгновенно сменил золотистое сияние на мёртвенно-голубое пламя. По стенам хижины заплясали искажённые тени, принимая очертания жрецов в причудливых одеждах. Они извивались в беззвучном танце, отделяясь от реальных предметов, пока Зена, не обращая внимания на мистический холод, продолжала очерчивать на полу план их последней атаки. Когда она закончила, древние линии на мгновение вспыхнули красным, а затем окончательно угасли в полумраке.

Из густой темноты донёсся едва различимый шёпот, призрачным эхом повторивший имя воительницы:

— Зена… ты знаешь, что должна сделать.

Габриэль вздрогнула, услышав этот зов, предназначенный только для Зены, но лишь плотнее прижалась плечом к спутнице, скрывая своё беспокойство за маской решительности. Бард промолчала, боясь, что подруга сочтёт её сумасшедшей. Лира осторожно провела ладонью по начерченной схеме святилища, и там, где скользили её пальцы, оставались тающие следы призрачного сияния.

— Если я ошибусь… если не смогу остановить ритуал… — начала Лира.

Зена шагнула ближе, её ладонь уверенно легла на плечо девушки, даря ту самую опору, в которой Лира так нуждалась. Но взгляд воительницы на мгновение смягчился, когда она перехватила обеспокоенный взор Габриэль.

— Мы не дадим тебе упасть и будем рядом, — уверенно и твёрдо произнесла Зена, положив руку на плечо девушки, и в этом “мы” чувствовалась нерушимая связь, связывавшая её с подругой.

Габриэль подошла с другого бока, накрыв свободную руку Лиры своей тёплой ладонью, и чуть сжала её в поддерживающем жесте.

— И знаешь что? — мягко добавила она, заглядывая девушке в глаза. — Даже если что-то пойдёт не так — мы найдём другой путь. Всегда есть выход. Даже если тьма окажется сильнее в этот раз, мы выберемся из неё вместе. У нас всегда получалось найти лазейку в судьбе, найдём и сейчас.

Лира подняла взгляд, в её глазах мелькнула искра надежды:

— Вы правда так думаете?

— Да, — твёрдо ответила Зена, коротким кивком подтверждая слова Габриэль. — Но сначала — остановим ритуал.

В этот момент из-под пола донёсся тяжёлый утробный и низкий гул, почудившийся откуда-то из-под каменных плит пола, прервавший их разговор. Свечи в зале снова вспыхнули потусторонним синим пламенем, а тени на стенах начали извиваться, словно живые существа, жаждущие прорваться в реальный мир.

— Они уже начали, — прошептала Лира, до белизны в пальцах сжимая амулет, который начал пульсировать ослепительным светом.

Свет из-под её пальцев стал ярче, почти болезненно-ярким. Зена привычным, отточенным движением выхватила меч из ножен за спиной. На секунду она задержалась, коснувшись рукой щеки Габриэль, словно безмолвно обещая защитить её любой ценой, и та ответила ей быстрым, полным нежности и решимости взглядом.

— Вперёд. Пора заканчивать с этим, — скомандовала воительница.

По пути к храму Габриэль заметила, что тени вокруг них стали гуще. Мрак вокруг них словно обрёл плотность. Тени теперь вели себя странно: они больше не подчинялись движениям своих хозяев, а пускались в пляс, опережая путниц, словно в нетерпении завлекая их в ловушку.

Когда спутница указала на странные тени, Зена лишь мрачно кивнула, а её взгляд стал тяжёлым:

— Они играют с нами. Проверяют нашу решимость.

Лира вдруг остановилась, прижав руку к груди:

— Я слышу их… голоса. Они зовут меня по имени.

— Не слушай, — приказала Зена, не замедляя шага. — Сосредоточься на том, что мы делаем.

Но Лира всё равно вздрагивала при каждом шёпоте ветра. В её глазах мелькали отблески синего пламени — так же светились глаза жрецов, которых они победили днём ранее. Габриэль, чей взгляд постоянно возвращался к Зене в поисках поддержки, заметила состояние Лиры.

Она подошла вплотную, мягко накрыв пальцы девушки своей ладонью, и чуть притянула её к себе:

— Слушай, Лира, знаешь, что я всегда делаю, когда слышу странные голоса? Начинаю петь! Громко и… не всегда красиво. Но зато голоса сразу замолкают — от шока.

Лира удивлённо подняла глаза:

— Петь? Сейчас?

— А почему бы и нет? — Габриэль подмигнула. — Давай, выбирай песню. Я знаю парочку весёлых — про козу, которая убежала в лес, или про рыбака, который поймал сапог вместо рыбы.

Зена, шедшая чуть впереди, на мгновение остановилась. Она обернулась, и её суровое лицо смягчилось. Подойдя к Габриэль, она на секунду задержала руку на её плече, едва заметно погладив большим пальцем шею подруги — жест, понятный только им двоим, полный нежности и скрытой страсти.

С улыбкой воительница покачала головой:

— Габриэль, мы на пути к древнему храму, где вот-вот разверзнется бездна, а ты… — в голосе королевы воинов прозвучала тёплая ирония.

— А я поддерживаю боевой дух! — гордо вскинула подбородок сказительница, на мгновение прильнув к руке Зены. — Что, если мы погибнем, так хоть с песней!

Лира не удержалась от смешка:

— Ты правда думаешь, что это поможет?

— Конечно! — уверенно ответила Габриэль. — Когда я была маленькой, я боялась темноты. И мама сказала: “Если страшно — пой. Звук твоего голоса напомнит тебе, что ты жива, а значит — сильнее страха”.

Зена, до этого шедшая чуть впереди, притормозила. Она дождалась, пока Габриэль поравняется с ней, и накрыла её ладонь своей, переплетая пальцы.

— Ты всегда знаешь, что сказать. В тебе всегда было больше света, чем в ком-либо другом, — негромко, почти интимно произнесла воительница.

Сказительница нежно сжала её руку в ответ, подняв на подругу сияющие глаза:

— Просто у меня был лучший учитель. Ты показала мне, что даже из самого глубокого мрака можно выйти, если рядом есть тот, ради кого стоит бороться. Ты научила меня не сдаваться.

Они замерли, глядя друг на друга с такой щемящей нежностью, что окружающий лес, казалось, перестал существовать. Их взгляды встретились, и на мгновение мир вокруг словно затих. Лира, наблюдая за ними, почувствовала, как внутри что-то теплеет — не страх, а надежда.

— Между вами… нечто большее, чем просто дружба, — тихо прошептала девушка. — Вы… вы очень близки.

— О, это долгая история! — рассмеялась Габриэль, не разрывая визуального контакта с Зеной. — Если я когда-нибудь закончу свои свитки, я назову их “Как приручить бурю и обрести в ней свой дом”. Мы вместе пережили столько приключений, что если бы я писала книгу, она называлась бы “Как не убить лучшую подругу за тысячу лет путешествий”.

Зена коротко усмехнулась, притягивая Габриэль чуть ближе к своему плечу:

— И на первой же странице будет подробно описано, как Габриэль едва не превратила наш ночлег в погребальный костёр, решив поэкспериментировать с приправами. Название первой главы было бы таким: “Как Габриэль чуть не сожгла лагерь, пытаясь приготовить ужин”.

— Эй! — наигранно возмутилась Габриэль, игриво толкнув воительницу локтём. — То был несчастный случай! И вообще, кто-то должен был внести разнообразие в наши трапезы. А то всё мясо да мясо… Я просто хотела добавить нашей жизни немного огонька. Кто же виноват, что твои вкусовые рецепторы привыкли только к пресному жареному кролику?

Искренний смех Лиры разрезал тяжёлый воздух, и гнетущая тревога окончательно рассеялась.

— Вы такие удивительные и необычные. Но в вас есть что-то, что заставляет верить. Глядя на вас, кажется, что любая беда — это просто очередная глава, которую можно переписать.

— Именно так, — бодро кивнула Габриэль, и её голос вновь стал серьёзным. — Так что выше нос. С любовью и сталью мы пройдём через что угодно.

Зена перехватила рукоять меча, но прежде чем шагнуть в тень, её ладонь на мгновение задержалась на плече Габриэль. Взгляд Королевы воинов, обычно холодный и стальной, смягчился, когда она посмотрела на подругу.

— Мы почти на месте. Лира, ты готова?

Девушка сжала амулет, глубоко вдохнула и кивнула:

— Да. Я не позволю им победить.

— Отлично! Это те слова, которые я хотела услышать, — Зена одобрительно кивнула. — Держись за нами. Что бы ни случилось в этих стенах, мы тебя не оставим.

Габриэль сделала шаг ближе к Зене, коснувшись её предплечья, и с лукавой искоркой в глазах добавила:

— И если вдруг понадобится спеть — я всегда готова!

Перед ними вырос древний храм. Его старые камни, покрытые зловещими рунами, казались живыми и враждебными. Его древние стены, испещрённые символами, словно дышали тьмой. Ледяной ветер бился о колонны, переходя в свистящий шёпот, словно само место умоляло их повернуть назад. Но Зена не привыкла отступать. Она шагнула на истёртые ступени, и в ту же секунду Габриэль переплела свои пальцы с её рукой. Это краткое, крепкое касание сказало больше любых слов: преданность, нежность и общая судьба связывали их крепче любого заклятия.

Зена ответила едва заметным нажатием ладони, подтверждая:

“Я никуда не уйду без тебя”.

Лира шла следом, подняв амулет. Его сияние разрезало густой мрак, прокладывая им путь сквозь вековую пыль.

Ветер завывал, будто предупреждая:

“Не входите”.

— Знаешь, — вкрадчиво прошептала Габриэль, наклонившись к самому уху Зены, — к чёрту сложные стратегии. Кто там говорил, что нам нужен план? У меня есть гениальная идея: врываемся, размахиваем оружием, кричим что-нибудь грозное — и побеждаем!

Зена коротко рассмеялась:

— Твой оптимизм — самое опасное оружие в нашем арсенале. Классика. Люблю твой подход.

Они замерли перед главным входом — три тени, связанные единой целью, готовые встретить то, что уготовила им судьба перед лицом тьмы.