Тень прошлого (СИ)

Часть 4. Битва

Зена замерла перед главным входом древнего храма, ощущая, как древний камень буквально вибрирует под её ладонью. Мшистые стены храма, испещрённые странными символами, казались ей живым организмом, чей тяжёлый шёпот разносился в неподвижном воздухе. Сладковатый аромат ладана перемешивался с приторным запахом разложения, создавая удушливую атмосферу.

— Тут всё словно пропитано чьим-то дыханием, — едва слышно произнесла Габриэль, оглядываясь.

Она невольно потянулась к висевшему на шее кулону — последней нити, связывавшей её с сестрой, чей след затерялся в подобных руинах десятилетие назад. Зена промолчала, но Габриэль почувствовала, как воительница едва заметно коснулась её плеча, передавая свою силу.

Внимание Королевы воинов было приковано к колонне, где пульсировал странный знак — перевёрнутая трёхлучевая звезда. Под лунными лучами символ налился багровым цветом, напоминая сеть раскалённых сосудов.

— Ты видишь это? — спросила Зена, осторожно проводя рукой по символу.

Кожа на её предплечье, где белел старый шрам, начала гореть, вибрируя в унисон с камнем. Габриэль сделала шаг вперёд, сокращая дистанцию между ними. В густой тени у подножия колонны она заметила осколки амулета, чья форма в точности повторяла зловещий символ на стене.

— Зена, посмотри… — Габриэль потянулась к обломку.

— Стой, не смей! Не трогай! — Зена резко перехватила её запястье, но вместо сурового окрика её голос дрогнул от нежности и страха за любимую. — Это ловушка!

На мгновение их взгляды встретились. Зена притянула Габриэль к себе, коротко и властно прильнув к её губам в быстром, отчаянном поцелуе, прежде чем снова обернуться к опасности. Но было поздно. Пальцы Габриэль уже случайно коснулись металла — и в тот же миг воздух затрещал.

Пространство мгновенно исказилось, наполнившись электрическим треском.

Тени, до этого неподвижно лежавшие на полу, начали вытягиваться и обретать плоть. Один из призрачных силуэтов, высокий и пугающе знакомый, выступил из мрака прямо перед ними. В этих жёстких чертах Зена с ужасом узнала своего бывшего любовника — Маркуса, который погиб на этом самом месте несколько лет назад.

— Ты опоздала, — прошептала тень голосом, похожим на скрежет камня. — Врата уже открыты.

Зена молниеносно выхватила меч из ножен за спиной. Холодное сияние стали разрезало темноту, заставив тень отпрянуть. Существо не исчезло, а лишь растеклось по полу бесформенным пятном, оставляя на камнях обжигающе ледяной след, который не думал таять. Зена ощутила, как кончики её пальцев дрожат — не от страха, а от переполняющей её ярости и тревоги за ту, что стояла за спиной. Она медленно опустила клинок и обернулась к напарнице.

— Они думают, что ведут свою игру, — негромко произнесла воительница, встречаясь взглядом с Габриэль. — Но они забыли, что мы никогда не играем по чужим правилам.

Габриэль сделала шаг ближе, на мгновение коснувшись ладонью плеча Зены, даря той каплю своего тепла. В этот миг с вершины надтреснутой колонны взлетел ворон. Тяжело взмахнув крыльями, он выронил из клюва клочок пергамента — карту с тремя отметками: горы, долина и остров. Свиток упал прямо к ногам сказительницы и замер. Птица растаяла в ночном небе, оставив после себя лишь тишину. На пергаменте, помимо карты, были выведены древние цифры — даты, написанные неизвестным шрифтом.

Габриэль провела пальцем по символам, и они зашевелились, складываясь в слово:

Три Луны.

— Культ Трёх Лун, — прошептала она, чувствуя, как сердце сжимается от дурного предчувствия. — Это их храм, Зена. Культ вернулся.

Зена подошла вплотную, глядя сверху вниз на склонённую голову подруги.

Символ на предплечье воительницы начал темнеть и расширяться, словно клеймо вгрызалось в плоть, впитывая силу этого места. Она протянула руку Габриэль, помогая ей подняться, и на секунду задержала её ладонь в своей, крепко сжав пальцы. Воительница кивнула.

— Пора двигаться дальше, — в голосе Зены прозвучала сталь, смешанная с нежностью. — Это место больше не просто груда камней. Это точка отсчёта. Наша битва только начинается.

Внутри храма царил мрак, настолько густой, что он казался живым существом. В самом сердце зала, у алтаря, замерли фигуры в тёмных балахонах. Их слитное, низкое пение заставляло воздух вибрировать, вызывая тошноту и дрожь в костях.

— Мы не успеем, всё кончено, — Лира в ужасе сжала амулет, её голос сорвался на всхлип.

— Ещё нет, — отрезала Зена. Она взглянула на Габриэль, и в этом коротком взгляде было сказано больше, чем в любых стихах: обещание защиты, верность и готовность умереть друг за друга. — Конец наступит только тогда, когда я так решу.

С этим словом она шагнула в круг света. Когда они вдвоём ворвались в центр зала, жрецы синхронно прервали ритуал. Десятки глаз вспыхнули потусторонним, ядовитым огнём, устремив свои взоры на тех, кто осмелился бросить вызов судьбе.

— Моя Зена, — вкрадчивый голос Ареса, пропитанный ядом и странным восхищением, заполнил зал. Бог Войны медленно выступил из густой тени, и холодный блеск его чёрных доспехов на мгновение ослепил. — Ты всегда вмешиваешься в чужие дела. Всё так же стремишься затыкать каждую дыру в этом разваливающемся мире. Неужели тебе не надоело быть его щитом?

Зена не ответила сразу. Она мельком взглянула на Габриэль, и в этом коротком взгляде было больше тепла и тревоги, чем во всех словах мира.

Габриэль едва заметно кивнула, крепче перехватывая шест, её пальцы на мгновение коснулись предплечья воительницы — негласное обещание стоять до конца.

— А ты всегда ищешь способ усилить свою власть, — парировала Зена, её меч блеснул в тусклом свете. — Твои игры в бога становятся предсказуемыми, Арес, — Зена обнажила меч, и сталь запела, предвкушая кровь. — Ты ищешь хаос там, где должна быть тишина.

— Хаос — это созидание, — Арес хищно улыбнулся, глядя, как Габриэль встаёт спиной к спине со своей подругой. — Это не моя игра. Но если Врата откроются, мир изменится. И я буду готов построить новый на его пепле. Специально для тебя.

— Тебе придётся сначала пройти через нас, — голос Габриэль прозвучал твёрдо, без тени страха.

— Не будет никакого “изменится”, — Зена бросилась в атаку.

— Тогда начнём симфонию разрушения, — прошептал бог.

Битва разгорелась с неистовой силой. Зена сорвалась с места, превратившись в смертоносный вихрь. Она использовала эхо в зале: крикнула в одну сторону, а атаковала с другой. Жрецы начали паниковать, оборачиваясь на несуществующие шаги. Воительница рванулась вперёд с молниеносной скоростью. Её меч, отражая тусклый свет алтаря, рассекал воздух с пронзительным звоном. Первый жрец, попытавшийся встать на пути, рухнул, едва успев вскинуть руки — точный удар в плечо лишил его возможности сражаться. Удар эфесом в челюсть, молниеносный разворот — и широкое лезвие меча разрубает воздух, выбивая оружие из рук фанатиков.

— Она играет с нами, как кошка с мышами! — вскрикнул один из жрецов, хватаясь за горло.

Габриэль действовала как продолжение Зены. Она не просто сражалась, она танцевала со своим посохом, закрывая слепые зоны воительницы. Когда двое жрецов попытались зажать Зену в клещи, Габриэль сделала резкий выпад, сбив одного с ног, а второму нанеся сокрушительный удар в солнечное сплетение.

— Слаженно, — протянул Арес, наблюдая за ними с гадливым интересом. — Но любовь — это слабость, которую легко использовать.

Он сделал резкий пасс рукой, и из углов зала, где скапливалась самая густая тьма, начали отделяться кошмарные силуэты. Теневые воины, лишённые плоти, но наделённые силой пустоты, беззвучно двинулись вперёд. Их движения были дёргаными, рваными, нарушающими законы человеческой анатомии. Один из призраков метнулся к Габриэль с неестественной скоростью. Зена, заметив это боковым зрением, швырнула шакрам. Диск прорезал пространство и буквально распорол тень надвое, прежде чем та успела коснуться золотистых волос барда. Шакрам, совершив идеальную дугу, вернулся в руку хозяйки.

— Держись ближе ко мне! — крикнула Зена, её голос сорвался на хрип от напряжения.

— Я всегда рядом! — отозвалась Габриэль.

Она перепрыгнула через поваленный алтарь, уходя от когтей призрака, и с разворота обрушила конец шеста на голову тени. Существо вскрикнуло — звук был похож на скрежет металла по стеклу — и рассыпалось серым пеплом. Битва затягивалась. На месте одного поверженного врага возникало двое новых. Зена чувствовала, как горячее дыхание Габриэль обжигает плечо, их движения стали синхронными, почти инстинктивными. В этом хаосе, среди теней и крови, их связь была единственным реальным ориентиром. Каждое парирование, каждый шаг был защитой не только своей жизни, но и жизни той, кто была дороже всего на свете. Зена отразила удар мечом, провернулась на каблуках и, поймав ладонь Габриэль на долю секунды, помогла ей придать ускорение для решающего удара по наступающей толпе теней. Арес одарил женщин своей фирменной, полной опасного обаяния усмешкой и медленно, с наслаждением обнажил меч.

— Твоё упрямство всегда меня восхищало, Зена. Но хватит ли одной лишь страсти, чтобы выстоять против этого?

Он сделал резкий пас рукой, и само пространство вокруг них начало густеть.

Из вязких теней соткались призрачные фигуры, их тела казались вырезанными из пустоты, а в глазницах пульсировало багровое пламя. Зена и Габриэль мгновенно встали спина к спине — этот жест был отточен годами совместных битв и стал для них естественным, как дыхание. Королева воинов почувствовала тепло, исходящее от подруги, и это придало ей сил.

— Мы справлялись и с богами, Арес. Тени нас не напугают, — не оборачиваясь, произнесла Зена, но в её голосе прозвучала нежность, предназначенная только для одной слушательницы.

Габриэль крепче перехватила посох, её пальцы на мгновение коснулись руки Зены. Первый теневой воин бросился на неё — она увернулась, крутанулась на месте и с силой ударила его в бок. Едва враг пошатнулся, она крутанула посох, обрушивая его на голову тени. Существо с тихим шипением рассыпалось, оставив лишь клубы дыма.

— Неплохо! — крикнула Зена, отбивая тяжёлый выпад Ареса. Сталь столкнулась с божественным металлом, высекая сноп искр. — Но их слишком много! Берегись правого фланга!

— Я прикрою! — отозвалась Габриэль. Она вихрем вращалась среди наступающих призраков, её посох превратился в размытое пятно. Один враг пал от удара в солнечное сплетение, второй развеялся после мощного взмаха по дуге. Но на место каждого поверженного вставали двое новых. — Их становится только больше! — Габриэль тяжело дышала, её лоб покрылся испариной.

— Тогда покажем им настоящий свет! — Зена коротко кивнула, давая знак.

— Тогда пора добавить огоньку! — Габриэль достала из пояса небольшой мешочек с алхимическим составом, разорвала его — и в воздух взметнулись разноцветные искры.

Они вспыхнули, озарив зал ярким светом, и тени зашипели, отступая. Их формы начали таять и искажаться от невыносимого сияния. Зена воспользовалась моментом. Она знала, что у неё есть лишь несколько секунд, пока Арес дезориентирован.

— Сейчас, Габриэль!

Она резко оттолкнулась от пола, взлетела в воздух — и швырнула шакрам.

Сверкающий диск со свистом рассёк пространство, вращаясь с невероятной скоростью. Вжух! Первый теневой воин рассыпался, едва коснувшись острого края. Вжух! Второй попытался увернуться, но шакрам, изменив траекторию, вонзился ему в грудь. Третьего обезглавил, затем, отрикошетив от колонны, прошил насквозь ещё троих воинов Ареса. Диск вернулся в ладонь Зены с лёгким щелчком, когда она приземлилась рядом с Габриэль.

Воительница притянула возлюбленную к себе на секунду, проверяя, всё ли в порядке, и пренебрежительно бросила взгляд на бога войны:

— Твои куклы быстро ломаются. Попробуй что-нибудь покрепче. — Она ухмыльнулась и добавила: — Ещё не всё потеряно.

Лицо Ареса исказилось в гневе, его меч вспыхнул яростным алым светом, напитываясь силой его ярости.

— Ты слишком самоуверенна, Зена. — Арес нахмурился. — Ты играешь с силами, которые не понимаешь.

— А я знаю, как заставить тебя проиграть, — с вызовом бросила Зена, делая ложный выпад влево, а затем резко атакуя справа.

Она на мгновение встретилась взглядом с Габриэль, и этот мимолётный обмен нежностью придал ей сил. Королева воинов грациозно качнулась влево, притворяясь, что открывает фланг, и, когда Арес клюнул на приманку, резко развернулась, обрушивая тяжесть клинка на его защиту с другой стороны. Металл взвыл от соприкосновения, засыпав холодный пол снопом искр. Бог войны пошатнулся, его лицо исказила ярость, и он обрушил на Зену серию сокрушительных ударов. Каждый выпад был полон божественной мощи, заставляя мышцы воительницы гореть от напряжения, но она не отступала, чувствуя за спиной присутствие той, ради кого стоило сражаться.

Их клинки сталкивались с оглушительным звоном, высекая искры. Арес отступил на шаг, но тут же контратаковал — его удар был настолько мощным, что Зена едва удержала меч. Габриэль в это время превратилась в смертоносный вихрь. Трое призрачных воинов обступили её, пытаясь зажать в кольцо. Сказительница двигалась с текучестью воды, её посох описывал сложные дуги, выбивая оружие из рук теней. Когда один из нападавших посмел коснуться её плеча, Габриэль перехватила его запястье, рванула на себя и с глухим звуком впечатала локоть в грудную клетку врага. Не давая ему опомниться, она подсекла его ноги концом посоха, отправляя призрака в небытие.

— Зена, берегись! Справа! — вскрикнула Габриэль, заметив, как тёмный силуэт отделяется от колонны за спиной Зены.

Зена среагировала мгновенно. Она резко развернулась, блокируя удар. Её меч встретился с теневым клинком — и тень зашипела, отпрянула, а затем рассыпалась в прах.

— Ты в порядке? — выдохнула Габриэль, прижимаясь спиной к спине Зены и тяжело дыша.

Она крепче перехватила посох, чувствуя тепло, исходящее от подруги.

— Да, — коротко ответила Зена. — Я в норме.

Её слова оборвал крик Ареса.

— Довольно! МНЕ ЭТО НАДОЕЛО! — Громовой голос Ареса заставил стены храма содрогнуться.

Бог войны вскинул сжатые кулаки к сводам зала. Под его ногами мрамор покрылся сетью глубоких трещин, из которых начал сочиться багровый, тягучий свет, оскверняющий воздух. Древний алтарь запульсировал в такт его ярости. Из разломов повалил едкий чёрный дым, который на глазах у женщин стал кристаллизоваться в целую армию бесплотных воинов, закованных в тёмные доспехи. Битва только начиналась, и теперь на кону стояли не только их жизни, но и их общая судьба.

— Их слишком много! — выдохнула Габриэль, едва успевая блокировать выпады двух призрачных теней. Её дыхание сбилось, но движения оставались точными: посох вращался в воздухе, описывая дуги и с сухим стуком отбрасывая бесплотных врагов. Она заметила древний текст на стене и вскрикнула: — Лира! Это не заклинание — это список имён тех, кто уже прошёл сквозь Врата! — Среди имён она увидела имя своей давней подруги — женщины, пропавшей без вести. Её голос дрогнул: — Они не просто убивают. Они крадут души…

Зена сражалась в паре шагов от неё, прикрывая спину подруги. Каждый раз, когда лезвие шакрама возвращалось в руку Королевы воинов, она ловила мимолётный взгляд Габриэль — в нём была не только тревога, но и безмолвное обещание стоять до конца.

— Смотри на стену! — закричала Габриэль, заметив, как символы на древнем камне начали пульсировать багровым. — Зена, это не проклятие… это список тех, чьи жизни поглотили Врата!

Зена, почувствовав замешательство спутницы, молниеносным броском сбила подступающую тень и на мгновение прижала Габриэль к себе, соприкоснувшись с ней лбами.

— Не смотри на имена. Смотри на меня, — твёрдо прошептала она, и этот краткий миг близости вернул Габриэль уверенность. — Мы вытащим их. Всех до единого.

В это время Лира, охваченная отчаянием, бросилась к надписи. Её пальцы дрожали, касаясь холодного камня, но она начала выкрикивать слова, выворачивая древний диалект наизнанку, читая задом наперёд.

В хаосе битвы ей почудился нежный шёпот матери, перекрывший звон стали:

— Не бойся. Ты сильнее, чем думаешь. Твоя сила внутри, а не в заклинаниях.

Это дало ей силы продолжить. Битва бушевала с новой силой. Десятки теней хлынули из углов зала, подобно чёрному приливу. Зена двигалась как вихрь, её меч пел песню смерти, но натиск был слишком велик. Внезапно золотая вспышка меча Ареса рассекла воздух — бог войны возник рядом, принимая на себя сокрушительный удар верховного жреца, метившего Зене в спину.

Удар был такой силы, что нагрудник Ареса лопнул. Под металлом Зена увидела не просто плоть, а пульсирующие шрамы, сплетающиеся в зловещие узоры.

— Неужели бог войны решил поиграть в героя? — тяжело дыша, бросила Зена.

— Считай это старым долгом, — усмехнулся Арес, хотя в его глазах на мгновение отразилась бесконечная, пугающая пустота бездны. — Я тоже когда-то пытался оседлать эту тьму. Поверь, она кусается. — Его глаза на мгновение стали чёрными, как бездна.

Прорубая путь сквозь плотные ряды прислужников, Зена и Габриэль плечом к плечу прорвались к массивному алтарю.

Воздух вокруг него вибрировал от криков жрецов, превратившихся в единый, разрывающий перепонки вой:

— Мы — вечность! Мы ждём тебя!

Лира колебалась у алтаря. В последний момент она увидела отца — его глаза были пустыми, словно он уже не принадлежал этому миру. Она встретилась взглядом с Зеной — в глазах воительницы она увидела одобрение и стальную волю. С гортанным криком, вложив в удар всю свою боль и любовь, девушка обрушила амулет на алтарь. Символ на её груди вспыхнул ослепительным белым светом, по камню пошли глубокие трещины. Лира вскрикнула от боли, чувствуя, как магия обжигает кожу, но не отняла руки, пока алтарь не разлетелся вдребезги. Алтарь содрогнулся, из трещин вырвался чёрный дым, а затем — пронзительный крик тысячи голосов. Зена бросилась к Лире, подхватила её, когда девушка начала падать. Воительница успела удержать девушку от падения.

— Благодарю! — воскликнула Лира, отстраняясь от Зены.

— Не за что! — воскликнула Королева воинов и тут же заметила, как на Габриэль вот-вот упадёт каменная колонна. — Осторожно! — Зена резко рванула к спутнице и успела притянуть её к себе, закрывая своим телом от града каменной крошки.

Габриэль прижалась к надёжному плечу воительницы, ощущая кожей жар её тела сквозь кожаный доспех. Дым принимал очертания фигур — тени тех, чьи имена были записаны на стене. Они кружились, вопили, но постепенно рассеивались в утреннем свете. Одна из теней метнулась к Габриэль — на мгновение та увидела лицо женщины с глазами, полными слёз.

— Ты тоже была жертвой… — прошептала Габриэль. — Теперь твои страдания окончены… — едва слышно договорила сказительница, протягивая руку к исчезающему образу.

С последним криком тени растворились. Храм содрогнулся в последний раз и затих. Когда в храме воцарилась тяжёлая тишина, Зена не спешила выпускать Габриэль из объятий. Она чувствовала, как метка на её запястье бьётся в унисон с напуганным сердцем подруги. Внезапно Габриэль вздрогнула, заметив, как силуэт Ареса на стене на мгновение исказился, слившись с очертаниями одного из павших жрецов.

Бог Войны выступил из тени, поправляя наручи с деланным равнодушием:

— Достойное зрелище, дамы. Мои аплодисменты. — Арес сделал шаг назад, его доспехи мерцали. — Но это ещё не конец.

Зена мягко отстранилась от Габриэль, но продолжала держать её за руку, переплетая их пальцы в молчаливой поддержке.

— Выкладывай, что тебе известно, — её голос прозвучал как удар стали о сталь. — Что ты знаешь? — Зена метнула на него острый взгляд.

— Только то, что Тьма не так просто отпускает своих слуг, — он пожал плечами. — Считай, что Тьма просто взяла перерыв, чтобы набраться сил. Но сегодня — ваш день. — Арес небрежно усмехнулся, коснувшись разрушенного алтаря. На его ладони вспыхнул тот же символ, что и на руке Зены, но тут же погас. Арес резко отдёрнул руку, в его глазах мелькнуло нечто, похожее на страх. — Хм, интересно, становится всё любопытнее. — Пробормотал он себе под нос.

Внимание Габриэль привлекли задрожавшие стены храма. Старые надписи начали плавиться и перетекать, подчиняясь неведомой воле.

Зена подошла ближе, вовлекая Габриэль в круг своего тепла, пока буквы застывали в зловещем пророчестве:

“Ключ пробуждается. Ждите знака”.

Габриэль, глядя на затухающие знаки, едва слышно произнесла:

— Они всё ещё здесь. Просто ждут, затаившись в тенях.

Зена нехотя опустила сталь, хотя её пальцы всё ещё крепко сжимали рукоять,

её взгляд всё ещё был прикован к затухающим символам на стене. В тесном пространстве разливался гул угасшего заклинания, а кожа до сих пор горела от магических вспышек. Воздух дрожал от остаточной магии, а в ушах звенело от недавнего хаоса.

— “Пробуждение Ключа”… — повторила Зена, нахмурившись и пытаясь осознать прочитанное. — Вечно эти древние силы изъясняются так, будто боятся, что их поймут с первого раза. О каком ключе речь? И почему они всегда говорят загадками?

Габриэль сократила расстояние между ними и ласково накрыла ладонь воительницы своей рукой, заставляя ту окончательно расслабиться.

— Вспомни легенду о невидимых вратах, которую я рассказывала тебе у костра, — тихо проговорила она, заглядывая Зене в глаза. — Там говорилось, что истинный замок открывается не холодным железом, а тем, что ты носишь в самой глубине души.

На суровом лице Королевы воинов промелькнула тень нежности.

— Твой дар превращать любую угрозу в поэзию — это то, что не даёт мне окончательно очерстветь. — Зена слегка улыбнулась: — Ты всегда находишь способ превратить кошмар в сказку.

— А твоя привычка кидаться в гущу сражения там, где можно просто поговорить, не даёт мне заскучать, — Габриэль придвинулась ещё ближе, и её голос стал интимным. — Но в этом мире нет никого, с кем бы я хотела разделить эту судьбу, кроме тебя. Я бы не хотела сражаться ни с кем другим.

Зена ответила на этот жест коротким, но полным смысла прикосновением к щеке подруги.

Их уединение нарушила Лира, всё ещё бледная, но уже более уверенная, она подошла к ним, всё ещё дрожа, но голос её звучал уже твёрже:

— Вы правда думаете, что нам по силам обуздать этот хаос? Вы… вы действительно верите, что мы сможем это остановить?

— Безусловно, — твёрдо отрезала Зена, и в её интонациях появилась та уверенность, за которой люди шли на край света. — Вместе мы сильнее любой магии.

— И не забывай, что у нас есть план! — с бодрым энтузиазмом подхватила Габриэль, ослепительно улыбнувшись. — Ну, почти план. Скорее, набор гениальных идей, которые мы будем придумывать по ходу дела. То есть мы соберём его по кусочкам из тех безумств, что придут нам в голову в процессе.

Зена негромко рассмеялась, и этот звук, казалось, окончательно разогнал мрак храма:

— В этом и кроется наш главный секрет успеха. Именно так мы и побеждаем.

Арес, скрытый глубокой тенью за колонной, не сводил с них глаз. На его губах застыла холодная усмешка, но в глубине взгляда читалось невольное признание их нерушимой связи.

— Вы двое… — начал он, глядя на то, как Зена инстинктивно притянула Габриэль ближе к себе, но тут же оборвал себя. — Ладно. Сегодня вы победили. Но не льстите себе, это лишь затишье, а не конец.

— Мы не питаем иллюзий, — Зена убрала меч в ножны и, не оборачиваясь, переплела свои пальцы с пальцами Габриэль. — Но пока мы есть друг у друга, ни одна тень нас не разлучит. Мы сильнее любой тьмы.

Габриэль ласково сжала её ладонь и уверенно взглянула на врага:

— Мы уже научились танцевать в полной темноте. В следующий раз я прихвачу барабан. Сделаем этот танец незабываемым.

Лира, заметив особую теплоту в их жестах, невольно улыбнулась:

— Барабан? Среди этого хаоса?

— Семейная традиция, — с улыбкой пояснила Габриэль, прислоняясь плечом к плечу воительницы. — Мама учила: когда страх сжимает горло — танцуй. А если тьма наступает со всех сторон — бей в барабан так громко, чтобы даже боги рассмеялись вместе с тобой.

Зена притворилась, что вздыхает, но мягко прикоснулась губами к виску Габриэль:

— И ты надеешься напугать этим шумом древнее зло? — она закатила глаза, но в её взгляде читалась нежность. — Всерьёз думаешь, что барабан поможет против армии теней?

— Ну, — Габриэль лукаво прищурилась, задумчиво почесала подбородок и заглянула ей в глаза, — если зло не сбежит, то хотя бы мы встретим финал с музыкой и в отличной компании перед концом света.

Общее напряжение растаяло в их негромком смехе. Даже Арес, наблюдавший за этой сценой с долей зависти, не смог сдержать кривой усмешки, хотя тут же спрятал улыбку.

— Идиллия, — бросил он. — Ладно, юмористки. Но если вам понадобится помощь…

— Мы знаем, где тебя найти, хотя справимся сами, — перебила Зена, не сводя влюблённого и властного взгляда с подруги. — Хотя предпочли бы обойтись без твоих “сюрпризов”. Твои услуги всегда обходятся слишком дорого.

Арес пожал плечами, его фигура начала тускнеть:

— Кто знает, может, однажды мы будем на одной стороне.

С этими словами он исчез в тени, оставив после себя лишь лёгкий отблеск алого света.

Лира перевела взгляд с того места, где стоял бог, на Зену и Габриэль, которые всё ещё стояли в объятиях друг друга:

— Он… он действительно верит, что может стать вашим союзником?

— Вполне вероятно, — Зена на мгновение задержала взгляд на губах Габриэль, прежде чем обернуться к спутницам. — Но пока он играет в свои игры, мы будем играть в свои, устанавливая собственные правила.

Габриэль ласково коснулась пальцами ладони Лиры, передавая ей частичку своего спокойствия:

— Слушай, если хочешь, можешь пойти с нами. Присоединяйся к нам. У нас уже целая команда “спасённых”. Мы всегда найдём место для ещё одной родственной души.

— Команда? — Лира вскинула брови, чуть улыбнувшись.

— О, у нас почти целое тайное общество! — Габриэль с энтузиазмом подмигнула. — “Команда выживших в храме с тенями”. У нас даже есть девиз: “Не отступать, не гаснуть и лечить разбитое сердце хорошей песней”.

Лира негромко рассмеялась, и в её потухшем взгляде наконец-то забрезжила надежда:

— Что ж… такая компания мне по душе. Звучит… неплохо.

— Решено, — Зена подошла к Габриэль со спины и собственническим, но нежным жестом положила руку ей на плечо, слегка сжав его. — Тогда выдвигаемся. Дорога не ждёт. У нас ещё много дел.

Прежде чем шагнуть к выходу, Королева воинов притянула Габриэль к себе и коротко, но глубоко поцеловала её, заставив блондинку на мгновение затаить дыхание.

— Для удачи, — прошептала Зена, когда они вместе вышли из теней храма в предрассветные сумерки долины.